Big time Smoke & Mirrors

Лос-Анджелес дышал тёплым воздухом, пропитанным запахом приторных дорогих духов и бензина. Небо над городом сияло неестественно ярким оттенком синего, словно кто-то специально подкрутил насыщенность, чтобы картинка выглядела ещё привлекательнее, чем могла быть на самом деле. Примерно так же, как это делали с обложками альбомов, великим знаменем развешанными по стенам длинного коридора концертного зала. Дверь огромного здания распахнулась, и яркая группа парней вывалилась на улицу. Словно по команде, вспыхнули сотни фотовспышек, оглушая и ослепляя вымученных артистов. Папарацци, подобно голодным волкам, окружили их со всех сторон, выкрикивая каверзные вопросы и пытаясь запечатлеть каждый шаг. Вместе с ними напирала и толпа настойчивых фанаток, верещащих о безмерной любви, плачущих и протягивающих свои длинные ручонки в надежде коснуться своих кумиров. Джеймс расправил плечи, визуально становясь больше, поглощая каждый сводящий с ума комплимент, пропитанный безумием, купаясь во всеобщем внимании оглушительной толпы, от которых их разделял невысокий металлический заборчик, норовящий в любой момент проломиться от веса. Джеймс улыбался, позировал и одаривал фанаток кокетливыми взглядами. Казалось, что он подпитывался этой энергией, со стороны напоминая одну высокую и до ужаса красивую солнечную батарею. Охранники живым щитом окружили парней, прокладывая им путь к чёрной тонированной машине, припаркованной всего в паре метров от входа, но дорога к нему казалась сродни тяжёлым и непосильным испытанием уставшим артистам. Ноги ужасно ныли после двух часов безостановочных прыжков по сцене, в ушах и голове гудело от басов колонок и криков толпы, всё ещё отдающихся эхом где-то в кромках сознания. Каждый шаг давался с трудом, каждый вдох сопровождался криками и вспышками. Они пробивались сквозь толпу, заключившую их в клетку из густого тумана внимания и радости, ощущая на себе сотни взглядов, оседающих на коже приятной, но такой тягостной негой. Наконец они добрались до авто и спешно захлопнули за собой дверь. Верещащие девчонки остались где-то позади, но шум и суета ещё долго будут звучать в ушах. – Ну что, парни, ещё один обычный день в раю? – Джеймс с сияющей улыбкой оглядел своих друзей, практически расплывшихся по мягким креслам. – Рай был бы, если бы мои ноги не обещали отвалиться в любую минуту, – застонал Логан, прикрыв усталые глаза блестящей от пота рукой. – Эй, ещё скажи, что тебе не нравится это! Эти толпы девчонок, скандирующие твоё имя, держа над головой огромные таблички с признаниями в любви, – возмущённо воскликнул Джеймс. – Джеймс, мне это не интересно, – закатил глаза Митчелл, – и вообще, у тебя же тоже кто-то там есть, как я помню. – Мы с ней всего неделю вместе, да и наслаждаться вниманием фанатов можно и в отношениях. – Ага, и как её зовут? Забыл уже, наверное, пока выходил из концертного зала? – Эй, это не смешно, – Джеймс возмущённо раскрыл рот, поражённый словами лучшего друга. И какого мнения он был о нём? – Её зовут Эшли, и вообще-то, она очень даже ничего. – Я не сомневаюсь, – закатил глаза Логан. – Парни, успокойтесь хоть сейчас, – вздохнул Кендалл, склоняясь ближе к полу, вытягивая из-под кресла ещё нетронутую бутылку дорогого виски, наглым образом украденного из закрытого на замок бара Густаво. Оттуда же вынырнула и небольшая сумка с четырьмя прозрачными бокалами. – Когда Густаво узнает, он убьёт тебя, – довольно пропел Джеймс, принимая первый наполнившийся тёмной жидкостью бокал. Парень поднёс напиток к носу, вдыхая приятный горький аромат, в наслаждении растягивая губы. – Он и не узнает, – усмехнулся Кендалл, встряхивая