Осознание

Камская, сама по себе, не только красивая девушка, но довольно умная и догадливая. Настолько умна, что уже лет как двести влюблена в своего друга. Ох, сколько же страданий было по этому поводу в юности... Она до сих пор помнит то волнение, когда оставалась один на один с Костенькой; как пыталась скрыть свой румянец на щеках, прикрываясь духотой летом или морозом в зимнее время. Анюта так хотела, чтобы он обратил на неё внимание!.. Безусловно, он давал некую заботу, но Камская хотела по-другому. Хотела, чтобы Уралов гулял только с ней до поздней ночи, рассказывал различные истории только для неё единственной, помогал таскать полные вёдра воды и заплетал бы косы. Да вот этим мечтам было суждено не сбыться. Была одна темноволосая, её личная проблема - Юра Татищев, что везде хвостиком ходил за Аней. Цветочки ей дарил, песенки там всякие пел, глупые истории рассказывал и плёл косы - тоже он. По правде сказать, ей такое внимание льстило. Ей нравилось, что за ней ухаживают, идут на поводу, всё-всё готовы для неё сделать. Да вот только, не нужен был ей Татищев. Не хотела она слушать его слова о чистой любви; не хотела видеть его влюблённые глаза на протяжении многих десятилетий, но, как говорится, сердцу не прикажешь. И Аня это понимала. Она пыталась смириться с глупой любовью Юры и делала всё возможное, чтобы понравиться Косте. Девушка и приезжала к нему неожиданным сюрпризом, и в полях помогала (хотя Екатеринбург всегда возмущался на это - она девочка, зачем ей напрягаться ради него?) и ещё много чего. Но Уралов будто бы специально не замечал всего. И потом Анюта стала искать проблему в себе. Сколько раз она грустно вздыхала, вытерала слезы по утрам, вновь прихорашивалась, заплетала красивые и тугие косички, вплетая различные туда леточки, выходила гулять с Екатеринбургом и Челябинском, а по приходу домой вечером опять рыдала в подушки от понимания, что она неидеальная?.. И так день за днём. Раз на неё не смотрит Костя восхищёнными глазами, значит опять что-то не так, значит опять Анечка какая-то не такая. Она смотрела на других и пыталась быть такой же, как они. Это происходило на баллах, когда она имела честь приезжать в столицу и встречалась со многими городами и другими людьми. Камская всегда заглядывалась в такие моменты на яркую Казань, гордую Тверь, смелую Тулу, элегантную и скромную Гатчину... Они все такие красивые, такие прелестные! С них невозможно оторвать глаз, они всегда были во внимании других. Этому Пермь тайком и завидовала. Она множество раз подходила к Камалии и заводила спокойную беседу о том, о сëм. И невзначай спрашивала: — Как же так Вы умеете быть и красивой, и интересной, и весёлой одновременно? Пыталась узнать секреты, как понравится другим. Но Зилант никогда не отвечала серьёзно: она всегда легко смеялась и говорила Анечке не думать о таком в её-то раннем возрасте. Камская в такие моменты быстро заканчивала прогулку и убегала к выделенную для неё комнату, запираясь в ней до утра. И так прошли ближайшие сто пятьдесят лет жизни Ани Камской, что вечно гонялась за идеалами и пыталась добиться влюблённости Кости. Но всё было как и в девятнадцатом веке: Костя никаких намёков не давал, Юра всё также бегал за ней, а она смотрела на Костю преданными глазами. И это была главная проблема (даже проблема с именем «Юрка Татищев» здесь уже не казалась такой серьёзной). И вот! Наступил двадцать первый век и что-то всë-таки должно было поменяться в их жизнях. В новый век вступили и совсем другие Костя, Юра и Аня. У каждого оставались свои незакрытые гештальты, прятались скелеты в шкафу после тяжёлого, уже ушедшего века. Камская просто была уверена, что всё должно было поменяться в лучшую сторону; Камская также твёрдо была уверена в своём гениальном плане, но как же жестко в итоге она проебалась. Аня всю свою жизнь искала ответ на главный вопрос: «Почему же Костечка на меня не обращает никакого внимания?», но оказалось, что ответ всегда был перед её носом. Этот ответ буквально был рядом с ней все года, везде сопровождал её, но израненная чувствами душа и влюбленные глаза, обращённые только на Костеньку, не видели этого, никак не замечала этот ответ. Ровно также, как и влюблённых глаз, которыми Костя смотрел на одного единственного