Искусство падения

Воздух всё ещё хранил электрический след озона — отзвук силы, которую Демиан развернул в пыточной. Он сидел в своём кресле, не меняя позы, словно изваяние, застывшее в ожидании того, пока реальность переварит его вмешательство. Пространство не разорвалось с грохотом, оно податливо прогнулось, пропуская того, кто не нуждался в приглашении. Небирос вошёл неслышно, ступая босыми ногами по полированному дереву с лёгкостью хищника, привыкшего к роскоши и крови. Его облик был вызовом самой идее определённости: тёмные, шелковистые волосы глубокого каштанового оттенка мягкой волной закрывали один глаз, придавая взгляду томную загадочность. Он был облачён в свободную рубашку цвета топлёного молока, чей нежный шёлк глубоким вырезом открывал ключицы и татуировку на груди, а на плечи была небрежно наброшена тёмная атласная накидка с золотистым подбоем, напоминающим всполохи затухающего костра. Если Демиан был воплощением совершенной, застывшей формы, то Небирос был ртутью — текучей, ядовитой и неуловимой. Без лишних прелюдий демон приблизился к креслу и опустился на широкий подлокотник. Тонкие пальцы, украшенные кольцами, по-хозяйски легли на плечо Хранителя. Демиан не шелохнулся. Он позволил этому касанию осквернить своё уединение, лишь прикрыл глаза, признавая присутствие единственного существа в этом мире, которому было позволено сокращать дистанцию до нуля. — Ты пахнешь человеческим упрямством и дешёвым адреналином, — голос Небироса был вкрадчивым, с едва заметной хрипотцой, напоминающей шелест шёлка по мрамору. — Твой новый питомец оказался на редкость живучим. Демиан медленно повернул голову. С такого расстояния разница между ними была разительной: холодный фаянс лица Хранителя и живая, насмешливая энергия демона. — Ты наблюдал, — констатировал Демиан, не меняя интонации. — Я не мог отказать себе в удовольствии увидеть, как ты играешь, — Небирос склонился ниже, и его тёмные пряди коснулись виска Демиана. — Дать праведнику тишину посреди бойни Аластара… Это было почти жестоко. Даже для тебя. Твой бывший ученик в ярости, Хранитель. Он считает, что ты портишь его игру. — Аластар видит только поверхность, — Демиан перевёл взгляд на стеллажи, где в темноте покоились тысячи мёртвых миров. — Он хочет сломать волю через физическое отрицание жизни. Я же хочу увидеть, что останется от человека, когда сама его воля станет его проклятием. Небирос тихо усмехнулся, и в этом звуке послышался отголосок их общего прошлого. Он скользнул рукой выше, зарываясь пальцами в иссиня-чёрные волосы Демиана и заставляя его голову чуть отклониться назад. Этот жест был одновременно лаской и актом подчинения, который Демиан принимал с пугающим спокойствием. — И что ты увидел в его глазах? — прошептал Небирос, вглядываясь в тёмный омут глаз своего господина. — Кроме животного желания, чтобы всё это просто прекратилось? — Узнавание, — ответил Демиан после долгой паузы. — Он ещё не осознал этого, но он узнал во мне то, чего сам боится больше всего. Свою скрытую потребность в хозяине, который не бьёт, а лишает смысла саму необходимость борьбы. Небирос иронично приподнял бровь, его пальцы медленно очертили линию челюсти Демиана. — Ты становишься поэтичным. Или просто слишком долго не практиковался на живом материале. Он плавно переместился с подлокотника, практически соскальзывая в кресло к Демиану и обнимая его за шею с гибкостью змеи. Эта близость была привычной, пропитанной тысячелетиями общей философии и интимности. — Скажи мне, — Небирос коснулся губами края уха Демиана, — если ты выиграешь это пари и он действительно отвратится от света ради одного твоего взгляда… что ты будешь делать с этой поломанной душой? Аластар не отдаст его просто так. Демиан наконец посмотрел прямо на Небироса. В глубине его зрачков на мгновение промелькнуло нечто, что было старше и страшнее любой адской кары — холодное пламя чистого, незамутнённого обладания. — Я сделаю его частью этой библиотеки, Небирос. Как тебя когда-то. Он станет ещё одним Живым Томом, который никто, кроме меня, не сможет прочесть. А Аластар… Аластар в любом случае получит свой Апокалипсис. Но цена за него будет принадлежать мне. Небирос уже не скрывал намерений. Его губы почти коснулись шеи Демиана, а пальцы расстегнули верхнюю пуговицу рубашки Хранителя, когда воздух в зале внезапно прокис. Пространство содрогнулось, вытесняя озон и аромат полыни вонью бойни. — Проходной двор, — процедил Небирос сквозь зубы. Его лицо в мгновение ока утратило негу, став хищным и жёстким. Он нехотя отстранился, но не ушёл, а встал за левым плечом Демиана, положив ладонь на спинку кресла. Его поза транслировала ледяное презрение ко всему, что не являлось частью этого дома. Аластар стоял в центре библиотеки, и его запятнанный фартук выглядел здесь как плевок на алтаре. Палач тяжело дышал, его кулаки были сжаты, а в глазах метались искры бессильной ярости. — Ты переступил черту, Древний! — голос Аластара гремел, заставляя корешки книг на полках мелко дрожать. — Твоя «тишина» обнулила три дня моей работы. Ты даёшь ему надежду, которой он не заслуживает! Демиан не отреагировал. Он продолжал смотреть будто сквозь Инквизитора, лениво застёгивая пуговицу, которую только что расстегнул Небирос. — А чего ты ожидал, Аластар? — голос Хранителя был тихим, но он мгновенно перекрыл ярость палача. — Игры в поддавки? Ты используешь крючья и ножи, потому что это твой предел. Я использую разум, потому что это мой инструмент. Ты жалуешься, что я слишком эффективен? Или ты боишься, что твой «генеральный план» рассыплется от одного вдоха свежего воздуха, который я позволил этому человеку? Аластар заскрипел зубами так громко, что звук напомнил скрежет ржавого железа. — Если Печать не будет сорвана из-за твоих эстетических капризов, — прошипел он, — Лилит не посмотрит на твой статус. — Свободен, Аластар, — бросил Демиан, возвращая внимание огню. — Твоё время в этом доме истекло. Возвращайся к своим ножам. Мальчик скоро придёт в себя. И когда он снова закричит, он будет звать совсем не Бога. Когда разрыв в реальности схлопнулся за Палачом, Небирос снова склонился к уху Демиана. — Ты дразнишь бешеную собаку, Господин. Это может стать… проблематичным. — Бешеных собак усыпляют, Небирос, — Демиан перехватил руку демона и потянул его обратно к себе. — Но сначала я хочу досмотреть, как наш праведник научится ненавидеть свет.