Ключи и ножи
9 февраля 2026 г., 16:29
Перестрелка. Горы убитых. Среди них находятся игроки и солдаты, устроившие кровавую стычку.
Везде — хаос и крики.
Зелёная форма, как у дворовых детей, пропитывается кровью. На розовой, наоборот, не сразу удаётся разглядеть багряную жидкость.
Где-то рядом умоляют о пощаде, но тех безжалостно расстреливают, даже не слушая. План Ки Хуна провалился, так и не положив конец смертельным играм, которыми грезил не первый год.
В это время, солдата, под номером 011, привлёк внимание игрок 246, с которым когда-то работала в парке. Он говорит о своей дочке, надеясь получить хоть какую-то пощаду. Но, вместо этого, мужчина получает выстрел в плечо, от чего сразу же падает на пол.
— Закройте глаза, — солдат тут же склонилась над ним. Голос, как и у всех охранников, был изменён из-за устройства в маске — слышно, что женский, но не различить возраст. Будто бы молодой, но и не совсем. У остального же персонала был слышен мужской голос, но, как и всегда, без определения возраста.
Гён Сок, в свою очередь, не понимал, что происходит. Лишь часто дышал, пытаясь хоть как-то успокоиться, ведь понимал, что смерть буквально перед ним. Даже села на корточки, сокращая расстояние между лицами с каждым её выдохом.
— Доверьтесь мне.
Он понимал, что конец близок. Нужно сделать всё, что приказывают, ведь надежды на спасение уже нет и не будет. Мужчина прикрыл глаза и, восстанавливая дыхание, почувствовал какой-то прибор на своей шее. Что-то холодное и металлическое прижалось к горячей коже, и солдат нажала на кнопку. На экране появилась надпись, что игрок 246 выбыл. Он мёртв для программы, солдат и фронтмена.
Но Ыль, с облегчением, выдохнула, ведь знала и понимала, что смогла хоть таким способом спасти отца той девочки. Остаётся только найти деньги на её лечение, ведь дети не должны болеть такими взрослыми болезнями — онкологией.
Никто не должен чувствовать боли от неё.
Никто не должен находить деньги на дорогостоящие операции.
Никто не должен страдать.
Никто этого не заслуживает.
Сзади к ней подошли остальные солдаты, уже укладывающие тело в гроб — чёрная коробка, обвязанная розовой лентой. Будто бы подарок для родных, который никто не захочет получать.
011 провела пальцем по его стенке, оставляя знак плюса — метка, что жизненно важные органы целы и невредимы.
— Я бы хотела взглянуть на "разделочную", — вдруг произнесла солдат, осматривая напарников. Двое из них отнесли гроб, а третий насторожился от такого заявления.
— Серьёзно? — он остался рядом с Но Ыль и усмехнулся, снимая маску.
Тот был полным, на лицо туповат, да и прическа портила внешний вид. Не на что смотреть, хоть и был уверен, что является эталоном красоты, за которым девушки бегают толпами.
"От него бегут" — фраза Но Ыль, которую постоянно твердила себе под нос. Фраза, которая вот-вот сорвётся с уст, если снова и снова будет рассказывать на перерывах, как может удовлетворить всех своих поклонниц.
— А я думал, что ты не решишься.
Мужчина обошёл её сзади, положив руки на плечи, будто бы массажируя. 011 ничего не ответила, лишь сглотнула с отвращением, но была рада, что маска скрывала это. Хоть когда-то она приносила пользу, а не просто ненужную духоту сутками напролёт.
— Но при условии, что потом...
— Я понимаю, о чём ты, — холодно отрезала солдат и сняла маску, глубоко вдохнув — наконец-то свежий воздух проникал в легкие. — Сначала — операционная.
— Хорошо.
Он лишь пожал плечами и, пройдя вперёд, жестом указал девушке, чтобы та шла за солдатом. Делать нечего.
Придётся делать так, как он скажет.
И надеяться, что не придётся исполнять его грязные и мерзкие желания, о которых твердит всё то время, что находятся на одном острове.
— Тебе понравится там.
011 коротко кивнула головой и закатила глаза — громила этого не заметил. Боже, этот идиот серьёзно думает, что Но Ыль согласится переспать с ним? Даже, если они вдвоём останутся в этом мире, она не станет этого делать. Быстрее станет утопленником, чем ляжет в одну постель.
— Дамы вперёд, — солдаты уже дошли до операционной, и мужчина открыл перед ней дверь. Как настоящий джентельмен, которым пытается казаться. Даже тошнит от такого.
Он включил фонарик и сразу же передал 011. Схватив, она направилась вниз по ступенькам, освещая себе путь по узкому коридорчику.
Дойдя до самой операционной, солдат выключила фонарь и взглянула в щель — по комнате ходил врач, осматривающий тело игрока 246.
Сглотнув, она открыла дверь, наблюдая здесь ещё пять солдат, которые активно участвуют в таких операциях. Внутри кипела злость от такого зрелища, ведь эти игроки не заслуживают издевательств над своими телами даже после смерти.
— Ты умеешь не задевать жизненно важные органы, — подхватил один из солдат, потирая ладони, и взглядом показал чтобы та убрала оружие. Она сделала, как и приказали, хоть и не горела желанием так поступать. Хотелось прямо сейчас перестрелять их. — Молодец.
Но Ыль промолчала, не проронив и слова. Она не собиралась даже что-то отвечать, в голове продумывая план, последующих, действий.
