Часть 5
Я задумался над твоим персонажем, но не очень надолго – конечно, ты должна быть чародеем!
Скажем, твой персонаж из обычной деревушки, из семьи работяг – отец работал плотником, мама шила одежду для местных жителей. Но случилась трагедия – когда ты ещё была ребёнком, на деревню напали воины из соседнего королевства.
Их король – просто тиран! Он приказывал убивать всех без разбора, и не важно, дети это, матери, старики… Обворовать несколько домов, остальное выжечь, оставив только чёрную землю. Ему на самом деле не нужны были ваши блага, он лишь хотел показать свою силу и то, насколько далеко готов зайти в своём безумстве. Его целью было захватить ваше королевство, установив полное господство и устроив для мирных жителей настоящий ад на земле.
Но тебе повезло – утром страшного дня ты отправилась в лес, чтобы собрать цветов. Лес всегда тебя успокаивал, словно разговаривал шелестом листьев, приглашал остаться в прохладе тени, вот и тогда ты поддалась искушению, под щебетание птиц долго собирая в маленькую корзинку пролески, ветреницы, колокольчики, пестрящие ярким букетом.
Когда ты услышала шум и крики – тут же побежала в сторону деревни, но увидела лишь дым и лежащие повсюду тела. Было уже поздно.
От шока и неописуемого ужаса ты выронила корзинку и бросилась бежать вглубь леса, но тебя заметил один из злодеев и погнался следом.
Разодрав ноги о хлесткие ветви в кровь, спустя буквально пару минут ты рухнула на поляне около ручейка. Сквозь слезы отчаяния и безнадеги ты наблюдала за тем, как всё ближе к тебе подходит фигура в чёрных одеждах, думая о том, что это – твои последние моменты, пока вдруг, пытаясь отползти дальше, ты не угодила рукой в воду. Это был ручеек, но чего никто не знал – по нему текла вода с древней силой. Прохладный поток моментально змеей обвил твою руку и, спустя мгновение, свечением ушёл под кожу.
В замешательстве воин остановился на секунду, и этого момента тебе хватило, чтобы почувствовать, как забурлила кровь и начала пробуждаться сила, которая всегда была внутри, но ждала своего часа.
Ты закричала с несвойственной для ребёнка яростью и откинула злодея в сторону.
Он выжил в тот день, ты скрылась в лесу, и его истории никто не поверил, однако по всему королевству пошли слухи о загадочном маге, который живёт в густой непроходимой чаще и, если кто-то осмелится его найти – живым больше не вёрнется.
— Вау… — Выдохнула Джейн, переворачиваясь на спину и прижимая письмо к груди. Волшебница густой чащи… Как же это было классно! Дастин действительно гений! Губы растянулись в улыбке, и казалось, что, стоит ей закрыть глаза, - она тут же увидит сияние солнца через листву, услышит завывание ветра, голоса и шум, почувствует биение сердца на бегу, почувствует боль в рассечённых коленях. Никогда ещё прежде она не погружалась в историю вот так. Хотелось услышать продолжение, повлиять на него, принять решение… Да, теперь она понимала, почему они так любили странный мир этой игры. Сейчас вдруг показалось, что было бы здорово сесть за большой стол, разложить поле для игры, накинуть какой-нибудь плед на плечи как мантию и взять маленькую фигурку чародейки. Было бы весело принимать решения, пытаться выжить – в этот раз не по-настоящему, а так, волнительно, но понарошку. И наверняка было бы весело сидеть рядом с Дастином, видеть его восторг от удачного броска и смешинки в глазах, подскакивать вместе от радости, слышать счастливое «Джейн, волшебница густой чащи» и крепко обниматься… Джейн подскочила, вставая с кровати, и замерла посреди комнаты, борясь со странным и внезапно возникшим желанием начать танцевать – внутри бурлила энергия и кипела кровь, прилив к поалевшим щекам. Вдруг на пол выпало что-то, лежавшее между страниц. Девушка присела на корточки и уперлась взглядом в маленький засушенный голубой цветочек. Она пару раз моргнула, отчего-то даже надеясь, что он возьмет и исчезнет, словно никогда не было здесь этих маленьких лепесточков, а потом присела на пол, аккуратно поднимая его и кладя на ладонь.Возможно это странно, не подумай ничего такого! Я просто гулял недавно по парку, увидел эти цветы… Ну как, скорее маленькие цветочки, они вот растут на кустах…
В общем, я сразу как-то подумал о тебе! Сорвал один, положил между страниц книги, всё думал, отправлять ли. Хотя это странно, конечно
В смысле, подумал о волшебнице Джейн, конечно же. О её магической истории и о том, что цветы спасли её от трагической смерти и в каком-то смысле помогли пробудить силы
Подумал об истории волшебнице Джейн… Было в целом не важно. Она тоже в каком-то смысле сама волшебница. Она оглянулась по сторонам, пытаясь найти что-то, куда можно было бы положить цветочек. Ничего не приходило в голову – в ней сейчас в целом было удивительно пусто, словно произошло что-то исключительное. Но ничего исключительного абсолютно точно не произошло, просто почему-то казалось, что очень важно не допустить, чтобы маленькие синие листочки осыпались, иначе вместе с этим посыпется и что-то хрупкое, но очень важное, робко прорастающее в ней последние несколько дней.