человека. И никак не на Аню. На Юру. А Камская в упор не видела этого прежде. Не видела, как Уралов смотрел на Челябинск, как по-особенному переживал за него, как краснел при неловких моментах. Это осознание заставило тело вздрогнуть, а сердце пропустить парочку ударов. Нет, Аня не билась в истериках, не давилась слезами. Она приняла это с холодом и остраненностью. Эта правда была настолько ужасно болючей, что уже и слëз не находилось. Её будто окунули в ледяную воду и вытащили после обратно на мороз, оставляя одну. И эта жёсткая правда теснила ей грудь. Она не понимала, что с этим осознанием делать, как жить дальше. Она ведь и так столько дел наворотила!.. Сначала она думала, что ей показалось, - ну не может быть это правдой! - но после очередной встречи с друзьями поняла, что не показалось. И после она резко поменялась. Стала более отсраненной, перестала много видеться с Костей и Юрой, что начали переживать по этому поводу, закрылась ото всех ещё больше. Пыталась принять и отпустить всё, но как же тяжело это выходило... И вот Камская вновь сидит в своих мыслях совсем одна на пустой кухне и смотрит куда-то в пол. В старой квартирке в Челябинске было холодно. Гул ветра был слышан сквозь окна, но Аня всё также продолжала сидеть на деревянном стуле, грея свои ладошки в рукавах тёплой чёрной кофты. Где-то в глубине квартиры раздавалось копошение - Костя Уралов был уже минут как десять то ли в гостиной, то ли в комнате и что-то там делал. Ушёл в том направление сразу же после ухода Юры, что решил сбегать до магазинчика за сигаретами туда и обратно. Его самого напрягало молчание от девушки и он решил всё же вернутся к Ане, составить ей компанию. Пермь слышит шаги и через пару секунд видит в дверном проёме самого Уралова, что с немым вопросом смотрел на неё. Его широкие плечи, крепкая фигура больше не вызывали девичий трепет, не заставляли сердце биться от чувств. Этой мысли Аня улыбнулась какой-то надломленной улыбкой. Её удивительные глаза блеснулись какой-то молнией обиды, скрытого презрения и, может, капелькой боли. Вид у Кости был недоумевающий: он встал в ступор, когда увидел сначала безэмоциональную Камскую, а потом такую: с неузнаваемой улыбкой. — Ань, с тобой всё в порядке? - хриплый голос Кости в этой убивающей тишине звучал слишком громко. На вопрос Камская горько усмехнулась, не убирая тяжёлого взгяда с собеседника. — Да. С чего вдруг такие вопросы? - её слова были колкими, резкими, до боли острыми. Будто бы от одних слов у Ани получится придушить Екатеринбург и высказать всё то, что лежит на душе. Будто эта интонация даст понять, что она всё знает. Костя несколько раз что-то порывался сказать в ответ, но в конечном счёте решил просто недоверчиво посмотреть на девушку пару долгих минут, прежде чем выдать: — А вот я так не думаю. Мы же видем, что с тобой что-то не так битый месяц. Анют, лучше скажи как есть... Ответом Уралову послужил скрип ножек стула по плитке на полу. Едва ощутимый ветерок от быстрых шагов Камской, что уходила прочь из этой чёртовой челябинской кухни. ... И Камская ничего не ответит. Как и в прошлые разы, как и в следующие. Снова промолчит с яркой, но острой на кончиках губ улыбкой, но ничего не скажет. Слишком поздно что-то говорить и менять. Новый век пришёл, а развернул пока что только её жизнь в грустный и несчастный финал. Камская ведь уже не маленькая наивная девочка из восемнадцатого века, не проблемный подросток в девятнадцатого столетия, что искал одобрения у каждой девушки-города в глазах, не убитая тайнами и ужасом двадцатого, а совсем-совсем другая девушка. Она же всё понимает, в конце концов. Всегда понимала. Всегда была умненькой девочкой, умела держать язык за зубами, что подтверждает события 1918 года. И сейчас она тоже будет умной: просто уйдёт и забудет. Наверное, даже напугает Юру, который придёт с новой пачкой сигарет через несколько минут в свою квартиру, из которой уходя видел двух друзей, а по прибытию увидит одного. И она ведь знала с самого детства, что её догадливость, в конечном итоге, её же и погубит. Тому пример её нынешнее положение. Зачем только догадалась?.. Она идет по разбитому тротуару у сталинки, уходя прочь и неся осознание внутри себя, так и не поговорив опять ни с кем из них.