Будет лучше

Еще один грубый толчок заставляет Ангела громко вскрикнуть, запрокинуть голову и вцепится пальцами в чужие плечи. Но как бы он не кричал и какие бы чувство не наполняли его тело все это доставляло удовольствие. Кажется, даже некоторое извращенное удовольствие от того, что сейчас они оба нарушают одно из правил, и разоблачить их могут в любой момент. Поэтому работают почти без поцелуев. По крайней мере, на открытых участках. — Хаус… — задумчиво произнёс Уилсон, между стонами. Грегори прекрасно знал, что это значит. Он и сам был на пределе, но всегда предпочитал ждать своего. — В этот раз ты изменился, — с легкой хрипотцой произнёс Грегори, внимательно наблюдая за самостояние Ангела. Джеймс действительно как-то изменился. Стал более дерганый и осторожный. — Я не могу понять что происходит… Чувствую, но не могу понять, — не открывая глаз отвечает Уилсон, поудобнее расположившись, насколько это вообще можно было сделать на весу. Поэтому просто приобнял ногами тело Хауса, прижимаясь сильнее. Все чувства накрывали его с головой, хоть он и знал насколько неправильно то, чем они занимаются. — Все будет хорошо, — ответил Грегори, приподнимая чужие бедра поудобнее и сильнее прижимая к стене, тут же нарушая еще одно правило — поцелуй в губы. Он страстно целует своего Ангела, с наглостью хозяйничая у него во рту. Плевать что останется слюна и могут возникнуть проблемы. Грегори знал, что ему нужно успокоить свою любовь, а это был единственный способ. — Грегори… — едва шепчет Уилсон, приоткрывая глаза. Те уже едва сияют золотом, говоря о том, как тому хорошо. И не в силах сдерживаться Джеймс кончает, ощущая как семя расплывается по их животам. — Я тут, — шепчет Хаус, кончая следом, только внутрь. Его глаза тоже переливаются светом, только голубым. Двое замирают, стараясь запечатлить в памяти такой странный и нарушающий все правила момент. И просто насладиться чувством легкой эйфории, который запрещен для обоих. Проходит кажется слишком долгая, но очень приятная вечность, когда Грегори отпускает Ангела, позволяя снова стоять, а не находиться над землей. — Как ты собираешься все это скрывать? — Уилсону немного сложно стоять от странного ощущения внутри, которое теперь еще и стекает по бедрам. Боли в их «развлечениях» нет от слова совсем. Они же существа способные не только лечить чужую боль, но и не чувствовать свою. — Есть небольшой способ, — на лице Хауса явная довольная улыбка. Да, ему хотелось ничего не менять. Хотель, чтобы все знали, что этот Ангел принадлежит ему. Но также прекрасно понимал, что если хоть кто-то узнает о их совместных времяпровождениях их ждёт слишком суровое наказание. — Некоторой магии, как ты знаешь, у меня нет, — могло показаться что некогда Высший Ангел этим даже в какой-то мере гордится. Только это не так. Просто это не только забирало часть его способностей, но и позволяло кое-что. — Но это не мешает, — на пальцах появилось небольшое заклинание, которое очистило обоих от спермы. — Интересное применение заклинания, что используют при вскрытии… — задумчиво проговорил Уилсон, приводя свою одежду в порядок. После заклинания все одежда снова приобрела белоснежный оттенок. — Это не оно, я его чутка изменил, чтобы оно не забирало последнии капли жизни, — ответил Грегори, пару раз проведя руками по своей одежде. Все же он не мог появиться чересчур растрепанным. — Так что не переживай, детей у нас не будет. На такой комментарий Джеймс лишь закатил глаза, которые перестали сиять и вышел из небольшой коморки. У него, как, собственно, и у Хауса, было ещё много работы.

