Как снег в мае

Лыжи стали его проклятьем, однозначно. Кевин обреченно выдохнул, признавая глупость ситуации, в которой оказался лишь из-за нежелания смириться со своим ночным кошмаром, и все же попытаться покататься на лыжах. Теперь пожинать плоды своих действий оказалось более болезненно, чем он мог представить. Он мог свалить вину на своего менеджера, который нашел шанс доказать что “Великий” Кевин Дэй способен забыть о прошлом, и спокойно покататься на лыжах, но… тогда бы он продолжил скрываться за другими, как уже делал когда то давно, и возвращаться к этому ему не хотелось. Тем более что на этот раз это был полностью его выбор. Один из немногих пиар проектов, в которых он мог отказаться от участия. Такое случалось довольно редко, и было удивительным явлением, но наверное все помнили и не хотели ворошить прошлое. Базовое обучение как кататься на лыжах, под присмотром камер и тысячи зрителей, прошло довольно хорошо. Он мог с уверенностью сказать что ему понравилось, пару раз искренне улыбнуться, и согласиться подняться на горку повыше. И, конечно же, совершенно случайно, встретить там Джереми. На самом деле все складывалось довольно логично, у них буквально вчера была игра, на которую к ним в Колорадо заявились Львы, в числе которых был Нокс. Но то, что он решит отдохнуть именно на этой трассе, все еще вызывало недоумение. Шарлотта, репортерша что таскалась с ними комментируя все происходящее, и передавая некоторые вопросы от зрителей к самому Кевину, выглядела просто очарованной такой сенсацией, и немедленно принялась выцеплять Джереми из круга парочки других людей, в которых Кевин узнал давних подруг Нокса еще со времен колледжа, и задавать ему вопросы по поводу прошедшей игры, а также комментируя это потрясающее совпадение. Тот, как обычно отвечал с улыбкой, легко посмеиваясь и кивая в ответ на чужие слова, но тем не менее Кевин смог выцепить пару взглядов в свою сторону. Нет, никаких душевных разговоров он сегодня вытерпеть не сможет. Хватало и того, что пока они садились на подъемник, и наблюдали за красивыми видами, открывающимися с высоты, перед лицом стоял Рико, ломающий ему руку. Более того, пульсирующая боль медленно расползалась и сковывала, пускай Кевин и пытался убедить себя в том, что это лишь призраки прошлого, и они не представляют угрозу для него. Он прогонял настойчивый голос, шепчущий на ухо то, какой он неловкий, как он не умеет обращаться с лыжами, и что теперь не сможет играть левой рукой. Нет. Он под камерами, и сейчас явно не время и не место для этого. Может быть при других обстоятельствах он мог бы поговорить с Джереми, но не сегодня. Проворная Шарлотта мигом заметила его отрешенность, но не стала переводить камеру с попытками спросить о Рико, лишь смерила его оценивающим взглядом, и переключилась на двух подруг, по совместительству бывших игроков экси, наседая с вопросами уже на них. Однако она не учла, что лучше бы Кевину находится под камерами все это время, а не оставаться с Джереми наедине. Нервозность все больше поглощала его, и он покрепче вцепился в лыжные палки, хотя было желания убрать руки в карманы. Не первый час нахождения здесь, пускай и с перерывами на погреться и поболтать со зрителями, заставлял его все больше и больше мерзнуть. К тому же на голова неприятно болела от перемены давления, а уши закладывало из-за сильного ветра. Джереми оказался рядом почти случайно, тихо и незаметно, будто он всегда был рядом, и от этого раздражение только сильнее начало разрастаться по его телу. Он ничего не говорил, да и Кевин не был в настроении что бы что-то объяснять ему, по этому это взаимное игнорирование продолжалось ровно до того момента, пока Шарлотта с оператором вновь не повернулась к ним. На той пологой местности, все еще стоя рядом с подъемником, они нашли стенд с возможными спусками и обозначенными на них маршрутами. Выбрав достаточно