второй готовый коктейль, протягивая его притихшему Логану. Взгляд парня поднялся на тёмную стенку, отгораживающую их от молчаливого водителя, будто специально накрутившего звук в колонках, чтобы не слышать разговоров чересчур крикливой группы. – О нет, я не буду, – Логан отрицательно мотнул головой, кивая на прозрачные стенки бокала. – Ты чего? – Удивился Джеймс. – Вы же в курсе, что алкоголь нарушает синтез белка, что приводит к снижению мышечной массы и замедляет восстановление после физических нагрузок? А ещё он негативно влияет на когнитивные функции, ухудшает концентрацию и память. Да и вообще, по статистике, регулярное употребление алкоголя повышает риск развития цирроза печени, заболеваний сердечно-сосудистой системы и даже некоторых видов рака. Так что, извините, парни, я пас. – Раньше тебя это не волновало, – Кендалл заинтересованно вздёрнул брови, но настаивать не стал. Вместо этого парень обернулся на удивительно тихого друга, с самого их выхода из зала не проронившего ни слова. Взгляд застыл на чужом телефоне, пальцы быстро бегали по буквам, наверняка выписывая длинные поэмы неизвестному абоненту. – Карлос, – позвал лидер, но не получил даже малейшей реакции, – Карлос! – А что? Я здесь! – Карлос испуганно подпрыгнул на месте, спешно прижимая телефон к груди. – Пить будешь? – Поинтересовался Кендалл, тряхнув стакан. Виски привлекательно скользнуло по стенкам, смачивая края. – А, нет, спасибо, я сегодня пас, – отмахнулся он, вновь возвращая всё своё внимание горящему телефону. – Да что с вами? – Джеймс сделал небольшой глоток, чувствуя, как обжигающий напиток приятно растекается по рту, смачивая раздражённое после длительного пения горло. – Я иду на свидание, не хочу напиваться раньше времени, – легко ответил парень, пожимая плечами. Внезапно тело подскочило само по себе, напугав всех в машине. Рука Джеймса от неожиданности дрогнула, чуть не выплеснув остатки недешёвого напитка на свою дорогую футболку. Он даже не знал, по чём бы горевал больше. В полумраке салона Джеймс удивлённо покосился на Карлоса, который словно очнулся от глубокого сна. Карлос несколько раз энергично стукнул костяшками пальцев в перегородку, отделяющую их от грузного водителя. После нескольких настойчивых ударов громкость музыки стихла, и в небольшом окошке показалось недовольное лицо шофёра. – В чем дело, мистер Гарсия? Мы ещё не приехали, – проворчал тот, бросив взгляд в зеркало заднего вида. – Простите, сэр, но мне нужно выйти, – твёрдо произнёс Карлос с непривычной уверенностью в голосе, – пожалуйста, остановите машину на следующем повороте. Там есть кафе, вот около него и притормозите, – брови водителя сдвинулись к переносице, но ответа так и не последовало. Мужчина лишь слабо кивнул, вновь закрывая окошко, чтобы отгородить себя от безумных подростков. Как только машина плавно остановилась у тротуара, возле небольшого кафе с неоновой вывеской, Карлос резко распахнул дверь, впуская в салон порыв свежего воздуха, пахнущего бензином и жареным кофе вперемешку с сотней различного сорта ароматами незнакомых духов. Он выскочил наружу, нервно оглядываясь по сторонам, активно высматривая кого-то, кто должен был вот-вот появиться. Его глаза беспокойно метались по ярко освещённому тротуару, пока не остановились на силуэте, скрытом в тени у входа в кафе. – Эй! Я здесь! – Воскликнул парень, махнув рукой в сторону фигуры. Звонкий голос разлетелся по улице, привлекая к его персоне ещё пару-тройку лишних взглядов случайных прохожих, но, кажется, парню было плевать на всё вокруг. Даже безумные фанатки перестали волновать взбудораженный мозг. Из тени кафе отделилась высокая стройная фигура, залитая