Я много работаю с лучниками

Всё началось с появления Иориэля. Эльф, лучник, опытный боец – всё при нём. И полный набор ненавистных Хаста черт, присущих сородичам из эльфийских полисов, от пронзительного взгляда льдисто-голубых глаз и копны светлых волос, заплетённых вычурными косами, до сдержанного, учтивого достоинства, с которым этот эльф вёл себя со всеми. Особенно с Рубигором. Красивый изгиб его губ становился будто ещё более напряжённым, когда Иориэль слушал рассуждения главы отряда о предстоящем походе. Скулы обострялись, во взгляде появлялась задумчивость. Он сдержанно кивал, а затем говорил что-то таким чарующим голосом, что позавидовал бы любой бард. Этот эльф не лезет на рожон во время обсуждений и знает себе цену. Его скрытность, нарочитая холодность и вечно надвинутый на лоб капюшон – овевают его ореолом загадочности. И сам Рубигор тоже смотрит на него внимательно, слушает его речи, кивает, соглашаясь с доводами. Видно, что воину приятна такая сдержанная манера. Иориэль – лучник и следопыт – идеальное дополнение для отряда Рубигора. Не то, что некоторые... Хаста в очередной раз подумал, как Руби его вообще терпит?! Нет, в работе всё было отлично. Они быстро распределили главенство: когда эльф составляет карты – это его отряд и он несёт за бойцов полную ответственность. Когда Руби решает куда и каким составом они выдвигаются – Хаста не лезет и даже не спорит, если Рубигор оставляет его в городе. Да, его парни начинают ныть «а кто же нас покормит и согреет», да из чёрных болот, куда отряд сопровождал маг, они вернулись как с прогулки за грибами, но Руби имеет право не работать с чародеями – это Хаста признал и принял. Но у них было ещё одно пространство в котором они постоянно пересекались – постель, и там всё было… странно. Во-первых, у эльфа имелись предпочтения, которые Руби явно не разделял. Из последних выходок, наверное, самой сумасшедшей был трюк Хаста с яблоками, после которого Руби две недели на эти плоды смотреть не мог, всё губы поджимал, да глаза отводил и от самого эльфа держался подальше на всякий случай. А всего-то… Подумаешь… Ну завалялись в вазе с фруктами три небольших яблока, ну заскучал Хаста, решил пошалить – дождался Рубигора, разложил их на скамье и собрал… без рук… в себя. Да что такого-то?! Руби тоже, кстати, хорош. Он ему с той скамьи даже подняться не дал, член загнал в самое горло, и только кончив, потащил вытаскивать яблоки обратно, читая нотации о том, что еду лучше всё-таки через рот.       Во-вторых, Хаста не привык к таким близким отношениям. И дело было не в том, что Руби такой внимательный и ответственный, хотя и в этом тоже, а всё же больше в том, что сам Хаста предпочитал держать остальных своих любовников в более ни к чему не обязывающем положении. Это удобно, когда никто никому ничего не должен. Потрахались и разбежались, а соскучились – так снова сошлись без претензий и драмы. Но с Руби так не получалось… И Хаста был вынужден признать, что его вины в том больше, чем чьей-либо. Ну не ревновал он ни одного из своих любовников к сородичам – глупость какая! А с Руби… С Руби он исподволь бросает горячие взгляды на нового эльфа, который… Который вместо него отправится с Рубигором и ребятами в поход! И, чёрт бы его побрал, вернётся героем! И все будут говорить какой Иориэль молодец, как здорово влился, и как с ним теперь отлично работать! Непонятно как бы извёл себя маг, пока Рубигор шлялся по окрестным лесам и горам, но вовремя подоспела Марина со своими затеями. ---Ты не идёшь в этот раз с Руби? ---Нет, у них там и без меня народу хватает. ---Отлично. «Отлично?!» – мысленно возмутился Хаста, но госпожа страж не заметила печали эльфа. У неё своих забот было навалом. ---За эти полгода вы здорово ослабили призывателей и войско демонов, но, к сожалению, это означает, что они начнут менять тактику. ---Да, я тоже об этом думал, но пока не понимаю, в какую сторону их понесёт. ---Что ж, давай я намекну на их возможный следующий удар. ---Я – весь внимание. ---Праздник урожая. ---О боги! ---Да, Хас, там будет карнавал. Мы откроем город для большого количества повозок со всего королевства. ---Напомни, сколько он длится? ---Неделю. Неделю на нижней площади будет ярмарка, а в верхнем городе пиры. ---Пламя моей силы… ---У нас всегда возрастает количество мелких преступлений, типа краж и пьяных драк, а это означает, что регулярная городская стража будет занята больше обычного – они точно упустят, если в город проникнут лазутчики демонов. ---Я понял тебя. Я в деле! Первое с чем столкнулись ребята, возвращаясь в город – толкотня на входе. В любых других обстоятельствах это расстроило бы авантюристов, но в этот раз Турко звонко воскликнул «Оу-е!», Кута завилял хвостом, Ялика загадочно ухмыльнулась, а Юли тяжело вздохнула. ---Мы вовремя! – Провозгласил степняк. – Праздник урожая без нас невозможен! Руби, погнали дегустировать сидр! ---Я пас, дружище. Мне ещё к Марине с отчётом. А вы веселитесь, только поглядывайте, а то уж больно много народу в этом году. ---Господин распорядитель обещал пригласить каких-то невероятных артистов – интересно поглядеть. Проходя по улицам, даже Рубигор невольно оглядывался. На окнах и перилах громоздились корзины с налитыми яблоками, сочным виноградом, яркими тыквами, бордовой свёклой и оранжевой морковью. Госпожи главы стражи государя не оказалось на месте. Рубигора встретил её секретарь, с уважением принял отчёт, передал конверт с письмом и пригласил в отдельную комнату. ---Ознакомьтесь и не удивляйтесь, господин Рубигор. – Серьёзно предупредил худой мужчина. Развернув бумагу Руби поскрёб заросшую щёку и нахмурился. Стоило ожидать – демоны предположительно готовили диверсию, и Марина просила Рубигора усилить городскую стражу. Не совсем то, чего воину хотелось бы… Руби не меньше прочих ждал праздника, думая куда пригласит Хаста и как не дать эльфу увидеть на ярмарке кабачки, а тут выходит, что работа только начата. ---А это, я полагаю, мой карнавальный костюм. – Вздохнул Рубигор, вороша аккуратно сложенную форму городской стражи, перешитую под его габариты. Напяливая невзрачный типовой лёгкий доспех, Руби сокрушался, что отдохнуть ему так и не дали. Не то чтобы он как-то сильно устал в этот раз, просто вылазка оказалась чуть более нервной, чем предполагалось. Пришлось признать, что работать с Хаста куда удобнее и спокойней. Во многом из-за того, что Рубигор всегда чувствовал эльфа и его магию. Иориэль отличный парень, превосходный стрелок, но его надо всё время контролировать, не умотал ли он в разведку, пока лагерь отдыхал, не