First and last
12 февраля 2026 г., 19:37
Примечания:
Приятного чтения!!
Пуля пронзает тело человека в районе груди за несколько секунд. Тот падает и смотрит на того, кто выпустил заряд в него. Ненавистным взглядом в эти лисьи глаза, сверкающие усмешкой.
— Ты ещё получишь за это, чёртов Хван Хёнджин... — Иль Сон падает на холодный бетонный пол. Его рука находится на ране и постепенно окрашивается в бордовый оттенок.
Мужчина прячет пистолет в карман своего чёрного длинного пальто и, смотря как умирает человек перед ним, проводит рукой по зализанным волосам блондинистого цвета. В его взгляде ничего не отражалось, кроме безразличия к случившейся ситуации.
Когда Иль Сон навсегда закрывает свои глаза спустя несколько минут, проведённых в боли, его убийца усмехается, чувствуя возвышенность, в отличие от других.
— Лёгкая добыча, — говорит Хёнджин и встаёт перед Иль Соном. Он шарится по его телу в поисках, а, находя нужные документы, оставляет в покое. — Что же важного в этих текстах, раз вы скрывали их от меня столько лет... — Хван уходит, пряча документы в пальто и поправляя кожаные перчатки на руках.
— Не особо выгодно терять врага. Тогда мне будет скучно обгонять других, ибо с тобой веселее.
Хёнджин усмехается и, не сказав больше ни слова, выходит из кабинета.
- - -
— Дон, нашего консильера, Иль Сона, убили в больнице Гонжам в провинции Кёнгидо, — со сбитым дыханием прибегает помощник в кабинет начальника. — Кто? — коротко задаёт вопрос босс, Ким Намджун. Он поворачивается на кресле, строго смотря на парня. — Хван Хёнджин — глава мафии «KARMA», Дон, — парень останавливается для передышки и продолжает: — Он забрал те документы. — Документы, которые не должны были попасть в его руки?! Вы издеваетесь?! — вспрыгивая с кресла, кричит босс. Намджун начинает быстро ходить из угла в угол кабинета. Его голова пытается придумать план, чтобы вернуть документы в свою мафию «X». — Найдите о нём всю информацию и отправьте в полицию, — делает окончательно решение Ким, опершись на стол двумя руками. — Но... — Мне всё равно на его идеальную репутацию. Мы должны раскрыть все карты перед людьми. Кто такой Хван Хёнджин на самом деле. Парень кивает, кланяется и выходит из кабинета Дона.- - -
Будучи успешным бизнесменом, Хёнджин всегда сохранял идеальность перед публикой. Никто и не мог подумать, что мужчина может заниматься какой-то незаконной деятельностью. Но они ошибались. Помимо основной работы, Хван — глава мафии, с которой известные люди боялись случайно связаться, ведь не знают, кто управляет «KARMA». Как ему удавалось оставаться незаметным в управлении кланом? Всё просто: неоднократный подкуп полиции, скрытие улик и доверенные люди возле него. Из-за этого нельзя догадаться, что Хван Хёнджин имеет свои скелеты в шкафу, находящемуся далеко от глаз обычных людей. Хёнджин заходит в клуб. Его встречает мускулистый охранник и провожает до VIP-комнаты. Вокруг танцуют пьяные человеческие оболочки, всё время пытающиеся совокупиться друг с другом в крошечных кабинках туалета. Мерзко. От запаха перегара Хвана чуть не вырвало, и так каждый раз, хотя он часто ходит по таким местам. Но, заходя в VIP-комнату, облегченно выдыхает и садится на диван. Белый свет светит по центру, а чуть приглушенная подсветка сияет красным. Прямоугольный стол под люстрой. На нём кальян на несколько человек, закуски и алкоголь. Хёнджин садится напротив своего знакомого, который вовсе развлекается паром и девушкой, шевелившей пятой точкой перед его лицом. — Не наигрался ещё? — первый заговаривает Хёнджин. — Можешь идти, — говорит мужчина девушке. Та выходит из комнаты. — Наигрался, конечно. Мы же собрались, чтобы обсудить что-то важное. — А именно документы, что те твари скрывали от меня столько лет, — Хёнджин достаёт бумаги и бросает их на стол. — Как... Как ты достал их? — Пришлось убить их главного советника для этого, однако он сам виноват в своей смерти, Чанбин. Знаешь что он просил за эти важные бумажки? Дать половину акций моей компании и передать мафию «KARMA» в его руки. — Придурок. На что он надеялся, м? — Чанбин отставляет кальян и скрещивает руки на груди. — Тогда нам стоит приступить к чтению документов, раз ты сумел достать их. Надеюсь, у нас не будет проблем с этими иксами. Телефон Хёнджин вдруг зазвонил. На экране высветилось: «Сынмин». Мужчина немедленно взял трубку и довольно грубо спросил: — Алло, чего тебе в такую ночь? — Хёнджин, у нас большие, очень большие проблемы! — с тревогой сообщает Ким. — И какие же? Разве ты не можешь решить их сам? — цокает Хван. — Это связано с документами, которые ты забрал у Иль Сона. И его смертью, конечно же. — Не лей мне воду в уши. Что конкретно случилось? — уже встревожился Хёнджин. — Клан «X» ищет данные о тебе, чтобы слить в полицию. Ты понимаешь, что будет с твоей репутацией, если хоть кто-то заикнётся о нашей мафии? Тебя просто посадят в тюрьму, а вся твоя власть рухнет на глазах. — Тогда нам надо найти решение. Срочно. — Да, я ищу, Хван. Поэтому у меня нет времени болтать долго, — Сынмин сбрасывает трубку. Хёнджин тяжело вздыхает и, потирая виски, наливает себе в стеклянный стакан янтарную жидкость. Он выпивает его залпом, не выдавая ни одной морщинкой горький вкус алкоголя. — Чего ты так? Надо пить постепенно, чтобы прочувствовать весь вкус, — Чанбин напоминает. А мужчине вовсе не дало это ничего нового. Как хочет, так и пьёт. Его дело. — Мне похуй. Лучше спроси, что произошло прямо сейчас, — ядовито бросает Хёнджин и серьёзно смотрит на своего знакомого. — Тебе звонил кто-то важный? — Мой секретарь, Ким Сынмин. Он сказал, что Намджун разыскивает доказательства против меня и собирается отправить в полицию. Ты понимаешь, как это скажется на моей репутации? Да я прямо попаду в тюрьму, если они узнают, что за моей спиной управление мафией, помимо бизнеса! — Хёнджин старается успокоить себя. У него плохо получается это и остаётся лишь край деревянного стола рядом с ним. — Я не желаю терять всё то, что я строил годами. И что изначально построил мой отец. Я сделаю всё, чтобы Намджун только закопал себя в яму. — Что ты хочешь сделать? Я думаю, у тебя остался один-единственный вариант, — усмехается Чанбин и делает затяжку кальяном. — И ты знаешь, кто это. — Нет, лучше я сам справлюсь, чем пойду к нему... — Но у тебя больше нет выбора.Flashbacks
