Семь раз, когда он его любил

— Страшно, Поттер? — брови насмешливо подлетели вверх, но тошнота уже подходила к горлу. Ты увидишь, Поттер. Ты увидишь, что я сильнее и побежишь плакаться к своей грязнокровке. — Эверте Статум! — голос звучал уверенно. Не зря тренировался. Губы сами собой расползлись в самодовольной улыбке. Я победил. Я сильнее. Сильнее самого Поттера. — Риктусемпра! Нет, только не этого. Я плюхнулся на задницу, как какой-то... И тут в Поттера полетела чёрная змея. Она ползла, заворожённо смотря на него, словно пыталась загипнотизировать. Зелёные глаза лишь на секунду окрасились испуганным блеском, но когда рептилия направилась к Джастину, Поттер ринулся к ней и выкрикнул что-то. И сердце замерло, а кровь отлила от конечностей. У тебя будут проблемы — сжалось что-то внутри. — Черт, они же решат, что ты наследник. Быть может, ты и есть он? Воздух отказывался проникать в лёгкие. От этой мысли бледнело лицо и дрожали колени. Но она вызывала и что-то ещё. Что-то похожее на надежду. Что они будут... Мысль оборвалась на полуслове. Гарри проснулся.

***

Мне сниться Малфой. Осознание, хлесткое как пощёчина, кружило голову. Почему? Это проклятие? Чья-то злая шутка? Связь..? Гарри помрачнел. Последний раз он видел чужими глазами, когда... — Гарри? — встревоженный голос друга отвлёк от тяжёлых мыслей. — Опять кошмар? — Рон нахмурился. — Что-то случилось? Парень отрицательно помотал головой. Посмотрел в окно. Пожал плечами. Кивнул. Кратко рассказал о снах. — Чёрт... Я позову Гермиону. Рон вылетел из спальни, оставляя Гарри наедине с волнением. После войны немногие вернулись завершать последний курс и теперь, когда они снова здесь, к ним никого не подселили. Всех старались распределить так, чтобы оставить с привычными лицами. С теми, с кем прошли невозможное. Когда Макгонагалл предложила перепройти упущенное, она, казалось, сама слабо верила в то, что хоть кто-то решится. Но собралось на целый класс. Почти ни одного слизеринца. Только Малфой и какая-то девчонка, чьё имя Гарри даже не знал. И он прекрасно понимал почему так вышло. Сейчас Поттеру казалось, что ребятам со Слизерина досталось даже больше, чем остальным. На них глазели. Перешептывались за спиной. Даже на учеников средних курсов смотрели с опаской, что уж говорить про тех, кто принимал участие в войне. Когда Гермиона с Роном вошли в спальню, лица их казались на удивление спокойными. — Я думаю, что всё не так страшно — ласково улыбнулась Гермиона, отрывая Гарри от размышлений. Она достала из сумки книгу, развернула где-то на середине и подсела к парню. — Я думаю, это непреднамеренная легилименсия. Парень вскинул брови. Знакомое «Страшно, Поттер» зазвенело в ушах, но он подавил в себе мысли и сосредоточился на словах подруги. — Мне кажется, что твой разум… — девушка осеклась, подбирая слова. — Привык к тому, что легилименсия непременно есть, ведь… — Ведь я годами испытывал это с Воландемортом — закончил за неё Гарри. — Но разве эта связь не была разрушена после уничтожения крестражей? К тому же, почему я вижу сны… Малфоя. — Ты прав — кивнула девушка и тут же добавила. — Только твой мозг уже успел засчитать это состояние как «базовое» и «естественное». Поэтому теперь, даже после того, как связь исчезла… — Он продолжает искать, в чью бы голову залезть — неловко пожал плечами Рон. Мысли путались комком. Тишину, казалось, можно было пощупать — такой она была вязкой. — Но почему Малфой? — устало выдохнул Гарри. — А вот здесь начинается самое интересное — заговорщически улыбнулась Гермиона, но тут же смутилась. — Мне кажется… Гарри, вы же… Вы дрались столько раз, что могли оставить друг на друге… — она замялась. — Своего рода магический след. — Так что хорёк ближайшее, что увидел твой мозг — слегка неловко продолжил Рон. — Вы же пуляли друг в дружку заклинания на протяжении долгих лет. Гермиона кивнула и указала на открытую страницу книги, всё это время лежавшей у неё на коленях. — Здесь написано, — она пригляделась в текст, — «Для установления стабильной магической связи необходимы либо высокая концентрация целенаправленной магии, создающая устойчивый резонансный канал…», это как раз последствие ваших стычек, «…либо исключительная сила синхронизированных эмоциональных переживаний, выступающих в роли психоэнергетического катализатора». Гарри, ненависть… — Сильная эмоция, знаю — фраза прозвучала резче, чем задумывалось. Мысль, пришедшая в тот момент, совсем выбила почву из под ног. — Гермиона? Девушка посмотрела на него, выглядев почти извиняющейся. — А Малфой, — теперь пришла очередь Гарри запинаться, — он тоже что-то видит? Лицо подруги исказилось в пристыженой гримасе. — Я не знаю — она захлопнула книгу, и облако пыли поднялось над головами, заставляя закашляться. — Думаю, кхм, не должен, но… — Как это убрать? — перебил Поттер. — Вот тут самая отстойная часть — вмешался Рон, нахмурившись. — Гермиона сказала, что есть вероятность… — Я просто думаю, — прервала его девушка, — что окклюменция вряд ли поможет, ведь это ты — проникающий, а не наоборот. Парень плюхнулся на спину, потирая рукой сморщившийся лоб. — Но есть вероятность, что если вы поговорите, мы сможем выяснить больше. Гарри обречённо рассмеялся. — Представляю себе: «Привет, Малфой. Мне снятся события шестилетней давности от твоего лица. Поговорим?».