пострадал ли сам во время стычки с бандитами. Ио умело прикрывал штурмовиков в виде Руби и Турко, но не очень удачно работал с остальным отрядом, а Куту и вовсе чуть не пристрелил не глядя, заслышав в кустах шорох. Извинялся, конечно, и корил себя, да и оборотню от обычной стрелы урона немного, но всё же… ---Талли на главной площади? – Переодевшись, уточнил у секретаря Руби. ---Да, он ожидает вас. «Ладно, хоть так. Пусть доложит обстановку, а там посмотрим.» Начало смеркаться, как часто бывает осенью, но весь город был расцвечен золотистыми огнями, в верхнем городе, откуда держал путь Рубигор, сновали знатные особы в дорогих костюмах, чуть ярче, чем обычно, в преддверии карнавала. Уже вовсю пушились перья на беретах и шляпах, уже повсюду яркий бархат и шёлк, уже маски и веера – город в предвкушении праздника. Уже не балы, но званые вечера. И уже люди стекаются вниз на площадь, где играют барды и толпится ярмарка с акробатами, фокусниками, танцорами и художниками. ---Талли, как обстановка? Молодой, но очень серьёзный воин склонил голову, завидев подмогу: ---Господин Рубигор, отрадно, что вы нашли возможность присоединиться к нам – усиление не помешает. Руби провёл рукой по воздуху, осаживая непрошенные восторги, и пристально посмотрел на сержанта, ожидая ответа на свой вопрос. ---Всё как обычно. – Вздохнул Талли. – Драка за место на ярмарке, небольшая контрабанда, мелкий пожар, который уже потушили. ---Поджог? ---Нет, не похоже, просто лампу на сено случайно уронили и почти сразу заметили. ---Ладно. – Рубигор огляделся. – Марина предупредила тебя? ---О диверсии или провокации? Да. – Талли покачал головой. ---Что не так? ---Если они там у себя наверху так опасаются за город, то закрыли бы его. Вынесли шатры за стены, и дело с концом. А то у меня только среди артистов два тифлинга – бард и акробат! Рубигор мрачно кивнул. Понятно, чего Арталле так завёлся – полукровки демонов первые в списке подозреваемых, но многие из них ничем не связаны ни с призывателями, ни с роднёй из преисподней. ---Сколько артистов вы насчитали? ---Двадцать голов. – Отрапортовал сержант Лури, дежуривший у входа в город, побрезговав называть весь этот сброд полукровок «людьми». «Два полных отряда, почти взвод» – машинально прикинул Рубигор по привычке пересчитывать силы противника. ---Ничего необычного? – Продолжил он расспросы. ---Да нет. Две большие телеги с шатрами и прочим барахлом. ---А кучера? ---Одной правили два артиста – бард и ещё какой-то. А второй – мужик в капюшоне. Явно возничий. Он и не показывается нигде, небось ждёт, когда обратно поедут, да денег отвалят. ---Вы хоть видели его с тех пор? – Нахмурился Руби. ---Да чего за ним следить – он в телеге у них отлёживается, туда ему и дорога. Он весь досмотр кашлял. – Снова встрял Лури. – Я вообще думал оставить его за стенами, не приведи боги притащит заразу какую. Но эти упросили, сказали, что последят. Так они и следят. Еду ему таскают, а сам он нигде не появляется. Рубигор мрачно вздохнул. Самой большой организованной группой чужаков были именно комедианты и артисты. Присмотреть за ними было сейчас важнее всего. ---Ладно, я пойду осмотрюсь немного – не унывайте. Вся стража поклонилась, пропуская Руби. Ближе к ярморочной площади, где горели яркие огни, сотворённые магами города, густела нарядная толпа, и к шуму людских голосов то и дело подмешивалась музыка и пение бардов. Обычная знать в масках и ярких одеждах Рубигора интересовала мало, он планировал присмотреться к ворью, торговцам и попрошайкам, но внезапно зацепился взглядом за пару нарядных дам. Одна, с копной ярко-рыжих кудрей, собранных в высокую причёску под изящной шляпкой, щеголяла в небесно-голубом шёлковом платье, подметая мостовую воланами нижней юбки. Лицо женщины закрывала голубая с серебром полумаска, в тон платью, а в руках был веер с белыми перьями, которым она игриво прикрывала мушку на щеке. А рядом с нею не менее изысканная стройная дама в роскошном зелёном платье. Тоже в маске на глазах, украшенной перьями, и с не менее вычурным веером. Её белые волосы струились локонами, пряча заострённые уши, свойственные всем носителям эльфийских кровей. Рубигор хмыкнул и направился к дамам. ---Мои приветствия, леди. ---О, господин городской страж, мы что-то нарушили? – Кокетливо прикрывшись веером спросила рыжеволосая незнакомка. ---Тебе уже сказали на кого ты похожа с этой мушкой? – Максимально тихо уточнил Рубигор. ---Руби, черти тебя затрепи, не смей портить маскировку! – Зашипела Марина. – Как ты меня узнал?! ---Не узнать женщину, которая мне своей палицей чуть челюсть не снесла, было бы очень недальновидно с моей стороны. Да и «подругу» твою я тоже вряд ли с кем-то перепутаю. Блондинка рассмеялась. ---Он чувствует мою магию. – Пояснил Хаста. Его золотистую кожу выровняла бледная пудра, а на широкой плоской груди при помощи корсета и какого-то декора даже соорудили некое подобие декольте. ---Я пришёл осмотреться. ---Вот и хорошо, а то мне пора обратно в верхний город. – Созналась Марина. ---Не против, если я составлю компанию вашей подруге, госпожа? – Учтиво поинтересовался Руби. ---О, не сомневаюсь, что она будет с вами в безопасности. Глядя как изящно Марина лавирует мимо толпы, Рубигор отставил локоть в сторону, намекая Хаста взять его под руку. ---Как ваш поход, господин Рубигор? – Начал светскую беседу эльф, плывя рядом, неторопливо осматриваясь вместе с Руби. ---Да какой там поход, так – вылазка. ---Вы разочарованы? ---Не то, чтобы… с тобой всё было бы спокойнее. ---О, господин «я-не-работаю-с-магами» пристрастился к силе чудотворцев? ---Ну, по тебе я всегда могу сказать, что ты жив, здоров и точно меня прикроешь. ---Новый эльф так плох? – притворно вздохнул Хаста. ---Ио весьма условный «новый эльф». Он ходил с нами ещё до твоего появления в городе. Я много работаю с лучниками, а Ио, без сомнений, один из лучших в своём деле. Хаста недовольно поджал накрашенные губы. ---Но я вижу, что ты бы в любом случае с нами не пошёл. – продолжил Руби, не обращая внимания на то, что ощущения от магии эльфа стали колкими. – Марина всерьёз обеспокоена. ---И не без причины. Самое плохое, что мы не знаем, чего ожидать. ---Талли сказал, что в городе тифлинги. ---Угу, а может и кто похуже. У меня плохие предчувствия. Тут дело не в банальной диверсии или покушении. Мимо них прошли несколько комедиантов в узнаваемых одеждах. Один из них жонглировал булавами, а на высоком отмостке впереди сидел бард, выводя изумительную балладу. ---Они тут повсюду. – Отметил Рубигор. ---Да, во время праздника много мероприятий. Кстати, я