Полный злости двадцатилетний юноша ударяет по столу. В уголках его глаз скапливаются слёзы... Нет, он не может расплакаться перед тем, кого ненавидит! А он смотрит на него так невинно, словно ни в чем не виноват. — Это ты убил его, ублюдок! Моего отца! — кричит Хёнджин, пытаясь доказать свою правоту. Никто, кроме него, не мог убить его родителя, близкого человека. — Было бы мне выгодно убивать его, ты лежал на пустом поле под деревяшкой. Если уж и избавляться от конкурентов, Хван, то от всех сразу, — говорит парень, поправляя чёрные волосы. — Ты умнее своего отца во много раз. Я, скорее, убил тебя первее, чем его, ибо ты сможешь развить бизнес гораздо лучше. — Ты врёшь! — восклицает Хёнджин и, разбрасывая вещи, тем самым показывая протест, начинает приближаться к выходу. Ли не останавливает его и не успокаивает. — Я больше не приду в этот грёбанный кабинет! К тебе, Ли Феликс! Ни одной ногой! — Никого я не убивал, правда. Но раз ты решил что-то, я разочарую тебя. Ты ещё придёшь просить помощи у меня, Хван Хёнджин, — после этих слов брюнета Хван захлопывает дверь, веря, что никогда не придёт к нему.End of flashbacks
В туфлях он ступает по напольному покрытию офиса. Все вокруг работают, суетятся, а мужчина один напряжённо идёт к кабинету, в котором знал каждый уголок, выучив их в своё время. Два стука даются особенно тяжко. Хёнджин выдыхает, прежде чем постучать по двери и получить привычный ответ: «Входите». Он неряшливо заходит в кабинет, не смея поднять взгляд на него. Стыд охватывает его, ибо он обещал себе не появляться здесь, однако всё равно приходит. — Хван Хёнджин? Здравствуйте, какими судьбами? — раздаётся в ушах его голос. Сердце начинает стучать в бешенном ритме. Всё же чувства снова расцветают после долгой зимы. — Делаешь вид, что не помнишь связь между нами несколько лет назад, да? — Хёнджин поднимает глаза на Ли. Он видит повзрослевшие черты того парня, что запомнил ещё тогда. Они выросли и изменились. — Хёнджин, не тряси мои мозги посреди рабочего дня. Если ты пришёл, то это не означает, что я автоматически прощаю тебе те ложные обвинения, которые ты выдвинул в нашу последнюю встречу, — темноволосый мужчина скрепляет степлером бумаги, говоря это подозрительно спокойно. — Ты что, знаешь зачем я пришёл? Умно с твоей стороны, Ли Феликс-Ёнбок, — усмехается Хёнджин и вальяжно садится на стул напротив своего врага, имя которого прозвучало ранее. Их семьи воюют долгое время, желая завоевать власть в сфере бизнеса в Южной Корее. Отец Хвана всегда двигал свою компанию вперёд, чтобы обогнать Ли. У него получилось это, но иногда он смещался со своего третьего места в рейтинге, отдавая отцу Ли, а затем снова занимал свою позицию. В последние годы, из-за конфликта с Феликсом, Хёнджин не вспоминал о нём лишний раз, поэтому борьба ушла на второй план. На первый же выдвинулись дела, проблемы бизнеса и мафии. Несмотря на это, компания Хвана стабильно занимала четвёртую строчку в рейтинге самых прибыльных бизнесов за прошедший месяц или год. Сейчас Хёнджину трудно осознать, что он разговаривает с Феликсом, которому обещал, что никогда не придёт сюда. Шесть лет назад... Долго, только время прошло не незаметно, ведь оно течёт бесконечно. Не как вода конечно, время — сложный процесс, который не понять человечеству. — Нет, не знаю, — отрезвляет Феликс, вытаскивая Хёнджин из туманных мыслей. — Я замечу, что у меня мало времени на бессмысленные разговоры. Чем быстрее ты расскажешь причину своего прихода, тем быстрее мы разойдёмся. — Не хочу так быстро. Наиграюсь и расскажу, зачем я притащился к тебе средь белого дня, — Хёнджин берёт карандаш со стола Ли и крутит его в руках. — Разве не помнишь наши игры во влюблённых? Наши ночи, проведённые вместе, а? Точно, ты легко забываешь всё. — И? К слову, не я ушёл от тебя, а ты от меня. Ты не выходил на связь, потом пришёл в офис, ложно обвинил меня в убийстве и разбросал все вещи в кабинете, — даёт напоминание Феликс. — И не веди себя здесь как хозяин. Это не твой дом. — Как не ты? У меня есть документы, в которых, как я точно знаю, есть доказательства, что ты приложил руки к его смерти, — Хёнджин отбрасывает карандаш в сторону и достаёт бумаги, показывая. — Но именно из-за них я и пришёл к тебе сегодня. — Ты даже не читал их! Тогда с какого перепуга ты, Хёнджин, продолжаешь обвинять меня? — Кто мог убить моего отца? Лишь ты! В то время у меня был единственный враг — это ты! И все улики, оставшиеся на месте, идут против тебя. — Думаешь, мне выгодно убивать твоего отца, когда я трахался с тобой? Ночью я прилетел в Корею, а на утром был обнаружен труп, — Феликс вздыхает. — Ты не поменялся, Хван. Считай как хочешь, однако помогать тебе с чем-либо я не собираюсь из-за твоего неуважения ко мне. — Ты хочешь, чтобы я простил тебя? — Перестал обвинять меня в убийстве. И всё. — Окей, тогда я перестаю винить тебя, пока не найду доказательства, — Хёнджин убирает бумаги обратно в сумку. — Кратко, я убил Иль Сона и забрал документы, которые показал тебе. Это узнал Ким Намджун и теперь ищет данные о моей мафии, дабы слить меня в полицию и посадить в тюрьму. Чанбин сказал, что только ты можешь помочь мне, — рассказывает он. — Хорошо, я помогу тебе. Но как же без определённых условий? — Феликс встаёт с кресла и расхаживает по кабинету. Хёнджин нервничает. Наконец, Ли кладёт руки на плечи Хвана и шепчет в ухо: — Ты станешь мои секретарём на этот месяц. Будешь работать в моём офисе и ходить со мной на все мероприятия. На время твоей компанией займётся назначенный мною