пологую трассу чтобы можно было полюбоваться видами (и поснимать все для зрителей, естественно) они в медленном темпе направились к ней. Почему в медленном? Кевин довольно поздно заметил что на Лайла, как и Джереми, взяла в прокат сноуборд, и пока Кэт посмеивалась над ней, а Нокс нес доску в своих руках, девушка тихо материлась. Шарлотта с удовольствием подметила что они кажутся довольно дружными, и спросила общались ли они раньше, на что получила размытый ответ о том, что конечно они встречались на банкетах еще во времена университета, и там смогли неплохо наладить контакт. Кевин не ожидал что этот ответ так легко слетит с языка, но… возможно есть старые привычки, которые невозможно искоренить. Он старался не смотреть на Джереми. Да и Лайла прекратила подтрунивать над Кэт, молча глядя куда то в пустоту перед собой. Кажется, они никогда не простят им… все то, что он учинил. Кевин не был уверен когда все стало совсем плохо. Просто в один момент обнаружил себя спорящим с Джереми и понимающим что это конец. Сейчас он мог бы сказать что это долгое и упорное игнорирование чужих проблем с его стороны. Наверное единственные светлые воспоминания, оставшиеся у него от… их отношений? Можно ли было их назвать таковыми?... это самое начало. Когда он вместе с, на удивление, Нилом и Рене впервые приехали проведать Жана, то он не мог упустить возможности перекинутся хотя бы парой слов с Джереми. И обменяться номерами телефона, исключительно для обсуждения экси. Потому что Джереми, да и все Троянцы, были полной противоположностью тому, кем были Вороны и в частности Рико. Добрый и открытый к своим сокомандникам, ведущий действительно честную игру, к которой так стремился Кевин, и это его поражало. Он был живой легендой, но когда это восхищение переросло в то, что переросло, он до сих пор понять не мог. Приезжая все чаще (естественно к Жану) он оставался с Джереми обсуждать стратегию экси, а потом и…Рико. Медленно, шаг за шагом, он рассказал о себе все, за исключением чего-то, что сам не вспомнил. С Джереми было поразительно легко разговаривать, и то, что он воспринимал все его слова всерьез, не говорил “просто забудь об этом, сейчас же все хорошо”, умел чувствовать обстановку, и знал что сказать что бы его успокоить, когда он терялся в воспоминаниях. И потом он стал ебанным идиотом, думающим что экси все еще было на первом месте в его жизни. Единственный раз когда они с Джереми поссорились, и это была его самая большая ошибка по совместительству, произошел из-за экси. Как все началось из-за спорта, так и из-за него закончилось. В тот момент он не думал ни о чем другом кроме как поступление в лучшую команду, нахождение хороших спонсоров, поддержания имиджа, и… немного забыл о Джереми. Забыл о том, что они должны были прийти в парных костюмах на зимний банкет, который специально для них купил Нокс. Возможно не забыл, возможно он сознательно отложил костюм в дальний ящик, чтобы он не мозолил глаза. А потом просто схватил самый стандартный вариант из всего многообразия, когда они вместе с Ники и Эндрю ехали за нарядами для банкета. И возможно не подумав он ляпнул про то, что не хочет раскрываться. И это не было ложью. “Профессиональным спортсменам нельзя быть нетрадиционной ориентации, о твоем же будущем думаю”. Так же Мориямы давили на него, по этому ему нужна была максимальная поддержка от общественности, и… он не извинился. Он просто забил на это, словно все, что они построили, не было чем то важным. Ведь в его карьере, и, более того, жизни, более важную роль играло экси. Бездушный спорт, как выразились бы многие, но он давал Кевину больше чем все остальные. С самого детства это было единственным, что он знал, и видимо он слишком цеплялся за него, раз позволил спорту разрушить его отношения. Ломать не строить, и уже через неделю он сидел с телефоном и тупо смотрел на входящее сообщение. Он прочитал