Трансформеры: Оллспарк

На Кибертроне нельзя сразу родиться великим. Это звание требуется заслужить.

Рэтчет

***

      Магнитный импульс, вызванный парадом планет, пробудил искру Юникрона. Поверхность Земли сотрясали землетрясения, по континентам прокатывались мощные ураганы и цунами, в лесах бушевали пожары.       Гигантский зал ядра планеты освещался ярким фиолетовым светом. Искра посылала мощные импульсы, атакуя двух незваных гостей, пришедших уничтожить тёмного бога. Оптимус Прайм активировал Матрицу Лидерства, из неё вырвался столб ослепляющей мощной энергии и поразил искру Юникрона. В последние мгновения своего существования искра извергла на пол плазменную субстанцию, схлопнулась – и угасла. Субстанция приняла форму небольшого кибертронца. Он, лежащий за высокими конструкциями зала, остался незамеченным для жестоких уничтожителей.       Когда убийцы Юникрона, наконец, ушли, и вокруг никого не осталось, кибертронец активировался. Его оптика зажглась синим цветом, он неуверенно поднялся на ноги. Сенсоры принялись жадно обрабатывать поступающую в процессор информацию, когда меха с любопытством рассматривал пустой тёмный зал вокруг, испещрённые трещинами стены, высокий пьедестал. Он медленно обошёл вокруг, и, недолго думая, взобрался на него. Как только меха достиг вершины, перед ним возникло огромное лицо с ярко-фиолетовыми глазами. Меха испуганно вздрогнул и упал на колени, не в силах отвести взгляд от его глаз.       — Сайдвейз! — раздался громогласный голос. — Я, Юникрон, повелитель хаоса, создал тебя по своему подобию. Вставай же! Тебе нечего бояться, ибо ты всегда будешь под моей защитой!       Сайдвейз, услышав это, приободрился, заулыбался и вскинул руку, пытаясь достать до лица раскрытой ладонью. Ладонь прошла сквозь Юникрона и расстроенный меха опустил руку:       — Создатель, почему я не могу коснуться тебя?       Юникрон нахмурился:       — Последний из Праймов, наш заклятый враг, лишил меня материальной формы. Сейчас я могу существовать только в твоём сознании…       Сайдвейз вскочил на ноги и гневно воскликнул:       — Как он посмел?! Создатель, я могу помочь? — он положил ладони на грудные пластины. — Я всё сделаю, чтобы мы с тобой воссоединились!       Лицо Юникрона растворилось в темноте, и перед Сайдвейзом возник огромный космический корабль. Голос тёмного бога всё так же властно звучал в голове Сайдвейза:       — Ты можешь помочь мне. Слушай же внимательно…

***

      Выстрелы и взрывы сотрясали Немезиду, но Сайдвейзу это было только на руку: в разгаре боя никто не стал искать его, незамеченным проникшего на корабль. Сайдвейз уже очень давно выжидал, когда же произойдёт кончина Мегатрона, носителя тёмного энергона. И вот, наконец, его терпение было вознаграждено. В поединке у Омега-замка автобот Бамблби одолел лидера десептиконов. Спрятавшись в укромном месте на верхней палубе и прильнув к иллюминатору, Сайдвейз наблюдал как безжизненный корпус Мегатрона падает с Омега-замка обратно в атмосферу Земли.       Когда же автоботы взяли курс на Кибертрон, ликованию фиолетового кибертронца не было предела:       «Всё идёт по плану, создатель мой. Я жду тебя на Кибертроне»

***

      Анти-искра Юникрона беспомощно поблёскивала, заключённая в Хранилище. Спрятавшись за обломки упавшего рядом с Колодцем искр корабля, Сайдвейз отвернулся и в отчаянии закрыл лицо руками:       «Создатель, эти проклятые автоботы посмели обхитрить тебя! Но я не сдамся, клянусь, ты ещё обретёшь свободу!»       Когда искры разноцветным потоком вылетали из Колодца, вся команда Прайм благоговейно замерла, любуясь возрождением жизни. А Сайдвейз, с негодованием скрипя дентами, принял альт-форму мотоцикла и уехал прочь, скрывшись в руинах ближайшего города.

