Приключение Фриск по Бумажной школе

Оливер начал свой рассказ с того момента, когда они с Алисой выбежали из дома, окутанные утренней свежестью. Пробежав примерно метров сто по тихой улице, Оливер резко остановился. Его грудь тяжело вздымалась, но не только от бега. Он повернулся к Алисе, которая стояла рядом, всё ещё немного шатаясь. Она кое-как приходила в себя после его страстного поцелуя. Её взгляд был немного расфокусированным, щёки всё ещё горели румянцем. Оливер посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде не было привычной игривости или беззаботности. Только глубина, серьёзность и какая-то болезненная уязвимость. Не дожидаясь вопросов от неё, он начал говорить, и его голос звучал непривычно тихо: — Алиса... — начал он, и его голос дрогнул. — Вчера... когда я увидел тебя в том состоянии... Он замолчал, сглотнув ком в горле. На его глазах выступили слёзы, блестящие на солнце. Он не стирал их, позволяя им скатиться по щекам. — Я думал, что это конец... — говорил он всё так же тихо. — Не только для тебя... но и для меня. Алиса замерла. Эти слова сильно ударили её. Она открыла рот, пытаясь найти воздух, и задала вопрос, который мог появиться у любого, кто услышал бы подобное признание: — Почему... — тоже прошептала она, её голос едва слышался на фоне шелеста листьев. — Почему это был бы конец для тебя? — спросила она ещё тише, боясь услышать ответ. Оливер горько усмехнулся, и в этой улыбке было столько боли, что Алисе стало больно смотреть на него. Он шагнул к ней и крепко обнял, боясь, что она исчезнет, если он ослабит хватку. Он уткнулся лицом в её волосы, вдыхая её запах. — Алиса. — заговорил он, и его голос звучал глухо из-за того, что был прижат к её плечу. — Я постоянно говорю тебе, что без ума от тебя, что сильно люблю тебя. Но ты даже представить не можешь, насколько сильна моя любовь на самом деле. Ты стала для меня не просто девушкой, не просто любимой... Ты стала моим миром. Единственным миром, в котором я хочу существовать. Он запнулся, его пальцы сильнее впились в ткань её одежды на спине. — Если бы ты... — его голос дрогнул сильнее, превращаясь в хриплый шёпот. — Если бы ты вчера умерла... Он сделал мучительную паузу, собираясь с духом, чтобы произнести самую страшную, самую сокровенную правду. — Я бы покончил с собой. Я бы не смог жить в мире, где нет тебя. Ни дня. Ни секунды. Алиса застыла в его объятиях. Эти слова, пропитанные такой чудовищной искренностью, разорвали её изнутри. На её глазах тоже выступили слёзы. Она резко высвободилась из его рук и ударила его кулаком в плечо. — Не говори так! — почти крикнула она, и в её голосе звучала не злость, а отчаянная мольба. — Ты не должен страдать из-за такой, как я! Если бы я умерла, ты должен был бы просто... просто идти дальше! Слёзы градом катились по её щекам. — Найти другую. — продолжала она, задыхаясь. — обрести счастье с... Оливер не дал ей договорить. Он мягко закрыл ей рот ладонью, останавливая этот поток отчаянных слов. Его глаза, всё ещё влажные от слёз, смотрели на неё с невероятной нежностью и твёрдостью. — В этом бренном мире. — сказал он тихо, но каждое его слово звучало как клятва. — нет ничего, что заставило бы меня полюбить кого-то сильнее, чем я люблю тебя. Ничего и никого. Он замолчал, заметив, как по щеке Алисы скатывается новая слеза. Он осторожно смахнул её большим пальцем. — Поэтому я собираюсь жениться на тебе. — продолжил он с той же тихой, но непоколебимой уверенностью. — Сделаю тебя своей навсегда. И даже смерть не сможет нас разлучить. Алиса, услышав это, вспыхнула таким ярким румянцем, что, казалось, могла соперничать с утренним солнцем. Оливер, заметив её реакцию, мягко улыбнулся. Он обошёл её сзади и, прежде чем она успела что-либо сказать, ловко подхватил на руки. Его лицо, только что искажённое болью, снова озарила привычная, озорная улыбка. — Ты ведь не против выйти за меня, а, моя