Девушка в эту же секунду заметила, как врач (или его подобие) в белом халате и круглых очках собирается разрезать грудную клетку металлическим скальпелем, а потому медлить нельзя.
Схватив свой автомат, Но Ыль сразу же расстреляла солдат, прячась за стенами — подобие укрытия. Она, медленно подходя к врачу, подняла автомат прямо на него.
— Нет, прошу, пощади!..
Мжучина поднял руки над головой, надеясь, что солдат не убьёт. Та лишь усмехнулась и приставила дуло ко лбу, пытаясь запугать.
— Тогда Вы его спасаете.
Мужчина закивал и взглянул на игрока, на операционном столе. 011 обошла врача со спины и приставила уже к затылку автомат, перезаряжая его.
— И, если он умрёт, то отправитесь на тот свет вместе с ним.
— Нужно переливание крови, — мужчина взглянул на солдата со спины и сглотнул, чувствая внутри себя страх.
— У меня первая отрицательная, — она опустила автомат и сщурилась. — Подойдёт?
***
После бунта, выжившие игроки собрались в амбаре, окружённой белыми стенами с рисунками, и оставшимися кроватями. Хён Джу будто бы мерила пространство шагами, переживая за своих напарников. Девушка ходила от стены до стены, что-то бубня себе под нос. В голове всё буквально перемешалось, ведь неизвестно, кто бы вернулся обратно. Да и вернулись бы? А сейчас хоть кто-то вернётся? Или же нет? Дэ Хо в это время сидел в углу, обнимая себя за плечи. Ему было стыдно за то, что не принёс обоймы, но подруга попыталась утешить, так как понимала этот страх. Сама сталкивалась. И не раз. На войне. В армии. В обычном быту, когда семья не могла принять тот факт, что теперь является другим человеком. — Ты всё ещё наш друг, — Хён Джу улыбнулась и обняла за плечи. Дэ Хо буквально зарылся в них, чувствуя то тепло, которого ему не хватало. Вдруг дверь открылась. Солдаты принесли тот самый гроб с лентой — будто бы похороны детства, с которым столкнулись на этих играх. — О нет... — проговорила Хён Джу, медленно подходя к коробу. Ладони потянулись к губам — пыталась скрыть своё переживание, ведь в глазах всё равно читались сила и смелость. К ней сразу же подошли и остальные друзья, которые успели стать семьёй за столь короткий срок. Никто не знал, что делать теперь, но понимали, что нужно открыть этот подарок. И увидеть, точно ли в нём труп или это очередной фокус от солдат. — Открывай, — Гым Джа положила руку на её плечо, пытаясь хоть как-то приободрить. Та лишь кивнула головой и, неуверенно открыв крышку, увидела тело Ки Хуна с прикрытыми веками. От испуга они отошли на один шаг назад. Все, кроме Хён Джу. Дэ Хо же наблюдал за этим издалека, так как не решился подойти. Стыдно. И этот стыд буквально сжирал изнутри. Ки Хун медленно открыл глаза, совсем не понимая, что происходит. В голове звучал голос, погибшего, друга, а перед глазами — его образ. — Господин Сон! — воскликнула пожилая женщина, широко улыбаясь. — Вы живы! — Давайте помогу Вам, — Хён Джу сразу же подала ему руку, но тот продолжал лежать в коробе. — Я жив...но какой ценой? — Не говорите так, господин, — уверяла девушка, взглядом указывая на руку. "Хватайтесь" — так и читалось в её глазах, от чего Ки Хун даже еле слышно усмехнулся. Через боль, ведь в голове до сих пор слышен голос Чон Бэ. Сон тут же схватился за её руку и, вылезая из короба, поднялся на ноги. Он осмотрел выживших и помрачнел в ту же секунду, ведь с каждым разом игроков становится всё меньше и меньше, а испытания сложнее и сложнее. Неизвестно, что теперь придумает ведущий и как будет давить на Ки Хуна, пока его психика не выдержит. Но до прибытия солдат мужчина не мог понять, что случилось. Пытался выстроить цепочку событий, но в голове моменты путались: перестрелка с играми и обычной жизнью, к которой вряд ли вернётся из-за этих обстоятельств. Раздался звуковой сигнал. Что-то похожее на гудение, которое сразу же привлекло игроков. Вслед за этим пришли и солдаты — сейчас станет известен выигрыш. — Количество выбывших составляет восемь игроков, — Сон даже не заметил, как эти монстры появились в комнате. Их было трое — как и всегда, будто бы эта троица не разлучна, а говорил всегда один и тот же. Остальные просто стояли. Свет резко потух, а над потолком появилась свинья-копилка, подсвеченная чем-то золотым. В неё сразу же упали пачки купюр. — Призовой фонд — 39.6 миллиардов вон. Некоторые даже заликовали, раз выигрыш увеличился. Ведь победа близка, а, значит, вернутся домой. С деньгами, на которые закроют свои долги и смогут начать новую жизнь. Но это не радовало Ки Хуна. Он же не смог положить конец играм, а потому убийства продолжатся. Вот только мужчину интересовал один вопрос: почему же он остался жив? С какой целью не застрелили? — Почему вы не убили меня? — прокричал мужчина, выходя из толпы игроков. Солдаты взглянули на него и переглянулись. Будь они без масок, можно было бы разглядеть весь спектр их эмоций. Или же нет? Вдруг и под ними нет хоть