***

      Большой светло-оранжевый корабль под названием «Предвестник Шторма» с алым знаком автоботов на корме вышел на круговую орбиту Кибертрона. Обитатели корабля суетились, бегали по палубам, заканчивали паковать вещи, а кто-то уже собрался и сидел в отсеке в нетерпеливом ожидании посадки. Непрерывная болтовня, которая прежде была слышна в барах, коридорах и закоулках «Предвестника», ставшего для всех этих автоботов вторым домом, прекратилась. Воцарилась неуютная напряжённая тишина. Казалось, даже воздух стал густым, вязким, и никакие звуки не могли пробиться сквозь него. А в больших прямоугольных иллюминаторах жилых отсеков уже виднелась голубоватая атмосфера планеты.       — Вот мы и дома, Хаунд, — пустым голосом произнес Мираж, отвернулся от иллюминатора и положил ладонь на крышку гроба, стоящего на одной из зарядных платформ.       Всеобщее тягостное ожидание прервал сигнал бедствия. Он шёл из столицы, и на капитанском мостике его уже обрабатывали старший помощник Гетэвэй и связист Ред Алерт.       — Капитана ты уже оповестил? Где же он? — встревоженно спросил Ред Алерт, взбежав на мостик.       Гетэвэй хмыкнул в ответ:       — Я потороплю его, пожалуй, — бело-красный меха включил громкую связь — и сигнал о нападении десептиконов завыл на всём корабле.       Мираж вздрогнул, едва заслышав до боли знакомые звуки, и помчался к мостику в толпе с другими автоботами, высыпавшими из своих отсеков. А впереди всех мчался капитан корабля — Хот Род, в альт-режиме сверкающей гоночной машины.       Когда он затормозил у капитанского мостика, пронзительный визг его шин заставил Ред Алерта подпрыгнуть от неожиданности. Хот Род, меха огненно-рыжего цвета, принял робо-режим, схватился руками за перила и запрыгнул прямо на платформу перед главным компьютером, минуя ступеньки.       — Значит, какие-то десептиконы выжили? Шлак, я надеялся, что мы всех порешали! А тепловизор дал картинку? — капитан решительно отодвинул Ред Алерта от компьютера и уставился на экран. На экране, в инфракрасном свете горели многочисленные точки: — Они уже окружили столицу!       — Их больше сотни, — холодно заметил Гетэвэй, заряжая свой бластер. — Капитан, нам следует высаживаться прямо сейчас.       В жёлтых глазах капитана заблестел азарт. Рыжий меха обернулся и посмотрел на созначников, которые толпились на капитанском мостике. Они всё продолжали прибывать разномастной толпой, толкаясь плечами в дверях и коридорах. Мираж аккуратно прошмыгнул перед ними и подобрался вплотную к платформе, прижимая к груди свою мощную снайперскую винтовку. Неразлучные братья Сайдсвайп и Санстрикер решительно растолкали товарищей и тоже встали поближе к Хот Роду, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Офицер Проул, старый стратег, с неизменно хмурым выражением лица подошёл к компьютеру, чтобы лично убедиться, что дела плохи. Десятки пар глаз неотрывно смотрели на Хот Рода. Все знали, что никто никуда не пойдëт, пока не будет сказана речь. И капитан не заставил себя долго ждать. Он подошёл к краю платформы и громко произнёс своим высоким хрипловатым голосом:       — Что ж, все вы уже наверняка поняли, что сейчас происходит там, внизу. Недобитые десептиконы вернулись и решили — ха! — что смогут забрать Кибертрон себе. Мы же этого не допустим, правда?!       