секси-бомба? — спросил он, и в его голосе снова зазвенели игривые нотки. Алиса густо покраснела, уткнувшись носом ему в плечо, и тихо, едва слышно пробормотала: — Не называй меня так... Оливер расплылся в довольной улыбке и, чуть приподняв её выше, нежно поцеловал в лоб. Затем, глядя на неё сияющими глазами, ехидно поинтересовался: — Тогда как ты хочешь, чтобы я тебя называл? Милая? Жёнушка? Дорогая? Любимая? — Он сделал паузу, явно наслаждаясь моментом, и продолжил. — Солнышко? Зайка? Котик? Пупсик? Сладкая? Родная? Ненаглядная? Единственная? Бесценная? Самая прекрасная девушка на свете? Моя королева? Или, может быть, придумаешь что-то получше? Алиса залилась ещё более густым румянцем, спрятав лицо у него на плече и не проронив ни слова. Оливер, чувствуя, как её щеки пылают даже сквозь ткань его футболки, довольно ухмыльнулся — он добился именно той реакции, на которую рассчитывал. — Значит, буду называть тебя так, как захочу, моя госпожа. — прошептал он с игривой улыбкой, чуть крепче прижимая её к себе, и ускорил шаг. В здание ЗАГСа он ворвался точно так же, как и во всё в этой жизни — стремительно и с улыбкой до ушей. Алиса всё ещё была у него на руках, и он, кажется, не собирался отпускать её ни на секунду. Подойдя к окошку регистратуры, он с довольным видом объявил пожилой женщине в очках: — Я пришел жениться! Женщина окинула взглядом эту странную пару: парень, сияющий как начищенный самовар, и девушка у него на руках, которая, судя по цвету лица, вот-вот была готова растаять. Она цокнула зубами, но профессиональная выдержка взяла верх. Начался привычный, скучный процесс: паспорта, заявления, подписи. Всё это слилось для них в один сплошной, радостный гул. Короче говоря, любовь, пара штампов — и вот они уже официально муж и жена. Оливер, ни на секунду не выпускавший Алису из рук, вынес её на крыльцо. Свежий воздух ударил в лицо, но он даже не запыхался. Он сделал несколько шагов и вдруг резко свернул в противоположную сторону от их дома. Алиса, всё ещё пытавшаяся прийти в себя после роя эмоций, удивлённо приподняла голову с его плеча. — Куда мы, дорогой? — спросила она, и это слово вырвалось само собой, неожиданно легко и естественно вписываясь в её новую роль. Оливер мягко улыбнулся, остановился и, чуть приподняв её повыше, чтобы их лица оказались на одном уровне, заглянул в её огромные, всё ещё чуть растерянные глаза. — Выбирать тебе кольцо. — ответил он сладко, почти мурлыкая. — Как моя… — он сделал паузу, подбирая самое самое похабное обращение, которое только мог придумать, и, довольно ухмыльнувшись, закончил. — Сексуальная богиня будет ходить без кольца? Алиса, услышав это, в который раз за сегодня вспыхнула ярким румянцем. Она снова уткнулась носом ему в плечо, но в этот раз на её губах, спрятанных от него, расцвела самая счастливая улыбка на свете. Оливер, почувствовав её улыбку, благоразумно решил не продолжать её дразнить. Его жена счастлива, а это главное. Довольный собой, он молча зашагал дальше, крепко прижимая Алису к груди. Зайдя в ювелирный магазин, он подошёл к сверкающей витрине и, опустив Алису на ноги, но не отпуская её руки, тихо сказал: — Выбирай кольцо, милая. — обратился он к ней уже обычным, тёплым тоном, без всяких игривых подколов. — Любое. — добавил он с мягкой улыбкой, кивком указывая на бесконечные ряды украшений. Алиса, всё ещё слегка смущённая, но уже успокоившаяся, перевела взгляд на витрину. Её глаза скользили по бриллиантам, сапфирам, изумрудам, но ни одно из них не цепляло. И вдруг она замерла. В самом центре витрины, на отдельной подставке, лежало кольцо, которое мгновенно приковало её внимание. Оно было выполнено из белого золота. Основным камнем был не стандартный бриллиант, а крупный, идеально огранённый чёрный опал. По бокам от опала, словно стражи, расположились два маленьких, но очень чистых бриллианта. Они сияли ровно и уверенно. Но самой главной деталью была