Напомни, а что было вчера?..

Макс Колфилд хмурится, натягивая на голову одеяло в ленивых попытках спрятаться от пробивающихся сквозь штору лучей. В голове ещё вчера было красочное свободное диско с терпким привкусом дешёвого алкоголя, теперь же — в ней словно прошло бушующее торнадо, разрушившее всё на своём пути и оставившее после себя только заунывный вой, давящий на виски, и неконтролируемый дискомфорт, отдающий в нос запахом собственного перегара. Что ж, первое в жизни похмелье она переносила значительно хуже, но даже сейчас ей до чёртиков хотелось выполоскать себя изнутри, вывернуть наизнанку, чтобы хоть немного убрать все те дрянные ощущения покалывания и слабости во всём теле. Она замычала, скрючившись в тяжёлом, но мягком одеяле, и с досадой поняла, что боль в голове не думает проходить. Собрав в себе силы, она выпутывается, являя миру своё помятое, хмурое и, без каких-либо сомнений, опухшее после пьянки лицо. До заторможенного мозга постепенно доходит, что у неё нет одеяла в тёмно-синем пододеяльнике. У неё также нет чёрного кожаного дивана напротив кровати, и вообще, это, мать её, совершенно абсолютно точно не комната Макс! Закрыв глаза в беззвучных ругательствах, она вновь вжала лицо в подушку, без какой-либо силы постукивая кулаком по лбу в знак полного неодобрения своего поведения прошлой ночью. И самое страшное во всём этом — то, что она совсем ничего не помнит о том, как и с кем покинула вчерашнюю вечеринку. Когда звон в ушах и ощущение тошноты отступили на второй план — девушка приложила все усилия, чтобы оторвать лицо от подушки и приподняться на вытянутой руке, попутно разминая затёкшую шею и шипя от неприятных ноющих ощущений. Спустя ещё пару минут она наконец-то смогла откинуть в сторону одеяло, сползая шаткими ногами с кровати и, покачиваясь, пройти босыми ногами к столу, в попытках найти хоть одну подсказку о том, в чьей комнате ей довелось проснуться. Стол был чёрным, с идеальным порядком: канцелярские принадлежности были в минималистичной подставке, дорогой монитор стоял идеально посередине, а сбоку — совсем новенькая и, Макс знает точно, безумно дорогая монохромная камера, явно намекающая, что её владелец из обеспеченной семьи. И, вероятно, с её факультета. Чёрт. Макс переводит всё ещё немного расплывчатый сонный взгляд вбок и скользит по стене, находя прикреплённую грамоту. «Лучший в мире сын» — читает Макс Колфилд, неспеша опуская полуприкрытые голубые глаза на подпись. В голове всё в одночасье проясняется, заставляя девушку в шоке, стыде и ужасе распахнуть глаза. Дверь в комнату медленно отворяется, Макс поворачивается лицом к застывшему в проёме Нейтану Прескотту, лениво вытирающему голубым полотенцем мокрые светло-русые волосы. По точёному лицу, как в замедленной съёмке, неспеша стекали мелкие капли воды, очерчивая скулы и падая с подбородка на серую, влажную в некоторых местах футболку. Макс в ужасе зажимает рот, хрипло и сдавленно выкрикивая: — Твою мать! Это должен был быть кто угодно: Дастин, Тревор, Эван! Грёбаный Уоррен! Да просто случайный чувак, имя которого она даже не знала и с которым вполне могла познакомиться на вечеринке Циклона! Кто угодно, кроме ебучего Прескотта! Ну почему из всех возможных парней в её окружении — именно он?! Нейтан вешает полотенце на плечо, не сводя пристального и, к удивлению, бодрого взгляда с Колфилд, а затем коротко и непринуждённо пожимает плечами. — Не поверишь, я сказал тоже самое, открыв глаза часом ранее. — Нейтан всё-таки закрывает за собой дверь, как ни в чём не бывало проходя внутрь и окидывая девушку внимательным любопытным взглядом. Его глаза ощутимо задерживаются внизу — на худых бледных ногах Макс Колфилд, беспорядочно усыпанных желтеющими синяками, засосами и отпечатками зубов. — Ого. — Выдыхает он, высоко вскинув брови, с лёгким ошеломлением и едва различимой