***
В следующий раз Джейн ехала в школу уже с цветком. Она положила его между страниц одной из тетрадей, и теперь при каждом удобном случае открывала и проверяла, всё ли с ним в порядке. Она планировала вернуться домой и неспешно написать ответ Дастину, поэтому весь день до этого был отведён на то, чтобы придумать какую-нибудь интересную историю. Может, какое-нибудь приключение для неё и… а кстати, какой был персонаж у Дастина? Это автоматически попало в копилку вопросов, которые нужно обязательно задать. Почему-то очень хотелось удивить. Хотелось показать, что и она может придумывать крутые сюжетные повороты, чтобы её обязательно захотели взять в одну из их игр. Думать о том, почему ни разу до этого ей ничего не рассказывали и не приглашали с ними, не хотелось. Наверняка предполагали, что будет неинтересно, но это неожиданно обижало. Из размышлений вырвал звонок. Джейн поморгала пару раз, словно проснувшись после странного дневного сна, но радость быстро заменила собой прочие чувства – это была последняя строчка в их расписании. Она быстро наклонилась, чтобы поднять сумку с пола, планируя кинуть тетради и скорее направиться домой, но увидела несколько пар кед у своей парты. Сердце на секунду перестало биться, и она едва заметно выдохнула, морально готовясь к битве, прежде чем медленно подняться и столкнуться взглядом с улыбающейся Анжелой. Не хотелось ничего говорить, не хотелось даже долго пересекаться взглядами. На секунду подумалось – может получится скинуть вещи в сумку и быстро протолкнуться через толпу, образовавшуюся вокруг её парты, игнорируя смех и злые выпады вслед. Но в этот момент Джейн осознала свою ошибку – она забыла закрыть тетрадку. Видимо потерялась в мыслях, и всё смотрела на маленькие лепестки, пока думала над новым глупым сюжетом… А сейчас Анжела уже держала показательно брезгливо двумя пальцами цветок. Её цветок. Джейн вскочила на ноги. Где-то в глубине маячила мысль, что нельзя создавать проблемы, нужно думать про Уилла, про Джойс, нужно держать себя в руках ради них и быть выше всего этого, но пелена застила глаза, и она почти физически чувствовала, как напрягается внутри пружина, готовая в любой момент рвануть и сотворить что-то глупо непоправимое. Она резко потянулась вперёд, пытаясь схватить руку Анжелы. В глазах напротив на секунду мелькнуло удивление, прежде чем Джейн оттолкнули, и мир в момент перевернулся – столкновение с полом отдалось глухой болью. Она оперлась на руки, приподнялась, упираясь взглядом в пол. Так странно – на нём отблескивали розовым маленькие блестяшки, вероятно осыпавшиеся когда-то с чьего-то проекта или рисунка, и это вдруг показалось забавно милым на грязном бетоне. — Наша сиротка теперь собирает мусор? Джейн подняла голову. Над ней склонились искажённые лица – кто-то посмеивался, кто-то наигранно утирал невидимые слёзы, а Анжела притворно грустно качала головой. Прямо перед лицом были её высокие носки с бантиками и яркие кеды. Со странным спокойствием промелькнула мысль - с какой легкостью можно утянуть её за собой, заставив разбить лоб об парту при падении или, скажем, со всей силы впиться в тонкую голень, с наслаждением слушая визг и наблюдая, как белые бантики окрашиваются в красный. Раньше было намного проще, когда были силы. В один момент можно было решить любую проблему, не изнывая от гнева и ненависти. Когда же от их присутствия не осталось и следа, оказалось, что в полном бессилии голова иногда наполнялась чем-то особенно темным и вязким. Но это были страшные, неправильные мысли. Хоппер говорил ей как-то – нужно замечать их, но давать проплывать мимо в беспокойном потоке, позволять им приходить и уходить, сохраняя спокойствие и не поступая глупо. Только вот они