ярким дневным светом, пылающим огромным сердцем Лос-Анджелеса над никогда не спящим городом. Аккуратные длинные ножки легко передвигались по раскалённому асфальту, заставляя тонкие ниточки обрезанных шорт привлекательно дрожать от каждого шага. Фигура медленно направилась к машине, и только когда солнце перестало слепить глаза, остальным парням стали различимы очертания длинных волнистых волос цвета воронова крыла, плавно колыхавшихся на лёгком ветерке. Карлос лучезарно улыбнулся, когда незнакомка подошла ближе. Парень резко протянул руку, бережно взяв тонкую кисть в свою ладонь и потянув к раскрытой двери машины, где уже высунулись заинтригованные лица друзей, с неподдельным любопытством всматривающихся в дневного гостя. – Ребята, познакомьтесь! Это… Изабелль, – смущённо произнёс Карлос, его щеки слегка порозовели под ласковым солнцем, – Изабелль, это Джеймс, Кендалл и Логан. Мои друзья, – девушка окинула парней оценивающим взглядом, слегка приподняв тонкие накрашенные брови. Алые губы тронула приветливая улыбка, обращая лицо хрупкой Изабелль в подобие яркого солнца. – Очень приятно, ребята. Много о вас слышала, – прощебетала она. – Привет, Изабелль, – в унисон протянули несколько восторженных голосов, обращая на покрасневшего Карлоса хитрые глаза. Водитель бросил взгляд на часы, коротко и раздражённо посигналив, нарушая явно неловкую атмосферу летнего дня. Больше не смея трепать твои нервы, он захлопнул дверь, и машина резко тронулась с места, оставив Карлоса и Изабелль одних на залитой солнцем улице, среди шума и суеты большого города. Джеймс удовлетворённо улыбнулся, допивая жалкие остатки на дне бокала, вновь протягивая его к лидеру. – Вот и у нашего малыша появилась своя принцесса, – парадируя заботливую мать Кендалла, пролепетал Джеймс, смахивая с ресниц невидимую слезу, неотрывно следя за тем, как тёмный напиток опять заполняет его бокал, – выпьем же за любовь, – воскликнул Даймонд и, не дожидаясь ответа, ударил своим стаканом о стакан Кендалла. Лёгкий звон потревожил тишину салона. Несколько капель плеснулось на дорогую обивку. Джеймс залпом осушил свой бокал, с наслаждением прикрыв глаза. Язык опалило сладко-горьким вкусом дорогого виски, обжигающая волна прокатилась по горлу и растеклась приятным теплом по всему телу. Он шумно выдохнул, откинувшись на спинку сиденья, и блаженно улыбнулся, позволяя пьяной неге одолеть убитое концертом тело. В голове слегка помутилось, мысли незаметно замедлились, и на какое-то мгновение все проблемы и заботы отступили на дальний план, оставив после себя лишь приятное ощущение лёгкости в мышцах и беззаботности в сознании. Он медленно открыл глаза, оглядывая салон машины расфокусированным взглядом. В полумраке лица друзей казались расплывчатыми масками. – Эй, может мне тоже пригласить Эшли на свидание? – Внезапно произнёс Джеймс, задумчиво поднимая взгляд к потолку. – Серьёзно? Откуда в вас столько энергии? Мне сейчас хочется лишь завалиться в кровать и проспать часов десять, – вздохнул Логан, кидая взгляд на друга. – О, не будь занудой. Уверен, предложи сейчас Камилла прогуляться, ты бы тут же сорвался за ней. – Джеймс, нет. Я умею правильно расставлять приоритеты, да и Камилла поняла бы моё желание отдохнуть после концерта. – Как скажешь… – Джеймс вознёс руки к лицу, сдаваясь под натиском великого ума чересчур заумного друга, больше не решая возобновлять эту тему. Губы припали к слегка влажному после его же слюны стеклу, отпивая немного пьянящего успокоительного. Кендалл, откинувшись на спинку сиденья, крутил в руке стакан с остатками виски, наблюдая за тем, как янтарная жидкость медленно переливалась в полумраке