опытный человек. Согласен? — Выходит, я должен работать на тебя? Интересно... — Хёнджин ухмыляется, но, глянув на серьёзные глаза Феликса, мол, «либо соглашаешься, либо уходишь отсюда к чёрту», быстро добавляет: — Я принимаю твои условия. — Вот и отлично. Феликс отходит и начинает что-то искать в своих бумажках, пока не находит. Он бросает бумаги на стол, чтобы Хёнджин увидел, и поясняет: — Это трудовой договор. Тебе надо подписать его. К понедельнику, когда ты выйдешь в первый рабочий день, я выдам на подписание ещё один, заключающий мои условия на помощь тебе сроком в один месяц. Не думай, что это странности. Всего лишь формальности для официальности, иначе госорганы могут заинтересоваться тобой, а я ничего не смогу дать им в доказательство. — Умно, — кратко отвечает Хван и берёт чёрную ручку в ладонь. Он ставит свою подпись на нескольких листах и лишь затем смеет засомневаться в своих мыслях. Всё уже кончено, рабочий договор подписан. К тому же, у Хёнджина больше нет вариантов как точно спасти свою карьеру от падения в бездонную яму. — Всё. — Хорошо, я освобождаю тебя на сегодня. Запомни, что в понедельник, около девяти утра, ты должен быть в офисе. — Начинаешь общаться так, будто я реально твой работник, — цокает Хёнджин и встаёт со стула. — Так-то да. Подписанный договор в моих руках, — Феликс указывает на бумаги в своих руках. — Сейчас будешь крутить этими бумажками как хочешь, я ведь знаю. Ладно, надеюсь, что ты запрёшь меня навечно в своём офисе, — Хёнджин собирается уходить.- - -
Хёнджин приходит в квартиру, находящуюся в элитном районе города. Мысли полностью перемешаны, прямо до состояния какой-то невкусной каши. С одной стороны, Феликс поможет ему, а с другой — ему не особо хотелось работать на врага. Это как предать компанию и – что самое главное – своего отца. Для Хёнджина его отец — главный пример в жизни, с которого он взял много нужной информации, взрослея. И от этого ему спину давят тяжёлые камни при сотрудничестве с Феликсом. Договор уже подписан и ничего не изменить. Может, это к лучшему и потом жизнь наладится?.. Стоит запомнить только одно: Хёнджин не верит в надежды о светлом. Кабинет небольшой и в нём всё минималистично. Каждый предмет был на своём месте. Хван подходит к сейфу и вытаскивает пистолет из кармана. Он смотрит на оружие, легонько поглаживая его. — Пока что ты не понадобишься мне, — ухмыляясь, говорит Хёнджин и закрывает сейф на код. Теперь он не глава мафии, а обычный офисный работник. На время. Хёнджин свыкнется с этой жизнью в понедельник, когда первый раз выйдет на работу. До этого он не работал нигде, кроме своего бизнеса, ведь, если отец богатый, то и зарабатывать на нужды не нужно и прогибаться под каблуком начальника. Тем более, после того, как ему досталась целая компания от родителя. Хёнджин ложится на диван и сразу же засыпает от тяжести сегодняшнего дня.- - -
В утро понедельника Хёнджин отходит от своего обычного графика и просыпается на час позже. Когда он был бизнесменом (а то есть целый один день назад), он просыпался ровно в шесть утра, а к восьми часам уже сидел в своём кресле, попивая крепкий кофе и читая всякие бумажки. Сейчас Хван неторопливо соблюдает свою утреннюю рутину: зарядка, душ, завтрак, проверка новых сообщений, стройка планов на этот день, сбор на работу. В восемь часов двадцать три минуты он выходит из дома и садится в серый мерседес. Автомобиль мягко начинает движение в сторону нового рабочего места на этот месяц. С самого начала рабочего дня началась суета из-за того, что известный бизнесмен, Хван Хёнджин, приехал к ним, чтобы работать. Работники удивлялись этому, ибо такие люди не должны заниматься более низкими должностями. Но Хёнджин спокойно идёт к кабинету и без стука входит. — Ну что, Ли Феликс-Ёнбок, здравствуй. Я пришёл на работу, — сказал Хёнджин и внимательнее рассмотрел кабинет, нежели в пятницу. Высокие шкафы с кучей папок документов, только две полки отличались: на них стояли какие-то фотографии и чайный сервиз, явно недешёвый. Хван подходит ближе и вглядывается в рамки. На фотографиях изображён Феликс со своей семьёй и друзьями и с какого-то мероприятия. — Мог бы и постучаться, — недовольно говорит Феликс. — Чего ты там разглядываешь? — Здесь ты милый. Сколько тебе? Девятнадцать? — Хёнджин садится в кресло напротив своего врага... То есть, начальника. — Уже как шесть лет нет, — Феликс даёт какие-то бумаги. — Как и обещал. Подписывай. Хёнджин коротко проходится глазами по договору и зацепляется за один пункт. — Как это: «Помогающий не отвечает за действия, сделанные для сохранения репутации страдающего. Все претензии страдающего не будут приняты для разрывания договора»? — спрашивает он. — Если мне придётся что-то сделать, не предупредив тебя, то ты не сможешь жаловаться на это, ибо я совершил это действие для сохранения твоей репутации. — Странно, но ладно. Я же беспомощный и у меня больше нет выбора, — Хёнджин подписывает документы и отдаёт Феликсу. — Молодец. А теперь приступай к работе. Твой кабинет справа от моего. Я пришлю задание на электронную почту компьютера. Ровно в десять часов принеси мне мой любимый кофе, — объясняет Феликс. — Откуда я знаю твой любимый кофе? — Хёнджин находится в недоумении. Он сводит брови. — Мой секретарь должен знать, что мне нужно и во сколько. Кофе входит в твои обязанности, — усмехается Феликс. — Да пошёл ты! — восклицает Хёнджин и выходит. Он заходит в соседнюю дверь, раздраженно бурча себе под нос слова проклятия, предназначенный Ли Феликсу-Ёнбоку. Вот же сучка! Манипулирует им после подписанных договоров, однако больше нет вариантов для решения проблемы. Либо Хёнджин идёт на поводке за Феликсом, либо попадает в тюрьму на десятки лет. Первое казалось намного лучше, поэтому Хван прекратил свои жалобы и сел за работу. Разобрался он в мгновение ока и быстро сделал некоторую часть своих задач. На настенных часах наступило ровно десять часов. Хёнджин