***

— Все пациенты в норме, — сообщает Кэмерон как только фигура Хауса показывается в кабинете. Сейчас по нему не скажешь, что он нарушал правила в одной из коморок. Слегка растрёпанный вид у него был всегда. Вот и сейчас это не является исключением. Волосы слегка не причёсаны, длинная мантия, скрывающая под собой почти все тело, в которых моментах выглядит слишком помятой. — У Кадди поручений нет? — спросил Грегори, развалившись на стуле, поглядывая на присутствующих. Чейз и Форман явно общались телепатически. У Грегори такую возможность забрали, узнав, как именно он ее использует. Поэтому все ему приходись передавать на словах. Элисон покачала головой. Взгляд Грегор невольно скользнул по ее виду. Все слишком идеально. Волосы чистые и уложенные, идеальный легкий макияж, мантия… — Тебя повысили, — констатировал Хаус, разглядывая «коллегу» с новым интересом. Это было странно, за последнее время никого из Ангелов не возвышали. В последнее время старались не вмешиваться в магический баланс. Единственным исключением был Хаус, но тут дело было в другом. У него забирали привелегии, храня части его силы в специальной колбе. Никто не может использовать его силу, так как она имеет определённый след. А вот возвышение… Это значительно сложно и затратно. — За какие заслуги? Небесам не очень выгодно возвышать Ангела, который не может справится с собственной силой, — Грегори поднялся и подошел к Кэмерон, стараясь понять. Просканировать он не мог. На самом деле его способности в принципе ограничивались самыми простыми заклинаниями, которые умеют и Низшие Ангелы. Даже не смотря на то, что всю силу забрать невозможно. — Изучение смертельного вируса, — с легким беспокойством проговорила девушка. Чейз и Форман тут же повернулись, внимательно слушая. — Тот, который грозится убивать людей. Хаус усмехнулся и покачал головой. — Продолжайте работать, Кэмерон за старшего, раз у нее теперь способностей больше, чем у меня, — и с явным злорадством направился по коридору. На самом деле он не знал о чем думали Небеса не просто лишая его возможности перемещаться в пространстве, но и наделяя хромотой, отдающей болью. Слишком изощрённое наказание для Ангела. Причем болью, которую нельзя не чувствовать. — На Небесах идиоты, — произносит Хаус, зайдя в идеально белый кабинет Джеймса. Ну да, решение действительно смертельных проблем ему нужно именно в таком кабинете. — Нога снова болит? — Уилсон поднимает взгляд на Грегори, который стоит посреди комнаты с тростью. Взгляд голубых глаз с явным пренебрежением рассматривает кабинет. Как обычно. — Они повысили Кэмерон. — Это здорово. Или ты не рад, что теперь она выше тебя по званию? — Джеймс едва заметно улыбнулся, продолжая сплетать какое-то странное заклинание на столе. — Они это сделали из-за изучения смертельно вируса! — Хаус явно был недоволен. И каким бы пренебрежением он не разглядывал кабинет, но все же уселся на диван. Обычные люди назвали бы его кожаным. Но лучше не знать из какой именно кожи он сделан. — Напомни-ка, мой дорогой Джеймс, сколько тебе пришлось идти до Высшего Целительного Ангела с Низшего? — Хаус, начнем с того, что о моей Ангельской принадлежности узнали достаточно поздно, когда я уже сам разобрался как применять некоторые заклинания, — Джеймс полностью переключил свое внимание на заклинание на столе. — И? — И повысили достаточно быстро, наблюдая мое рвение к изучению… — Не чисто все это, — Грегори подошел и посмотрел на заклинание. — Проблема в кишечнике. На лице Уилсона появилась некоторая раздражённость. Иногда способность Хауса где стоит искать здорово помогала, но в тоже время очень сильно раздражала. Она буквально обесценивала все то, что делали большинство Ангелов, когда самому Грегори для этого не нужно было никакой силы. — Тоже мне Высший по рождению, — буркнул Джеймс, развеевая заклинание. — Завидуй молча, что даже лешив меня всех привилегий они просто не могу меня изгнать.