малейшего намёка на чувства? — Почему вы не убили меня?! Ки Хун тут же сохрактил расстояние между ними и схватился за автомат. — Ну же! — он приставил дуло ко лбу. — Стреляй в меня! Они ничего не делали. Лишь наблюдали за этим спектаклем, который устроил Сон. — Стреляй же! Солдаты переглянулись между собой и кивнули головами — без слов определили, что будут делать. Один из них ударил его локтем в живот, после чего Сон упал на землю. — Почему ты не убил меня?! — трое мужчин, в розовых костюмах, схватили его за руки, не давая с собой что-либо сделать. — Ты победил! Убей меня! Крик Ки Хуна перерастал в истерику. Из глаз лились слёзы, оставляя после себя мокрую дорожку на щеках. А фронтмен, наблюдая за этим зрелищем, сделал глоток виски и поставил стопку на стол. На его лице не было ни одной эмоции — как и всегда. — Господин, убито двадцать семь солдат, — сзади Ин Хо резко появился офицер, поправляющий черную маску, — что нам делать? Фронтмен взглянул на стопку виски, постукивая кончиками пальцев по подлокотникам кресла. Он задумался, что нужно делать, а ответ сразу вырвался из уст: — Замените их рабочими. Скоро придут гости. — Как скажете. — И ещё... — Ин Хо взглянул на мужчину и, встав с кресла, подошёл к нему вплотную. — Наведите везде порядок. Не хотелось бы, чтобы наши VIP-гости видели этот бардак. Офицер кивнул и подошёл к двери. — Они не за это платят. Мужчина удалился, поклонившись перед руководителем игр. Ин Хо наблюдал за камерами, в которых Ки Хун ещё что-то орал, но в этот же момент раздался звонок телефона — фронтмен поднял трубку, ведь это намного важнее. — Мы вернулись в порт, — раздался голос капитана. — Найдём оператора дрона и продолжим путь. — Они не должны найти остров до тех пор, пока игры не закончатся, — холодно произнёс Ин Хо, поглядывая на камеры. В них ничего интересного и не было, ведь Ки Хун так и продолжал кричать, пока солдаты не вырубили. Теперь будет потише. — Вас понял, — капитан Пак отложил рацию в сторону и взглянул на Хвана. — Эй! Детектив! Услышав эти слова, руководитель сглотнул. Он уже и позабыл, что младший брат таскается с ними и пытается найти остров. Сколько у него хватит выдержки? И останется ли она? — Как будете готовы к отплытию — дайте знать! — Да, конечно, — Джун Хо кивнул головой и улыбнулся, уходя с остальной командой. — Что делать, если план сорвется? — капитан вновь обращался к Ин Хо, но уже тише, чтобы никто не слышал. Молчание. Фронтмен понимал, что нужно сказать, но не мог решиться. Совсем не мог. Но нужно. — Убей их всех, — вырвалось из уст Ин Хо, после чего замолчал. Он сглотнул, понимая, что младший брат знает слишком много, а именно поэтому и Джун Хо нужно устранить. Придётся его устранить. — И детектива тоже. После этих слов, фронтмен сразу же повесил трубку и сжал руки в кулаки, не веря в собственные слова. Почему же он спас младшего брата в тот день, но сейчас был готов убить его? Он не знал. И не понимал. А в голове вновь вертелся вопрос Джун Хо, на который даже сейчас не смог бы дать ответ. Просто потому, что младший разочаруется в Ин Хо. Мужчина лишь помотал головой, избавляясь от лишних мыслей, но не мог выбросить то, что может пойти на смерть Джун Хо. Брата, которого мог оберегать от всего зла в этом мире. — Гости прибыли, — офицер вновь вернулся в кабинет фронтмена, глядя в его спину и не слыша даже того разговора с капитаном. Оно и к лучшему. Не хотелось, чтобы кто-то знал, что Джун Хо — его брат, так как офицер, не раздумывая, сразу же убьёт младшего. Такой он человек. И такова работа. — Я сейчас подойду.***
Джун Хо находился в комнате, которую считал своим кабинетом. Именно здесь он, последние три года, генерировал свои, иногда безумные, идеи для встречи со старшим братом. На столе были разложены карта и блокнот, в котором когда-то были темы для разговора с Ин Хо и даже примерные слова, которые хотел бы ему сказать. Но сейчас всё это перечеркнуто, так как понял, что будет говорить именно то, что подскажет сердце. — Детектив Хван, к Вам можно? — вдруг дверь открылась, и появилась голова Чхве У Сок. В руках была бутылка, которую тут же показал. — Я принёс выпить!***
— Детектив, Вы доверяете капитану? — Чхве У Сок сделал глоток выпивки и взглянул на детектива, хихикая. Алкоголь уже ударил в голову, пока Джун Хо был ещё трезв, но и выпил не так уж и много. — Он спас мне жизнь... — Хван незаметно улыбнулся, — конечно, верю. — У меня плохое предчувствие. Будто бы он Вас путает. Джун Хо сщурился. То ли напарник от алкоголя сходит с ума, то ли говорит правду. — И... — мужчина сглотнул, сокращая расстояние между лицом Хвана, — я видел ночью, что он стоял с отверткой. — Чинил что-то? — довольно наивный вопрос от детектива, который не первый год проработал в полиции. — Нет. Будто бы это было орудие убийства. Хван сразу же опустошил стакан с выпивкой и закусил солёным огурцом, поморщившись. Чхве