вспрыгнул со своего места и направился к кухне. Он достаточно времени бродил по офису, не находя её. Пришлось взаимодействовать с каким-то работником, указавшим на первый этаж офиса. Да блять! Что за планировка в этом грёбанном офисе?! Как Хван должен донести кофе и не пролить: сначала до лифта, в нём и до кабинета Феликс?! Этот день явно издевается над ним. Слава всем существующим Богам, что кофемашина не начала буянить и не взорвалась. На ней, похоже, держится всё спокойствие этого офиса. Хёнджин сделал обычное американо и аккуратно понёс горячую кружку до пункта назначения. Оказалось, что это намного сложнее, чем казалось изначально. Зачитав очередное проклятие в сторону Феликса, Хван зашёл в лифт и благополучно вышел на нужном этаже через минуту. — Вот ваш кофе, Ли Феликс-Ёнбок, — с наигранной милостью говорит Хёнджин, желая просто бросить кружку, но лишь аккуратно ставит её на стол. — Мгм, спасибо, — Феликс берёт и отпивает глоток кофе. Он чувствует слишком солёный привкус в напитке и морщится от этого. Кофе точно не такое. — Хёнджин! Что с кофе? — восклицает он, когда глава мафии собирался выйти из кабинета. — Всего лишь месть за манипуляции и шантаж с твоей стороны, — усмехается Хёнджин. — Ладно, иди. Неплохо для первого раза. Полностью удовлетворённый содеянным, блондин выходит из кабинета и рукой проводит по волосам, будто показывая, что никто не может издеваться над ним. — 1:0 в сторону Хван Хёнджина, — шепчет он и идёт к себе.- - -
Уже к четвергу Хван освоился на новом месте работы, иногда делал шалости своему начальнику. Он сумел выполнять свои задачи на «неплохо». Но ему немного надоела эта рутина. Единственное, что было интересного здесь, при рабочем дне, — реакция Феликса на очередную выходку Хёнджина. И то младший реагировал довольно спокойно, никогда не срываясь. Хван выяснил, что такая работа точно не для него, хотя меньше хлопот. Всё же он привык управлять и иметь власть над кем-то, чем делать практически одни и те же задачи изо дня в день. — Всё готово, — приходит Хёнджин, скрещивая руки на груди. — Молодец, но ты мог просто написать мне. Или что-то случилось? — не отрываясь от документов, спрашивает Феликс. Он шелестел бумагами и подписывал их. — Да, случилось, — кратко отвечает Хёнджин. — Для выполнения новой задачи я не могу разобраться с кое-чем. Все страницы перемешиваются. — Попроси программиста с первого этажа. В чём проблема? — Я хочу, чтобы мне помог сам Ли Феликс-Ёнбок, — закатывает глаза Хёнджин и нервно потаптывает ногой. — Хорошо-хорошо, — Феликс удосуживается встать со своего кресла и прийти в соседний кабинет. Хёнджин садится в кресло и показывает в чём проблема. При этом всём ухмыляясь. Ну он не мог не сделать какую-нибудь пакость перед Ли. — Всё просто, — выдаёт Феликс, выслушав рассказ бедного мужчины. — Встань, я всё сделаю. — Нет, я не буду вставать, — отказывается Хёнджин. — Ладно, — Феликс встаёт сзади него и вытягивает руки на стол. Он что-то быстро делает, и в итоге проблема решается. — Я закончил. — Спасибо, босс~, — благодарит Хёнджин с ухмылкой. — Ой, больше не издевайся надо мной! — Феликс выходит из кабинета Хвана. Остальной день прошёл спокойно. Хёнджин больше не пытался поиздеваться над Феликсом, словно поняв, что на сегодня развлечений нет. Иногда ему казалось, что он ведёт себя как маленький капризный ребёнок. Может, проблема в том, что у него особо не было детства?.. Всё своё детство Хван проводил с отцом, изучая бизнес. Он рано перестал играть в игрушки и проникся тем делом, которое с самого рождение было определено, что достанется ему. Из-за этого у него не было такого детства, как у остальных, но тогда у него не оставалось выбора: либо он думает о своём будущем и идёт по стопам отцам, либо бизнес достаётся младшей сестре, и он счастливо играет в игрушки. Если у него когда-нибудь появится свой ребёнок, Хёнджин даст ему самое беззаботное детство, что только сможет. Хёнджин решил, что ему следует больше покопаться в себе и своих травмах.- - -
Юноша заходит в кабинет начальника со страхом, разливающимся по его венам. В его руках упитанная папка бумаг с надписью: «Хван Хёнджин. Для полиции». — Мы собрали некоторые доказательства. А также продолжаем поиски, — начинает парень. — Но у нас проблема... — Какая же? — Ким Намджун даже не поднимает взгляд на своего подчинённого. — Хван Хёнджин заключил договор с Ли Феликсом, чтобы он помог ему сохранить репутацию. В данный момент компанией Хвана управляет другой человек, а он сам работает секретарём в офисе Ли, — рассказывает он. — Что? Ты точно знаешь, о чём говоришь? — вставая с кресла, Ким Намджун давит своей физиономией на парнишку. Он облокачивается бедрами о стол. — Эту всю информацию нам доставил один из сотрудников в офисе Ли Феликса за определённую сумму... По сети ничего такого не гуляет, — Парень не поднимает взгляд. Он смотрит в пол. Его тело дрожит. — Я не спрашивал, кто и как достал это, — Намджун берёт юношу за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Скажи, чтобы доставили все доказательства из этой папки прямиком в полицию. Прямо сейчас. — Он отпускает парня. Тот склоняется и убегает. Намджун присаживается обратно в кресло и усмехается: — У кого-то разрушится репутация на моих глаза через несколько дней.- - -