его только один раз, прежде чем разозлился и пытался разгромить не то себя не то общежитие. Ему стоило выразить огромную благодарность Нилу и Эндрю, что остановили его раньше, чем он бы нанес серьезный вред себе, и повели выплескивать всю энергию на поле. Экси стало его утешением, но оно не могло дать того, что мог дать ему Джереми. Ему много чего стоило сделать намного раньше. Прийти к другим приоритетам в своей жизни, и, может быть, его судьба сложилась бы по другому. Но сейчас стоя рядом с Джереми на чёртовом горнолыжном склоне, он в сотый раз думал над одними простыми словами. Извини. Я был не прав. Он ведь так и не сказал этого. Проигнорировав все сообщения, отправленные Ноксом, и просто резко обрубил все связи, больше не приезжая к Жану, и не давая даже намека на что либо при игре против друг друга. Вначале ему казалось что это лишнее, что все само образуется. Потом что писать через две недели уже как то поздно, и лучше было бы извинится лично. Ему стоило поехать с Нилом и Рене, когда те под конец новогодних каникул традиционно летели в Калифорнию, но нет. Он остался рядом с Ваймаком, потому что так было безопаснее и проще, чем искать нужные слова. Да и много времени прошло, было бы странно заявись он через месяц, верно? Потом закончился год, и он оказался в профессиональной команде. Все, как он и хотел. Все, о чем он мечтал долгое время. Мориямы были довольны, и даже с отчислением им 80 процентов доходов, у него все еще была лучшая из возможных жизней. Ну помимо того, что он возвращался в пустую квартиру. И ему стоило быть аккуратнее у себя дома, потому что никто не сможет вызвать в скорую в случае чего, а Мориямы вряд ли простят его за смерть. Наверное, он слишком ушел в свои мысли, потому что Шарлотта вновь перевела на них микрофон, и напряженно молчала, пока Кевин пытался вспомнить что за вопрос она задала. Ему не стоило так сильно отвлекаться, ему вообще не стоило каждый раз впадать в ступор и панику, когда рядом оказывался Джереми, но видимо не судьба. — Я не думаю что такие вопросы уместны, эм, Шарлотта, — скосив глаза на бейджик прикрепленный к куртке, и держащийся там на честном слове, произнес Джереми, сделав пол шага вперед. — Тем более вы же не хотите что бы чужая рука в самом деле оказалась сломана? Давайте проведем этот день в приятной обстановке, не думая о возможных травмах. — Вы правы, просто довольно много фанатов действительно настаивало на том, чтобы узнать не боится ли Кевин переломов. — она улыбнулась, и по ней, и по тому, как легко она согласилась перевести тему, было понятно что ей самой такие вопросы задавать было неудобно. — Мы здесь чтобы наслаждаться простым спуском со склонов, и впредь, — на этот раз она повернулась к камере, — я бы попросила не задавать подобные вопросы. Как видите, ответы вы на них не получите. Вихляющий змейкой туда сюда выбранный ими спуск представлял из себя нечто среднее, между лесом и безопасной территорией. По краям от дороги росли сосны и ели, что частично перекрывали обзор, потому что в конечном счете дорога уходила куда-то влево, но даже так можно было понять что на трассе людей довольно мало. Лишь парочка одиноко мелькающих темных фигур. Они решили медленно спускаться, иногда останавливаясь чтобы поболтать со зрителями, из-за множества пологих зон. Кевин иногда вытаскивал телефон, не зная о том, когда ещё будет возможность прокатиться по горам, и делая парочку снимков на память. Возможно, Джереми совершенно случайно попадал в кадр, но это было уже другое дело. К тому моменту когда они добрались до очередного поворота, солнце уже клонилось к горизонту, и яркие огни вспыхнули освещая путь во избежание несчастных случаев. Из-за этих же пологих зон, те, кто были на сноубордах, а это были Лайла и Джереми, испытывали некие трудности, постоянно отстегивая одно из креплений на ноге, чтобы толкнуться и проехать чуть дальше. В