В любви как и на войне — все средства хороши

Дилдо-членовая война. 9 сентября 1941 года. Война не щадила никого. Ни женщин, ни детей, ни аналов молодых солдат, которые пришли защищать честь своего мужества ценой своей задницы. Одним из добровольцев был Дмитрий Дилд-Ллойд. Он пришёл с одной целью — найти сестру и приятеля, которого взяли в плен вагино-фашисты дегерманской армии во главе Донованльфа Професситлера. Дмитрий был в менструальной армии, главой которого была Лэйн Членина. Она управляла советским сюзом и была одержима идей захватить все боеголовые смазки и члено-танки Еберлина. — Помнишь, чему я учила тебя в учебке перед отправкой на это чертово минетное поле? — вдруг задала вопрос она. — Да, — спокойно ответил дегенерал, — я помню каждую тренировку. — Расскажи, покажи, что запомнил, — сказала вождь. — Если увижу сосалдата из вагино-фашистской армии, — начал он, — буду стрелять спермой из члена. — Отлично, а дальше? — продолжила Членина. — Кидать смазки, перезаряжать вибраторы и насаживать их на дилдо, — громче русским языком кричал Дмитрий. — Очень хорошо, — Лэйн улыбнулась. Каин, который до этого сидел на бутылке, вмешался в их разговор — А если нас возьмут в плен? — ангел не скрывал презрения к плану Членина. — Будете кончать в них, пока силы не иссякнут, — ответила спокойно она. 12 декабря. Минетное поле. Дмитрий и Каин сосали лично каждую, обезвредив вагино-фашистов. После устроили кровавый замес и поле стало называться «Минетная мясорубка». Были трупы, а тропы залиты спермой. Анальные бусы валялись в жопе каждого. — Уроды, — плюнул эти слова Каин. — Они кончили в солдат, как могли, — вяло ответил Дмитрий, ища Яна в каждом. Гремели взрывы вибраторов, племинили большую часть солдат, надев кляп на рты и пробку в аналы. Нацепив дилдо на пах, они шли дальше, дроча на каждого фашиста. У одного из врагов был анальный зажим в жопе, который кричал от боли и истекал кровью. Генералу пришлось кинуть в него резиновую вагину. Вдруг в Дилд-Ллойда кто-то начал стрелять из спермомета, крича немецком. — ДОНОВАНЛЬФ ПРОФЕССИТЛЕР ДАС ИСТ ФАНТАСТИШ, Я - Я НАТЕРЛИ, — знакомый голос продолжал это говорить. Дмитрий узнал его. Это был его Ян. — Ты ? — начал он по русски — Дима, — заплакал Хилл, — они меня пленили и заставили быть их племиннком, водя по моим губам своими дилдолетами. — Я вытащу из тебя их анальные бусы, — пообещал генерал, указывая пальцем на задницу Яна, — а после сам войду, хорошо? Охотник, так его бы звали, обрадовался услышав это, ведь он устал совать свой пенис в резиновую вагину, он устал видеть эту свастику, сотканную из пизды. Он был геем. Каин наблюдал за этим и жутко ревновал генерала. За то время, пока вагино-фашисты взяли его в плен, он успел сблизиться с Дилд-Ллойдом. Тот часто кончал в его рот спермой, которую должен был изливать на врагов, часто делал эротический массаж, пока себя растягивал для секса в члено-танке, чтобы их никто не видел. А сейчас ангел не знал, что делать. Потому что он жутко ревновал и завидовал. Но не знал, кому — Яну, по губам которого генерал водить будет хуем или Дмитрию, которому отсосет этот порванный рот. Во время плена, Донованльф оставила ему в шрам на щеке, чтобы он навсегда помнил это. То, как унизили его гейство, заставив слизать сквирт с минетного поля, а не сперму. Русский сидел на бутылке и плакал. Эти ублюдки убили всех его анальных братьев. Ему было глубоко похуй, что бутылка приятно причиняла боль его очку. Поле было засыпано семенем. Была жестокая рукоблудная схватка. Вагино-фашисты одержали победу. Чего только не видел он в этом бою... Ожесточённая анальная схватка, раненые падали и их тут же добили прямо в жопу, враги устраиали настоящий «120 дней содома». Но менструальная армия поражала их девственность в ответ на каждый блуд, стреляя из метолета, брызгая спермой. Ахуенное анальное мессиво. Член Дмитрия уже устал надрачивать на вагино-фашистов. Он жаждал всунуть его в рот Яна, пока Каин будет на коленях просить заливать его белым молоком. Успел он едва помыслить в этом русле, как еберлинские членомёты с неба сбрасывали анальные бусы. Тревога забилась. Нас трахают — слышалось из всех радио. 