тонировки. Он сделал небольшой глоток, чувствуя, как алкоголь обволакивает его, принося временное облегчение от напряжения и усталости. Он наполнил стакан снова, не заботясь о завтрашнем дне. Они отыграли очередной успешный концерт, они выполнили свою работу и теперь могли получить свой законный отдых, хотя бы на пару дней. Кендалл смотрел в окно, наблюдая за мелькающими пейзажами улиц Лос-Анджелеса. Пальмы, выстроившиеся вдоль дороги, чудились бесконечными стенами, словно безмолвные свидетели их стремительно меняющейся жизни. Казалось, только вчера они были просто четырьмя парнями из маленького холодного городка, мечтающими о славе, а сегодня уже славились идолами большинства подростков, чьи лица украшали обложки журналов и стены восторженных девчонок. Иногда это даже начинало пугать. Казалось, они плывут по бурной реке, не имея возможности контролировать течение. Странная тревога заклубилась в груди. Кендалл нервно сжал бокал в длинных пальцах, украшенных парой наверняка дорогих колец, которые, впрочем, уже в гримёрке покинут его руки. Парень пытался понять, мог ли алкоголь породить непонятное чувство, или его собственный разум решил сыграть с ним злую шутку. Внезапно эту тягучую тишину разорвал резкий, пронзительный звон. Кендалл вздрогнул, будто от удара током, и машинально потянулся к телефону, лежавшему на подлокотнике. На экране высвечивалось одно лишь имя – «Густаво». И только оно говорило о многом: плохие новости, неприятности, отмена отдыха. Вряд ли этот мужчина стал бы трезвонить им, чтобы похвалить за отлично отведённый концерт. На это у него существовала Келли, выступавшая здравым смыслом всей группы. – Густаво? – Напряжённо произнёс Джеймс, замечая горящие буквы на чужом экране. – Плакал наш отдых, – вздохнул Кендалл, передавая свой стакан в удивительно мягкие для парня руки Джеймса. Хотя, удивляться было нечему, если вспоминать, сколько кремов и средств друг выливал на всё своё тело каждый день, – да, Густаво? – Фальшивая улыбка растянулась на усталых губах, хотя в этом обмане и не было необходимости. – Псы, планы меняются. Немедленно отправляйтесь в Rocque Records, – ни дружелюбного приветствия, ни хотя бы малейшего интереса к их личному состоянию. Густаво не изменял себе. – Что-то случилось? – осторожно спросил Кендалл, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри уже бушевал шторм, и непонятно, была его причиной странная тревога, или это всё-таки гнев решил приоткрыть свои лапы. – Случилось? – рявкнул Густаво, – случилось то, что ваши бездарные задницы рискуют лишиться всего! Rocque Records! Живо! – И прежде чем Кендалл успел что-либо ответить, связь прервалась. Он медленно опустил руку с телефоном. Тишина в лимузине стала ещё более гнетущей, начиная болезненно давить на барабанные перепонки. Джеймс открыл глаза, вопросительно взглядывая на Кендалла. Логан тоже настороженно посмотрел на друга, нервно потирая вмиг вспотевшие ладони об грубую ткань сценических джинсов, норовя проделать дырку в брендовой одежде. – Густаво, – коротко бросил Кендалл, опуская телефон на сидение, – Rocque Records. Сейчас же! – Кендаллу даже не нужно было стучать в стенку, чтобы убедиться в том, что водитель точно услышал его раздражённый голос. Лимузин резко затормозил, заставив их податься вперёд. Джеймс не смог удержаться на месте. Алкоголь в стаканах взмыл вверх, заливая белоснежную футболку парня, моментально создавая яркую темнеющую тень на груди и животе. Водитель молча развернулся и помчался в обратном направлении, в самое сердце Голливуда, туда, где их ждали, вероятно, огромные проблемы, иначе бы Густаво не захотел видеть лица псов второй раз за день.