конце концов Кэт не выдержала, и начала со смехом подталкивать Лайлу, потому что лыжникам намного проще в этом вопросе. Плюсом у Кэт были палки, которыми она периодически тыкала в свою девушку, и смеялась на её закатывание глаз. Они уехали немного вперед, развивая приличную скорость для такой трассы, и Шарлотта последовала за ними, быстро отдаляясь от них с Джереми, который все еще не мог быстро катиться на своей сноуборде, лишь с улыбкой смотрел им вслед, пока Кевин думал только над тем чтобы не смотреть на него самого. Чувство, что это все спланировано, не покидало его сознание, однако Нокс никак не выражал свою готовность к разговору, по этому Кевин тоже помалкивал. Он поежился, когда вдруг заметил что снега стало в несколько раз больше, и постарался сосредоточится на том, что бы продолжать движение. И если он медленно ехал что бы Джереми мог за ним поспевать, и… ну, всегда было можно завязать разговор, то он просто предпочитал игнорировать этот комок надежды. В любом случае когда снега стало еще больше, что было довольно необычно, потому на сегодня погода обещала быть благоприятной, то он насторожился. Кевин почти потерял из видимости Шарлотту с оператором, и только тогда понял что дело было совсем плохо. Им стоило скорее спускаться, но из-за того, что склон был сделан именно для длинного спуска, сделать это было сложно. — Внимание! Сход снега на трассе А-2! Просьба всех находящихся на этой трассе сохранять спокойствие, и попытаться найти где вы можете укрыться, возвышенности, скалы, что-то, что сможет остановить лавину. Мы уже отправили спасательную бригаду… — что дальше вещали из рупора останется для Кевина загадкой. Потому что тело моментально сковал холод и страх, и не смотря на то, что он довольно хорошо освоил лыжи, он все равно упал с них, а рука фантомно заболела от не самого мягкого падения. Ну не могло же ему настолько не везти. Подняв голову чтобы посмотреть что происходит наверху, он увидел лишь облако белого снега, такого мягкого и пушистого, но который стремительно обрушивался на трассу, сметая все на своем пути. Он замер, не в силах что то сделать с тем, что его вот вот снесет снежная лавина. Он помнил что говорил инструктор, когда объяснял основы катания на лыжах, затрагивая тему снежных лавин. Все же сейчас почти середина февраля, и с каждым днем приближения весны шанс схода снега только возрастал. Однако сейчас в голове гудел лишь белый, как обстановка вокруг, шум. Ему влетит от Мориям. Если он выживет, то получит серьезные травмы, что выбьют из экси еще надолго. Он будет бесполезен черт возьми, а это… будет довольно плохо. Ему надо постараться минимизировать ущерб, только вот как, если все ощущаться слишком ватным, а тело совсем не слушается? Кевин кое как попытался встать, однако неуверенная походка и все еще прикрепленные к ногам лыжи быстро повалили его обратно на землю. Гудение и шум нарастал, становясь совсем невыносимым, и он просто зажмурился, пытаясь прогнать все окружающие его ощущения. Пока кто-то не схватил его за руку, и насильно не потащил по снегу, оставляя длинный след его телом. Левая рука все еще была прижата к груди, по большей части она не болела, однако правая кисть от сильной чужой хватки - да. Лыжи на ногах оказались откреплены, и брошены где-то на трассе. Джереми практически тащил его на себе, не смотря на то, что был ниже, и ему явно было неудобно. Буквально как только они дошли до леса на краю трассы, и укрылись в ветках ближайшей ели, все накрыла белая пелена, и оглушительный грохот погреб их под несколькими слоями снега. Джереми успел ему поднять ворот специальной куртки, чтобы закрыть лицо, и сейчас, сидя наполовину в снегу, и чувствуя что ель теперь оказалась сломана пополам и погребла их в яме из своих веток, Кевин на удивление мог спокойно вздохнуть. Всё произошло за несколько секунд, может быть, за минуту, то, как легко и быстро