У Сок же усмехнулся, сказав, что детектив слишком слаб для алкоголя. — По правде говоря, я тоже начинаю его подозревать, — признался мужчина и сглотнул. — Три года петляли вокруг островов, а нужный не можем найти. Хван указал красной ручкой на северную часть карты — именно её и избегает столько лет. — Может, там и есть остров? — Чхве У Сок даже рыгнул и чуть не пролил содержимое. Детектив сразу же убрал карту, чтобы её не испачкали и нахмурился. — Надо тогда убедить его отправиться туда, — Джун Хо вновь положил карту и выдохнул, потирая виски. — Он не согласится. Будет придумывать тысячу отговорок, чтобы не нашли. — И что делать? — Я... — напарник сглотнул, — я не знаю, детектив. Простите. Хван ничего не ответил. Лишь молча кивнул головой, понимая, что сейчас даже никаких идей и не будет на этот счёт. — Можно личный вопрос? — Чхве У Сок потёр ладони от волнения. — Почему Вы хотите отыскать остров? Джун Хо насторожился. — Явно не из-за господина Сон. — Я потом расскажу, — проговорил детектив и вздохнул. Правду говорить он вообще не собирался. — Там находится кто-то близкий? — Давай потом объясню, — холодно отрезал Джун Хо и нахмурился. — Сейчас не готов. — Хорошо, — Чхве У Сок поднялся на ноги и забрал бутылку, которую тут же выхватил Хван. — Спокойной ночи. Мужчина отошёл к двери и, схватившись за ручку двери, развернулся на детектива. Будто бы чувствовал, что тот хочет что-то ещё сказать. — Можешь узнать о капитане Паке? — Джун Хо взглянул на своего напарника и незаметно улыбнулся, уже зная, что тот согласится. — Разумеется, — тот даже поклонился, как в знак уважения. — Прикройте меня завтра, если я не смогу присутствовать. — Конечно.***
На следующее утро, команда детектива была в сборе. Молодые мужчины смотрели на капитана, осматривающего нового члена своего корабля. Обошёл его со спины, потирая подбородок, и продолжал смотреть на него. — Это и есть новый дронщик? — капитан Пак кинул короткий взгляд на Хвана, задавая вопрос именно ему. И никому больше. — Да, — детектив кивнул головой и улыбнулся, потирая ладони. — С ним мы сможем отыскать остров! Капитан даже ничего не ответил — молча ушёл в каюту и махнул рукой. Пусть у него и будет такая реакция, так как не хотелось защищать дронщика перед капитаном. Джун Хо через несколько секунд почувствовал вибрацию в кармане — звонил телефон. Мужчина взял его и отошёл в сторону, чтобы никто не видел, ведь на экране появилось "Чхве У Сок". Неужели что-то узнал? Если это так, то Джун Хо готов ему оплатить несколько ящиков выпивки. — Что такое? — детектив ответил на звонок и, оглядываясь по сторонам, ждал ответ. — Я буду искать информацию о капитане, — раздался голос напарника из трубки. — Прикройте меня, как и обещали. Прошу. Хван без раздумий ответил, что сделает это. Как и обещал. Как только он обнаружил рядом капитана, быстро прервал звонок и отключил звук — на случай, если Чхве У Сок будет перезванивать. — Детектив, а где Ваш друг? — Пак улыбнулся, подходя ближе к Хвану. Будто бы чувствовал и знал, что только что детектив разговаривал со своим напарником. — Он... — Джун Хо не мог придумать отговорку. Сказал лишь первое, что пришло в голову, — приболел. Да и семейные обстоятельства ещё... — Так он заболел или кто-то другой? — Его родственник! — мужчина стукнул себя по лбу, пытаясь поверить в собственную ложь. — Я неправильно его понял! — Ясно, — капитан сщурился. — Но ненадёжный он...слился так просто. Видимо, бухло важнее. — Ага...да...наверное... Детектив мог согласиться с чем угодно на данный момент, лишь бы не вызывать подозрение. Хотя бы ради того, чтобы отвлечь капитана на некоторое время.***
— Последним голосует игрок 456. Ки Хун был прикован к кровати наручниками — соллаты так сделали по приказу. — Игрок 456, проголосуйте. Мужчина будто бы и не слышал, что ему говорят. — Если Вы не проголосуете через 3 секунды, то Ваш голос зачтется, как воздержавшийся. Пошел отсчёт. 3...2...1... — Игрок 456 воздержался от голосования. Ки Хун даже усмехнулся и закатил глаза. Будто бы что-то поменялось от него. — Счет 18:41 в пользу продолжения игр, — охранники взглянули на игроков. Многие ликовали и даже подпрыгивали, что-то кричали, будто бы уже победили. — Увидимся завтра, спокойной ночи. — Ну что? — Чон Дэ радовался тому, что произошло. — Смог остановить их? Ки Хун ничего не отвечал. Только хотел врезать в эту жирную морду, чтобы тот успокоился. И просто выпустить пыл на своего врага. — Переубивал всех! Молодец! — Крики друзей звенят в твоих ушах, — шаманка подошла к нему ближе, ухмыляясь. — Они будут преследовать тебя до самой смерти! Ки Хун же, не долго думая, схватил её за горло. Женщина попыталась что-то сказать, но, кроме хрипов, ничего и не вырвалось из её уст. Сон мог придушить эту шаманку. Сломать шею, если только была возможность. — Отпустите госпожу! — её преспешники сразу же встали на защиту той, которая должна вывести из этого ада. Именно так она и пообещала. Значит, и должна сделать. Мужчина разжал пальцы, и Сон Нё отошла назад, потирая горло. — Тебя будут преследовать... — прошептала женщина, злобно глядя на Ки Хуна. — До самой смерти! — Чжун Хи! — Мён Ги подбежал к возлюбленной, держа в руках варёную картошку. — Держи, ты должна есть больше. — Решил заботу проявить? — язвительно спросила и девушка и фыркнула. Она не собиралась принимать сейчас такие жесты от бывшего возлюбленного. — Я просто беспокоюсь за тебя и нашего ребенка. — М-м-м...