Толпа автоботов ответила ему дружными криками, от которых затряслись стены и полы. Некоторые боты уже приняли альт-режимы автомобилей и добавили к крикам рёв мощных моторов.       Хот Род вскинул свой бластер:       — Тогда вперёд — в атриум!       — В этот раз у него получилась короткая речь, Слава Праймам! — расхохотался Санстрикер.       Сайдсвайп засмеялся следом за братом:       — Готов поспорить, в следующий раз он выдаст длинную.       Сайдсвайп закивал, соглашаясь на пари, и они оба побежали к выходу.       Пока автоботы торопливо покидали зал, Хот Род ещё стоял на мостике, внимательно рассматривая расположение точек на карте. Затем он повернулся к Гетэвэю:       — Сколько мостов мы сможем открыть одновременно, и при этом не рубануть электричество на всём корабле?       — Не более четырёх, сэр.       — Понял, откроем пять!       Атриум, просторный зал с космическими мостами, за считанные секунды заполонили разгорячённые автоботы, вооруженные до зубов и отчаянно рвущиеся в бой. Они стояли над душой у Брейншторма и Атомайзера, сидевших за контроллерами и торопливо вводивших координаты. Оба учёных старательно игнорировали излишне ретивых товарищей, которые подгоняли их своими нетерпеливыми криками и стучали кулаками по контроллерам.       — В одной точке мы не выходим, Атомайзер, мы окружим их кольцом, и сделай чтоб ещё в небе это всё открылось, это для наших джетов! — громко крикнул Хот Род, пробегая к стартовой площадке и локтями расталкивая зазевавшихся автоботов.       Он успел переглянуться с Миражом, они обменялись кивками, и сине-белый гонщик растворился в воздухе, держа оружие на изготовке. Забежавший в атриум Дрифт, бело-чёрный гонщик, увидев это, вздрогнул, обошёл место, где только что стоял Мираж, и встал плечом к плечу с капитаном. Гетэвэй тоже подбежал к Хот Роду, деловито доставая из-за плеча второй бластер, но капитан неожиданно остановил его своей рукой и резко произнёс:       — А тебя я попрошу остаться здесь!       Гетэвэй в недоумении посмотрел на Хот Рода.       Капитан нахмурился и с нажимом уточнил:       — Я приказываю тебе следить за кораблём. Остаёшься тут за главного, вместе с Джаззом, понял?       Гетэвэй перевёл взгляд на Дрифта, но тот лишь кивнул, соглашаясь с Хот Родом. Старпом молча опустил оружие, резко развернулся и отошёл к контроллерам. Атриум озарило голубое сияние, и Хот Род вместе с Дрифтом, Сайдсвайпом, Санстрикером и остальными гонщиками первыми умчались в открывшийся портал.                    Гетэвэй хмуро наблюдал, как остальные его товарищи стремительно покидали корабль. Когда мост закрылся за последним джетом, старший помощник со вздохом убрал бластеры и направился к выходу. В атриуме практически никого не осталось, лишь Брейншторм и Атомайзер по-прежнему сидели за контроллерами. Атомайзер с недоумением окликнул Гетэвэя:       — Постой, но корабль и шесть порталов потянет. Почему ты сказал Хот Роду, что можно открыть всего четыре за раз?       — Потянет, — криво улыбнулся Гетэвэй. — Но в таком случае наш максималист потребовал бы открыть семь.