Все новости наполненные только одним заголовком: «Известный бизнесмен, Хван Хёнджин, скрывал наличие клана мафии?!» Это разносится из каждого утюга, который только и может кричать о своём мнении в комментариях. Люди разделились на два лагеря: те, что желают реального срока для Хвана, и те, кто защищают его, говоря, что нужно ждать официального заявления от мужчины. В общем, среди всего этого набора непонятно ничего, даже расследует ли полиция это дело. Хёнджин, шокированный от всей этой информации, читал статью за статьёй и натыкался на факты, шедшие против него. Но сейчас не было времени разбираться с этим. Он спешил на модное мероприятие вместе с Феликсом, поэтому он звонит именно ему. — Чего тебе? — голос Феликс был подозрительно спокойным. — Ты вообще видел новости?! А, Ли Феликс-Ёнбок?! — будучи весь на нервах, чуть ли не кричит Хёнджин. — Видел, всё я успел прочитать. Не переживай, у меня есть план. — Надеюсь всей своей душой, что он не тупой. Помни, у нас контракт, по которому ты должен уберечь меня от падения моей репутации, — Хёнджин делает акцент на слове «моей». — Жди, я заранее всё продумал. На данный момент ты должен собираться на мероприятие, а не болтать по глупостям. Поэтому до встречи! — Феликс бросает трубку. В голове одна мысль вытаскивает другую и так каждую минуту. Хёнджин, отбросив телефон на диван, бродит по своему коттеджу. Он хватается за голову от растерянности в данный момент. Вот же чёрт! Ким Намджун слил всё раньше, чем он с Феликсом сделал подушку безопасности. Присев на диван, Хван начал раздумывать, что же мог придумать, так-то, его враг. Ничего умного не пришло: либо должно было упасть яблоко на голову, либо мужчина что-то недопонимает в тактике Ли. Смирившись со всей ситуацией, Хёнджин сел в машину и быстро поехал на мероприятие, что должно начаться с минуты на минуту. Блять! Из-за всего накатившего на его плечи он мог опоздать. Слава Богу, Хёнджин приезжает ровно стрелка в стрелку на часах. Феликс совершенно терпеливо ждёт его. Со всех стороны фотографы, что нажимают кнопку снимка каждую нужную и нет секунду. Привычные яркие вспышки сегодня очень неприятны, от чего Хёнджин прикрывал своё лицо ладонью. Впереди красная дорожка, по которой идут знаменитости, съехавшиеся сюда с разных уголков мира. — Пошли, — Ли берёт Хвана за руку и ведёт. В один момент они останавливаются, чтобы папарацци могли запечатлить их на фотоаппараты. Всё хорошо. Хёнджин привыкает к обстановке и начинает забывать о новостях, прочитанных накануне... Пока... Пока Феликс не берёт его за подбородок и не целует в губы перед всеми. То есть прямо засасывает, словно пытается съесть. Сначала непонимание, затем Хёнджин отталкивается, однако Ли крепко хватает его за талию, не останавливая свои губы. Поцелуй кажется слишком медленным, а таким приятным. Хочется продолжать вечность... Стоп, что? Твою мать! Хвану нравится поцелуй со своим врагом. Прекрасно! Они отрываются друг от друга. Феликс улыбается и смотрит на Хёнджина. Его глаза словно говорят: «Делай вид, что мы в отношениях и очень любим друг друга». Хван слушает несказанные слова и скромно тянет уголки губ. Приятно было целоваться, если не одна проблема — он целовался с Феликсом. Они продолжают идти по красной дорожке. Восторженные поцелуем журналисты задают вопросы о случившемся, а Феликс старается отвечать на всё, показывая всем видом как любит своего «возлюбленного». — Когда вы начали свои отношения, Ли Феликс? Ещё и показать их на публику, будучи в такой консервативной стране как Южная Корея? — слышится вопрос от журналиста. Ли лишь успевает открывать рот, ведь Хван не даёт ему сказать ни слова: — Скоро вы узнаёте обо всём, а пока вам следует оставить и моего покровителя сердца в покое, пожалуйста, — с улыбкой говорит Хёнджин и заходит в здание, где проходит благотворительный вечер сегодняшним вечером. Хван отводит Ли в одну из комнат от отдыха, где нет камер, и прижимает к стене. — Вот это твой план, да? Что ты, блять, вообще делаешь? — восклицает он в гневе. — А что ты хотел?! Значит надо придумать что-то более адекватное! — Феликс тоже не сдерживается. — К тому же, в контракте описан пункт об этом, если ты хотя бы читал его. — Ты предлагаешь нам играть роль любящей пары на публике! Отлично, Ли Феликс! — Хёнджин отходит, начиная хлопать. — Что ты будешь делать, когда срок контракта истечёт? — Просто расстанемся. Все публичные пары расстаются и ничего. Как раз и новости о тебе утихнут, — Феликс складывает руки на груди. — Делай что хочешь! Если я мог, я ушёл бы от тебя. — Так уходи! Я держу тебя что ли?! Уходи и не возвращайся, раз таким образом воспринимаешь помощь от других! — Ли выходит, громко хлопнув дверью. Хёнджин продолжает злиться и ворчать под нос. Но чувства неспеша утихают, и он ощущает тяжёлую ношу вины на себе. Всё-таки Феликс старается помочь ему, даже необычным способом. В отличии от Хвана, он всеми силами держится за условия контракта и никогда не говорил ничего, когда что-то не устраивало. А Хёнджин похож на истеричку: постоянно кричит, что Феликс делает всё неправильно, однако не может предложить другой план действий. Стоит лучше поработать над собой, нежели обращаться с людьми вот так. Ибо Хёнджин начинает чувствовать другое, вовсе не ненависть по отношению к Феликсу. Что-то совсем иное... Весь вечер Хван ошивается рядом с Ли, только близко не подходит — не готов разговаривать прямо здесь. Когда они уйдут с этого благотворительного вечера, то и поговорят по душам. Хотя Хёнджину было сложно признавать свою вину в разговоре с Феликсом, однако он старался принять, так называемое, поражение. Его воспитывали по-другому: там, где ты не можешь принять вину, это равно проигрышу. А он привык вести себя так, даже не в сфере бизнеса, который был в постоянной конкуренции. Поэтому у него ещё нет никаких крепких отношений, что можно довести до свадьбы. К двадцати шести годам Хван уже подумывал об нахождении второй половинки и пробу создать долгосрочные отношения. К сожалению, он не привык давать любви, из-за чего отказывал каждой и каждому, кто пытался пробраться сквозь его высокие заборы, которыми Хёнджин отгородился. Постепенно гости расходились. Хёнджин подошёл к Феликсу: — Давай поговорим, — он осторожно тронул его плечо. Тот повернулся с взглядом, выражающим обиду. Есть за что. — У меня нет желания разговаривать с тобой. Езжай домой, — бросает Ли, закатывая глаза, и куда-то уходит. Хван прислушивается и выходит из здания. Он садится в автомобиль, заводит его и едет домой.- - -