среагировал Джереми выдавало то, что он либо не первый раз сталкивался с таким, либо очень хорошо подготовлен. Он чувствовал легкое неприятное ощущение через куртку от иголок, но не более того. Они немного сместились вниз, подхваченные лавиной, но все еще ничего не было сломано, и… на самом деле ему понадобилось большее время на осознание, что Джереми прямо сейчас сидел рядом, и пытался оглядеться, чтобы понять куда их занесло, да и ненароком не напоротся лицом на иголки. — Спасибо. — удалось ему прохрипеть, потому что горло пересохло от пережитых эмоций и метаний между смертью и возможными травмами. Джереми перевел на него взгляд, казалось, впервые без утаек заглядывая в глаза, и смиряя его чем то похожим на недоумение или жалость взглядом. — Да, конечно. Немного раскопав себя и свои ноги, он попытался подтянуть их поближе к себе, но их передвижения все еще были немного скованы. Удивительным было то, что Джереми, несмотря на свою… неприязнь наверное, на самом деле Кевин никогда не думал что тот испытывал после их разрыва… в любом случае, тот вернулся за ним, пока он просто ждал пока его сметет лавиной, и даже помог укрыться. Ему всегда казалось удивительном в этом человеке справедливость, с которой он относился ко всему, что его окружало. Однако на этот раз Кевин поспорил бы сам с собой, и тем, что его стоило оставить там. Возможно, ему стоило раньше признать свои ошибки. С отрицанием у него никогда не было проблем, Рико давно вбил ему в голову, что ошибки лучше исправлять сразу, однако на этот раз он… очень сильно затянул с этим. Возможно, это единственный раз когда у него выпадает такая возможность. “Я скажу ему позже, в более подходящих условиях” — это было лишь самая жалкая отмазка, которой он кормил себя все эти годы. — Извини. — пробормотал он, не просто за тем, чтобы совесть от него наконец отстала. Ему стоило это сделать хотя бы потому, что он действительно был виноват во всем этом дерьме. Джереми замер, и прекратил свои попытки выкарабкаться из завала, хотя тело уже начало сдаваться в лапы морозу, и стоило как можно скорее размяться и сменить дислокацию. В лесу шансы на то, что их заметят крайне малы. — Кевин, — с усталым вздохом, и уже без улыбки на губах, он полностью повернулся к нему. — Я ждал этих слов слишком долго. — Да, конечно, просто я… мне нужно было это сказать. Раньше. — Намного раньше. — подтвердил Джереми, вновь принимаясь за работу по тому, что бы освободить их из плена. Это было так просто. Так почему же он с этим настолько затянул? Почему он не решил все… намного раньше? Боялся? Снова скосив глаза на Джереми, он заметил что с его левой ногой что-то не так. Ботинок наполовину сполз, и она казалось слегка опухшей. Да и сам он, несмотря на холод вокруг, весь побледнел. Блять. Естественно ситуация не могла становиться все лучше. — Что у тебя с ногой? — решился задать вопрос он, просто чтобы не молчать. И, возможно, ему действительно было слегка страшно. — Она… я не чувствую ее. — нахмурился Джереми, и отозвался шипением на то, что Кевин попытался коснуться ее рукой. Его ноги, руки и голова были в полном порядке, потому что он прижимал их к груди, однако Джереми не успел принять более безопасную позу. Наконец то начав отламывать ветки ели, освобождая им пространство, и расчищая снег вокруг, он постарался прикинуть сколько времени уйдет чтобы их заметили спасатели. Возможно час, полтора. Главное выбраться в то место, из которого их можно будет забрать. И если будет совсем темно, то наготове должен быть фонарик. Машинально проверив проценты на телефоне, он вернулся к тому, что бы освободится из плена ели. Джереми помогал, или старался помогать, но к концу методичного обламывания всего, что криво растет, он просто сдался и оперевшись теперь об поваленный ствол глубоко дышал. Возможно шок наконец спал, и теперь пришло осознание. Однако это скорее всего не