***

      Мощный взрыв оставил воронку неподалёку от стены, окружавшей осаждённый Иакон. За стеной, недалеко от верхушки, где осколки высекли своеобразные бойницы, сидело несколько автоботов-снайперов. Юная фемботка-гонщица Рóссинал выронила винтовку, повернула голову к сидящей рядом подруге и в панике воскликнула:       — Áтто! Они всё ближе!       Атто, маленькая белая фем-микроскоп, не обращала внимания на испуганное лицо Россинал и внимательно смотрела в бойницу.       — Пока по нам не попадают, — гордо ответила она, перезарядила свой бластер и вновь вскинула его, поставив локоть на колено.       Прицелившись, она несколько раз выстрелила, и, посмотрев ещё раз в прицел, расхохоталась:       — Так вам, десы!       Росс дрожащими руками подняла с земли свою винтовку. Она увидела, как у подножия стены очередной взвод во главе с капитаном Смоукскрином мчался в бой. Один из автоботов, чëрно-красный гонщик по имени Рикошет, заряжая бластер, злобно выкрикнул:       — Они пожалеют, что вернулись!       Двое молодых воинов, гонщики Призрак и Метеор, поддержали его дружным рёвом, и весь взвод скрылся за дымовой завесой.       Росс, услышав это, поморщилась, перезаряжая оружие.       — Ты в норме? — спросила Атто, с беспокойством осматривая подругу.       — Я в порядке, — резко ответила ей Росс и дрожащими руками вытерла грязь со своего светло-голубого шлема.       — Помни: нужен точный выстрел в голову или в искру, как показывали на учениях, — заботливо произнесла Атто, положив руку на плечо Росс.       Очередной взрыв раздался у самой стены и сбил обеих автоботок с ног. Россинал вскочила и протянула руку Атто, помогая ей подняться.                    Яростный вой двигателей донёсся до стен Иакона. Автоботки увидели вдалеке армаду джетов, которая стремительно летела прямо на них. С фейсплейта Атто стёрлась улыбка, и она посмотрела на Росс огромными испуганными глазами.       — Они же не долетят до нас, да ведь? — прохныкала белая фем, подползая поближе к подруге.       Росс насупилась, прижалась к Атто плечом и решительно произнесла:       — Мы не позволим им долететь.       Белая фем закивала, взяла свой бластер и вновь прислонилась к бойнице. Росс отвернулась от подруги, вскинула винтовку, и взяла на прицел один из джетов.       До автоботок донёсся громкий гул. Он раздавался, казалось, со всех сторон, и даже с небес. Россинал подняла голову и невольно открыла рот в изумлении: в небе открылось два огромных космических моста, и на армаду десептиконов пикировала целая эскадрилья джетов со знаками автоботов. Эскадрилья обрушила на армаду свою огневую мощь, и ровный строй десептиконов разлетелся в разные стороны. Юные автоботки не могли этого видеть, но на земле открылось ещё три моста с «Предвестника», и первым на поле боя огненной стрелой ворвался капитан Хот Род, а за ним – его команда.                    Автоботы-защитники Иакона восторженно закричали, приветствуя товарищей. Россинал с мрачным удовлетворением наблюдала, как ряды десептиконов на земле дрогнули при виде подкрепления. Она перехватила свою винтовку поудобнее и почувствовала, что её руки перестали дрожать.