Документы, которые были целью всей жизни, стали пустышкой. Хёнджин готов простить Феликсу всё: и обиды, и смерть отца. У него нет точных доказательств, кто виновен в убийстве отца, а те обвинения, сказанные шесть лет назад, были скорее всплеском чувств после трагедии и желанием найти преступника. И это свалилось на ближнего, точнее на Феликса. Хван садится за стол и берёт документы. С тяжёлым вздохом он открывает их и начинает внимательно читать текст. «Дело №143. Убийство Хван Ханыля. Планирование убийства началось ещё задолго до происшествия, примерно с сентября 2015 года. Глава мафии «X», Ким Сонхун, сильно желал этого после случившегося конфликта между ним и Хван Ханылем. По сведениям, данным нам, они не поделили разделение компании «DIVE ART», полностью принадлежащей Хван Ханылю. По этой причине Ким Сонхун расписал план его убийства. Он имел такое содержание: 1. Начать рассылать информацию с шантажом под именем владельца компании «Lee», Ли Феликса-Ёнбока; 2. Назначить встречу, дать снотворное и увести в безлюдное место; 3. После убийства стереть все улики и подбросить тело возле дома семейства Ли. Для большего шанса остаться незамеченными: создать конфликт между Ли Феликсом-Ёнбоком и Хван Хёнджином — будущим наследником компании «DIVE ART»; 4. Попробовать договориться с Хван Хёнджином по поводу разделения/продажи компании. Если не получится, то стараться привести его к этому решению с помощью различных способов: манипуляции, разрушение репутации или убийство (в крайнем случае). Убийство Хван Ханыля было совершено бандой, назначенной Ким Сонхуном, в лесном домике за городом. На его теле были обнаружены ножевые ранения в количестве двенадцати штук и три пули: в голове, в груди и в ноге. От пули в голову Хван Ханыль, по нашему мнению, скончался на месте. После чего все следы стали убраны, а тело отвезли, оставив возле дома семейства Ли, которых не было дома в то время. Но все новости трубили об этом, из-за чего главу семейства посадили в тюрьму на пятнадцать лет, а Ли Феликс-Ёнбок продолжил заниматься своей компанией, откупившись лишь презрением от общества...» Глаза Хёнджина расширялись и поглощали каждое новое слово. Прочитав все остальные документы, ему стало понятно, что точно никакой Феликс или его отец не виновен в убийстве. А Ким Сонхун, уже ушедший на пенсию, глава мафии конкурентов. От этого голова заболела. Хёнджин спрятал бумаги обратно в стол и откинулся на спинку кресла.- - -
В начале новой недели Хёнджин вновь приходит в офис Ли и продолжает работать. Ему сказали, что он может уйти. Разве он сможет покинуть вот так, когда чувства, затухшие раньше, стали расцветать? Нет, точно нет. Именно по этому поводу Хван остался здесь. Весь день ни одного словечка от Феликса, словно его и не было в офисе. Хёнджин знал, что он скрывался в своём кабинете и, наверное, держит очень сильную обиду на него. И это справедливо. С Хваном нужно быть таким, чтобы он смог принять свои ошибки в отношениях с другими людьми. Он не сопротивлялся, хотя больно понимать, что Ли не желает взаимодействовать с ним. Хёнджин обязательно должен извиниться перед мужчиной. По окончанию рабочего дня Хван собрал вещи и, оставив сумку в своём кресле, направился в соседний кабинет. Он тихо постучался и вошёл, когда прозвучало родное: «Входите». — Феликс, привет... Это... — начать было сложнее, чем казалось изначально. — Я хотел извиниться перед тобой за все мои действия, которые могли задеть тебя каким-либо образом. Я осознал это и мне правда стыдно за это, ибо ты пытаешься помочь мне, а я... Общаюсь с тобой как с куском мусора, в самом деле. — Прощаю тебя. Всё равно ты добьёшься своего. Можешь идти, — выплёвывает Феликс и выключает компьютер. Явно собирается домой. — Подожди, я ещё кое-что хочу сказать. — Хёнджин тяжело сглатывает. — Знаешь, недавно мне удалось понять, что... Я до сей поры чувствую к тебе какие-то чувства, оставшиеся с наших прошлых отношений. Не вражеские, а любовные. Говоря кратко, я люблю тебя. Ли молчит. Минуту. Две. И отвечает: — Я не смогу снова встречаться после всего того, что ты наговорил тогда. Как ты ушёл от меня. И ты же понимаешь, что мы, так-то, конкуренты, да? Мой ответ — нет. — Если отбросить все эти принципы? Что получится? Попробуй, — говорит Хёнджин, подходя ближе. Чуть ли не вжимает другого мужчину в стол. — Отбросив всё, я ответил бы: «Да». Возможно. — Так отбрось. Я буду извиняться за своё поведение до этого момента всю свою жизнь, — Хёнджин подходит и берёт Ли за галстук, натягивая на себя. — Что ты дела-... — Феликс недоговаривает. Его губы захватывают в страстном поцелуе. Когда понимает, что происходит и к чему может привести, он, явно согласный, притягивает Хвана за шею. Хёнджин отпускает галстук и притягивает его к себе за талию. Они трутся друг об друга, долго целуя, словно пробуя давно желанное, пока Феликс не отстраняется. — Хочешь продолжить? Или нет? — задаёт вопрос Ли и открывает один из ящиков письменного стола. Что-то достаёт и кладёт позади себя. — Да... Хочу, — отвечает Хван. Феликс знал этот ответ заранее. — Я давно ждал. Успел соскучиться по тебе во время нашей разлуки, — признаётся Феликс. — Если бы я не любил тебя, я отказал бы в просьбе помочь, когда ты вошёл в мой кабинет. — Спасибо за всё, — Хёнджин снова прижимается к чужим губам своими, ощущая мягкость и небольшую сладость. Целоваться с Феликсом и правда приятно. Хван подталкивает Ли к столу. Тот запрыгивает на край, обрывая поцелуй, и начинает раздеваться. Сначала галстук, а затем расстёгивает рубашку до конца, оголяя подтянутый живот. Хитрый. Помнит, что Хёнджину нравится, как Феликс сам снимает с себя одежду. Феликс с ухмылкой смотрит на восхищённого телом Хёнджина. — Красиво... — только и выговаривает Хван, давясь слюнями. Вдруг кто-то стучится в дверь. Никогда не стоит забывать, что ты готовишься позаниматься любовью в общественном месте. Феликс вздрагивает, но сохраняет свой строгий тон: — Не входите! — и затем добавляет: — Закрой дверь, Джинни, пожалуйста. Хёнджин послушно закрывается на замок, несмотря на ответ какого-то сотрудника компании за дверью. Он целует торс мужчины, в то время как Ли снимает с него рубашку. В моменте Хван стягивает брюки с Ли и оставляет засосы на бедрах, сминая их. Феликс успевает лишь охнуть, а после уже остаётся без трусов. Он сжимается и дрожит, ведь Хёнджин водит языком по его возбуждённому члену. — М-м... Ах... — стонет Феликс, зацепляясь за плечи и царапая спину. Он отмечает несколькими бордовыми пятнами шею Хёнджина. — Может, я могу размять тебя? — просит Хван спустя несколько минут. — Да, перестань отсасывать мне. Я скорее кончу от твоего языка, нежели от члена, — дует губы Феликс. Хёнджин переворачивает его на живот. Он берёт пробник смазки и смазывает ею два пальца, после вставляя их в анал Феликса. По началу мужчина напряжён, однако расслабляется со временем и тихо постанывает. — Готов, — заявляет Хван и вынимает свои пальцы из Ли. — Говоришь, будто готовишь ужин. — Возможно, — усмехается Хёнджин и расстёгивает свои брюки, выбрасывая ремень с негромким шумом в сторону. — Ты приготовился? — подставляется он. Он хватает Ли за бёдра. — Да, можешь начинать, — отвечает Феликс. Феликс абсолютно всегда доверял Хёнджину, даже учитывая их долгую разлуку и ссору. Ему комфортно сейчас, чувствуя приближающееся наслаждение от каждого толчка. Хван профессионал в своём деле: ощущает, когда партнёру больно или становится плохо. Это, так сказать, его уникальная способность. Оргазм пришёл неожиданно и был крайне сильным, из-за чего ноги задрожали, и Феликс упал на стол, стараясь отдышаться. Прекрасно снова почувствовать себя таким: размытым от быстрого секса и Хёнджина, уставшим, с дрожащим телом, а в мыслях лишь восторг от этого. — Всё хорошо... Ничего страшного не произошло, — успокаивает Хван и продолжает вытирать их тела салфеткой от белой жидкости. Заканчивая, целует в щёчку. — Можно меня не успокаивать. Мне понравилось, — признаётся Феликс. — Я рад, — Хёнджин начинает одеваться и вовремя собирает одежду Ликса с пола. Он кладёт её на письменный на стол. — К слову, завтра 14 февраля, день всех влюблённых. Мы попали в некий тайминг по признаниям в любви, — улыбается он. — Именно поэтому я приглашаю тебя в ресторан завтра вечером. И всё равно, что начали наши отношения только сорок минут назад, — сказал Феликс, накидывая одежду на себя. — Всё как скажешь, теперь уже любимый. — Хёнджин чмокает его в губы и уходит. Он должен будет собраться на свидание с Феликсом. В ресторане. Завтра. От этих мыслей он незаметно для себя поднимал уголки губ. Оказывается, чувства просто-напросто затихли на шесть лет и снова ожили сейчас. Это так необычно и приятно одновременно.- - -
14 февраля. Весь следующий день Хёнджин строго подбирал одежду и сидел как на иголках, ожидая, когда наступит время для выхода. Он сильно волновался, так как боялся испортить впечатление о себе вновь. Хотя, кажется, они много пережили вместе, чтобы не принять недостатки и ошибки друг друга. Часы пробили шесть часов и тридцать минут. Опаздывать неприлично, и Хёнджин, побрызгавшись своим обычным парфюмом, вышел из дома. Пробки, как на зло, были медленнее, чем в остальные будние дни. Конечно, надо было бы выехать раньше, Хван Хёнджин! Теперь он придёт невовремя, а Феликс, возможно, расстроится из-за этого. Но этого не хотелось. Поэтому Хван берёт и едет по другому маршруту, который состоял из того, чтобы проехать по забытым Богом районам, где только узкая дорога. Зато, если считать по времени, он приедет секунда в секунду. Круговыми движениями двигая рукой бокал, в котором красное вино кружилось, Феликс терпеливо ждал. Двадцать минут как Хёнджин опаздывает. Надежда на то, что мужчина изменился за время их разлуки, угасала. Его характерная черта — не приходить на встречи или уходить без слов. Ли узнал об этом после нескольких недель отношений с Хваном шесть лет назад, а после это подтвердил его уход из-за ложных обвинений. — Привет! — раздаётся знакомый голос, а в свободной руке появляется небольшой букет из красных роз. — Извини, что задержался. Сам виноват, что не додумался выехать раньше. — Хёнджин садится напротив. — Всё в порядке, я надеюсь? — Да, всё в порядке. Я просто устал ждать тебя. Думал, ты не придёшь... — удивлённо отвечает Феликс и ставит бокал возле своей тарелки, рассматривает и откладывает на другую сторону дивана. — Я постараюсь больше не опаздывать, — улыбается Хёнджин и берёт меню. — Ты успел что-то заказать себе? — Нет ещё, дожидался тебя. — Тогда нам стоит попросить официанта, — и через минуту на половине стола Феликса появляется второе меню. Он благодарит Хвана и хватается смотреть список блюд, подаваемых в этом шикарном ресторане. Помещение оформлено в спокойных цветах, все столы и половина стен из дерева и везде живые растения. Панорамные окна, из которых открывается вид на вечерний город. — Меня интересует такой вопрос: ты продолжаешь обвинять меня в смерти своего отца, но снова начал отношения со мной. Зачем? — задаёт вопрос Феликс, когда мужчины заказали себе блюда и ждали их выноса. Хёнджин откашливается в кулак. — Я прочитал те документы, за которыми бегал с момента убийства моего отца, чтобы доказать себя твою виновность. Однако это оказался не ты, из-за чего я был шокирован, хотя заранее знал, что обвинял тебя без доказательств. В тот день твоей семьи не было в вашем доме, а все подумали иначе, ведь Ким Сонхун целеустремлённый человек, когда очень хочет чего-либо, — рассказывает он. — Я хочу извиниться за ложные обвинения в сторону тебя и твоей семьи. Тогда я был в подавленном настроении и обвинил без доказательств, поверив главному конкуренту своего отца. — Бывает. Всё равно моего отца бы посадили при любом раскладе карт. — Его не могут выпустить досрочно? — Честно говоря, я не знаю. Можно съездить и прямо спросить у полиции, ибо доказательств его вины, на самом деле, не