Отщепенка

После ужина всех, кто учился или только что был распределён в Рейвенкло, повели в гостиную факультета. Она находилась в башне, окна которой выходили на горы и озеро. «Наверное, вид оттуда очень красивый». — Наша башня — третья по высоте после Астрономической и Гриффиндорской, — рассказывал старшекурсник по имени Роберт. Вроде бы он был старостой, следящим за порядком на факультете. — А все факультеты живут в разных башнях? — спросил кто-то, Кассандра не поняла кто. — В разных, — Роберт улыбнулся, — и не всегда башнях. — А от чего это зависит? — спросила красивая девочка, похожая на восточную принцессу. — Жилище каждого факультета несёт в себе те черты, которые свойственны его учащимся, — загадочно отозвался Роберт и указал на винтовую лестницу. — Нам сюда. Лестница оказалась высоченной. Многие первокурсники даже запыхались, пока поднимались. Если бы Кассандра не занималась спортом, была бы в их числе. «С такими подъёмами и тренировки не нужны». — Пришли, — сказал Роберт. — А что дальше? — растерялась девочка, похожая на принцессу. Кассандра разделяла эту растерянность. Дверь в гостиную была заперта, но ни ручки, ни замка, куда можно вставить ключ, не имелось. Зато к двери была прикреплена фигура в виде орла. В ногах орла висело кольцо. Роберт снова улыбнулся и, взявшись за кольцо, стукнул им по двери. Клюв орла открылся и оттуда раздался женский голос: — Что разделяет нас, но также соединяет? Повисла пауза. Роберт явно наслаждался эффектом, не спеша что-либо объяснять, однако старшекурсникам не хотелось ждать. — Море? — предположил один. Орёл хранил молчание. — Время? — предположил другой. Ничего не изменилось. — Мысли, — уверенно заявила светловолосая высокая девушка. — Мудрый ответ и поэтому верный, — отозвался молоток, после чего дверь открылась. Роберт, слегка раздосадованный, тем не менее благосклонно кивнул блондинке: — Спасибо, Пенелопа. Сначала заходит первый курс. Гостиная оказалась невероятно красивым местом. Большая круглая комната. Стены и пол в синих и бронзовых тонах. Арочные окна с занавесками из шёлка. Потолок, похожий на купол и расписанный звёздами. Камин, множество мягких кресел и несколько столов. Огромная статуя женщины — вероятно, основательницы факультета Ровены Рейвенкло — напротив входа. И библиотека отдельная! Кассандра уже хотела здесь жить. Даже забыла, что спать они будут в комнатах. Из мыслей её выдернул голос старосты: — У нашей двери нет ручки, но есть заколдованный бронзовый молоток в форме орла. Когда вы постучите в дверь, этот молоток задаст вам вопрос. Если ответите на него правильно, вас впустят, что вы сегодня и видели. Эта простая преграда почти тысячу лет защищает нашу гостиную от всех, кроме тех, кто учится в Рейвенкло. — А если мы ответим неправильно? — спросил мальчик с растрёпанными волосами чуть ниже плеч. — Будете стоять, пока не найдёте ответ, — меланхолично поведал Роберт. — Или пока вам его не подскажет кто-то ещё. По гостиной разнёсся разочарованный вздох, и староста успокаивающе добавил: — Не волнуйтесь, к нам на факультет попадают самые умные ребята, поэтому вы быстро научитесь угадывать ответы. Вам даже понравится. Главное — перед тем, как покинуть гостиную, трижды проверьте, всё ли взяли, — весело закончил под смешки. Он рассказывал что-то ещё, но с каждой минутой Кассандре было всё сложнее сосредоточиться на услышанном. Слишком много нового, слишком много нервов, слишком длинный день…. А затем девочка услышала чей-то возмущённый крик: — Вы что, хотите сказать, она будет спать с нами в одной комнате?! — Разумеется. У каждого курса по две комнаты: для девочек и для мальчиков. — Я не буду с ней жить! Кассандра перевела уставший взгляд на источник звука и увидела рыжеволосую первокурсницу. Судя по взгляду, который был адресован Кассандре, речь шла о ней. — В чём дело, Лайза? — изумлённо поинтересовался Роберт. — Выселите её, я не буду с ней жить! — ещё чуть-чуть — и рыжая забилась бы в истерике. — Мы никого не выселяем, правила факультета едины для всех, — вперёд Роберта высказалась та самая Пенелопа, которая угадала ответ на вопрос орла. — Почему ты не хочешь жить с… — посмотрела на Кассандру, — подскажи, как тебя зовут? — Кассандра Лестрейндж. Лайза перешла на крик: — А непонятно?! — Мне — нет, — отрезала Пенелопа. — Мне тоже, — поддержал Роберт. — Она — Лестрейндж! — по лицу Лайзы побежали слёзы. — Убийца! Пожирательница! Она должна быть в Азкабане! В гостиной стало шумно: кто-то тоже возмущался, кто-то о чём-то спрашивал, кто-то — отвечал. У Кассандры резко заболела голова, только девочка не знала, от чего больше — обвинения или гомона вокруг. Пенелопа подошла ближе к Лайзе, но та отскочила в сторону. — Ты что-то путаешь, Лайза. Кассандре одиннадцать лет, как и всем первокурсникам, она никакая не преступница. Лайза, ничего не ответив, зашлась в рыданиях, а девочка, похожая на восточную принцессу, пояснила: — Кассандра — дочь Пожирателей, главных преступников после Того-Кого-Нельзя-Называть. Я тоже не хочу жить с ней в одной комнате. Пенелопа и Роберт растерялись. Кассандре же надоели эти истерики: — Не хотите — не живите. Ищите себе другое место. — Что?! — Это же вас что-то не устраивает, значит, вы должны искать себе новое жильё, а не я. Лайза рванула, было, к Кассандре, но её удержали две другие первокурсницы, которые пока ничего не говорили. — Это ты — дочь преступников, а не мы, — продолжила девочка, похожая на принцессу. — Нас больше, значит, тебе придётся уступить. Как тебя вообще в Рейвенкло зачислили?! Шляпа, вероятно, ошиблась! — Хватит! — в два голоса рявкнули Пенелопа и Роберт. Получилось так слаженно, что затихли все. Стало слышно, как гуляет ветер за стенами башни. — Кассандра — не преступница, — сказала Пенелопа, — ничего плохого она делала. — У многих из нас есть родственники, которые выбрали тёмную магию, — продолжил Роберт, — это не значит, что мы тоже тёмные маги. А Кассандре, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть исчез, был год или два. Никакие преступления она не совершала. — Вы так уверены, что ей одиннадцать, а не восемнадцать? — фыркнула Лайза. — Она же длинная, как фонарный столб! И у неё взрослый голос! Несмотря на головную боль, Кассандра закатила глаза: она, конечно, выше сверстников, да и голос у неё действительно низкий. Но она точно не выглядит как взрослый человек. У неё даже половое созревание не началось! — Исходя из твоей логики, я настолько сильная волшебница, что выполняла приказы Волдеморта, — на имени Тёмного Лорда многие вздрогнули, — когда мне было восемь лет. Солидный возраст, действительно. Пенелопа нахмурилась: — Не говори глупости, Лайза, — посмотрела на рыжую. — Кассандра — ваша одногодка. Она ничего не нарушила, а Шляпа никогда не ошибается, — строго глянула на восточную принцессу. — Если кого-то зачислили на Рейвенкло — значит, он подходит для нашего факультета больше всего. — В Рейвенкло не зачисляют тех, кто имеет взгляды, противоречащие взглядам факультета, — добавила ещё одна тёмненькая девочка (в Рейвенкло вообще оказалось много брюнеток) примерно Кассандриного возраста, но не её соседка по комнате. Может, второкурсница? — Идеология Того-Кого-Нельзя-Называть нам не близка. — Да её родители убили моих! — снова взвыла Лайза. В зале опять поднялся гул. Кассандра внутренне съёжилась и почувствовала, что ей тяжело дышать. Значит, Беллатриса и Родольфус не только довели родителей Невилла до сумасшествия, но и…. — Мне жаль твоих родителей, Лайза, — сказал кто-то. Кажется, Калеб. — Но это не Кассандра их убила. Дети не ответственны…. Рыжая перебила: — Из-за Лестрейнджей я осталась сиротой! А она, — ткнула пальцем в Кассандру, — живёт и радуется! Кассандре стало жаль Лайзу, но молчать или извиняться девочка не стала: — Это я, что ли, их заставила? Как ты это себе представляешь?! — Пенелопа и Роберт пытались её успокоить, но тщетно — Кассандру понесло. — Вы бы лучше профессора зельеварения боялись, чем меня! — В смысле? — удивился кто-то. Кажется, снова Калеб. — В прямом! Он — такой же Пожиратель смерти, как и мои родители! Только они в Азкабане на пожизненном, а он на свободе и работает в Хогвартсе с детьми! — на одном дыхании выдала Кассандра. — Это неправда! — возмутились несколько человек, среди которых оказались Пенелопа и Роберт. Девочка перевела на них тяжёлый взгляд: — Правда. Я точно знаю. Где наша комната? — Пенелопа показала в нужную сторону, Кассандра кивнула и, игнорируя всё, что ей говорят, направилась в спальню. Заняла самую дальнюю кровать. Подтащила к ней вещи и клетку с Илоной. Дрожащими руками погладила сову: та потёрлась о ладони девочки нежным движением, только Кассандре легче не стало. Девочка быстро переоделась, распустила тёмные волосы, собранные в высокий пучок, расчесала их, а затем и растрепавшуюся чёлку. Голова всё еще раскалывалась, поэтому Кассандра достала из сумки обезболивающее и, не запивая, проглотила. Взяла палочку, села на кровать и начертила световой круг — одно из пяти заклинаний, которое успела выучить до поездки в Хогвартс, и единственное, с которым справилась самостоятельно, втайне от приёмных родителей. Надеялась, что световой круг не пригодится, но, учитывая тот «тёплый» приём, который ей устроили, рассчитывать на это не могла.

***

Проснулась от света, бьющего в глаза, и многоголосого визга. Открыла глаза и сразу сощурилась — световой круг сработал в максимальную силу. — Не орите. Соседки заголосили ещё больше. Из общего шума Кассандра вновь выделила фразы про убийство и Азкабан. К счастью, вскоре в их спальню влетела Пенелопа: наверное, она тоже была кем-то вроде старосты, только для девочек. — Что случилось? — Она пыталась нас убить! — взвизгнула Лайза, указывая пальцем на Кассандру. — Она знает заклинания! Откуда, если мы только поступили на первый курс? — добавила восточная принцесса. Пенелопа приложила пальцы к вискам и рявкнула: — Тихо! — по очереди посмотрела на каждую из первокурсниц, и, достав из кармана что-то, похожее на зеркало, сказала прямо в него. — Профессор Флитвик, доброй ночи. У девочек первого курса происшествие, нужна ваша помощь. Из зеркала послышался глубокий вздох, а затем и высокий голосок: — Зовите Роберта и проводите их ко мне.