Что тебе нужно, Синклер?

За окном уже было довольно темно и прохладно. Улицу освещал только лунный свет и несколько фонарей, которые стояли во дворе школы. Аддамс, сидевшая за своим столом, печатала роман, иногда поглядывая на время. — Черт бы ее побрал, где она ходит.— Недовольно пробормотала она себе под нос. — И вещь куда-то пропал. — Заметила Уэнсдей, а после выдохнула и попыталась сосредоточиться на своем романе, но волнение потихоньку нарастало. Спустя 40 минут, она услышала тихие шаги. Кто-то поднимался по лестнице. Аддамс напрягла спину, которая была и так, как натянутая струна и продолжила нажимать на клавиши своей печатной машинки. Шаги приблизились к двери, а после затихли. Несколько секунд было тихо, Уэнсдей прислушалась, чуть прищурив глаза, а после дверь тихонько открылась. Аддамс даже не пошевелилась, она продолжала печатать слова на бумаге, но напряжение спало, когда девушка услышала знакомый голос своей соседки по комнате. Энид аккуратно открыла дверь и подняла взгляд на свою соседку. — Ох, я думала ты уже спишь.. —Синклер слегка улыбнулась, тихо закрыла дверь и прошла к своей кровати. Плюхнулась на свою мягкую, полную игрушками, кровать и выдохнула. — Наконец-то моя мягенькая кроватка. — Промямлила в подушку. Не поворачиваясь к Синклер, Уэнсдей продолжала печатать, ее пальцы с привычной легкостью скользили по клавишам. Спустя мгновение она заговорила. — Где ты была? — Спокойным и ровным голосом спросила готка. Энид приподнялась, повернула голову на соседку. — У Йоко. Мы с девчонками обсуждали новые сплетни. — Она хихикнула. Уэнсдей прервала набор текста, все еще повернувшись спиной к девушке. — Понятно. —Холодно, как и всегда, ответила готка. — В последнее время ты часто начала ускользать к Йоко. — Она опустила взгляд на стол, в груди начало появляться странное чувство, на которое Уэнсдей не стала обращать внимания, а просто продолжила свой роман. Синклер на секунду задумалась, но ухмылка сама появилась на ее лице. "Неужто.. Уэнс ревнует?" подумала голубоглазая и села. Девушка уставилась на спину своей соседки, все еще улыбаясь. После встала с кровати и медленно подошла к кареглазой. Та почувствовала, что за ее спиной стоят, немного напряглась и прекратила печатать. Энид положила руку на плечо соседки, кончиками пальцев провела чуть ниже, по спине. — Что ты делаешь, Энид? — Аддамс напряглась, почувствовав прикосновение к себе. Она не обернулась, но в голосе появилась легкая дрожь, которую девушка пыталась скрыть. Голубоглазая наклонилась к уху готки. — Уэнс, ты ревнуешь меня? — Тихо прошептала. Нежный шепот заставил Аддамс вздрогнуть, она удивилась. — Не говори глупостей. — Сказала она ровно и холодно настолько, насколько могла. У кареглазой едва заметно перехватило дыхание, когда она снова почувствовала прикосновение к своей спине. Синклер улыбнулась шире, ей нравилось наблюдать, как ее мрачная соседка пыталась сохранять спокойствие, хотя это у нее получалось довольно неплохо. Губы слегка коснулись уха Уэнсдей, а руки легли на ее плечи. — Не ври мне. — чуть громче сказала Энид. Младшая резко вдохнула носом, почувствовав губы на своем ухе. Девушка чуть расширила глаза, она не ожидала такой наглости, но что-то странное.. приятное она почувствовала в груди, ей нравилось это и одновременно раздражало. Ее раздражало, что эта девчонка, ее жизнерадостная соседка, так нагло ее трогала, прикасалась своими губами к ее уху, но Уэнсдей ничего с этим не сделала, не оттолкнула ее, не попросила прекратить и сама не знала почему. — Я не лгу. — Наконец вымолвила она что-то, дрож в голосе предательски выдавала ее. Плечи были напряжены, сердце бешено колотилось в груди. Пальцы Синклер коснулись шеи младшей. — Я слышу твою дрожь в голосе. — Ухмылка все никак не спадала с лица голубоглазой девушки. Она обошла стул, где сидела готка и взяла ее за подбородок. Большой палец Синклер легко и нежно прикоснулся к нижней губе кареглазой. — Что тебе нужно, Синклер? — Почти сухо спросила Аддамс. Она уже хотела отвернуться, но старшая не дала ей этого сделать. В глазах Уэнсдей можно было видеть недоумение, она стиснула челюсти. — Мне нужна ты.. — Старшая облизнула свои губы, а после наклонилась к Аддамс. Их губы соприкоснулись. Уэнсдей опешила. Несколько секунд она просто сидела, с широко раскрытыми глазами, ее сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. — Уэнс.. — Голубоглазая девушка оторвалась от губ младшей и принялась целовать ее щеку. Аддамс закрыла глаза. Она не может сопротивляться. Руки Уэнсдей медленно легли на талию соседки, притягивая ее к себе на колени. Ее губы нашли губы Синклер. Их поцелуй стал интенсивнее. Сердце билось как сумасшедшее, дыхание становилось прерывистым. — Черт.. — Выдохнула кареглазая в поцелуй. Ее тело не слушалось. Руки сами спустились вниз и легли на зад Энид, чуть сжав. Она услышала как девушка, которая сидела на ней, промычала. — Хах... — Старшая касалась шеи своей мрачной соседки, нежно гладила ее затылок, на котором пошли мурашки от ее прикосновений. Синклер лизнула нижнюю губу Аддамс, а после просунула язык внутрь. Энид целовала девушку, прижимаясь к ней сильнее. — Пожалуйста, Уэнс.. Пошли на кровать... — Прошептала в губы младшой. Ее дыхание сбилось, ноги дрожали, руки изучали тело девушки напротив. Готка приоткрыла глаза и ее сердце пропустило удар, когда она увидела состояние своей подруги. Щеки загорелись, в глазах появились искорки. Аддамс прикоснулась губами к шее Энид, нежно целуя ее. — Покажешь, что ты еще можешь сделать.— Ухмыляясь сказала кареглазая в шею Синклер.