ясно. Она взглянула на еду юноши и взяла в свои руки. — Но спасибо, — она очистила картошку и откусила. Затем поднесла её к губам Мён Ги и улыбнулась. — Давай на пополам? Как раньше, когда ели мороженное... — Господин, откройте рот, я покормлю Вас, — пожилая женщина взяла в руки картофелину и показала Ки Хуну. Тот лишь сказал, что не голоден, и Гым Джа нахмурилась. — Быстро ешьте! — Господин, прошу прощения, что не защитила солдат и не принесла патроны. — К ним подошла Хён Джу и поклонилась, не рискнув взглянуть на Ки Хуна. — Это моя вина. — Нет-нет! Я знаю, чья вина! — Ён Сик вскочил на ноги и указал пальцем на Дэ Хо. — Его! Мать взглянула на сына и раскрыла рот от удивления. — Прибежал сюда за обоймами, а потом... — Ён Сик! — женщина ударила своего сына по плечу и уронила картошку. — Мальчик испугался! — И что? — он поправил свои очки и фыркнул. — Я бы не испугался, мама! — Господин, не слушайте его. Гым Джа попыталась утешить Ки Хуна, но тот лишь ничего не отвечал. Просто прожевал ту еду, которую ему смогла дать в рот пожилая женщина, продолжая смотреть на Дэ Хо. Тот лишь, сидя стыдливо в углу, уплетал варёную картошку, даже не очищая её.***
— Дэ Хо, — Ки Хун всё это время вглядывался в темноту, но знал, где находится кровать Кан. Все уже спали, но не они вдвоем. Будто бы чувствовали, что нужно поговорить. — Подойди сюда. Юноша не сразу встал, но знал, что нужно идти. Неуверенно оказавшись рядом с ним, он сел рядом с господином и сглотнул. — Я бы хотел с тобой поговорить, — Ки Хун взглянул на него. — Что случилось тогда? — Вы про то, что я обоймы не принёс? Ки Хун кивнул головой. — У меня случилась паническая атака, — признался юноша и почесал затылок. — В таком состоянии я не то, что другим не могу помочь, но и себе. — Ты точно был морпехом? — Так вот, к чему клоните. Дэ Хо рассмеялся. Искренне, как и тогда. А смотрел на Ки Хуна без страха и стыда, которые буквально поселились внутри него. — У меня отклонения по здоровью, и я проходил альтернативную службу, — признался Дэ Хо и усмехнулся. — Получилось так, что отец, всё же, договорился, чтобы меня отправили на войну, чтобы стал мужиком. Ки Хун не мог поверить своим ушам, но будто бы догадывался, что за всем этим стоит какая-то травма. И именно та, что у солдат после военных действий. "Отвратительно" — пронеслось в голове Сон и поморщился, ведь не думал, что бывают такие родители. — Меня чуть не застрелили, но...всё, что произошло здесь, напомнили те события. Сон, понимающе, закивал. Сам бы испугался, если находился на войне, ведь именно там ты борешься за свою жизнь. За свою, а не чужую. Про долг, который ты отдаёшь Родине, к сожалению, ты вспоминаешь уже в последнюю очередь, сталкиваясь с собственной смертью, но надеешься, что именно твоя кончина приведёт к победе. Неужели ради такого и нужно сражаться обычным народам, которые хотят лишь мира во всём мире? — Я не хотел вам врать, но хотел быть нужным... — юноша шмыгнул носом и почесал затылок, — хоть кому-то. — У тебя же есть сёстры, верно? Дэ Хо кивнул головой и тяжело вздохнул. Ки Хун насторожился, ведь у юноши была бы другая реакция, если знал, что дома ждут. — Ты им нужен. — Сомневаюсь, — холодно отрезал юноша и взглянул на Ки Хуна. — У нас, в последнее время, были слишком натянутые отношения. — Если ты любишь их, то ещё можно всё исправить, — Сон положил руку ему на плечо и сжал, тем самым показывая, что всё ещё находится рядом, несмотря ни на что. — Господин... — Дэ Хо взглянул на Ки Хуна и незаметно улыбнулся. — А Вы любили? Младших или старших братьев, сестёр? — У меня их не было. Было два друга, которых считал своей семьёй, — признался Сон и усмехнулся. Ки Хун в этот же момент замолчал на несколько секунд. Перед глазами были образы Сан Ву и Чон Бэ, которые будут посещать его кошмары. — Они оба погибли здесь. — У Вас же ещё есть семья? — Дэ Хо улыбнулся, ведь думал, что у него ещё есть родные. — Вы её любите? — Я им не нужен. Ни бывшей жене, ни дочери. — Но, Вы же сами сказали, что, если любите, то можно всё исправить? Неужели есть исключения? — Дэ Хо сглотнул, ведь уже и потерял надежду на счастливое будущее. — К сожалению, есть... — Я виноват в этом, — прошептал Кан и прикусил губу, сдерживая слезы. — Нет-нет, это не так, — Ки Хун взглянул на Дэ Хо и взял его руку в свою — знак поддержки. Знак того, что остается рядом. — Здесь только моя вина. Они резко замолчали. Никто не решался нарушить тишину. Кроме Кан, ведь хотел узнать ответ на вопрос. — Господин, Вы говорили про двух друзей, — подал голос Дэ Хо, обняв себя за ноги. — Чон Бэ жив? Ки Хун сглотнул и не знал, что ответить. — Просто...