видел Турко на соревновании по выпивке. ---Я донесу его домой – не волнуйся. – Вздохнул человек. Степняк с одной стороны мог выхлестать сколько угодно, с другой стороны пьянел сильно и долго мучался похмельем на следующий день. Хаста, тем временем, пользуясь узостью улицы и необходимостью разойтись со встречными прохожими, прижался к Руби поближе, обхватив его руку и пощекотал шею воина пером со своей маски. Здоровяк ухмыльнулся, и они, не сговариваясь, нырнули в подворотню. Спустились по узкой каменной лестнице, свернули в небольшой садик, встав под раскидистым кустом, закрывшим их от всех глаз. Рубигор прижал эльфа спиной к кованной ограде и залез рукой под подол платья. Хас подготовился хорошо. Костюм был в полном соответствии: и атласные чулки, и подвязки, и короткие панталоны с кружевом. Руби сглотнул, склонил голову над плечом эльфа и прижался к холодному металлу ограды лбом. Хаста только тоненько пискнул, когда огромная лапища Рубигора, ломавшая гоблинам шеи как цыплятам, бережно сжала его член сквозь дурацкое бабское бельё. Стояк тут же упёрся северянину в ладонь и тот, переведя дыхание, опустился на колено, нырнув под юбку. Хаста пришлось закусить чёртов веер, чтобы не заорать. В ушах шумело, но даже сквозь этот гул он услышал, что кто-то идёт. Мысленно прокляв гулён, он похлопал Рубигора по плечу, а для пущего эффекта произнёс своим мелодичным голоском: ---Ах, господин городской страж, что же вы делаете?! ---Кого там принесло?! – Почти не показываясь из-под юбки Хаста, проворчал Руби. ---А! Ой! – Растерялись незваные гости и мигом рванули в противоположную сторону. Руби недовольно проводил странную парочку артистов взглядом. Они с Хаста специально уединились там, куда никто не пошёл бы, а отсюда вопрос: ---Какого хрена они тут забыли? «Вот именно! – одними губами произнёс Хаста. Сбитый с настроения эльф поправил платье и снова огляделся. ---Отнесёшь Турко спать – загляни ко мне в таверну. Руби ухмыльнулся. ---Чулки оставь – мне понравилось. Хаста хлопнул его по плечу сложенным веером. ---Ну и манеры у вас, госпожа. – Проворчал воин. ---Руби, что стряслось?! Почему ты в доспехах стражи? – Оказывается на ярмарку припёрся не только Турко, но и Ялика с Кутой. ---Остальная стража с этим дураком не справится. – Кряхтел здоровяк, взваливая на себя в стельку пьяного степняка, заблевавшего всю бочку из-под сидра, которую предварительно выпил. ---Это точно. – Хмыкнул оборотень. – Мы предупреждали, чтобы он не пил столько. ---Шасса, дело не только в нём. – От Ялики ничего не утаишь. ---Марина ждёт диверсий, покушений и провокаций – попросила поглядывать. Змееокая девушка тут же ощетинилась. ---Пусть только сунутся! ---В том-то и дело, Лика, они, похоже, уже в городе. У Хаста плохое предчувствие. ---Ты, кстати, видел его?! – Оживился оборотень. – Ему идёт зелёный. ---Видел-видел. – Ухмыльнулся Рубигор. Этих двоих масками не проведёшь. Они узнали эльфа сразу, так же, как и Руби. ---Я отнесу Турко и загляну в таверну, а вы отдыхайте. Может так статься, что госпоже Марине понадобится любая помощь. ---Ты же знаешь, что мы всегда с тобой! – Горячо пообещал Кута. ---А тебя, Лика, я, всё-таки, попрошу об одном одолжении. – Нехотя вздохнул Руби, крутивший эту мысль с самого возвращения. ---Я не откажу тебе ни в чём, шасса. – Склонилась ламия. ---Знаю, но ещё я знаю, что тебе это не понравится. ---Это ведь для дела? – Смиренно и настойчиво уточнила девушка. ---Да, для дела. ---Тогда не тревожься. Где он? У Турко? ---Да, костюм у Тура в сундуке. ---Надеюсь, его никто не надевал. ---Ну, ты его знаешь, Тур у нас раздевает всё больше. Ялика рассмеялась. Несмотря на усталость и долгий день, ноги так и несли Рубигора на четвёртый этаж знакомый таверны, где всё ещё частенько появлялся огненный маг. Хаста принял предложение Марины, и теперь у него есть собственные покои и рабочий кабинет в верхнем городе, но беспокойный эльф частенько оставался в таверне. И в данный момент, именно этот самый эльф стоял напротив большого зеркала, которое наколдовал для смены образов во время карнавала, и придирчиво разглядывал себя, решая важнейший вопрос: оставить бесящий корсет и порадовать Руби или снять ко всем чертям и дышать уже нормально?! Он вновь окинул персонажа в зеркале недовольным взглядом: чулки из белого атласа, тонкие светло-зелёные ленты подвязок, шёлковые панталоны… платье, валявшееся комом на скамье рядом, тесный корсет и зелёная бархотка с жемчугом, обхватившая шею, скрывая кадык. ---А вот Иориэль так не вырядился бы. – Назидательно сообщил сам себе маг, стирая с губ ненавистную помаду. В этот момент дверь за его спиной отворилась и в слабо освещённое помещение проник любовник эльфа. Поймав восхищённый взгляд Рубигора, Хаста тут же отогнал все свои сомнения по поводу внешнего вида и мнимых соперников. А ещё успел отметить, что Руби очень идёт форма. Можно будет, как-нибудь поиграть в капризную аристократку и её верного стража, но явно не сегодня. ---Можешь начинать рассказывать нахрена ты напялил на себя всё это. – Походя сообщил Руби, с неправдоподобной ловкостью стаскивая с себя дублёную куртку и прочный жилет под ней. ---Маскировка. – Ухмыльнулся Хаста. – Мы с твоей любимой женщиной допускали, что может понадобиться преследовать кого-то, а я хотел бы подольше сохранить персонажа. Согласись было бы странно, если бы под платьем кто-то заметил сапоги, кожаные штаны, перевязь с ножами и штакетник взрывчатых ампул. ---Это не моя любимая женщина, а Турко. – Он сгрёб эльфа и бесцеремонно потащил в кровать, о которой во всех аспектах мечтал уже часа четыре. – Тебе вообще в этом удобно? – Уточнил человек. Его рука, вместо бархатистой кожи эльфа наткнулась на прочное грубое сукно, прошитое какими-то спицами. ---Этот корсет меня убивает. – Признался Хаста. – Нет, Руби! Только не нож! Распусти завязку и потяни шнур – Марина ждёт, что я верну ей это пыточное приспособление. ---Я всегда знал, что она извращенка. – Заворчал Рубигор, возясь с завязками. ---Давай помогу. Избавление от корсета ощущалось эльфом просто волшебным. Помимо полного дыхания в награду за свои страдания он получил нежные прикосновения и поцелуи, старательно стиравшие красные полосы, оставленные жёсткими рёбрами неудобного корсажа. ---Нас сегодня прервали. – Напомнил эльф. Руби ухмыльнулся и потянул вниз нелепые панталоны, которые как будто существовали отдельно от Хаста. Стройный и крепкий, немного угловатый, скорее жилистый, чем просто худой, эльф странно смотрелся в одежде, которую делали для дам с пышными формами. ---Нет, так не пойдёт! Хаста вдруг вывернулся, будто только панталоны и хранили последние крупицы приличия, опрокинул Рубигора навзничь, перекинул ногу через его голову, а сам склонился к паху. Одновременно надавливая на крестец мага, Руби прикрыл глаза, привычно вбирая аккуратный член поглубже. Всего пять дней в компании нормальных скромных и приличных эльфов, и он немного подзабыл, что Хаста из него все жилы вытянуть может. Эта мысль, вперемежку с пониманием, что не один он тут устал и, несмотря на разлуку, предпочёл бы скорее поспать, разлеталась в клочья от жадного натиска, с которым на него набросился любовник.       