***

Карлос с облегчением проводил взглядом удаляющийся багажник машины, полностью поворачиваясь к Изабелль, улыбка растянулась ещё сильнее, норовя порвать уголки губ, хотя, казалось, мышцы лица не позволяли такого. Парень неловко переминался с ноги на ногу, разглядывая голубые глаза девушки. Они напоминали ему чистейшее небо Лос-Анджелеса, обрамлённое хороводом из тёмных звёзд. – Ну вот, мы одни! – Весело воскликнул он. – Ты так рад отсутствию друзей? – Усмехнулась девушка, поправляя сползшую с плеча лямку сумки. – Не то чтобы, просто… – парень неловко отвёл взгляд, но быстро собрался с силами, вновь поворачиваясь к девушке, – они хорошие друзья, но ведь всем нужно время, чтобы отдохнуть от людей. – Тоже верно, – согласно кивнула Изабелль. – Так... Куда пойдём? Я думал, можем прогуляться по Мелроуз Авеню? Там сейчас такая атмосфера, все эти граффити... Или, может, ты хочешь в другое место? Куда угодно! – Мелроуз звучит неплохо, – наконец произнесла она, лукаво улыбаясь. Чужие глаза заискрились, словно в них вселились все огни этого огромного города. Пара медленно зашагала в сторону Мелроуз Авеню, погружаясь в калейдоскоп красок и звуков. Улица уже знакомо пульсировала жизнью, подобно настоящему сердцу огромного Лос-Анджелеса. Прохожие, одетые в самые невероятные наряды, сливались в единый, бурлящий поток. Из открытых дверей магазинов доносилась приятная слуху музыка, смешиваясь с гулом проезжающих мимо машин и обрывками разговоров. Изабелль непринуждённо шла вдоль разнообразных магазинов, внимательно рассматривая витрины, полные диковинных вещей, и то и дело останавливалась, чтобы сфотографировать особо понравившиеся граффити. Карлос следовал за ней, как тень, очарованный её красотой. Изабелль была настоящим воплощением калифорнийской мечты, сотканной из солнечного света и прохладного бриза, каких не найти в Миннесоте. Короткие джинсовые шорты идеально подчёркивали её длинные ноги, а свободная белая футболка, завязанная узлом на талии, открывала полоску загорелой кожи. Один из рукавов сполз с плеча, оголяя светлую полоску, которую так и не смогло коснуться солнце. Тёмные, густые волосы были распущены и ниспадали мягкими волнами до плеч, напоминая жидкий шоколад, перемешанный с приторно-сладкой карамелью. Солнечные лучи играли с ними, выхватывая отдельные пряди, заставляя их чарующе мерцать. На лице, обрамлённом этими волнами, сияла лёгкая бронза загара, подчёркивающая высокие скулы и чувственный изгиб губ, накрашенных лёгким блеском. На переносице покоились солнцезащитные очки в тонкой золотой оправе, которые она то и дело снимала, чтобы одарить Карлоса мимолётным, но таким обжигающим взглядом. Изабелль была идеальной картинкой, тщательно продуманным образом, который заставлял Карлоса задыхаться от восхищения и чувствовать себя самым счастливым парнем на свете. Он не мог поверить в свою удачу. Чтобы такая девушка и сама подошла к нему познакомиться – это было сродни чему-то необыкновенному. Увидев её впервые, когда Изабелль затормозила у его столика, изъявив желание присесть, он чуть не залил стол молочным коктейлем, неловко отползая по диванчику ближе к окну, чтобы освободить незнакомке место. И, на его удивление, она всё равно села, одарив парня самой обворожительной из всех увиденных им улыбок. Именно тогда он понял, что попал. Может, кто и считал его слишком наивным, но почему он должен был ненавидеть мир, когда его окружало столько прекрасного? Особенно когда восьмое чудо света шагало прямо перед ним, иногда оборачиваясь на парня, чтобы слегка помахать ладонью, принимая отставшего Карлоса ближе к себе. Он не знал всех бед жизни, поэтому тратил эти счастливые дни на своё удовольствие. Краем глаза парень зацепился за переливающиеся краски. Стены зданий, покрытые яркими рисунками, превращали улицу в огромную художественную галерею под открытым небом. Здесь было всё: от абстрактных узоров до портретов знаменитостей или простых бессмысленных каракуль. Каждое граффити рассказывало свою историю, отражая дух свободы и бунтарства, царившего в Лос-Анджелесе. Среди ярких полос, распустившихся творцов, Изабелль казалась самым великолепным и необычайным произведением искусства. Карлос хотел бы навсегда запечатлеть эту картину в своей голове, но боялся, что его памяти просто не хватит, чтобы запомнить столько чарующих деталей, скрытых в чужом теле. Он желал, чтобы этот момент никогда не заканчивался, но судьба часто играла злые и совсем не смешные шутки. По ноге поползла вибрация, а по улице разнёсся оглушительный звон. Подпрыгнув на месте, Карлос быстро вытащил из кармана телефон, кидая взгляд на экран. «Логан». Парень нахмурился, не понимая, с чего бы его другу звонить ему в такой момент. Изабелль, похоже, заметив отсутствие парня, затормозила, оборачиваясь на Карлоса, вопросительно кивая. Парень развёл руками, задумываясь, не стоит ли оставить этот, наверняка, не очень то и важный разговор на потом. Но странная тревога в груди не позволила проигнорировать вызов. – Да? – Ответил Карлос, прижимая телефон к уху. Чужой голос сквозил искрящими нервами, а произнесённые слова заставили парня сглотнуть внезапно застрявший в горле ком. Пальцы сильно сцепились на хрупком корпусе, неосознанно пытаясь разломить не дешёвую модель. Кажется, на сегодня его свидание внезапно подошло к концу.