я не вижу его здесь. Он не хотел что-либо отвечать, ведь видел собственными глазами, как единственного друга застрелили. — Может, он спрятался? Дэ Хо так наивно задавал эти вопросы, что Ки Хун даже помрачнел. — Давай утром поговорим? — мужчина пытался хоть как-то оттянуть неизбежное. Хотя бы до утра. — Но он же жив? Правда ведь?! Дэ Хо схватил Ки Хуна за плечи и прижался к его груди, чувствуя на щеках слезы. Юноша весь трясся, а Сон лишь обнял свободной рукой, пытаясь хоть как-то успокоить. — Он...он был для меня, как отец, которого, как казалось, даже не было... — признался Дэ Хо и прижался ещё сильнее. — Я понимаю. Но тебе нужно идти спать.***
— Просьба игрокам пройти на следующую игру, — с этими словами их и разбудили. Они медленно встали и, протирая глаза, чтобы окончательно проснуться, сразу же вышли к лестницам. Ки Хун помнил, что тела могут развесить, как и в прошлый раз, именно поэтому хотел быть рядом с Дэ Хо. Просто, чтобы успокоить. Солдаты освободили его руку, после чего Ки Хун вышел к остальным и подошел к Кан. — Дэ Хо, я бы хотел находиться рядом с тобой. — Огромное спасибо, господин, — он сразу же поклонился, взяв руки Ки Хуна в свои. Знал бы Дэ Хо, почему Сон хотел быть рядом...вряд ли тогда был благодарен. Через несколько метров, через несколько шагов, они заметили тела, развешенные на верёвках под потолком. Среди них был и Чон Бэ. От этого зрелища в сердце Ки Хуна поселилась ненависть, а у Дэ Хо — страх. — О нет... Сон сразу же обнял его за плечи, пытаясь хоть как-то успокоить. — Они убили его?! — Дэ Хо взглянул на Ки Хуна, не понимая, что произошло. — Дэ Хо, я... — Они убили его! — вновь выкрикнул Кан, разведя руками. — Как посмели?! — Господин, я бы могла... — сзади появилась Хён Джу, положив руки на их плечи, но Ки Хун лишь помотал головой. — Присматривайте за Чжун Хи. Я — за ним. Она коротко кивнула головой и сглотнула, надеясь, что Сон правда справится. Сама же вернулась к Чжун Хи и, придерживая за локти, помогала идти дальше. — Пойдём, не будем других задерживать, — Ки Хун направился с Дэ Хо дальше по лестнице, надеясь, что забудет про тело Чон Бэ на верёвке. Тем временем, игроки уже прошли в большую тёмную комнату, но освещённую желтым светом. Новое испытание уже близко. — Добро пожаловать на следующую игру! — вдруг раздался голос женщины по комнате. Игроки постоянно задавались вопросом, кто же её озвучил — реальный человек или какие-то технологии, доступные только руководителям? — Четвёртая игра называется "Прятки". Игроки переглянулись, ведь не могли понять, что скрывается за ней. — Повторяю: четвёртая игра называется "Прятки"! Как будто с первого раза не было понятно. Правила бы ещё объяснила — цены ей не было! Игроки сразу же заметили, в центре комнаты, огромный автомат с красными и синими шарами — жеребьёвка. Они всего за десять минут сделали выбор, а солдаты выдали снаряжение — красные охотятся за синими, убивая их ножами. Те, в свою очередь, ищут выходы ключами. Не честно. Красные могут убивать, а у синих даже оружия не было. Только несчастные ключи. — Вы можете поменяться командами, если захотите. Но только до начала игры, — солдат поставил их перед фактом, наблюдая за игроками. — А также, красные не могут убивать своих же. Только синих. — Боги земли и рая мне рассказали об этой игре! — шаманка возвела руки к небу, глядя на своих последователей. Те подошли ближе, складывая руки в замок и прикрывая глаза. — Я смогу вас вывести! — Да, госпожа! — выкрикнули они в один голос, в голове читая молитвы — оберег, который им должен помочь, если высшие силы услышат. Остальные сразу же разбрелись по углам, сев на свободные скамьи. Игроки обдумывали план событий — красные, как убивать, а синие, как прятаться. Хотя бы понимать в двух словах, что и как делать, чтобы не сдохнуть в первую же минуту. — Хэй, Мин Су! — к нему подошёл Нам Гю и грыз заусенцы на ногтях. То ли волновался, то ли вошло в привычку. — Давай объединимся? Мин Су вжался в стену, как только услышал голос. Он, конечно же, не собирался вступать в одну команду с теми, кто пугал с самого начала. — Ты что, боишься меня? Нам Гю ухмыльнулся, подсаживаясь рядом. Мин Су отодвинулся к краю скамейки. — Ах, точно...ты же всегда прячешься, как таракан. Мужчина вертел в руках нож, иногда поглядывая на своего соперника. — Ты ей нравился...а ты не помог... Мин Су сглотнул от этих слов. — Я же убил Сэ Ми. Услышав это, тот лишь опустил взгляд и начал тяжело дышать, ведь её убийца находится рядом. Значит, и его уничтожит. — Мин Су, ты же мой, чертов brother. Давай вместе работать, fucking brother! Нам Гю встал со скамьи и фыркнул, вновь вспомнив старого знакомого. — Или как там говорил этот ублюдок..? Танос...