перелом, парень все еще не кричал и не вел себя как будто сейчас потеряет сознание. Просто молча сидел, стараясь не шевелить ногой лишний раз. Немного неловко. Кевин много знал о том, как правильно оказывать первую помощь, но это было больше в области шрамов и синяков, а не переломанных конечностей, ежели это были они. Последний раз он вспоминал с ужасом и через дымку неприятных воспоминаний, а что делать с вывихами он не имел понятия. Но одно он понимал точно, надо выбираться. Как только он смог встать в полный рост, и осмотреться, он понял что занесло их слишком далеко в лес. Либо правильней будет сказать что лес занесло к ним, потому что повсюду торчали частично выбранные корни деревьев, что пострадали от лавины. Прятаться под деревом, наверное, всё же была не самая умная затея. Даже опознавательных фонарей, освещающих то, что осталось от трассы, видно не было. Далекий шум, исходящий слава богу не сверху, им было достаточно одной лавины, привлек его внимание. Наверное это был вертолет, но разглядеть их через все эти ветки явно будет сложновато. Тем более где то там внизу остались Шарлотта, оператор, имя которого он не удосужился спросить, Кэт и Лайла. В скором времени помощи ждать не приходилось, и он вновь повернулся к Джереми, на секунду испугавшись и не найдя его, все еще полулежащего в укрытии из веток. Солнце почти село за горизонт, и ему стало жутко от перспективы провести здесь лишний час. — Помочь? — тихо спросил он, подходя и усаживаясь поближе. Молча опершись на него, Джереми поднялся и попытался дальше идти сам, но видимо нога все еще неприятно болела. Кевин успел подхватить до того, как он упал, и едва устоял сам. Все же специальные ботинки для лыж были не самой удобной обувью. Предприняв еще одну попытку двигаться самостоятельно, Джереми все же перестал на него опираться, держась за деревья. Упрямо, но он не мог его винить. Они прошли в таком темпе не так много времени, прежде чем Джереми все же свалился в сугроб. Присев рядом на корточки, поняв что дальше они с места не сдвинутся, Кевин упрямо протянул свою руку, заставляя обратить на себя внимание. — Поверь, все хорошо, я справлюсь. — ужасно напомнив этими словами Нила, вызвав частичное раздражение, Джереми тихо пробормотал то, от чего он застыл. — если нас заметят могут не то подумать, так? От этих слов разило гораздо большим холодом, чем от окружающей его обстановки. Он и правда такое говорил, всего один раз, когда они гуляли вместе по Калифорнии после выездного матча. Вспоминать это сейчас было больно и неприятно, и он глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь. — Я просто помогу тебе, и… — он не знал что должно было идти после этого “и”. “И мне на это теперь все равно”? — ложь. Ему было не все равно, однако общество оказалось на удивление толерантным к Нилу и Эндрю, а Мориямы ни слова не сказали о том, что возможно стали получать чуть меньше денег. Ему не все равно лишь по той причине что… ему бы, возможно, чисто в теории, самому хотелось решать, когда “выйти из шкафа”? Если бы он был в отношениях с парнем, конечно же. — Не упрямься. — в итоге закончил он, и Джереми действительно перестал, приняв помощь, и неуклюже пытаясь двигать ногой. Оставалось только найти достаточно открытое пространство, чтобы их заметили. Вновь оглядевшись и оценив их шансы, Кевин пришёл к неутешительным выводам об их положении, и грозящих перспектив. Холод пробирал до дрожи, оставляя неприятное сковывающее ощущение, и куртка, с уходом солнца за горизонт, все меньше согревала. Ботинки заставляли качаться в разные стороны, из-за специального лыжного крепления внизу, да и в купе с охватившей его усталостью, Кевин предпочел бы их снять, а не шататься будто пьяным по гребанному лесу. Джереми не добавлял устойчивости, из-за ноги, по этому устав уже через несколько минут, они присели на очередное поваленное дерево отдохнуть. — Куда