Ночные разговоры

Из зарядного режима Орто вывел экстренный датчик, среагировавший на учащение пульса Идии. — Старший брат? — позвал он, спустившись с зарядной станции. Его слуховая система уловила звук, который интерпретировала как всхлипы. Ох. Орто проверил внутренние часы. 3:57 Да, конечно. Идеальное время для кошмаров. И это тогда, когда Идия наконец-то поддался уговорам и не только собирался ложиться спать в это время. «Вселенная настроена против меня», — сказал старший брат, отключая компьютер, так и не поборов беспощадный игровой рандом перед сном. Но это не так. Вселенная была явно настроена против Орто. — Старший брат. Снова позвал Орто. Тише. Мягче. Подойдя ближе и положив руку на комок одеяла, из-под которого пробивался знакомый голубой свет. Идия тихо всхлипывал. Орто так хотелось его утешить, следовать своей программе хорошего младшего брата. Но обычно Идия после кошмаров не любил смотреть на него. Конечно. Сложно смотреть на причину своих кошмаров. Орто гладил одеяло, надеясь, что Идия хоть что-то почувствует. Прикосновение. Присутствие. Поддержку. Любовь? — Я не помню, — Орто даже не пришлось увеличивать чувствительность слуховой системы, чтобы расслышать шёпот брата в тишине ночи. — Не помню, не помню, не помню... Бормотание перебивалось всхлипами. — Не помнишь что, старший брат? — Орто рисковал конечно, что Идии станет только хуже после вопроса, но оставлять его в тишине одиночества казалось жестоким даже по меркам искусственного интеллекта. Идия замолчал. Только его тяжёлое дыхание заполняло тишину. Вдруг из одеяла вынырнула рука и потянулась к маске Орто. Заплаканные, ещё сонные глаза смотрели за тем, как пальцы оглаживали холодный металл. Орто наблюдал. Для него уже всё стало очевидно. Конечно. Прошло уже шесть лет. Человеческий мозг, в отличие от его, не хранит файлы и архивы. Людская память... Склонна забывать детали. Воспоминания. Голоса. Лица. Даже самые любимые. Самые лелеямые. Все они... Угасают. — В детстве я не думал, что когда-нибудь смогу забыть. Не смогу. Не позволю, — Идия говорил тихо, голос его охрип. — Я просто... Хотел сделать всё прежним. Вернуть его. Его воспоминания. Голос. Лицо. Но так и не смог ни разу посмотреть. Было больно. А сегодня я смотрел в его лицо и понял, что оно расплывается. Распадается на фрагменты. Уголок глаза. Впадинка губы. Морщика над бровью. Что я не помню, как его лицо выглядело целым. Это... Ещё больнее. Орто слушал. Он чувствовал себя чужим. Как и всегда, когда речь заходила о нём. Он помнил. То, что было до его создания. Строчки кода. Фотографии. Видео с камер наблюдения. Старший брат педантично вживил в него их совместную историю. И что забавно, самая искусственная часть его образа, его существования, делала его самым живым. Роднило с людьми. Ведь люди тоже помнили себя от третьего лица. И для Орто... Это было самым чуждым. Ведь его личные архивы всегда имели только ретроспективу первого лица. Блокировка тихо щёлкнула, и Орто перехватил руку брата, не давая сделать то, о чём он может пожалеть. Программа O.R.T.H.O зафиксировала первые кадры памяти в маске. Брат создавал ему новые кастомы. И всегда это были маска или очки. Получалось органично. Это можно было назвать дизайном. Личным стилем Идии Шрауд. Его особым почерком. И Орто... Принял условия игры. Стиль. Не боль, скрывающаяся за маской. Идия мягко потянул руку, и Орто не посмел противиться своему создателю. Маска соскользнула в ладонь Идии и упала на пол, когда дрогнувшие пальцы не смогли её удержать. Орто попытался отвернуться. — Нет, нет, пожалуйста, — Идия схватил его за руку. — Орто. Не отворачивайся. Движение прекратилось. Орто знал к чему это приведёт. Ему даже не нужно было прибегать к вычислениям вероятностей. Но он не мог ослушаться старшего брата. Его создателя. Орто медленно повернулся. Его лицо, воссозданное ещё со свежими воспоминаниями, первозданное, нетронутое, больше не было скрыто ничем. Взгляд Идии впился, словно мучимый жаждой — в единственный стакан воды на планете. Его глаза