9 мая 1945 год. Каин быстро нагнал генерал и сообщил о своём мощном стояке. — Тогда атакуем, — приказал Дмитрий, — додрочим до смерти и скончаемся в прямом смысле этого слова спермотоксикозниками. Ян тоже решил помочь им и тоже надрачивал валыну, бросаясь спермой на вагино-фашистов, которые стреляли из члено-танков. Лэйн Членина тем временем была в эпицентре дегерманской империи. Професситлер держала её волосы и заставляла лизать свою пизду. — Das war's, meine Liebe, — простонала эта художница в юбке. Она рисовала своим сквиртом свастику на лице Члениной. — Чертовы еберлинцы, менструальная армия вас победит, — выплюнула она эти слова. — Niemals, — улыбнулась женщина, поправляя седую чёлку набок. Анна наблюдала за этим и желала повеситься. — Исход этой рукоблудной войны решен, — пробормотал Ян и уверенно сосал член Каина, пока Дилд-Ллойд вставлял в его жопу свой штык. Нету смысла бороться против вагино-фашистов, битва будет проиграна, так пусть хотя бы в оргри умрут, кончив напоследок. Генерал долбил зад друга, пока тот брал в рот ангельские естество. Члено-коммунисты жестко трахались. Анал Яна был в плену Дмитрия, его вторую щеку поврал Каин своей огромной катюшей. Хуи врагов отрезали до этого, поэтому сейчас расслабились. Дружбу урепляет секс. Отряд это понимал. Дмитрий шлепал их плеткой, пока совал свою красную площадь в очко приятеля, а Каин достал из своей задницы свечу, нагрел, капая воском на Яна. Тот кричал, стонал от удовольствия. Это было прекрасно. Невероятно. Ахуенно. Сперма была не только в поле, но и в охотнике — в заднице и рту. Лэйн решила время не терять и кинула в Професситлера огромный чёрный дилдо. А после взорварвала вибратор. Её отлиз был отвлекающим маневром. Вагино-фашистка мертва. Члено-коммунисты одержали победу. Менструальная армия победила. 9 мая — день победы над вагино-фашистами. В этот день из всех радио играла музыка порнохаба. Кончилась битва. Отзывая войско, Членина решила пойти через минетное поле. Она ахуела от увиденного. Трое её лучших солдат трахались. — ШВАЙНЕ, — с сильным акцентом она прокричала, — я все 4 года легла под Донованльфа Професситлера, а вы здесь это делаете. Она достала мощный членострел и убила их. Был сильный грохот. Зазвонил будильник. Лестер неохотно проснулся, осознав, что он не увидел счастливого финала в своём сне. За столом он ещё не раз подобродно рассказал отряду сон. Ноа поперхнулся чаем, Каин опустил в глаза в пол, Ян стоял, потому что не мог сидеть, всю ночь Дмитрий долбил его в зад, а генерал понял, что Лестеру даст комнату подальше от своей, чтобы и дальше трахать ангела и охотника. А Лэйн и Донован убрали все резиновые дилдаки, чтобы он не увидел их и ему не снилась подобная хуйня. Когда все ушли подальше от этого дебила, Ноа не выдержав спросил : — Чем ты гасишься, идиот, — начал он, — раз тебе снится подобная хуйня. — Ем твою еду, — спокойно ответил рыжий, — может ты туда что-то подсыпаешь. — Поверь мне, осел, если б это был я, ты бы сдох, — очкарик подмигнул, а после кинул в него скалку. Мораль сей басни такова — гасится чем-то тяжелым автор.