Приключение Фриск по Бумажной школе

Уильям рассказал ей всё. Почти всё. Он сознательно опустил некоторые детали, вроде встречи с беременным Сансом и прочих откровений, которые лишь посеяли бы ненужные сомнения и боль. Некоторые истины лучше приберечь на потом, когда доверие станет ещё крепче. — И я сделал это для тебя. — тихо произнёс Уильям, протягивая ладонь. На ней лежало небольшое, элегантное устройство: аккуратная кнопка, обрамлённая двумя защитными предохранителями, и крошечный экран для ввода данных. — Оно поможет тебе перестать комплексовать из-за веса. Просто вводишь сюда своё имя, переключаешь оба предохранителя и нажимаешь кнопку. Оно снимает только то, что организм накопил за последнюю неделю. Лиззи слушала, постепенно высвобождаясь из его объятий. Её переполняли шок, восхищение и нарастающее чувство вины. Она не ожидала услышать о других мирах, о ключах, оставленных покойными родителями Уильяма, о бремени, которое он нёс в одиночку. В порыве эмоций она крепко обняла его, но спустя мгновение отстранилась, решив, что её любопытство лишь потревожило его старые раны. Уильям мягко отмахнулся, мол, ничего страшного, но Лиззи всё же отошла на край дивана, нуждаясь в моменте, чтобы перевести дыхание. И вот теперь её парень дарит ей устройство, которое он создал, лишь заметив, как она смущённо опустила взгляд на слегка округлившийся животик. Это тронуло её до глубины души. Она подняла на него глаза, в которых снова заблестели слёзы: — Уильям... прости меня. Я не знала, что ты хранишь всё это в себе. Я действительно плохая девушка... — прошептала она, погружаясь в жёсткую самокритику. Уильям смотрел на неё, и в груди расцвело тепло от её прощения, но тут же его сменила острая досада. Ему ненавиделось, когда она унижала себя. — Ты не плохая. — твёрдо воскликнул он, поднимаясь на ноги. Он шагнул к ней, его взгляд медленно скользнул по её фигуре, прежде чем он протянул руку и нежно прикрыл ладонью её животик. Легонько, игриво ущипнув кожу, он заставил её ахнуть и выгнуться. — Если бы твоё тело не сводило меня с ума, я бы так сильно к нему не тянулся. — Он сел рядом, обнял её за плечи и склонился к самому уху, шепча так, что её мурашки побежали по спине. — Ты самая добрая, искренняя девушка, которую я когда-либо встречал. С какой стати я должен от тебя отказываться? Лиззи залилась густым румянцем и попыталась отвести взгляд, но Уильям воспользовался моментом. Он склонился ниже и оставил на её животе влажный, затяжной засос. — Мх~ — вырвался у неё тихий стон, и этот звук окончательно сорвал с Уильяма последние тормоза. Он легко подхватил её на руки, приподняв так, чтобы её лицо оказалось чуть выше его, а он сам — на уровне её бёдер. Его голос опустился до хриплого шёпота: — Знаешь... то, что мы сейчас сделаем, вполне может привести к беременности. — Он выдержал паузу, глядя ей прямо в глаза. — Но если мы будем осторожны... я могу доставить тебе невероятное удовольствие. Так что... даёшь добро? Лиззи опустила взгляд, осознав, где именно он находятся, и покраснела ещё сильнее. Но колебаний не было. Она медленно кивнула: — Да... сделай мне приятно, милый... — протянула она, и Уильям больше не стал ждать. Он бережно уложил её на диван. План донести её до спальни рассыпался в прах: терпеть он больше не мог. Уильям наклонился, осыпая поцелуями её шею и ключицы. Увидев край её футболки, он, не раздумывая, аккуратно разорвал ткань, обнажая кружевное белье. Одним движением расстегнул застёжку, и его руки тут же нашли свою цель: одна дразнила, заставляя её ахать и хватать воздух, второй он нежно сжимал, подчиняя её ритму учащённого дыхания. Дальнейшее оказалось слишком интимным, чтобы выставлять это на всеобщее обозрение словами. Скажу лишь, что Уильям сдержал обещание. Он вёл её медленно, с обожанием, заботясь о каждой её реакции, пока волны наслаждения не накрыли их с головой, стирая границы между реальностью и чувственностью, пока диван не стал их собственной вселенной. Позже они лежали рядом, сплетённые в объятиях, голые и запыхавшиеся. Лиззи тяжело дышала, глядя на Уильяма затуманенным, но счастливым взглядом. Её голос, когда она заговорила, прозвучал мягко, но с явной игривой собственностью: — И всё же... — начала она, проводя ладонью по его груди и устраиваясь головой прямо на ней. — Ты стал моим~ Не так ли? Уильяма на секунду парализовало. В крови тут же вспыхнул знакомый огонь, желание повторить всё снова поднялось с новой силой, но он заставил себя замереть. — Я всегда был твоим. — тихо ответил он, прижимая её к себе ещё крепче. Его член, не успевший остыть, уперся ей в бедро, и Лиззи невольно издала тихий стон от этого контакта. — Я всегда буду твоим. — добавил он хрипло, чувствуя, как она сжимает ноги, дразня его без слов. Улыбнувшись, она посмотрела на него снизу вверх, и в её глазах заплясали лукавые огоньки: — Если ты так хочешь... то всё моё тело в твоём распоряжении. Но... — она хитро прищурилась, проводя пальцем по его губам. — Внутрь меня не заходишь, пока я сама не разрешу. И тут сработало негласное правило всех влюблённых: стоит девушке сказать "я вся твоя", как разум уступает место чистой, неукротимой страсти. Что последовало дальше, шёпот, стоны, переплетение тел и ночи, когда сон отступал перед жаждой обладания, осталось за кадром. И на этой откровенно-пошлой, но такой искренней ноте данная глава подходит к концу.