усмешкой. — А у тебя была весёлая ночь. У меня, кстати, тоже она вышла весьма занятной… — Он небрежным движением скинул полотенце на кожаный диван, разворачиваясь спиной к ошарашенной девушке и стягивая футболку до локтей, дабы продемонстрировать спину с жестоко исцарапанными лопатками. — Грёбаный извращенец, фу! — Макс брезгливо подняла верхнюю губу, кривя лицо в отвращении, а затем, шустро подскочив к парню, с размаху хлопнула рукой прямо по его покрасневшим царапинам, заставляя Нейтана болезненно выгнуться, осыпая её ругательствами. — Блять, больная! — Шикнул он, наспех натягивая футболку обратно и смотря на девушку глазами, полными гнева. — Какого ты обзываешься? Может, это и вовсе не я был? — Это на что ты, блять, намекаешь? — Макс с вызовом упёрла руки в бока, высоко поднимая брови и смотря на Прескотта, как на последнюю свинью. — Хочешь сказать, что я вчера спала с кем-то, кроме тебя?! — Тон её голоса был строгим и не терпящим лукавства, отчего однокурсник только лишь прыснул со смеху. — Воу, а мы не рано начали выяснять отношения, Макси? — С притворным недоумением произнес Нейтан, перехватывая её гневный взгляд. — Я намекаю на то, что мы вчера неплохо так надрались, Макс-гений-Колфилд. — Он кивнул, многозначительно дёрнув бровями. Макс в ужасе запрокинула голову, накрывая лицо ладонями и нервно расхаживая из стороны в сторону в попытках привести мысли в порядок и успокоиться, что выходило, мягко говоря — херово. Нейтан же её паники совершенно не разделял, безразлично пожав плечами и проходя к шкафу. Его спокойствие раздражало и распаляло Макс, отчего хотелось ещё разочек хорошенько приложить его ладонью по многострадальной спине, чтоб не выводил её из себя. Но Макс лишь провела ладонями по лицу, словно пыталась снять с себя последствия прошлой ночи, а затем уставилась на Нейтана с новым приступом паники и леденящего осознания. — Господи, Нейтан, мы же предохранялись? — Почти шёпотом спросила она, выпучивая повергнутые в ужас голубые глаза. Нейтан лениво заглянул в урну, весьма красноречиво морща лицо и качая головой в отрицательном жесте. — Если и предохранялись, то точно не в этой комнате. Подожди… — Он завис, делая крайне задумчивое лицо и хмуря брови, отчего между ними появилась маленькая вертикальная морщинка, а затем медленно перевёл взгляд на застывшую в ожидании Колфилд. — Слушай, может, в тебе оставил?.. — С глазами, полными серьёзности, высказал шуточное предположение он, на что лицо Макс просто вспыхивает от гнева. — Пошёл на хуй, Прескотт! — Она шустро наклонилась, подбирая с пола его же тапок и с яростью швыряя им в Нейтана. — Да ладно, я же просто шучу! — Сжавшись и закрывшись рукой от прилетевшего в него тапка, выпалил он, после чего не успел среагировать, как Макс уже схватила с кровати подушку, с силой и остервенением нанося множественные удары по плечу Прескотта. — Боже правый, как я вообще могла с тобой переспать?! — Лицо девушки залилось краской, не то от смущения, не то от злости на подтрунивающего над ней Нейтана. — Как я могла с тобой переспать, спрашиваю?! — Вновь возмущённо крикнула она, значительно повысив голос и придав ему строгие нотки, попутно нанося очередные ожесточённые удары подушкой. — Чокнутая! — Крикнул Нейтан, отскакивая и блокируя удары взбесившейся Макс. — Я, по-твоему, знаю, что было у тебя в голове, когда мы трахались?! — А почему бы и нет?! — Она язвительно вскинула брови, отшвыривая подушку на пол. — Я-то вообще ни черта не помню! — Да не планировал я тащить тебя в койку, клянусь! — Он фыркнул, отходя от Макс Колфилд и вытягивая руку в жесте капитуляции. — Сам помню только девятый шот! а после Б-52, вероятно, вообще улетел, так что я тут такая же жертва алкогольного опьянения. — Он театрально прикрыл грудь руками. — Может, я даже сопротивлялся! Кто тебя знает? Максин устало плюхнулась на