не уходили. Джейн поднялась на ноги, но, не успела она сделать и шаг вперёд, Анжела быстро сомкнула кулак. — Упс. Через мгновение на её ладони показались мелкие сухие синие кусочки, бывшие ещё сегодня утром маленьким цветочком. Джейн отшатнулась назад, широко раскрытыми глазами глядя на её руку. Кажется, кто-то издевательски говорил что-то рядом, называл её по имени, но всё вокруг превратилось в белый шум, и существование сжалось в одну точку, сконцентрированную на ладони Анжелы. Она бросилась прочь. Всё тело вибрировало, вздохи получались краткими и рваными – злости больше не осталось, казалось, словно внутри только пустота и дикий ужас, с которым раньше ей ещё никогда не приходилось встречаться. Это странное ощущение абсолютной потери гнало её дальше и дальше, пока рядом не показалось небольшое здание почты Леноры Хиллз. — Милая, мы можем тебе как-то помочь? Джейн поняла, что остановилась посреди дороги, вызывая обеспокоенные взгляды и перешептывания проходящих мимо людей, только когда на её плечо легла тёплая рука. Напротив стояли, обеспокоенно всматриваясь в её лицо, две пожилые женщины. Они были удивительно похожи – седые волосы, уложенные в короткое каре на французский манер, яркая помада вишневого цвета, пронзительно светлые глаза. Только у одной была голубая футболка, а у другой – жёлтая в белую точечку. Однажды Хоппер читал ей историю, в которой у принцессы, жившей и прятавшейся в лесу, было несколько крёстных фей, которые появлялись и помогали ей в самый нужный момент. Она уже не могла вспомнить, от кого та пряталась и где были её родители, но вдруг подумалось – будь у неё крестные феи, они бы обязательно выглядели так, и ещё точно дополняли бы фразы друг за другом. От этой мысли вдруг захотелось рассмеяться. — Да. — Голос вдруг оказался неожиданно хриплым, и она прокашлялась. — Мне бы четвертак. Была ровно одна вещь, которую сейчас она хотела сделать больше, чем исчезнуть, - написать Дастину. И почему-то казалось, что это правильно и необходимо, иначе она рассыпется на месте, так и не найдя возможности никому рассказать, что с ней происходит. Конечно, она бы никогда не смогла признаться, как позорно перенесла потерю подаренного им цветка, не смогла бы рассказать и о том, что чувствовала, как тяжело переживала ощущение собственной никчёмности и брошенности, но поговорить с ним смертельно сильно хотелось. Джейн забилась в угол почты, присев за краем стойки и притянув к себе колени.Дастин, я просто в восторге от твоей истории, она правда потрясающая…
От руки на белом листе остался едва различимый красный размазанный след. Девушка пальцами осторожно коснулась лица, только сейчас ощутив, как саднило подбородок, - на них осталась кровь. Денег на новый лист уже не было, поэтому она вытерла руки о джинсовые шорты, мысленно делая пометку, что нужно будет извиться перед Дастином.Но я тут думала
А что, если на самом деле мой персонаж – действительно монстр, каким её считают? Если к ней действительно опасно приближаться, и, не контролируя себя, она в какой-то момент поранит и дорогих ей людей?
Если одиночество мучает её, но это необходимое вечное проклятие, и только так все будут в безопасности – когда о ней только ходят слухи, но самой её нет рядом и никогда не будет?
Что если примененные ей силы – просто случайное стечение обстоятельств, а теперь, не понимая, как управлять ими, она не может снова к ним обратиться, не может себя защитить. И к тому же, семьи у неё нет, а кому она будет интересна без волшебных сил? Возможно в этом её рок, её история – остаться лишь в легендах и сказках.
На бумагу вдруг упала капля, моментально впитываясь в страницу, размывая края последних написанных букв. Джейн с удивлением поняла, что плачет.