Переведя дух после ослепительного удовольствия, разлепляя глаза, Рубигор увидел над собой склонённое лицо Хаста, его смеющиеся и счастливые зелёные глазищи. ---Ну-ка хватит. – Заворчал воин. – Давай сперва отдохнём. ---Эй, я и не соби… Руби подсунул два пальца под бархотку, явно душившую Хатса, притянул эльфа ближе и поцеловал, глубоко запуская язык. Чародей знакомо замер – что этому чёрту нравится и такие игры Руби уже знал, поэтому быстро нащупал застёжку аксессуара и снял его, прежде чем опрокинуть Хаста навзничь, подмяв под себя. Северянин оторвался от сладкого поцелуя, разглядывая лицо любовника: под скулами осталась белая пудра, будто эльф в муке вывозился. Чуть хмурясь, Рубигор принялся стирать следы грима. С таким же видом он обычно оттирал орочью кровь от доспехов, будто какой-то дурачок заляпал хорошую ценную вещь. Вся эта пудра казалась неуместной на золотистой и сияющей коже эльфа. Хаста млел от заботы и сам потянулся целовать человека. ---М-м-м-м! Колючий. – Рассмеялся он. ---Прости. Хаста провёл пальцами по заросшей щеке и привычно поворошил ладонью короткие волосы на макушке. ---Ты даже не побрился? Сразу побежал в патруль? ---Мне показалось, что это важно. – Рубигор уткнулся лбом ему в плечо, растекаясь под ласковыми прикосновениями. «Устал» – Тут же сообразил маг, поглаживая мощные плечи, чувствуя, как они расслабляются. Руби надо отдохнуть. Ощущая, как магия вновь льнёт к этому лаксату, чародей слегка подмешал в неё чар умиротворения, и огромная гора мышц оседая сверху, перевалилась чуть на бок, чтобы не похоронить под собой хрупкого мага. «Всё-то ты контролируешь» – усмехнулся древний, обнимая любовника крепче. Почему-то возникло ощущение, что с появлением Рубигора всё встанет на свои места. Да. Именно с приездом Руби, ощущение неотвратимой катастрофы, которую они не то, что предотвратить, даже просчитать не могут, куда-то подевалось. ---Спи, айссэ, кто я такой, чтобы мешать тебе вершить наши судьбы? В комнатах на четвёртом этаже, сдаваемых только дорогим гостям, была собственная гостиная, превосходная спальня, а также уборная комната. Заглянув в неё сквозь приоткрытую дверь ранним утром, Хаста узрел своего любовника, старательно бреющего щёки. Руби стоял у зеркала, придерживая кожу рукой, чтобы добиться идеального натяжения и аккуратно собирал белоснежную мыльную пену острым лезвием бритвы. ---Ты собрался с самого утра бежать на службу? – Промурлыкал эльф. ---Думаешь напрасно? ---Боюсь, что наша общая знакомая тебя не отпустит. Рубигор хмыкнул, но Хаста нужно было ввести в курс дела: ---Я попросил Ялику помочь. Она согласилась надеть… ---Платье?! – Изумился эльф. Судьба у ламии была не самая завидная. Она долгое время служила рабыней. Бывший хозяин заставлял её развлекать гостей, выдавая Ялику за гаремную наложницу, а ночами подсылал к неугодным, используя в качестве убийцы. Ни расхаживать полуголой при похотливых самцах, ни отнимать жизни у тех, кого она даже не знала, Ялике не нравилось, но выбора тогда не было. По чистой случайности её хозяин попал в затруднительное финансовое положение и продал её, чтобы вернуться на родину, где его и порешили не менее жестокие сородичи. И далеко не сразу она попала в отряд Рубигора. От той жизни остались неприятные воспоминания и платье наложницы, которое она предпочитала бы больше никогда не надевать. К сожалению, и дорогие ткани, и роскошная вышивка, и украшения могли здорово помочь от нужды, потому ламия не спешила избавляться от напоминания о прошлом. ---Слушай. – Руби даже бритву опустил. – Я поговорил с ней, она не против. Это всего лишь костюм, как твоё платье и мои доспехи. ---Нет-нет. – Хаста примирительно повёл рукой по воздуху. – Я думаю, что Яли нам очень поможет, только с нею лучше поговорить мне. Я полагаю, что смогу усилить её роль в шпионаже. Вечером этого же дня на площади появился новый помост. Он закрыл круглую клумбу под балконом верхнего города. Огромная перевернутая бочка была наспех обтянута тканью и украшена медными клёпками и бусами, но именно она стала сценой для нового артиста. Танцовщица в изумительном лиловом платье, собранном из газовых тканей. Её шея вся закрыта под ожерелья из золота, спадающего бусинами к солнечному сплетению, низ лица укрыт невесомой вуалью. На бёдрах звенит маниста, повязанная поверх пёстрого платка. На руках сотня браслетов, и всё это звенит, цокает, летает в такт её чувственному танцу. Нечеловеческая гибкость и плавность линий, томные взгляды из-под длинных ресниц, чёрные волосы, заплетённые тысячью кос, нежные руки, выписывающие кружево танца. Она двигается под зачарованную шкатулку, стоящую за помостом – в небольшом шатре, куда танцовщица скрывается после своего выступления. Каждый её выход собирает толпу, но между ними, она принимает в шатре желающих узнать свою судьбу. К ней ходят в основном женщины. И загадочная танцовщица, укрытая шёлковой накидкой, сажает их за столик из полированного дерева, капает им на ладонь ароматное масло, растирает его пальцем, говоря: ---Тебе пора заводить ребёнка. ---Я не могу. Я бесплодна. ---Чуш-ш-ш-ь, дело в твоём муже. Вот, пусть попьёт травы – через месяц будешь на сносях. Другой она шепчет: ---Срежь волосы. Все немедленно! Тебя хотели отравить и отрава ещё с тобой. Плохо спишь?! Снятся кошмары?! ---Д-да. – Перепуганная женщина не знает верить ли. ---И подушку сожги. ---Но кто мог меня отравить?! ---Кто-то из своих. – Ухмыляется гадалка. – Тот, кто позавидовал твоему счастью. Женщина вздрагивает и кивает, а перед тем, как уйти кидает ещё одну серебряную монету в сундучок гадалки. С третьей гадалка не церемонится – сразу срывает с её шеи амулет и швыряет в угол своего шатра. ---С-с-сума сошла?! Его делали не для тебя. Не смей забирать чужую судьбу – погубишь себя! Мужчины редкие гости, и всё же днём в её шатре появляется странный посетитель. ---Гос-с-сподин городской страш-ш-ш-ш. – Ухмыляется гадалка, жмуря малиновые глаза. ---Как дела? – Окидывая