делось “Мориямы убьют меня”? — как бы невзначай поинтересовался Джереми, смотря вокруг. — Никуда. — как бы стыдно ни было это признавать, он все еще боялся что будет недостаточно хорош. Но по крайне мере хотя бы на этот счет переживать не приходилось — Ты же слышал что Нил и Эндрю официально в браке? Я не думаю что Мориямы простятся со мной из-за такой мелочи. — Мелочи. — фыркнул Джереми, но все равно кивнул. Промолчав на это, Кевин лишь устало вздохнул. Вот в чем крылся его страх остаться наедине с Джереми. Хотелось объяснится, и не выставлять себя таким козлом которым он на самом деле был. — Я… — прочистив горло он продолжил. — Тогда я не хотел надевать парные костюмы. — поставив точку в этом вопросе произнес он, и будто гора упала с плеч. Он так долго держал это в себе, так долго убеждал себя что всего лишь забыл, что сам сначала не поверил в правдивость своих слов. Нокс молчал, но по задумчивому взгляду Кевин понял что тот услышал его, и готовился услышать, возможно что-то такое же ошеломляющее в ответ. — Я тебя не спросил тогда, просто вручил костюм. — подвел итог Джереми, — а когда увидел тебя без него, мне показалось что ты хотел меня разозлить, и я весь вечер протусовался с каким-то парнем то ли из диких кошек то ли из волков. Ты не представляешь как я был зол что ты даже этого не заметил. — он рассмеялся, проводя руками по лицу, наверняка ощущая себя полнейшим идиотом. Как и он. — Я заметил, но… я думал вы друзья? — он слегка смутился тому, что сам сказал. — Ага, и сосались на парковке мы по дружески. — Ох, черт, это все же были вы? — Представь себе. — фыркнул Джереми, на губах которого плясала улыбка. Вымученная, но все же. Кевин так скучал по этому. — Я знал на что подписывался. — серьезно начал он. — ты с самого начала говорил что проще быть гетеро, и до подписания контракта ты не хотел афишировать любую связь. Я просто захотел большего. — с горечью произнеся последние слова он посмотрел наверх, словно ожидая казни за это. Всего лишь несколько ошибок и недомолвок, и вот они здесь. Зная, что могли бы когда то встречаться друг с другом, и не знать всей той херни, что с ними произошла. Какими же трусами они были. — Мы виноваты. — подвел черту Кевин, понимая что наконец говорит правду, а не кормит себя сладкой ложью Они виноваты во всем том, что они устроили, и только они виноваты в их разрыве. Не обстоятельства. Не Морияма. Не вездесущие репортеры. Да, они осложняли им бесконечно большое количество вещей, однако всегда финальный итог был за ними, за их выбором. — Безусловно. Еще некоторое время посидев, и окоченев окончательно, они вновь двинулись в сторону трассы. На этот раз Джереми без вопросов принял чужую помощь, и не рыпался лишний раз, лишь жаловался на больную ногу. Она опухла, но когда шок спал, и они разобрались в ситуации, стало понятно что джереми вполне себе ее чувствовал и мог двигать, просто из-за холода сделать это было довольно проблематично. Простой вывих. Шум вертолетов и яркий прожектор все еще были слишком далеко, когда они вышли на довольно чистый от деревьев участок. Несколько столбов торчали из земли под неестественным углом, и было понятно что они тоже сломаны. Медленно бредя вниз на свет словно мотыльки, Кевин будто переживал худшую пытку на всем свете, потому что перед глазами мелькали почти все этапы их отношений. Все, что было связано с Джереми. Чистое обожание и восхищение чужой игрой и сплоченностью команды. Знакомство, обсуждение экси. Много экси. Первый раз когда они пробрались на закрытый на ночь корт, как привык это делать Кевин. Первый поцелуй, когда Джереми прижал его к стенке, хотя он был выше. Странно все это. Смотреть на человека, с которым пережил хрен пойми сколько всего, а по итогу сейчас вы чужие люди. — Как думаешь. — услышал он от себя прежде, чем смог остановить. — Мы… Заканчивать предложение не было нужды, да и Кевин не