тонкая гравировка на внутренней стороне ободка. Искусный мастер вырезал там не имя и не дату, а крошечное, едва заметное изображение — миниатюрный карандаш. Такой же, какой носил вместо руки её Оливер. — Вот это. — прошептала Алиса, и в её голосе не было сомнений. — Я хочу это. Оливер улыбнулся и, не выпуская руки Алисы, направился к прилавку. За ним стоял мужчина лет сорока с заметной лысиной и таким угрюмым выражением лица, будто всю жизнь только и делал, что пересчитывал чужие деньги и мечтал о выходе на пенсию. — Сэр. — начал Оливер, стараясь говорить максимально вежливо, но в его голосе всё равно проскальзывали привычные нахальные нотки. — Мне бы вот это кольцо. — он ткнул пальцем в витрину, туда, где лежал выбранный Алисой чёрный опал. Ювелир медленно, с преувеличенной ленцой, поднял на него взгляд. Его глаза пробежались по Оливеру: растянутая футболка, взлохмаченные волосы, странная рука-карандаш. Типичный представитель молодёжи, который пришёл поглазеть на дорогие побрякушки. Он закатил глаза. — Кольцо стоит четыре тысячи долларов. — произнёс он сухим тоном, и в его голосе проскользнула усмешка. — Ваш бюджет такое потянет? Оливер фыркнул. Его самолюбие было задето, но виду он не подал. Наоборот, он расправил плечи и с показной уверенностью достал из кармана свою карту. — Деньги не проблема. — бросил он небрежно, даже не глядя на пластик. — С вас — товар. "Блять, у меня денег нету." — пронеслось у него в голове, пока он носил маску спокойствия. Он лихорадочно думал, что вытянет на блефе. — "Ладно, когда поставлю карту к терминалу, то резко схвачу кольцо и сбегу." — решил он про себя, уже просчитывая маршрут отступления к выходу. Он подошёл к кассе. Ювелир подготовил кольцо в бархатной коробочке и поставил его рядом с собой, прямо под руку. Вероятность того, что Оливер сможет провернуть свою аферу и не быть пойманным, равнялась примерно нулю процентов. Охрана, камеры, выход... Оливер усмехнулся про себя, думая: "Вероятность того, что я смогу это сделать, где-то 0, но..." — он улыбнулся шире про себя, вспоминая свою удачливость. — "Ничего не равно нулю. Есть даже вероятность того, что сейчас сюда зайдёт Циркуль и оплатит мне это кольцо." Он улыбнулся своей внутренней шутке и почти протянул карту к терминалу, как вдруг дверь сзади открылась. Звякнул колокольчик, возвещая о новых посетителях. А в них оказалась Циркуль. СТОП!? ЧТО!? Оливер замер, не веря своим глазам. Циркуль сделала шаг вперёд, и следом за ней, придерживая дверь, показался Компасс. Он был в своём строгом костюме, но выглядел расслабленным и счастливым. Компасс первым заметил Оливера. Его лицо расплылось в широкой, искренней улыбке. Он тут же направился к нему, по пути окинув взглядом удивлённого ювелира, и крепко пожал Оливеру руку. — Приятно вновь вас увидеть, эм... — он запнулся, так как, несмотря на всю благодарность, не знал имени своего благодетеля. — Оливер. — представился Оливер, склонив голову и пожимая протянутую руку. — Оливер. — повторил Компасс, запоминая имя. — А что это вы тут делаете? — спросил он, смотря на кассу и видя там роскошное кольцо в коробке. Он предположил. — Неужели женитесь? — удивился он, ведь на вид Оливеру было где-то около двадцати лет. Оливер кивнул и, улыбнувшись, приобнял Алису за плечо, притягивая её ближе. — Уже женился на моей красавице, вот кольцо пришли купить ей. — сказал он, сияя от счастья. Компасс улыбнулся и, не говоря ни слова, достал свою карту и оплатил заказ. Он сделал это так легко, словно покупал буханку хлеба. *Писк.