существует, а суд судил моего отца строже, нежели другого человека. Кое-кто отвалил большую сумму, чтобы подсадить его в тюрьму. — Ким Сонхун такой. Хорошо, что он на пенсии в данный момент. — Ага, — соглашается Феликс. По его лицу видно, что ему неприятно обсуждать эту ситуацию в миллионный раз. — Что интересного произошло за последние года, м? — быстро сменяет тему Хёнджин. — Ай! — восклицает Феликс, когда чувствует, что мужчина щекочет его. — Перестань! — Хорошо-хорошо, — смеётся Хёнджин. Они, слегка напившиеся, заваливаются в квартиру Хвана. Мужчина берёт Ли за талию и нежно целует. В свою очередь Феликс углубляет поцелуй и портит всю укладку Хёнджина своими руками, желающими до ужаса ласкать тёмные волосы. Ох, как же он любит всего Хвана, забывая про всё, что случилось с ними «до». Ли простил ему и все шалости, и оскорбления, и ту ситуацию. В нынешний момент хочется лишь тонуть в больших руках мужчины, что удерживают его за ягодицы, заставляя сесть на бедра и окольцевать шею. Феликс отстраняется, привыкая к новой позе, а после снова затягивает в грязный, но наполненный любовью между двумя людьми поцелуй. Понимание того, что Хёнджин теперь его, заставляло Ли чувствовать власть над ним и нежелание делиться с другими. Может, это наконец удовлетворение встречей после долгой разлуки?.. — Не хочу жить без тебя ни дня. Всё ощущается как в темноте, — признаётся Хёнджин в перерыве на выдох. — А без тебя поездка в машине чувствуется по-другому, не как с тобой. — Феликс прикасается к пухлым губам Хёнджина, словно не может насытиться ими уже в какой раз. Осторожно подбираясь к кровати, Хван кладёт Ли на неё и начинает раздевать, при этом оставляя дорожку бордовых засосов на теле. А Феликс перебирает волосы на его голове и иногда целует: то в шею, то в носик, то в плечо. Впрочем, просто куда дотянется. Ведь через время видно лишь макушку Хёнджина, который находится где-то в его ногах и нежится там. И Ликс успокаивается в своих ласках, отдаваясь полностью во владение старшего мужчины. Эту ночь они вновь проведёт вместе, даря огромное количество любви друг другу.- - -
Стук туфлей эхом раздавался по подвальному помещению. Оно было оснащено как обычный офис, однако кто знал, что скрывается по-настоящему скрывается за тяжёлой железной дверью минус первого этажа? Хёнджин шёл крайне уверено и вошёл в одну из дверей с надписью: «213. Ким Намджун». Без стука, без ничего. Мужчина, явно его сверстник, может, постарше, удивлённо посмотрел его, но затем его взгляд сменился на усмехающийся. — Зачем же ты явился, Хван Хёнджин? Проблемы, да? — ухмыляясь, задаёт вопрос Дон. — У тебя — да, — Хёнджин подходит очень близко, что чуть не сталкивается с ногами Намджуна. — Я знаю, кто убил моего отца... Это бы Ким Сонхун, твой отец!.. Я пришёл, чтобы отомстить ему, ведь сложно терять близкого человека. — Ты не сможешь сделать этого. А если попытаешься, то сразу прибегут полностью вооружённые охранники и разберутся с тобой. Тогда произойдёт твоя смерть, знаешь? Феликс наверняка обрадуется, услышав эту новость, — небрежно бросает Намджун, не веря настойчивости Хвана. — Ещё посмотрим. Хёнджин хватает в кожаных перчатках (для сокрытия улик) Намджуна за шею и приставляет к виску пистолет. Тот самый, который был оставлен до нужной цели. Ким успевает нажать на тревожную кнопку под столом. Сирена в здании взревела, а свет начал гореть красным, перекликающийся на чёрный. Намджун сидел с ухмылкой, ожидая помощи, что должна скоро прибыть. — Твои последние слова, — сказал Хван спустя минуты две молчания. Он сомневался, убивать ли босса другой мафии. Но сразу же пришёл ответ в голову. Да. — Ты не сможешь убить меня. Ко мне должны прийти прямо сейчас. — Даже не надейся. Мои люди уже разбираются с ними, — Хёнджин отставляет пистолет и включает камеры наблюдения. На них показывается драки, в которых мафия «X» однозначно проигрывает. Намджун скручивает Хёнджина, от чего тот ахает в недоумении, но пытается выбраться. — Чёрт! — восклицает Хёнджин, когда ничего не выходит. — Ой, твой план провалился. Ну бывает, — однако Намджун падает на пол от резкого удара в пах каблуком. Ёбанные мужские туфли! — Сладких снов, — желает Хёнджин и стреляет прямо в голову. Ким корчится от боли, будучи в агонии. Он шипит, вскрикивает в течение некоторого времени. Вскоре Намджун перестаёт издавать что-либо, поэтому Хван проверяет пульс. Исчез. Значит, с Ким Намджуном покончено.- - -
Теперь все заголовки наполнены смертью главой мафии «X» и раскрытием настоящей причины Хван Ханыля. После новой информации Ким Сонхуна и соучастника убийства судили по всей строгости закона, что в итоге каждый из них получил по двадцать лет и начал отсиживать в тюрьме. Этому Хёнджин был невероятно рад. К слову, о нём. Он покончил с мафией и распустил ребят: кто пошёл работать в офисе, кто — в другое место. Его репутация была более-менее почищена после сливов информации. И Хван начал заниматься благотворительностью вместе со своей второй половинкой. С Феликсом отношения продолжали развиваться и подошли к серьёзному будущему. Например, к помолвке. Но пока они решили отложили это событие, так как Хёнджину требовалось время, чтобы поднять бизнес до предыдущих высот после скандала. Тем более, корейское общество не очень относилось к открытой гей-паре, из-за чего возникали некоторые возмущения по поводу этого. Зато они получили больше поддержки за открытость в плане отношений, нежели критики. Они счастливы вместе и навсегда, никогда не забудут первый секс и 14 февраля после долгой разлуки. Отношения — это принять ошибки и недостатки друг друга, любить своего партнёра без причины, уступать другому в конфликте. Ведь любовь — это, в конце концов, чувство, которое длится от нескольких месяцев до десятков лет. И у Хёнджина с Феликсом точно второй вариант.
Примечания:
тгк: https://t.me/linaadoshik
Поддержите эту работу лайком или отзывом. Это лучшая поддержка для меня!!