***

– Вот они! – Раздражённо воскликнул Густаво, когда трое запыхавшихся парней влетели в звенящую от напряжения комнату. – Густаво, что случилось? – Поинтересовался Кендалл, краем глаза замечая ещё несколько лиц в стороне ото всех. Появление Гриффина никогда не приносило ничего хорошего в студию звукозаписи, да и вообще в их жизнь. Даже сейчас мужчина стоял, как всегда, в окружении своей немногословной охраны, расслабленно скрестив руки на груди и довольно ухмыляясь, изредка кидая взгляд за спину Кендалла, где остановились ещё два парня. – Где Карлос? – Вырвалось изо рта Густаво вместо ожидаемого ответа. -У него свидание, – неопределённо протянул Кендалл. – Неважно, Густаво, он нам не нужен сейчас, – Гриффин сделал шаг к группе, гордо вскидывая руки, будто следующая новость должна была перевернуть мир, – мне нужен он, – губы мужчины растянулись в такой знакомой хитрой улыбке, от которой у Кендалла всегда по спине пробегал характерный холодок страха. Палец взметнулся в воздух, замирая на одной единственной фигуре. – Я? – Удивлённо переспросил Джеймс, для убедительности ткнув пальцем себе в грудь. – Да, ты, красавчик. Нам нужна твоя внешность. – Я не… Я не понимаю… – Для начала, ребята, у меня для вас отличные новости! Ваш талант востребован, и мы расширяем горизонты для вашего творчества. – Неужели мы едем в мировой тур? – Расплылся в яркой улыбке Джеймс. – Пока нет, Джеймс, – Гриффин усмехнулся, – но есть кое-что не менее значимое. Вы напишете и исполните саундтрек к новому сериалу! Это ваш шанс распространиться на ещё большее количество людей и возрастов. – Саундтрек? – Недоверчиво протянул Кендалл. Что-то здесь было не так, он всеми фибрами тела ощущал это. Тревога вновь засосала где-то под рёбрами. Парень нервно сжал кулаки, мысленно пытаясь переубедить себя, но внутренний голос орал об опасности, напомнив таблоид счёта, знаменующий неминуемый проигрыш его команды. – Верно. – Это же круто! – Воскликнул Джеймс, закидывая руки на плечи друзей, неосознанно выходя из-за спины лидера. – Мальчики, это ещё не все новости, – усталый голос Келли только сильнее тянул тугую струну на нервах Кендалла. Парень напряжённо сглотнул, скрещивая руки на груди. – Ведь есть какие-то «но», верно? – Догадался парень, получая в ответ виноватый взгляд женщины. – Верно, – кивнул Гриффин, продолжая тянуть уголки губ. Ещё немного, и он бы точно смог достать ими уши. Кендаллу стало тошно от этого цирка, всей этой фальши и лишней официозности. Единственное, что сейчас хотел молодой организм – отдых. Отдых без Густаво, Гриффина, фанатов, шума и новостей, и плевать хороших или плохих. Он просто желал увидеть очередной сон и скрыться от ярких красок Голливуда в недосягаемом царстве спальни. – И что это за «но»? – Но, как и в любом выгодном предложении, есть свои… особенности. Видите ли, компания, которая выходит с нами на контакт, безумно заинтересована в раскрутке своей звезды. Так сказать, вывести её в топы. – Молодая актриса? – Глаза Джеймса загорелись. – О да! – Гриффин довольно обнажил свои белоснежные зубы, замечая особый блеск в глазах его артиста, – и они знают прекрасный способ, благодаря которому «Big Time Rush» и она смогут взлететь ещё выше. – И что же это за условие? – Нахмурился Логан, тоже начиная подозревать что-то неладное. Он почувствовал, как начало вонять гнилью и дымом медленно сжигающегося спокойствия такого прекрасного дня. – Дело в том, что… одним из условий контракта является… – Келли нервно взглянула на Гриффина, молчаливо спрашивая разрешения продолжить. Тот лишь кивнул, давая зелёный свет для выхода на бис, – пиар-роман, – выдохнула Келли, моментально обращая взгляд на застывшего Кендалла. – Пиар… что? – Сморщился лидер. – Всё