кровать, скрещивая ноги и совершенно не стыдясь того, что из одежды на ней лишь бельё чёрного цвета и короткий зелёный топ, сквозь тонкую ткань которого видны очертания груди и небольших аккуратных сосков. Конечно — чего ей теперь стыдиться? Худшее с ней уже случилось, а всё остальное — лирика. Макс с тяжким выдохом накрыла глаза ладонью, полностью разочарованная в своём приличии и чувстве собственного достоинства. Была бы у неё возможность поговорить с собой из прошлого — она бы абсолютно точно отвесила ей отрезвляющий подзатыльник, чтобы вставить мозги на место. — Господи, я переспала с полным придурком и даже не помню этого. — Устало промычала Колфилд, полностью игнорируя присутствие этого самого «придурка» в комнате. — А ты бы хотела? — Он с самодовольной нахальной улыбкой сел на кровать, совсем близко к Макс, сгорбившись и обхватив горячими ладонями её прохладные мягкие бёдра. Та же, в свою очередь, лишь обречённо рухнула спиной на кровать, накрывая розовое лицо второй подушкой. — Отстань от меня, Прескотт, просто отстань. — Устало простонала она, не реагируя на прикосновения однокурсника. — Эй, да ладно, я не такой плохой вариант! — Нейтан с детской обидой хлопнул Макс по острому худому колену, фыркнув, как самое ранимое и при этом до глубины души оскорблённое создание в этом мире. Ещё больше раздражаясь от полного безразличия со стороны девушки, он выпрямился, отползая и забираясь на кровать с ногами. — А вообще, ты права. — Положив подбородок на согнутое колено и подогнув вторую ногу под себя, начал он. — Может быть, я тебя даже изнасиловал? — С тебя станется. — Макс, фыркнув, подняла подушку с лица, искоса поглядывая на Нейтана. — Сегодня же пойду и сниму побои. Нейтан, подхватив с пола подушку, бросил её обратно в Макс, плотно сжав губы от возмущения, чем впервые вызвал тихий беззлобный смех. Макс свела колени, плотно прижав их к груди и переворачиваясь на бок, а также прижала подушку плотнее к лицу, заглушая в ней собственный смех. Нейтан же, явно не оценив внезапного задорного настроения, схватил рукой щиколотку Максин, резко и бесцеремонно подтягивая её к себе под приглушённые удивлённые визги девушки. — Может тебе тогда память освежить, чудачка-Колфилд? — Ядовито произнёс Прескотт, отнимая у Макс подушку и подминая ёрзающее тело под себя, чуть придавливая его своим весом. — Ну всё, хватит, я тебя поняла! — Сквозь смех говорила Колфилд, отворачивая собственное розовое лицо и упираясь в чужое ладонями. — Эй, серьёзно, а почему ты так разозлилась, а? — Нейтан без особых изощрений перехватил её руки, отстраняя их от своего лица и опускаясь к тонкой открытой шее, проводя носом от линии челюсти вниз и вызывая очередную волну заливистого девичьего смеха. — Нейтан Прескотт, отстань от меня немедленно, иначе я выброшу тебя из окна! — Пропищала Макс, упрямо избегая зрительного контакта и, казалось, ещё сильнее покрываясь румянцем. — Бля, Колфилд, ты что — впервые спала с кем-то, в точку? — Он оторвался от чужой шеи, поднимая на Макс полностью обескураженный удивлённый взгляд. Губы дрогнули в глупой, абсолютно раздражающей и невозможно-идиотской улыбке. — Поэтому бесишься, угадал? Ответа на вопрос не последовало, и Нейтан вновь опустился вниз, покрывая шею девушки рассеянными влажными поцелуями и заставляя Макс ёрзать от приятных щекочущих ощущений. Она лениво шептала совсем не обидные обзывательства в адрес Прескотта, пока его свободная рука медленно опустилась на голую талию, большим пальцем поглаживая почти плоский мягкий живот, а затем не торопясь поднялась выше, совсем ненавязчиво прокрадываясь под топ одними лишь кончиками пальцев. Без особой охоты, он отстранился, снова каким-то полупьяным взглядом заглядывая в уже такое спокойное лицо Максин. — Облом, ты ведь даже не скажешь, понравилось тебе или нет. — Прошептал он куда-то в щёку, опаляя