***

      На борт исследовательского корабля «Дельфи» запрыгнул тёмно-красный крылатый меха-трëхрежимник с рисунками пламени на корпусе. За ним следом бежали Рикошет с перепуганной серой фем на руках, и Атто с бластером на изготовке. Огромный серебристый меха-звездолёт дожидался их возле входа, и крылатый автобот на бегу крикнул ему:       — Гóспел, ты был прав: некоторые из них очень даже живы!       В отдалении раздался оглушительный вой разъярённых инсектиконов. Когда все автоботы оказались на борту, Госпел захлопнул шлюзовой отсек и повернулся к панели управления, у которой стоял старый белый джет.       — Взлетаем, Фаркоп, — спокойно произнëс звездолёт и перевёл взгляд на фиолетовую фем-миникона, стоящую на панели возле прицела: — Тор, готовься.       Изрядно потасканный временем «Дельфи» с грохотом начал подниматься в воздух. Несколько чудищ взлетели и попытались зацепиться за обшивку корабля, но очередь точных выстрелов из корабельной пушки сбила их обратно на землю.       Тор отпустила прицел и произнесла, довольно потирая руки:       — Опасность ликвидирована.       Рикошет бережно поставил серую фем на пол. Она еле-еле стояла на ногах, прижимая к себе чемодан. Атто вручила красному меха свой бластер, подскочила к ней и легонько потрясла её за плечи.       — Лайтвейт, отставить трясучку! Погнали в лабораторию.       Лайтвейт на негнущихся ногах направилась к выходу с мостика, и, запинаясь, произнесла:             — Б-больше не соглашусь на п-подобные приключения…       — Вам удалось собрать образцы с тех корпусов? — Тор подъехала к ним на своих маленьких колёсах.       Лайтвейт остановилась и протянула ей свой чемодан. Взяв его в руки, Тор позволила себе небольшую улыбку.       — Теперь мы подтвердим, что эти твари живут на тёмном энергоне.       Атто наклонилась поближе к ней и тихо спросила:       — Мы ведь на них будем тестировать нашу… — она понизила голос до шёпота: — Технологию?       Тор кивнула, и все три фемботки помчались к выходу.       — Родимус будет рад узнать, что наш проект движется вперëд. А теперь бегом, у нас полно работы, — скомандовала фем-миникон.       Рикошет взял свой бластер за ствол и задумчиво посмотрел вслед убежавшим автоботкам. Госпел подошёл к панели управления, и красно-чёрный меха окликнул его:       — Гос, похоже, Атто вписалась в компанию заучек, — он ухмыльнулся. — Ты забрал у меня отличного воина.       Госпел повернул своë огромное, широкое лицо к Рикошету, который ростом едва доходил ему до колен. В глазах меха-звездолëта — красного цвета, без видимых зрачков — блеснули еле заметные искорки веселья.       — Она никогда не отстанет от тебя! Один раз воин — воин навсегда.       Рикошет кивнул в сторону крылатого меха, понуро стоящего поодаль с бластерами в руках.       — Не все твои новички такие смелые, — недовольно проворчал красно-чёрный меха.       — Ему просто нужно больше времени, –– сказал Госпел и повернулся к экрану.       Рикошет отошёл от панели управления и тихо произнёс:       — Ты видишь в нём то, чего нет. Корабль тем временем набрал высоту и вышел на орбиту Луны-1. С огромной высоты её поверхность казалась пустынной и обманчиво безопасной.       — Может, всё-таки запросим помощи у Института? — проныл Фаркоп, продолжая стоять перед панелью. — Пускай Фарма зачищает эту проклятую Луну-1, а не мы!       — Исключено, — холодно ответил Госпел. — Мы больше не сотрудничаем с ними.       Рикошет и Икс пошли к отсеку с оружием. Звездолёт проводил их взглядом и добавил:       — Теперь нам придётся самим справляться с любыми испытаниями.       Рикошет убрал оружие в отсек и закрыл его. Крылатый меха стоял рядом, не смея шевельнуться. Красно-чёрный воин, насупившись, подошёл к нему и воскликнул:       — Икс, что за дела? Ты оставил Лайтвейт в пещере — а сам бросился наутёк!       Икс опустил голову и произнёс, запинаясь:       — Я-я просто…       — Струсил! — разозлившись, рявкнул Рикошет и ткнул пальцем в рисунок пламени на плечах Икса. — Пытаешься косить под Родимуса? Тогда прекращай трястись!       Икс сверкнул жёлтыми глазами и показал на шлюз:       — А тебя типа монстры не напугали, да?       Рикошет схватил его за руку, с силой подтянул к себе и с ледяным спокойствием проговорил:       — Запомни раз и навсегда, летун. За них ты должен бояться больше, чем за себя, — он кивнул в сторону выхода с мостика. — Я не буду вечно тебя прикрывать. Понял?       Икс молча кивнул и Рикошет, довольный ответом, отпустил его руку.       — На следующей неделе жду тебя на нашей базе в Иаконе. Будем продолжать наши тренировки.