блуждали по каждой черте, пока полностью не затуманились слезами. Ладони Идии скользнули по щекам Орто, будто наощупь пытаясь запомнить каждую мелочь. Но мелочей не было. Кожа Орто была гладкой, прохладной, неживой. У него не было пор и несовершенств. Его лицо — лишь качественный силикон, натянутый на точный металлический каркас. Посмертная маска, что скрывала лучше, чем любая деталь, носимая им до сих пор. — Как думаешь, Орто, как бы он выглядел сейчас? — спросил Идия: слёзы текли из его глаз, но голос не дрожал, его большие пальцы оглаживали неживую кожу. — Произвожу вычисления... — Нет, — Идия мягко прервал роботизированный голос. — Как ты думаешь, как бы Орто выглядел сейчас? В комнате Идии не было зеркал. Орто схватил его за щёки и повернул в сторону выключенного монитора, где, в неровном свете их волос и подсветки Игнихайда отразилось лицо Идии. — Как-то так. Идия едва успел что-то разглядеть, когда зрение размылось из-за новой порции слёз. — Он был бы лучше. — Да. — И красивее. — Возможно. — И... — Вы бы всё равно были похожи, вы же братья. — Да, — Идия прошептал, но больше не горько, не обречённо, едва заметная нежность в его голосе. — Он бы вырос. Стал выше, — слова окрасились оттенком мечтательности. — Его черты лица стали бы острее, как у нас с отцом. Боги, его бы очаровательные детские щёчки исчезли! Как бы я пережил эту потерю? «Как пережил когда-то гораздо большую», — Орто кинул этот непроговоренный текст в корзину, боясь разрушить то мягкое, одухотворённое, что исходило от Идии. Идия потянул его искусственную кожу в стороны. — Как хорошо, что твои щёчки никуда не пропадут, пока я этого не захочу, — Идия довольно захихикал, находясь где-то в фазе «я гений, чёртовы нормисы». — Ты ведь, э-э-э, не против? — впрочем его настроение тут же сменилось на привычную неуверенность. И кажется, даже если бы Орто не связывали строчки программного кода, он бы ответил: — Не против. Идия счастливо захихикал и обнял Орто за пояс. Они молчали. Но в тишине, где только тихо гудели жизнеобеспечивающие системы Орто, это казалось... Уютным? Пока Идия не признался: — Если честно, у меня затекли ноги. Я хочу есть и пить. И умыться. Почему-то это признание сделало всё только ещё лучше. Словно избавил от флёра сна, убедив в реальности происходящего. И Орто внезапно поддался странном желанию погладить старшего брата по голове. — Тогда пожалуйста, старший брат, восполни потерю жидкости в организме водой... В плане настоящей водой, а не газировкой. И иди умойся. Я что-нибудь приготовлю. Идия нехотя кивнул головой и оторвался от руки Орто. Его волосы до последнего пытались охватить пальцы Орто, будто не хотя покидать. Орто поддержал брата, когда он чуть не свалился с затёкших ног, и захлопнул за ним дверь в ванную. Когда раздался шум душа, Орто отметил, что нужно ещё занести брату сменную одежду. Но а пока начать он решил со смены промокшего от пота и слёз постельного белья. В мини-холодильнике Орто помимо нужного клубничного молока нашёл недоеденный онигири и вчерашний обед, который Идия клялся, что доел. Все это улетело в мусорку. А Идию из душа встретила не только чистая сменная одежда, но и кукурузные хлопья с клубничным молоком. В безразмерной кофте, поедая хлопья, Идия вспоминал нечто похожее из далёкого прошлого. Бесформенная одежда Стикс, завтрак, семья... Орто сверился с часами. — И у тебя ещё остаётся три часа, чтобы выспаться, старший брат! — Поставлю стрим на запись и словлю пару зеь, — Идия уронил ложку в хлопья и зевнул. — Не-а! — радостно возвестил Орто. — Что? — Ты пойдёшь на уроки лично, старший брат! — Что? Я? Чья реплика? — Моя. Думаю, Орто тоже был бы рад, если бы ты, старший брат, не тратил время вне Острова напрасно сидя в комнате. Так что сегодня ты идёшь на уроки сам! — Это... Подлый чит-код... — Ага! — радостно согласился Орто. Идия вздохнул. Орто бы поступил точно так же. Что за... Не надо было программировать так точно! Знакомый воодушевлённый взгляд золотых глаз встретил Идию. Ладно. Не так уж он и против. ​