знал как подобрать правильные слова. — Много воды утекло. — в ответ произнес Джереми, и словно тоже задумался над этим. — Не знаю. Возможно? Зависит от много чего. — Да, ты прав. Просто… — просто даже сейчас с Джереми все ощущалось намного ярче, и не смотря на закат солнца, он будто сам светил и согревал. Ну, по правде говоря он действительно светил фонариком с телефона, что бы подать сигнал и чтобы они не споткнулись обо что нибудь. — Нам нужно заново разобраться в том, хотим ли мы этого. — закончил тот, давая надежду. Кевин молчал, переваривая то, что услышал, и дальше шел наслаждаясь тишиной и чужому присутствию рядом. Вскоре, чужой телефон почти разрядился, по этому Кевин достал свой, надеясь что про них не забудут и им не придется тут ночевать. Совсем вскоре, когда они преодолели половину трассы, они нашли чужие следы по снегу, что означало присутствие здесь их компании, я которой они разделились. А также вертолет, летевший к ним, и готовящийся забрать их с этого ужасного места самокопания и выяснения отношений. Уже не было сил ни на что, кроме как залезть внутрь, подождать пока помогут залезть Джереми и обработают его, как оказалось, вывих, и постараться успокоиться. Он в порядке настолько, насколько это возможно, кроме легкого обморожения и уже прошедшего шока. Джереми наложили повязку пока они летели, но сказали что гипс не требуется. Лишь временное облегчение нагрузки на ногу. Сам Кевин тоже расслабился и обрадовался этим новостям, лучше и быть не могло, но то, как опухла лодыжка, действительно вызывало мысли о переломе, либо об осложнениях. Их доставили довольно быстро, Шарлотта все еще выходила в эфир с новостями о том, что происходит, и очень обрадовалась тому, что Кевина и Джереми наконец нашли. Казалось, все выдохнули с облегчением что они целы и по большей части невредимы. На этот раз они отделались чудом, и Кэт с Лайлой тоже смогли выжить, отделавшись синяками и обморожением, потому что они все же застряли в самом снегу, и долго не могли выбраться и подать сигналы о помощи. Джереми госпитализировали как раз после того, как он отдал телефон Кевину, Лайла и Кэт поехали с ним, потому что их травмы тоже заслуживали внимания, в то время как он был самым уцелевшим из них, и не успев ничего спросить по поводу, возможно, номера телефона, он просто остался сидеть на месте, пока Шарлотта прощалась со зрителями. Сегодняшний день был одним из самых странных, что ему довелось пережить. Нахуй лыжи. *** Кевин проснулся в 10 часов утра, с раздражением стараясь вырубить будильник в сотый раз. Экран блокировки никак не хотел подчинятся его сонным потугам, продолжая мигать датой — 14 февраля и днем недели — воскресеньем. Вчерашний день казался кошмаром наяву. Он действительно мог умереть. В чате бывших лисов было множество вопросов о том, в порядке ли он, несколько сообщений от Нила, и еще парочка от тренера и его сокамандников. Удивительно, но ни одного от Морияма. Отвечать на это сил не было, по этому он вышел из мессенджера, решаясь посмотреть фотки, что делал вчера пока спускался по склону. Первая же фотка была чем то странным, и он протер глаза, пытаясь понять что это. Смазанный кадр чужого телефона, где были открыты заметки, в которых цифры выстраивались в номер телефона, а буквы в простое “напиши мне”. Моментально подорвавшись с места, пялясь на это фото, он попытался вспомнить когда его успели сделать, но ничего в голову не приходило. Фото можно сделать и не зная пароля, наверное, этот был единственная возможность оставить свой номер со стороны Джереми, учитывая что после приземления их буквально обступили со всех сторон, и не дали и слова сказать не на камеру. Значит когда то в вертолёте. Удивившись чужой сообразительности, он постарался подавить отголосок надежды на то, что, может быть, ещё не всё потеряно. Ему оставалось только надеяться, что Джереми не перепутал свой номер.