кожу тёплым дыханием. Макс медленно повернула голову, ловя взгляд Нейтана и разжала слипшиеся за пару мгновений губы. — Да, и не говори, сама сгораю от любопытства. — Также тихо прошептала она, положив руку на светло-русый затылок и настойчиво притягивая к себе лицо Нейтана. Она горячо вздохнула, прикрывая глаза, прежде чем их губы нашли друг друга. Пальцы ненавязчиво скользнули выше, едва касаясь маленькой округлой груди. Макс выгнулась в спине, выдыхая откуда-то из живота томный сдавленный стон, сразу же проглоченный Нейтаном Прескоттом в жадном поцелуе. Тонкая нога девушки самовольно приподнялась, коленом заигрывающе проводя по бедру Нейтона, и тот сразу же подхватил её горячей рукой, собственническим движением поглаживая гладкую кожу. А затем комнату оглушил такой внезапный — и оттого очень громкий стук в дверь. Нейтан в панике соскочил с Макс, выпуская её из-под себя и подлетая к двери. Одной рукой он придержал дверь, мешая ей в самый неподходящий момент открыться, а второй жестами приказал Макс спрятаться в шкафу. Девушка нагнулась, наспех собирая с пола свою одежду и, прижимая её к груди, тихонько — на цыпочках — пробежала к шкафу, не без труда заползая в такой небольшой проём и задёргивая чёрную шторку. Нейтан выдохнул, пытаясь собраться с мыслями, и провёл ладонью по полностью красному лицу, не надеясь, что это хоть чем-то ему поможет. Прочистив горло для верности, он осторожно приоткрыл дверь, натягивая подобие улыбки при виде Виктории Чейз. Когда он показался в дверном проёме — она оживлённо дёрнулась, виновато улыбаясь в ответ. — Привет, прости, разбудила? — Негромко пролепетала она, прижимая к груди тетради. — Тебя не было на парах и я забежала, чтобы тебя проведать и занести конспекты. Всё хорошо? — Она наклонила голову, с сентиментальной нежностью заглядывая в глаза друга. Нейтан, смутившись, опустил взгляд на тетради. — Да, спасибо. — Он изо всех сил постарался вложить в голос как можно больше непринуждённости, чтобы никак не задеть Викторию, и принял любезно предложенные конспекты с лекциями. — Извини, что не написал… Я не отошёл от похмелья, кажется. — Голос звучал хрипло и вполне убедительно. Виктория с трогательной материнской заботой погладила Нейтана по взлохмаченным полосам, проговаривая успокаивающее: «всё в порядке» и желая ему хорошо отоспаться. Нейтан ещё раз поблагодарил подругу и медленно закрыл за ней дверь, бросая туманный растерянный взгляд на шкаф. Он безумно ценил Викторию, в частности — за особую деликатность и ненавязчивость. Макс, притихшая в шкафу, усиленно зажимала трясущиеся от подступающего смеха губы ладонью, когда занавеска резко отдёрнулась. Нейтан услужливо протянул руку, помогая Макс, всё ещё прижимающей к груди свои шмотки, вылезти. Красная, как варённый рак, она выбралась из шкафа, падая лбом на плечо Прескотта и содрогаясь в беззвучном смехе. Нейтан, также задыхаясь от сдавленного тихого смеха, положил широкую ладонь на макушку Колфилд, прижимая её к себе и утыкаясь носом в растрёпанные тёмные волосы. Когда они оба успокоились, Нейтан вновь одарил девушку заигрывающей самодовольной улыбкой, с пошлостью смотря ей в глаза. Руки легли за талию, медленно и игриво спускаясь вниз, однако, в этот раз Колфилд остановила их, перехватывая на полпути и выныривая из объятий под недоумевающий взгляд Нейтана Прескотта. — Нет-нет-нет, я должна идти. — Снисходительно и в то же время дразняще пролепетала девушка, торопливо пихая увенчанные грёбаными отметинами ноги в узкие джинсы. — Как? Уже? — Недовольно простонал Нейтан, падая спиной на кровать, как подстреленное животное. Макс в ответ на это лишь издала тихий смешок, надевая нежно-голубую футболку поверх топа. — Ты сейчас к себе? — Подняв голову, спросил Нейтан. Максин кинула на него едкий прищуренный взгляд, выдавая громкое и бесцеремонное: — В аптеку, придурок!