***

Сегодня ученики занимались чем попало. Некоторые шумели на заднем дворе. Часть зубрила конспекты. Некоторые помогали довосстанавливать дальние участки замка. Жизнь шла своим чередом, и лишь золотое трио сидело за столом в библиотеке в поисках информации о подобных случаях. — Да это бесполезно — провозгласил Рон и отодвинул от себя книгу, чем самым тут же привлёк строгий взгляд Гермионы. — Нигде ничего нет. — Рон! — возмущённо процедила та, проигнорировав жалобное «Да что?» и переведя взгляд на Гарри. — Вообще-то, мы правда просидели здесь весь день и ничего не нашли — девушка сконфузилась и добавила еле слышно. —Ты уверен, что это не просто сны? Парень устало помотал головой. — Поверь мне, я знаю какого это. Быть в чужой голове — Поттер дёрнул плечами. — И я точно был там. В голове у Малфоя. Рон отодвинул стул, запрокинув голову назад. — О борода Мерлина, почему всё время неприятности выпадают на нестриженую голову моего друга? — устало пошутил Уизли и обернулся на Гарри. — Может, тебе правда стоит поговорить с ним? Узнаем хоть что-то? Или может, вернёмся к версии о проклятье — он выразительно перевёл взгляд на Гермиону. — Нет, Рон — возразила та. — Это не похоже на проклятье. К тому же зачем Драко? — Малфою — резко поправил Рон. — Хорошо, Малфою — кивнула она. — Проклинать Гарри? Это, как минимум, поставило бы его под удар, учитывая его положение. Он не настолько глуп. Её слова повисли в воздухе. Вот именно, зачем? Мотива не было. А если это не Малфой, то кому ещё это могло понадобиться? — Это точно не Малфой — согласился Гарри. — Я… — он остановился, словно собираясь с мыслями. — Я не сказал сразу, но… Рон выгнул бровь и тут же придвинул стул обратно. Гермиона, сидевшая напротив, наклонилась чуть ближе, прислушиваясь. — Я вроде как слышал его мысли в тех воспоминаниях — на выдохе выдал Поттер. — И кажется, это несколько… личное? — В любви тебе признавался? — хмыкнул Уизли, чем снова заслужил испытывающий взгляд своей девушки. — Нет, он, кажется — парню было трудно говорить. Хотелось передать всё чётко и честно и при этом не соврать. Не рассказать того, чего нет. — Кажется, он беспокоился, что я умру. И вот снова она. Неловкая тишина. — Погоди, — прервал безмолвие Рон, — может, он специально показывает тебе эту версию, чтобы ты поверил в то, что… — Не думаю — ответил Поттер. — Слишком реально. Слишком… лично. — Гарри, — вмешалась Грейнджер, — тогда я уверена в том, что тебе стоит с ним поговорить. Хотя бы просто потому что он имеет право быть в курсе. — Имеет право?! — слишком громко возмутился Уизли, заставляя других учеников обернуться, и, заметив, перешёл на полушёпот. — Имеет право на, прости, что? Он и так вломился в голову к… — Это я лезу к нему в голову — остановил Рона Поттер. — Но если он узнает, будет только хуже. Я должен разобраться с этим сам.