тот чертяга, которого Нам Гю мог считать своим другом. Или хотя бы приятелем. — Чжун Хи, поменяемся командами? — Мён Ги взглянул на девушку, взяв её руку в свою, поглаживая кончиками пальцев. — Ты же не сможешь убить...а так... — Я справлюсь и без твоей помощи, — холодно отрезала Чжун Хи и отвернулась. Она пыталась вырвать свою руку из хватки, но всё было тщетно. Даже прокричала, чтобы тот отпустил, но Мён Ги помотал головой. — ...Ты можешь убить меня. Выйдете отсюда вместе с малышом. Чжун Хи сглотнула. — Ты серьёзно?.. — прошептала она, взглянув на юношу, свободной рукой проведя по волосам. Неуверенно, но именно сейчас хотелось сделать этот жест. Будто бы имитация, что всё ещё вместе. Что всё ещё общаются. Что всё ещё контактируют. — Серьёзнее не бывает, — мужчина положил ладони на её щёки и, притянув к себе, губами прикоснулся ко лбу. Чжун Хи положила голову ему на плечо и всхлипнула, ведь понимала, что не хочет его смерти. — Мам... — Ён Сик взглянул на неё, но женщина лишь помотала головой, ведь знала, что он предложит — меняться командами. — Даже не думай. — Но ты не сможешь убить! — выкрикнул сын, вот только Гым Джа ухмыльнулась. — Не забывай, что я воевала. — У тебя больные колени! Отвернувшись от сына, Гым Джа не могла решиться на такой шаг. Женщина не хотела, чтобы её мальчик брал такую ответственность на свои руки. Но верила, что Ён Сик сможет это сделать, чтобы приблизить победу. Свою победу и её. Пожилой женщине ничего не оставалось делать. Она лишь молча отдала свой красный жилет и нож. В обмен же получила синий жилет и ключ. — Господин..! — Чон Дэ подошел к Ки Хуну, показывая свой ключ — намёк, что пора и нужно меняться. Но 456 поднял свой взгляд, полный боли и ненависти, от чего мужчина попятился назад. — Я понял. — С кем можно поменяться? — Дэ Хо прижимал к груди синий жилет и ключ, оглядываясь на остальных. Красные игроки просто проходили мимо, не обращая внимания. Конечно, никто не будет меняться, ведь кто захочет взять роль тех, кто прячется? Никто. — Эй! — отчаянно выкрикнул юноша, глядя по сторонам на игроков. — Хоть кто-то! Никому не было дело до Кан. Синие и сами искали красных, которые были не против поменяться, пока те, в свою очередь, не были согласны на такие условия. Лишь единицы перешли в команду "ключников", так как не были способны на убийство. А вот за Дэ Хо всё время наблюдал Ки Хун. Взгляд был будто бы из под лба, что раздражало юношу, ведь не он виноват в том, что творится. Не он! А фронтмен! Видимо, Ки Хун всё ещё считал, что именно Кан виноват в смерти Чон Бэ. Тогда почему находился рядом, а сейчас смотрит, как на врага? Почему же переходит из одного состояния, в другое? Пока он шел к Сон, Дэ Хо бубнил себе под нос "чёрт", пытаясь хоть как-то успокоиться. Но этого не удавалось сделать, ведь все мысли были только о том, что произошло вчера. И том, что видел сегодня утром. — Да что вы на меня так смотрите?! — первое, что он выкрикнул, как только оказался рядом с Ки Хуном, глядя в его тусклые глаза. Сон лишь взглянул на него, будто бы не понимая, что происходит. Но в этих глазах Дэ Хо смог прочесть ненависть, от которой тошнота подступала к горлу. И страх, который выдавал самого Кан. — Я не виноват в тех смертях! Ки Хун продолжал смотреть на него, перебирая кончики пальцев. — План был обречён на провал! Поймите же! Сон так и смотрел на Дэ Хо, пока взгляд не смягчился — будто бы озарила эта мысль. В глазах появился огонёк, а на лице — сожаление. — Извини... — Мужчина опустил голову, не решаясь взглянуть на юношу. — Я просто не могу смириться с потерями... Тот кивнул головой, незаметно улыбнувшись. Наконец-то у него получилось доказать эту мысль, которой так грезил несколько часов. — Эй ты, — Ки Хун взглянул на какого-то мужчину в синем, пробегающего мимо них. Тот сразу остановился, услышав суровый голос Сон. — Хочешь в команду красных? Тот сразу же закивал головой и подошёл ближе. — Тогда меняемся. Мужчина, без раздумий, снял свой жилет и отдал вместе с ним ключ. Ки Хун сделал то же самое, но обменялся ножом. Игрок уже красной команды был рад тому, что выступает в роли охотника, ведь считал, что сразу убьёт лишних людей. Сон же так не был уверен и понимал, что тот всё равно умрёт. Но это будет потом. Сейчас же волнует его совсем другое. — Идём к ним, — Ки Хун указал взгдядом на друзей, а после подошли к ним. Дэ Хо всё ещё чувствовал себя виноватым, но мужчина обнял за плечи, пытаясь приободрить хотя бы на миг. В этот момент Кан на пару секунд почувствовал отцовское тепло, которого так не хватает. Даже улыбнулся, и Чжун Хи, заметив это, была только рада. Сквозь боль уголки её губ приподнялись — она была по-настоящему счастлива, ведь находилась с теми, кого считает своей семьёй. — Мы с