Чернь. AU Игры королей.

Красный Джокер искал способы обрести могущество в Новом Карточном мире. Физически там оказаться он не имел возможности. В микроскопическую щель просочилось одно из его самых слабых творений – белая змея. Чем безобиднее создание, тем чудовищнее его нутро.  Самой могущественной державой Карточного мира считалась Пиковая Империя, включавшая в себя Пиковое государство и Н/Г. Альянс процветал, военная мощь крепчала. Стены страны защищали леса и снежные бури. В императорской семье воспитывались три принцессы. Пик был горд своим положением, любим женой и дочерьми. Простыми словами, восьмой клон наконец обрел счастье. Ранее, в колоде, он о таком не смел даже мечтать.  Паразит добралась до императорских покоев с большим трудом – её хрупкое тело едва выдерживало все прилагаемые усилия. В третьем часу ночи, когда вся Пиковая резиденция была погружена в сон, кровь Императора была отравлена. Пик был парализован ядом. Его тело стало марионеткой в руках бестелесного Джокера. Белая змея поселилась на шее своего носителя. Вплоть до рассвета паразит вливал свой яд в вены восьмого клона и питался его кровью. Восьмой клон был заперт в собственном теле и чувствовал, что слепнет при каждой новой капле.  — Здравствуй, Пик.  — Кто ты!?  — Мы с тобой давно знакомы.  — Ты…Кра-…ПОЧЕМУ Я ОСЛЕП?!!  — Не стоит кричать в своем подсознании, голова заболит у нас обоих. Это плата за моё проживание в твоём теле. Я очень рад, что ты оказался так великодушен и позволил мне войти.  — Как только я найду способ вырваться – выбью из тебя всю дурь.  — Раз так, я постараюсь насладиться экскурсией. Твои дочери вежливы также, как и ты?  — Нет… НЕ СМЕЙ! КРАСНЫЙ! НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ ИХ! — Да-да, думать забуду.  — Я на тебе живого места не оставлю, мразь.  — Если у тебя самого останется хоть какой-то смысл жить. Наслаждайся, получай удовольствие.  — НЕТ! КРАСНЫЙ, ВЕРНИСЬ! Тело Пикового короля сопротивлялось, однако влияние яда было куда сильнее.  Первые сутки Красный Джокер лишь осматривался и изо всех сил старался не попадаться на глаза супруге своего пленника. А потом вторые и третьи. Миновала неделя. «Король» ссылался на плохое самочувствие.  Старшая и младшая дочери почуяли неладное – отец перестал являться на их встречи и тренировки, опаздывал на редкие застолья, не обращал внимания на государственные дела. Средняя дочь заметила не сразу – лишь когда перестала получать письма в свою мастерскую. Большая часть политических распрей легла на плечи королевы, из-за чего та также некоторое время оставалась в неведении.  – Что это за змея, Пик? Ты говорил, что не хочешь видеть животных в нашей спальне.  — Не обращай внимания, она не будет мешать.  – Мне интересно только твое самочувствие. Я волнуюсь.  — Всё нормально. Скоро встану на ноги.  Грубый голос на секунду треснул. Змея крепче обвила запястье носителя.  – У тебя не болит горло? Голос у тебя…совсем не твой. Давай выпьем чаю? — Если я сказал, что всё нормально, значит мне ничего не нужно. – Ладно-ладно…Хотя бы про змею расскажи. Откуда взял? Что за вид?  — Белая..крысиная.  – М..понятно. Она же не ядовитая, да? — Кому как.  – Не поняла… — Не бери в голову. Королева приобняла мужа за плечо и уперлась щекой меж лопаток.  – Пик, я тебя немножко не узнаю. Мы давно не говорили, как раньше..Всё в порядке? Непривыкший к осязанию Джокер слегка поплыл. Бдительность его притупилась.  Т/И указательным пальцем опустила край высокой горловины и тут же ахнула. На шее её мужа зияли две глубокие и болезненно потемневшие раны от змеиного укуса. Пик дернулся и попытался оттолкнуть жену. На шее показалось ещё несколько таких же ран.  – Пик, эта дрянь тебя искусала!  Затрепыхавшись, Т/И отскочила на другой конец кровати. Плечи императора вздрогнули при странном смехе – звонком. На грани сумасшествия.  — Дура..ха-ха-ха..ХА-ХА-ХАА! – У тебя яд в голове плещется с мозгами, а ты и рад! А-АГХ! Предплечье вспыхнуло жгучей болью. Белая змея вцепилась в руку, сжимая челюсти. Тебе не составило бы труда задушить её и вырвать клыки, однако к тому моменту муж уже сомкнул руки на твоем горле. Обыкновенно черные зрачки сверкнули незнакомым голубым блеском.  Т/И вскрикнула, взывая к охране, однако из рта вырвались лишь тихие хрипы. Как в ужасном кошмаре. Горло распухло, язык обмяк.  Ты могла говорить одними лишь губами.  – Пусти, мразь.  — Твоё счастье, что твоё тело для меня лишь мясо.  Королева, безмолвная и оцепеневшая, очнулась уже в темнице. Она не помнила, как её туда тащили. Шею и лодыжку сдавили тяжелые ржавые кандалы. Колени ныли в ссадинах. При взгляде на руку становилось мерзко. Стекшая по запястью кровь высохла, раны гноились. Отторжение организмом яда отнимало много сил.  Королева тихо заплакала, сквозь всхлипы неразборчиво взывая и моля о помощи. Полная уверенности, что отравленный ядом муж сошел с ума, она надеялась, что он пощадит их дочерей.