взглядом убранства шатра, довольно кивает Руби. ---Неплохо. Я отлично заработаю на этом празднике. Хаста постарался. Ни Рубигор, ни Турко не подумали, что целый день плясать на площади Ялика не сможет даже при всём желании и выносливости, а эльф мигом решил эту проблему. Так ламия не уходила никуда и могла вести наблюдение почти постоянно. ---Удалось что-то узнать? Ламия сверкнула на Руби глазами. ---Тиш-ш-ше, шасса. Всё не так просто. Эти артисты совсем не глупцы. ---Дело всё же в них… ---О да, и их гораздо больше. К ним примкнуло ещё минимум пятеро. ---Проклятье. ---Они что-то выискивают в городе. Ходят группами. ---Да, мы с Хаста встретили такую парочку совсем недавно. Если они лазутчики, то скорее всего, проверяют входы в подземелья. Оттуда проще отравить колодцы или совершить нападения. ---Акробаты, шасса, как крысы, проберутся, где угодно. Пролезут там, где вы их не ждёте! – Предупредила Ялика. – Но хуже всех барды. ---С ним-то что не так? Ялика отстранилась от стола. ---С-с-с-слиш-ш-шком громкая музыка. Руби не уловил сути. ---Ты не слышиш-ш-ш-шь. Ты – человек. Но в их музыке что-то есть… что-то необычное. ---Я понял, я присмотрюсь к ним. ---У нас два дня, шасса. Рубигор кивнул, благодарный за помощь, и вышел наружу. Краем глаза посмотрев на крытые повозки в самом конце площади, подумал, что переться сразу туда не слишком дальновидно. Надо посоветоваться с Хаста, который сейчас в верхнем городе. Осилив широкую лестницу на обзорную площадь, с которой вели ещё два подъёма уже к дворцу государя, Руби замедлил шаг. Звуки музыки слышны по всему городу. То тут, то там играют на флейтах, бьют в цимбалы, перебирают струны домбры или заливается скрипка. Вот и на верхней террасе, сидя на широких каменных перилах, ограждавших площадку от сада внизу, примостился бард в узнаваемой кожаной куртке, собранной из ромбов разных цветов. Его одежда совсем не броская, скорее похожая на камуфляж из бежевых серых и приглушённо-зелёных тонов. И голос этого барда тихий, убаюкивающий, будто не желающий спорить с незатейливой мелодией. Сущность лаксата лишь замечала магию, но с недавних пор, став общаться с Хаста, Рубигор научился прислушиваться к ней, различая полутона. Он был уверен, что это работает только с эльфом, чья наглая магия лезет из всех щелей и никуда от неё не скрыться, ты будто стоишь в её потоке. Но, проходя мимо барда, увлечённого своими струнами, Руби поёжился. Ялика права: с музыкой что-то не так. Воин прибавил шаг, пересекая площадь, направляясь к зданию. Нырнул под арочный свод, не обратив внимания на стражу, вставшую навытяжку, при его появлении, быстро взбежал по лестнице к кабинетам советников. ---Хас! – Окликнул он мага, дававшего указания кому-то из придворных чародеев. – На минуту. Бесцеремонно схватив эльфа под руку, он подтащил того к широкому окну, встав за откосом, будто прячась, и кивнул на барда, сидевшего на перилах. Расстояние было небольшим – десять корпусов лошади, но по площади сновали люди, город шумел. Хаста недовольно уставился на Рубигора, покривив губы. ---И что ты хочешь, чтобы я сделал? Руби указал пальцем на ухо. Хаста сперва нахмурился, что-то сотворил с собой, прислушиваясь к чему-то и тут же его глаза стали огромными. ---Ах ты чёрт тебя дери! – Эльф взлетел на подоконник, его кулаки объяло пламя, готовя к удару. Но бард в ту же секунду тоже вскочил на ноги, посмотрев точнёхонько на их окно. Он успел ухмыльнуться, перехватив лютню как топор, простенькое кольцо на его пальце засияло, и Рубигор не стал ждать дуэли. Он выхватил небольшую твёрдую тыкву из расставленных везде корзинок, и точным броском отправил её в лоб так удачно вставшему барду. Тот опрокинулся назад, всплеснув ногами в воздухе и рухнул в сад за спиной. ---Босс?! – Протянул изумлённый Кута, который за каким-то хреном оказался в верхнем городе. ---Кут, забери этого говнюка снизу – не дай сбежать. ---Я пришлю стражу. – Тут же отозвался Хаста. Они оба поспешили к месту падения. ---Как он понял, что ты собрался его жахнуть? – Недоумевал Рубигор. ---Он нас услышал. – Пуще Ялики шипел эльф. Сбегать бард не собирался – он прилично ушибся, да и бросок Рубигора вырубил его наверняка. Эльф накинул край камзола на руку и взялся за его инструмент. ---Чёртова лютня. Всё дело в ней. – Он напряжённо огляделся, будто ища ещё улики. – Немедленно к Марине! Маги государя быстро подтвердили, что инструмент зачарован. ---И что с того? – Не понял Рубигор. – Он же не заставлял никого творить херню, не приманивал крыс… ---Акустическая карта. – Закатив глаза раздражённо фыркнула Марина. ---Звук проникает везде. – Пояснил эльф, зная, что Руби парень сообразительный, но в виду некоторых особенностей образования, может даже не допускать ряда вещей. – Если лютня и вправду помогла ему составить план города, то он знает всё, включая покои государя! ---Запомнить такой обширный план непросто. – Тут же уточнила Марина. – Но он специально подолгу сидел в разных местах. ---А потом они ногами проверяли, что он тут наслушал. – Кивнул Руби, у которого начала складываться картина. – Проблема в другом – его труппа, наверняка, в курсе, чем он занимался. И Ялика сказала, что бардов несколько. ---Боги! Праздник в разгаре! Они скоро поймут, что он пропал! ---И скоро стемнеет. ---Быстро в нижний город – их надо остановить! Рубигор на секунду поймал Куту. ---Стрелой к Турко – нам нужны все. ---Он во хмелю. – Заскулил оборотень. ---Похер, соображает он под брагой плохо, а бьётся – хорошо. Только пусть нагрудник мой наденет. Беги! Не успев спуститься и на два пролёта, Рубигор увидел, что им навстречу как черти лезут акробаты, вооружённые тяжёлыми булавами, самодельными арбалетами и кинжалами. ---Убирайте стражей – их порешат. – Успел предупредить Хаста, первым делом выставляя щиты на Рубигора и Марину, которая тоже прихватила свою верную палицу. Руби, заметив за спинами артистов движение, не стал даже стараться – Ялика, лентой взметнулась на перила и сняла мерзких лазутчиков своим отравленными дротиками, державшими вместо заколок её волосы. Тут же из-за спины засвистели смертоносные стрелы Иориэля, засевшего где-то в непроглядной листве, прикрывая бойцов, давая им прорваться в нижний город. Алиор, нагнал ещё пару артистов, скрутив в свои силки. Комедианты ринулись на площадь. Выжившая труппа почему-то устремилась к повозке. Рубигор подумал, что они попытаются либо бежать, либо занять оборону, но Хаста заорал: ---Возница! – Указывая на коновязь. И ровно в этот момент, степняку, ринувшемуся наперерез банде с фланга, прямо в грудь прилетел