просто, ребята! Компания решила создать прекрасный пиар-ход в виде фальшивых отношений с Монтаной Сторм. И… они предоставили ей выбрать, с кем она будет играть эту роль, – Гриффин светился ликованием, пока лица парней медленно растягивались в удивлении. – И она… выбрала Джеймса? – Аккуратно поинтересовался Логан, неосознанно тыкая пальцем в рёбра друга, выводя его из секундного оцепенения. – Меня? – Наконец-то чужие слова смогли прорваться через плотные стены пьяного тумана в голове парня. Нервный смешок сорвался с розоватых губ. – Верно, тебя выбрали в роли официального парня Монтаны, – казалось, мужчина совсем не замечал проблемы в собственных словах. Густаво и Келли напряжённо переглянулись, но возражать своему боссу не имели права. – Это… это, – внезапно осознание подобно вспышке озарило разум, возвращая парня обратно на землю, – это неправильно. Простите, Гриффин, но у меня уже есть девушка. Я не могу бросить её из-за пиара, – Джеймс натянул на лицо самую обворожительную улыбку из всех своих масок, с лёгкой виной поглядывая на босса. – Нет. Можешь. – Что? – Маска моментально спала, теряя весь радостный растрой. Струна порвалась, заставляя Кендалла сжаться всем телом. Не зря его целый день мучала странная боль в районе живота, тело с самого утра чувствовало что-то неладное и ожидало этого, подобно приговору. – Джеймс, ты подписал контракт. И пока он действует, ты – продукт. Ты являешься собственностью Industries. И ты будешь делать то, что нужно Industries. Твоя задача – генерировать прибыль, иначе я выкину тебя из группы, – улыбка ни разу не сошла с лица мужчины, пока сердце парня медленно падало вниз. – Но так нельзя. Я ведь разобью ей сердце… – Монтана – это огромная возможность. Это поднимет тебя на совершенно новый уровень. Ты готов от неё отказаться из-за… какой-то девочки? Серьёзно? Ты хоть понимаешь, как этот ход может продвинуть вашу группу? Люди любят романы, люди любят драму, им нравится следить за чужой личной жизнью. Рейтинги взлетят до небес. Продажи альбомов, концерты, реклама… У тебя будет ещё сотня таких же глупых простушек. Так что попрошу побыстрее разобраться с лишними… проблемами и готовиться к встрече. Завтра вы впервые сходите на свидание в ресторан, где вас уже будут ждать подставные папарацци. – Но… – попытался выговорить хоть что-то Джеймс, но был перебит одним лишь взмахом руки Гриффина. – Никаких «но»! Завтра в семь жди машину и приведи себя в порядок, чтобы ты не выглядел так, будто… купался в мусоре, – мужчина опустил взгляд на огромное пятно на груди парня, подозрительно изгибая бровь, – и не забудь свою самую очаровательную улыбку. Это твоя работа. И ты будешь её делать. Иначе... ты знаешь последствия, – вновь улыбнулся Гриффин, кивая на дверь. Охранники двинулись к выходу, расталкивая застывших парней со своего пути. Спина в синем костюме скрылась за поворотом коридора, оставляя после себя напряжённую тишину и шлейф терпкого и наверняка дорогого парфюма. Джеймс почувствовал, как тело перестаёт ощущать землю. Комната закружилась вокруг него, подобно сломанной карусели. Что-то странное щёлкнуло под рёбрами. Силуэты людей поплыли перед глазами. – Джеймс, ты как? – Аккуратно спросил Кендалл, но так и не успел получить ответ. Глаза парня медленно закрылись, а голова потянулась назад, заваливая окаменевшее тело. Лидер дёрнулся к другу, быстро подхватывая тяжёлую тушку, оседая на пол. – Джеймс… – вздохнул Логан, – пожалуй, я позвоню Карлосу. – И приведите его в чувства! – Воскликнул Густаво, махнув рукой на бледное тело. Удивительно, стоило только Гриффину исчезнуть из виду, как в мужчине тут же вновь проснулся голос. Кендалл бросил раздражённо взгляд на Рока, нервно потирая твёрдые плечи друга.