* — Оплата прошла успешно. — сказал мужчина-ювелир, и его лицо мгновенно преобразилось. Он протянул кольцо Оливеру. — Счастья вам, молодожёны. — добавил он с натянутой улыбкой, которая явно стоила ему огромных усилий. Всё-таки деньги он получил, так почему бы не изобразить радушие. Оливер удивлённо моргнул, но принял кольцо в коробке. Он посмотрел на сияющего Компаса, не находя слов для благодарности. Тот, не дожидаясь вопроса от Оливера, ответил на его немой взгляд: — За вашу помощь. — сказал он просто и искренне. Затем он развернулся к своей жене: — Дорогая, подойди сюда, пожалуйста. После его слов Циркуль подошла ближе. Она широко раскрыла глаза, но не из-за Оливера, а из-за Алисы, стоящей рядом. Она неуверенно помахала рукой: — Привет, Алиса. Привет, Оливер. — сказала она, всё ещё переваривая неожиданную встречу. Оливер, приходя в себя от шока и щедрости Компаса, спросил: — А что это вы тут делаете? Компасс тут же обнял Циркуль за талию и сказал: — Пришли, как и вы, украшение выбирать. — улыбнулся Компасс и, переведя взгляд на витрины, продолжил: — Только не за кольцом, оно нам ни к чему. Циркуль, словно только и ждала этого момента, с гордостью подняла руку, демонстрируя изящное обручальное кольцо, которое красовалось на её пальце. — Я решил побаловать свою любимую. — добавил Компасс с тихим смехом. — Купить ей пару побрякушек. Циркуль, услышав это, чуть покраснела, но на её губах заиграла довольная, счастливая улыбка. Она явно наслаждалась и вниманием, и тем, что может быть просто женщиной, а не грозной учительницей с циркулем вместо руки. Компасс коротко кивнул Оливеру и Алисе в знак прощания и развернулся к витринам, увлекая за собой жену. Оливер и Алиса, переглянувшись, поняли, что они здесь ни к чему, и тихо попрощались, выйдя из магазина. Едва они оказались на улице, Оливер схватил Алису за руку и, не говоря ни слова, рванул с места. Она удивлённо вскрикнула, но послушно побежала за ним, чувствуя, как ветер треплет её волосы. Он нёсся по улицам пока не добежал до тихой аллеи в парке. Здесь, в окружении золотистых крон, было пусто и спокойно. Оливер резко остановился, развернулся и, не отпуская её руки, опустился на одно колено. На его лице сияла самая игривая, но в то же время бесконечно нежная улыбка. Он достал из кармана коробочку с кольцом, которое она выбрала. — Будешь ли ты моей женой? — спросил он, и в его голосе, несмотря на игривость, звучала искренность. Алиса замерла на мгновение, а затем её лицо озарилось яркой, счастливой улыбкой. Она звонко рассмеялась. — Конечно, милый! — выдохнула она, и в её глазах блеснули слёзы счастья. Оливер, сияя ярче солнца, надел кольцо на её безымянный палец. Оно село идеально, словно было создано для неё. Затем он, как и всегда, легко подхватил её на руки и прижал к себе. — Пошли домой? — спросил он, глядя на неё сияющими глазами. Алиса обвила его шею руками, прижалась щекой к его груди и ответила так искренне, что сердце Оливера пропустило удар: — Да... моя вечная любовь. Оливер, окрылённый, радостно зашагал в сторону дома, чувствуя, как внутри разливается тепло, которое не могли остудить даже порывы осеннего ветра. — Стоп-стоп-стоп! — раздался голос Эдварда, прерывающий рассказ Оливера. Он сидел на диване, глядя на друга с нескрываемым недоумением. — А причина, по которой она оказалась без сознания? Ты мне так и не объяснил. Оливер нервно сглотнул и, отведя взгляд в сторону, нехотя продолжил: — Ну... когда мы уже почти дошли до дома, оставалось буквально пару шагов. — начал он, слегка заикаясь. — Я приподнял её и прошептал на ухо: "Ты знаешь, что нас сейчас ждёт?" Она покачала головой, и тогда я... ну, остановился и примерно минуты три рассказывал ей в красках, как именно я собираюсь... кхм... провести с ней нашу первую брачную ночь. Эдвард слушал, и с каждым словом Оливера его лицо вытягивалось всё сильнее. Наконец, он с силой стукнул себя ладонью по лбу. — Я потратил несколько минут своей жизни, слушая твою историю, которую можно было уложить в тридцать секунд. — простонал он, откидывая голову на спинку дивана и закрывая глаза. — Я тебя ненавижу. — Я тебя тоже люблю. — усмехнувшись, парировал Оливер и, обессиленно рухнув рядом, присоединился к другу в его безмолвном страдании. А что случилось дальше узнаем в будущем.