огненный шар такой силы, что Турко отбросило назад. Заряд зашиб и комедианта, пытавшегося пырнуть степняка кривым ножом. Руби бросился к степняку, пока вылезший кучер не додумался добить напарника, а Хаста мигом отвлёк внимание на себя, показывая, где демонопоклоннику искать соперника. Они схлестнулись не на жизнь, а насмерть. Пока Кута, Ялика и Ио выбивали артистов, Рубигор, убрав Турко из-под удара, пошёл на выручку эльфу. Из-под рясы возницы валил чёрный дым, а огнём он сыпал так, словно под плащом бушует вулкан. Хаста нужно было время, чтобы собрать заклинание на удар, но проклятый кучер не давал ему продыху, тесня. Только нечеловеческая ловкость и опыт спасали эльфа от неминуемой смерти. Рубигор на подходе швырнул в урода бочку сидра, и добавил бы вторую, но возница, походя, влепил ему удар огнём прямо в грудь, снова переключившись на эльфа. Любой другой воин получил бы сквозное ранение, лишившись сердца и лёгких, но Руби, только отступил назад, подхватил вилы, валявшиеся в сгоревшей соломе, броском вонзил в пышущую огнём рясу, навалился всем весом, пригвоздив возницу и тут же прижал его огромным щитом кого-то из прибитых стражей. Одержимый пламенем куль с тряпками, не являясь человеком, стряхнул бы с себя даже такого здоровяка как северянин, но Хаста мигом припечатал урода заклинанием, вытягивая из него силы, а дальше вмешались паладины Марины и Юлии, уняв рокочущий жар демонов, валивший из этого урода, окатив и Руби, и Хаста святой водой. Рубигор отскочил, стряхивая жжение с рук. Даже сквозь щит и наручи ладони и предплечья припекло. Он ошалело огляделся. Ребята – молодцы. Пока они с Хаста плясали вокруг этого пышущего пламенем ублюдка, ни один комедиант ничем их не задел. Ни стрелы, ни кинжала, ни заклинания. Кусок площади, где они схлестнулись, выглядел так, словно пережил осаду. ---Тур! – Вздрогнул Руби. ---Порядок. – Степняк растирал ушибленный затылок, а на полированном нагруднике виднелся некрасивый чёрный след от горения. – Вот это он здоров, конечно. Минут пятнадцать спустя, Рубигор сидел, оглядывая бойню и прихлопывал всё ещё слегка тёплый доспех, будто бы тот ещё тлел. На груди, посередине, чуть влево, там, где сердце, зияла огромная дырень с обожжёнными краями. Дублёную толстую кожу пробило аж до рубахи, опалив и её. ---Он даже не посмотрел на тебя. – Сокрушался Хаста, винивший себя в том, что упустил возничего. ---А чё на меня смотреть?! Я в его понимании гарантированный покойник, как и Тур. Он же не знал, какой я талантливый, а степняк везучий. – Оба здоровяка рассмеялись, будто бы это была отличная шутка. Щит, сотворённый Хаста, безусловно уберёг, но даже он треснул под натиском магии демонов. Зато проклятая сущность Рубигора как обычно всосала себе уйму энергии, запрещая любые чары, относящиеся к лаксату. Кто-то знатно постарался, накладывая это проклятье на Рубигора и, возможно, весь его род. Но северянин обратил свой порок в неоспоримое преимущество. Постепенно возвращались ребята. ---Алиор, Иориэль, кто-то ушёл? – Тут же обратился к эльфам Рубигор. ---От нас?! – Надменно выгнув бровь переспросил Иориэль. – Никогда. ---Уже неплохо. – Кивнул Руби. – Лика, ты как? Ламия только самодовольно хмыкнула – она поохотилась на «крыс» лучше всех. Акробаты лазутчиков не ожидали, что кто-то окажется более прытким и скрытным, чем они. Кута прикрыл городскую стражу, взяв на себя несколько ударов. Оборотень зализывал раны, но на нём они заживут быстрее, чем на ком бы то ни было, да и не станут смертельными, в отличие от людей. Юлия всё ещё читала молитвы над мокрой горелой тряпкой – всем, что осталось от возницы банды артистов. Люди Марины обыскивали повозки, изымая артефакты. ---Паскуды. Город без праздника оставили. – Вздохнул степняк, оглядывая разгром. ---Пусть скажут спасибо, что живы остались. – Тут же высказался Хаста. – Это, если вы не в курсе. – Он указал на мокрые горелые останки. – Олигот. Чтобы создать такого нужен не просто обряд. Нужен сильный маг, готовый отдать своё естество и магию во имя демонической силы. Не удивительно, что он кашлял – внутри него тлеет сила настоящей преисподней. Она сжирает человеческое тело, оставляя тонкую оболочку, заполненную, вместо обычной магии, адским пламенем. ---Я удивляюсь, что мы совладали с ним. – Призналась Марина. ---Ну, будь мы с тобой вдвоём – точно не справились бы, но на нашей стороне секретное оружие. – Ухмыльнулся Хаста, имея в виду Рубигора. ---Я даже представить не могу как готовиться к противостоянию олиготу. – Марина всегда смотрела далеко в будущее и не любила случайностей. ---Мы с тобой даже подумать не могли, что в город притащат олигота. – Поправил её Хаста. - Я давно не встречал их и, честно говоря, думал, что таких больше нет. Но видимо демоны вновь стали совращать чаротворцев, суля неземную силу. И это несмотря на то, что все школы предупреждают об опасности. Чёрт знает о чём думает маг, соглашаясь на такое. ---Вот поэтому я ни не люблю всю эту магическую братию. – Вздохнул Рубигор и тут же, подняв глаза на замершего Хаста, чётко пояснил. – К тебе это не относится! После муторного разбора и ликвидации бойни Марина буквально выгнала и Рубигора, и Хаста. Храмовники и маги государя будут приводить площадь в порядок. Сам владыка завтра днём успокоит горожан. Выживших разбойников либо казнят прилюдно, либо продержат ещё какое-то время на допросах. Рубигор помог отнести зачарованное оружие комедиантов в верхний город – магия его не брала никакая, но даже несмотря на это, Хаста настоял, чтобы Руби не трогал ничего из вещей голыми руками. ---Зайди. – Коротко бросил эльф воину, чтобы тот и не подумал слинять в свою избу на краю города. Сам маг собирался остаться на ночь в покоях в верхнем городе. ---Не пойдёшь в таверну что ли? – Ухмыльнулся Рубигор. ---Нет, там сейчас нечего делать. Тем более, что купальня в этих покоях гораздо лучше, а мне сейчас жизненно необходимо принять ванну. Человек не только чувствовал, но и видел, что его любовника нехотя отпускает то мрачное угловатое и твёрдое напряжение, в котором он застал Хаста с самого момента возвращения в город. Не дожидаясь приглашения, Рубигор стал стаскивать с себя порядком надоевшую форму стражи. Толку с неё никакого. От удара демона не спасла, да и от ранений комедиантов вряд ли помогла бы. ---За праздник я бы не беспокоился. – Продолжал вещать Хаста, готовя себе купальню. – Маги государя вычистят площадь, лавки вновь откроются. Ялика снова будет танцевать. Степняк заливаться сидром. ---Кута тоже обещал повеселить народ. ---Ну, вот видишь, а вечером я устрою салют – не самый плохой праздник. ---Овощной аукцион опять же… ---Туда я точно не пойду. – Фыркнул эльф. ---Н-да?! А как же торговаться за самую большую морковь в городе? ---Самая большая «морковь» в городе и так в моём распоряжении. – Ухмыльнулся Хаста, чинно погружая своё восхитительное тело в тёплую воду, сдобренную драгоценными маслами. Рубигор поспешил швырнуть остатки одежды и присоединиться к этому задаваке. Притиснув эльфа к себе, он прикрыл глаза и задышал спокойнее. Сегодня он не на шутку испугался за него. Понятно, что кроме Хаста некому было вызвать этакую дрянь на бой, но даже несмотря на всю свою силу и ловкость эльф мог расстаться с жизнью. Этот урод крушил магическую защиту как скорлупу. Почувствовав, что маг тоже сильнее прижимается к нему, Рубигор открыл глаза, посмотрев на своего Хаста. Сглотнув ком в горле он нашёл силы спросить. Еле слышно и всё же: ---Испугался? Эльф нахмурился и коротко кивнул. ---До сих пор этот удар пред глазами стоит. – Он тяжело вздохнул и мотнул головой. – Я должен был не дать ему попасть в тебя! Рубигор не стал больше слушать, притянул эльфа к себе, поднял его голову своей ручищей и поцеловал, затыкая. Хаста ни разу за всё время совместной работы не заставил усомниться в себе. Не только словом, но и делом доказывая, что он будет биться до конца. До конца прикрывать, до конца нести ответственности, до последней искры магии. И даже теперь, он не о себе печалился, хотя рисковал в схватке больше всех. Он корит себя за то, что Руби получил удар. И по тому, как крепко эльф сжимает его плечи, и по тому как прикрыты его веки… Рубигор не знает, но у Хаста и впрямь стоит пред глазами сцена, где ещё в ученичестве они – старшие выпускники – обнаружили олигота среди своих. Четверо магов сдерживали безумного одержимого, пока мастер читал заклинание. Единственное, способное усмирить демоническую сущность, сожравшую наивного юношу, которому всего-то хотелось быть сильнее и удачливее других. ---Хас! – Вырвал эльфа из колодца воспоминаний голос Рубигора. – Так, всё, мне это надоело! Воин закинул эльфа на плечо, хлестнув себя по спине мокрыми белыми волосами, и направился в спальню. ---Эй! – Опомнившись, попытался протестовать маг. ---Нахрен! Всё, наказан! Никакого тебе члена, пока в себя не придёшь! А то мне кажется, ты там с кем-то другим в своей голове трахаешься, а не со мной! Довольно аккуратно свалив эльфа на кровать, Рубигор зажал его руку в захват между сгибом своего локтя и шеей, потянул, выкручивая корпус, перевалил Хаста набок и надавил под приподнятую лопатку. Под ладонью слегка щёлкнуло, а эльф сладко застонал, ощущая как сходит зажим. Рубигор перевалил его на спину и подхватил под коленом. Завёл ногу к боку, щёлкнув бедренным суставом. Проделал то же со второй ногой. Затем поднял пятки эльфа к плечам и навалился всем весом вперёд. ---Оу. – Восторженно выдохнул древний. – Войди прямо так. ---Иди нахер. Расслабься лучше. Очень туго идёт – крестец зажат. Рубигор качнулся взад-вперёд. ---Вот так. – Похвалил он послушного эльфа. ---Где ты этому научился? – Мурлыкал Хатса, пока его перекладывали на живот и разминали. ---Будешь удивлён, но у Турко. ---Оу! Так у вас что-то было? – С предвкушением оскалился Хаста, уже представляя как могла бы выглядеть страсть между степняком и северянином. ---Нет. – Оборвал его мечты Рубигор. – Турко у нас исключительно по девочкам, но бабы его любят не только за большой член. Он – парень умелый. Хаста млел под нажимами и поглаживаниями. Рубигор разминал его плечи, спускаясь вниз к лопаткам и пояснице. Широкие ладони и вес приятно расслабляли действительно закаменевшие мышцы. От прилившей во всё тело крови Хаста и правда растёкся. Даже голова престала гудеть тревогами. Проклятый лаксат владел не только его телом, но и его магией. Хаста знал, что это полезно как бы «перебирать» привычные сгустки своей силы, всегда готовые влиться в заклинание, но всё пренебрегал этим. Всё некогда было пересобрать, расслабить и снова сконцентрировать. А тут – принудительная ревизия. Эльф отдался в руки любовника. И когда мощные ладони спустились к ягодицам, сам прогнулся как кот, призывно раскрывая себя, шире разводя бёдра, упираясь на колени. ---Что ж нетерпеливый-то такой. – Пожурил его Рубигор, шлёпнув по заднице. ---Оу, а ещё разок можно? Воин усмехнулся и припечатал ладонь снова, оставив красный след. Хаста всхлипнул и уронил голову на сложенные руки, качнув бёдрами. Руби, тем временем, не спешил отпускать аппетитную задницу, разводя половинки в стороны, нагнулся и настойчиво провёл языком по сжатому входу. Член у эльфа и так стоял. Рубигор вообще редко видел его в расслабленном состоянии. Кажется, наедине с ним, Хаста был возбуждён постоянно, предвкушая удовольствие или испивая его. ---М-м-м-м, прекрати издеваться. – Взмолился Хаста. ---Помолчи. – Пальцы только что разминавшие плечи эльфа, наконец туго вошли в него. – Я сказал, что ты наказан. Пока я не решу, что ты исправился – не получишь ничего. ---О, мой строгий палач. – Замурлыкал ушастый, виляя бёдрами и подаваясь навстречу. – Накажите меня. Рубигор снова треснул его по заднице свободной рукой. ---О да, пожалуйста. – Одобрительно простонал Хаста. ---Засранец. – Рассмеялся Рубигор. – Нет, так как ты хочешь не будет. Он нагнулся и начал целовать плечи эльфа, не прекращая медленно растягивать его, двигая рукой в разных направлениях. Судя по реакции, у Хаста закончились слова. Он поёжился, слегка подобрался и тяжело задышал. «Руби» – тихо выдохнул он, поражённый тем, что с ним делает поток нежности. Как эта забота выворачивает его наизнанку и топит, не давая вдохнуть, и как позорно он не может отказаться от неё. Не давая опомниться, вторая рука Рубигора нырнула в его волосы, сгребла подсохшую гриву и несильно потянула, запрокидывая голову, поворачивая её боком. Сам воин склонился к лицу эльфа и поцеловал, продолжая мять его простату. Хаста зажмурился и громко застонал, впиваясь губами в любовника. Не разрывая этого взаимного удовольствия, Руби убрал руку, опёрся на неё и медленно вошёл. Глубины в такой позе не добиться, но воин пока и не собирался думать о себе. Покачиваясь, то вынимая член до самой головки, то неторопливо вводя его до середины, он слушал протяжные мелодичные стоны. Всё же голос эльфа – это настоящая музыка, пробирающая до нутра похлеще зачарованной лютни комедиантов. Не меняя позы, и не вынимая члена, Рубигор приподнялся сам, устроился увереннее, обхватил растопленного и податливого эльфа под бёдра и стал входить быстрее и глубже. Когда мелодичные стоны перешли в протяжный