вами защищаем Чжун Хи, ясно? — проговорил Сон, оглядывая остальных. — Так точно, — ответила Хён Джу, поклонившись. — А ты уже успела поменяться? — Дэ Хо взглянул на Чжун Хи, хлопая глазами. Он даже и не заметил, что та уже находилась в синем жилете. — Ну да. — Ловко, — Кан вновь потёр ладони, ведь считал, что удача уже на их стороне. И всё таки, они оказались в одной команде. Теперь, главная задача — не попасться врагам на глаза. В худшем случае придётся испачкать свои руки в их крови или погибнуть от них. — Игра начинается, — один из охранников осмотрел команды и взглянул на Ки Хуна, будто бы диктовал правила именно ему. — Синие игроки должны спрятаться за 2 минуты. Красные же идут за ними. Синяя команда в этот же момент медленно подошла к двери и, осматривая своих союзников, ожидали приказа, когда можно идти. Страх вновь охватывал их сердца, ведь неизвестно, кто сможет выжить, а кто — погибнет. — Желаю удачи. Двери сразу же открылись. Игроки прошли дальше по тёмному коридору, по ступенькам, сжимая в руках злосчастные ключи. Сама комната была темно-синяя, с какими-то надписями на стенах, а потолки были украшены золотыми звездами. Казалось, будто бы сейчас ночь, а дети играют в прятки, пока родители не позовут домой и не будут ругаться, что уже поздно. Всё, как в детстве. — Разделяемся! — сразу же крикнул игрок 100, размахивая руками и глядя на остальных. — Кто первый найдет выход — зовёт остальных! Игроки сразу же согласились с его словами, после чего разбежались по углам. Все, кроме Ки Хуна и его команды, ведь не собираются помогать своим врагам. Тем, кто способен убить даже союзников. — Всё в порядке? — Хён Джу склонилась над Чжун Хи, придерживая за плечи и спину, сразу же заметив, как та схватилась за живот. Остальные тоже обратили внимание, понимая, что уже начинаются схватки. Или что-то в этом духе, но опасность для Чжун Хи всё равно остаётся. Именно поэтому команда и находится рядом. — Живот... — девушка стиснула покрепче зубы, — болит... — Нужно найти укрытие, — Дэ Хо взглянул на Ки Хуна. — Идём? — Мы с вами! — проговорила пожилая женщина, уже догадываясь, что роды и правда начинаются. Конечно, из-за такого стресса ребёнок родится раньше положенного срока...***
Красная команда ждала подходящего момента, когда уже можно выйти из комнаты, дабы напасть на синих и убить. Безжалостно. Хладнокровно. Без страха за свои поступки. Нам Гю, тем временем, подошел к 333 игроку, небрежно вертя в руке нож. Мён Ги, взглянув на него, лишь тяжело вздохнул. Будто бы понимал, что подошли явно не для разговора о погоде, а, напротив, о самих играх. — Эй, чувак, а давай объединимся? — 124 ухмыльнулся и подкинул нож вверх, а затем поймал. 333 лишь помотал головой, отказываясь от этой затеи. Он не собирался объединяться с каким-то наркоманом ради такого. Да и в любой бы ситуации тоже не делал этого. — Синие так просто не попадутся в лапы красным, верно? — Нам Гю не отставал и сел рядом с ним, улыбаясь во все зубы. — Отстань, а? — Мён Ги оттолкнул его от себя, тяжело дыша. — Как грубо...а ведь я считаю тебя своим другом. Услышав это, 333 задумался на миг. Это был шанс не просто не брать на себя убийства людей, но и перекладывать ответственность на другого человека. Того, кто любит это делать и не боится последствий. Не боится предстать перед судом Бога. Того, кто безжалостно прикончит соперника и не понесёт наказания. — Ну ладно, — проговорил Мён Ги и опустил взгляд. — Как просто тебя переубедить! — Нам Гю даже от радости подпрыгнул на месте, ведь действительно верил, что у него появился напарник. Но всё равно понимал, что нужно это делать с опаской. Можно ведь и получить удар в спину.***
До их выхода остаётся не так много времени. Это означало, что нужно синим успеть спрятаться или, хотя бы, отыскать союзников, которые смогут помочь в обороне. Вот только Ки Хун не об этом думал. В голове всплывал образ Чон Бэ, смотрящий на своего друга с надеждой на счастливое будущее...чёрт. Как же не хватает его. Смеха. Голоса. Обычных шуток. Всё это оборвалось так резко — человек в чёрной маске убил его. Хладнокровно. Как и своих прошлых жертв. — Всё из-за тебя, — вдруг прошептал Ки Хун, перебирая в пальцах ключ, и взглянул на Дэ Хо. В глазах буквально читалась ненависть, ведь теперь ощущение, что именно Кан виноват в смерти близкого товарища. — Что Вы сказали, господин? — Дэ Хо начал хлопать глазами, не понимая, что же тот сказал. Но это даже хорошо, что не знал, ведь не нужно лишних проблем для них двоих. Сон же просто перебесится и забудет, что винил юношу во всех смертных грехах. А вот Дэ Хо запомнит это на всю жизнь. — Говорю, что игра началась и надо спрятаться. С этим сразу же согласилась его команда, после чего продолжили путь. Но Дэ Хо, как оказалось, всё слышал, что Ки Хун сказал. Поэтому надо быть осторожнее и не получить нож в спину. В прямом и переносном смысле.