***

      Лучи двух кибертронских Солнц падали на крыши новых зданий, на широкие автострады. Сверкающие стены первых этажей огромной Цитадели, окружённой в строительные леса, бросали солнечные зайчики на дороги, отражались на полированных корпусах проезжающих по улицам машин. В Иаконе уже ничего не напоминало о последней битве с десептиконами, закончившейся их поражением. Бывшая команда Прайм участвовала во всевозможных работах по восстановлению городов. Свободное время друзья проводили на стройках или в ремонтных мастерских. Сегодняшний день не был исключением. Арси и Смоукскрин аккуратно передвигались по лесам Цитадели, неся в руках длинные поперечины для следующего этажа. Не сговариваясь, они остановились полюбоваться видом, который открывался им с большой высоты.       — Балкхед обещает, что эта Цитадель будет втрое выше, чем сейчас! — воскликнул синий меха.       Светло-розовая воительница в ответ поджала губы и покачала головой:       — Нужна ли она нашему Мэйджору? Такие траты…       — Цитадель будет самым надёжным укреплением столицы! — возразил ей Смоукскрин, перехватив рейку поудобнее. — Она должна быть потрясающей! А нам тут часто придётся бывать, раз уж нас выбрали в Малый Совет. Будем любоваться видами.       — Я заметила, что Родимус любуется одним собой. Он только и делает, что развлекается, я ещё ни разу не видела его на стройплощадке, — недовольно хмыкнула Арси, и двинулась дальше, ловко перешагивая ненадёжные на вид доски.       — Дай ему шанс. В конце концов, со мной это сработало, — уверенно улыбнулся Смоукскрин, ступая за ней.       Арси тяжело вздохнула, смотря себе под ноги.       — Автоботы обожают его, особенно молодые. Они так радостно приняли его назначение Мэйджором. Но, между нами говоря, он и в подмётки не годится Оптимусу.       Тем временем за стеной Цитадели, на полупустом этаже, заставленном стройматериалами, стояли Родимус и Мираж. Услышав слова Арси, Родимус опустил голову и сжал свой датапад в пальцах так, что тот чуть не треснул. Арси и Смоукскрин же продолжили свой путь, и их голоса стихли на противоположной стороне Цитадели.       — Я думал, хоть здесь смогу поговорить с тобой наедине, — недовольно произнёс разведчик.       Родимус хмуро уткнулся в планшет и пробурчал:       — Не знаю, что такое подмётки, но общий смысл мне понятен.       После небольшой паузы Мэйджор выпрямился и повернулся к Миражу уже со спокойным выражением лица:       — Что касается тебя, мой ответ остаётся прежним. Я не вижу необходимости в новых ищейках.       Мираж покачал головой:       — Я не требую ничего, что обременило бы бюджет. Небольшая команда, может, один или два толковых автобота…       — Ты и в одиночку справляешься, — Мэйджор развернулся и направился к лестнице. — Вспомнить хотя бы миссию Гетэвэя. Тебе никакая помощь не нужна была.       Мираж сдержал раздражённый вздох и пошёл следом за Родимусом.       — Кстати о нём… Думаешь, Гетэвэй не захочет отыграться за то, что ты не позволил ему сразиться с десептиконами?       Родимус бросил на разведчика беглый взгляд через плечо.       — Гетэвэй мне больше не соперник. И я не планирую шпионить за ним.       — А за теми десептиконами, которые скоро будут на свободе? — разведчик поравнялся с командиром.       Родимус остановился перед лестницей и наконец-то повернулся к Миражу.       — За десептиконами будут следить через чипы. Если они что-то задумают, мы узнаем.       — Поддержи ты мой проект, чипы не только следили бы, но и гарантировали, скажем… — разведчик на мгновение задумался, и тень улыбки пробежала по его лицу. — … Их послушное поведение.       Родимус резко отвернулся от разведчика и побежал вниз по лестнице. — Твои чипы Совет категорически не одобрил. Я лишь поддержал их решение.       Мираж встал у подножия и произнëс, исподлобья смотря в спину удаляющемуся Мэйджору:       — Именно. Ты опять решил дать второй шанс нашим заклятым врагам. Это очень благородно.

***

      — Это несправедливо! — воскликнул Пикер, белый десептикон с фиолетовой оптикой, после того как Фёрст Эйд ловким движением вставил ему в процессор чип размером с фалангу пальца. — Своих преступников вы так не клеймите!       Мираж, лично контролирующий процесс чипирования, резко ответил ему:       — Такие, как ты, не могут просить о справедливости!       Ультра Магнус, внимательно наблюдающий за вереницей бывших заключённых, повернулся и с негодованием окликнул разведчика. Мираж неохотно пробормотал извинения Пикеру, потирающему свой шлем с широкими "ушками". Белый джет тоже неохотно кивнул в ответ, с опаской поглядывая на винтовку, которую разведчик держал наготове.       — Чип отслеживает только ваши передвижения, он не записывает личных разговоров, — монотонно проговорил Ферст Эйд. — Вас телепортируют обратно в столицу для обеспечения рабочими местами согласно вашим способностям и с полным учётом ваших пожеланий.

***

      — Разве это правильно? — обессилевший Ферст Эйд упал на зарядную платформу в жилом отсеке тюрьмы Луны-1. — Я сбился, сколько раз за эти дни проклял эту затею! Я будущий врач, но вместо лечения занимаюсь… клеймением!       Старый медик Амбулон, сидящий рядом, недовольно фыркнул.       — Молодняк наивный! Ты не видел, какой кошмар эти создания творили на протяжении миллионов лет по всей Вселенной, ты даже последнюю атаку не застал! Я бы их всех оставил в тюрьмах!       — Иметь эти чипы — то же самое, что сидеть за решёткой! — воскликнул разозлённый Фёрст Эйд.       — Они получили больше свободы, чем заслуживают, — резко ответил ему Амбулон. — Родимус обходится с ними слишком милосердно. Мало того, один его помощник — бывший десептикон! Неудивительно, что Матрица не возвращается, к такому-то…       — Может, она ещё вернётся, — предположил Фёрст Эйд. — И тогда Родимус станет Праймом.       — Вряд ли,— отрезал Амбулон. — Сам Оптимус объявил, что эпоха Праймов позади. Теперь нами правит… Мэйджор. Помяни моё слово, ничего путного из этого не выйдет.