вой и мольбы на древнем, человек только ухмыльнулся. Вот теперь можно не держать себя. Такому Хаста понравится всё, что с ним делают. Эльф нехотя разлепил глаза, влекомый невесомыми, нежнейшими прикосновениями к своим ушам и щекам и хриплым, чувственным, но очень довольным голосом: ---Солнышко. ---М. – Несмотря на высочайшую степень неги, вредная натура мигом встрепенулась. – Почему это солнышко?! – Промычал эльф. ---Потому что сияешь. – Усмехнулся склонённый над ним любовник. Хаста, не веря, протянул перед собой непослушную руку – кожа едва заметно светилась. Чёртов лаксат и впрямь перебрал его всего, убрав и недавние, и старые зажимы. Вправил ему плечо и спину, отлюбил до бессознательного состояния и продолжал нежить. Хаста напрягся, ловя слова, которые чуть не сорвались с губ в порыве чувств. Рубигор мигом почувствовал странную реакцию эльфа. ---Прости. – Тут же попытался снять неловкость древний. – Я просто чуть не сделал глупость. Руби не понял какую «глупость» можно было сделать в такой ситуации, но прислушался: магия эльфа ощущалась спокойной, но ей словно что-то запретили. Она тянулась у Рубигору, как ласковая собака, а хозяин одёргивал. ---Хас… Эльф вывернулся и поцеловал его. Он не был готов обсуждать произошедшее. Он чуть было не произнёс то, что лилось из него. Такое очевидное и такое обязывающее. ---Хас, прекращай. – Рубигору пришлось оттащить его за волосы. – Что не так?! Больно сделал? Хаста шумно вздохнул, прикрывая глаза. ---Ты не делал больно и сам это знаешь. – Это было похоже на претензию. ---Ладно, знаю, ты так не любишь, эти все нежности… ---Люблю. – Коротко выдохнул эльф, слово, рвавшие его на части изнутри. – Просто это… слишком близко, если ты понимаешь. И не оставляет места для шага назад. Рубигор посмотрел на него как собака, которую озадачили. ---Ты серьёзно?! После всего, что у нас уже было, ты думал, что есть место для шага назад?! – Он осуждающе покачал головой. – И куда, позволь спросить, ты собрался «шагать»?! ---Послушай, я не имел в виду… – Хаста постарался приподняться, чтобы произвести более уверенное впечатление, но тело всё ещё странно слушалось. – Я не помню, как ты тащил меня на тот храм, но что именно благодаря тебе я жив, я не забываю никогда. Я больше забочусь о тебе. Ты – человек. Твой век короток, и только тебе решать на что ты его потратишь. Глупо быть привязанным к некому почти бессмертному самовлюблённому засранцу, у которого, в отличие от тебя впереди сотни лет. ---Ты на моих глазах дважды чуть не сдох. – Напомнил Рубигор, сдерживая смех, наблюдая за неловкостью древнего. – И, подозреваю, что ещё пару попыток точно предпримешь, так что причина не принимается. Хаста неловко рассмеялся и посмотрел на человека. ---Я правда считаю, что не достоин тебя. – С грустью признал он. Руби продолжал смотреть с недоумением, перебирая в голове реплики, но одна была хуже другой. Многие были полны ругательств, иные содержали комментарии об умственных способностях представителей разных рас… поэтому самая нейтральная оказалась произнесена: ---А кто достоин?! Как ни странно, ответ у Хаста имелся. Почти мгновенный: ---Иориэль, быть может? ---Хвала богам! – Рассмеялся северянин, чей мир наконец перестал раскачиваться в разные стороны и нашёл точку опоры. – Первое: я тебя люблю. Надеюсь, в следующий раз ты тоже сможешь произнести это. Второе: Иориэля я с собой больше брать не буду. Ну, не без тебя это точно, а то дороговато обходится. И третье: учитывая нашу работу, тратить жизнь на ожидание чего-то «правильного» как минимум странно. Хаста залился краской, почти не слыша второго и третьего довода. В груди трепетал отголосок такого важного слова. Самого мощного заклинания, снявшего оковы с сердца. ---Ма’алат. – Улыбнулся эльф и потянулся целовать возлюбленного. Рубигор сдержал слово. Алиор получил травму незадолго до нового похода, и вынужден был остаться в городе. Рубигор, заменив его Иориэлем, взял с собой Хаста. ---Ты не обязан… – Начал было уже возмущаться эльф. ---Хас. – Оборвал его суровый тяжёлый взгляд. ---Всё-всё, я помню, что мы договорились. ---Ребята обрадуются. – Смягчился Рубигор. ---Ну, конечно, я у них главный любимчик. ---И не без причины. И всё же, глядя как воин внимательно сверяет с воспитанным сородичем карты и обсуждает маршруты, согласно кивая, Хаста поджимает губы и старается смотреть в сторону. Но в походе он не один со своими демонами. Ялика окидывает его недоумённым взглядом и издаёт странный звук, в котором явно слышится «совсем с ума сошел». А Кута, заметив очередные колкие взгляды, летящие в спину Рубигора и Иориэля, ушедших проверять дорогу, и вовсе заходится смехом. ---Ну ты даёшь, сверкучка! Разуй глаза! – Рассмеялся оборотень. – Ио не на Руби заглядывается. Ему и в голову такое не придёт. Он давно на Юлию глаз положил. Ты погляди: она второго дня доспех чистила. В юбке да в рубашке, вся измочилась – так Ио чуть в обморок не грохнулся, когда её увидел. Ну, с косами расплетёнными, в мокрой рубахе к телу прилипшей, спору нет – я сам чуть не куснул – уж больно аппетитная. Так она мне так врежет – зубы до утра собирать буду. Хаста ухмыльнулся – да, паладин у них девушка фигуристая. Это под доспехами не видно, а как снимет – от парней отбоя не будет. ---Ты погляди на него. – Продолжил болтливый оборотень, имея в виду Иориэля. – Он же весь ум растерял при виде Юлии. И на Руби он глазами сверкает, да уводит подальше потому как думает, что он к ней свою оглоблю пристраивает. И за здоровьем старшего пристально следит только затем, чтоб тот с Юли поменьше после боя засиживался. Она когда Руби голубит, как брата журит, так у Иориэля губы лягушачьей жопой сжимаются. К концу пояснительной речи Хаста чуть в голос не хохотал. С одной стороны такая «физиологичность» повествования его слегка напрягала, а с другой – чёрт! – а оборотень-то кругом прав! От этого понимания стало так легко. И Ио престал вызывать глухое раздражение, и Рубигора перестало хотеться пометить и к себе привязать. Хаста посмотрел на простоватого Куту и обнял как друга. ---Что за веселье? – Уточнила подошедшая Юлия, опасаясь, как бы безрассудные эльф с оборотнем не замыслили чего в отсутствие Рубигора. Хаста окинул её внимательным взглядом с ног до головы, смутив, и усилил этот эффект вопросом: ---Любезная, просветите-ка нас, что говорит великий светлый бог своим верным воинам о любовной близости? Рослая красавица растерялась ---Ну, если намерения приличны и от чистого сердца, то не запрещено. – Зарозовев щеками, призналась паладин. ---Отлично! Мы с Кутой нашли тебе поклонника!