Солнечные дни и грозовые тучи

Приятный майский ветерок обдувал светлую макушку, путая давно немытые волосы. В воздухе летал бесконечный людской гомон, что раздражал сильнее, чем пристающая мошкара. Вокзал. Суматоха, путаница с багажом, и он — рядом с вожатым. Сет сразу заметил холодную, совершенно спокойную фигуру. В отличие от других подростков, в его глазах не блестел тот азарт от предвкушения летних деньков вдали от дома. Если посмотреть только на него, то кажется, будто бы сегодня совершенно обычный школьный день или важное мероприятие. Физиономия неизвестного настолько приковала к себе внимание Гордона, что даже когда его нечаянно пихнули в бок, он не сразу отреагировал. Только после объявления проводницы о скором отправлении поезда парень опомнился и двинулся вместе с группой внутрь. Ему предстояло провести четыре смены в лагере. Четыре последних в его жизни смены, после чего он сможет оказаться вдали от семейной суеты лишь как помощник вожатого. Но возиться с малышнёй, разгребать весь тот бедлам, что натворят дети, и уж тем более вести себя «словно нянька» Сет не собирался. Он не создан для такого, поэтому придётся принять тот факт, что следующим летом парень будет вариться в душном городе где-нибудь за стойкой прилавка с мороженым. Только это будет потом, а сейчас голова его прильнула к холодному стеклу, пока глаза выискивали потенциальных претендентов на роль будущих корешей. Большинство его знакомых уже давно перестали ездить в лагеря. Теперь ему брать на себя роль старшака и таскать сиги у охранника территории, а может, чего и покрепче. Уже через шесть часов поезд затормозил на очередной станции. Видимо, за это время Сет задремал, потому что другого объяснения тому, что его трясёт девчушка лет двенадцати, он не нашёл. Пропищав что-то на своём детском, она быстро схватила свой ярко-малиновый рюкзак и юркнула под ноги толпе людей на выход. Наконец полностью опомнившись, Гордон соизволил подняться, чтобы чуть ли не последним выйти из вагона с походной сумкой на плече. Ничего интересного в первый день не было. За исключением пары громких ругательств, долгой лекции от вожатых о безопасности и вновь угрюмого лица японца на сцене. Теперь-то его представили официально: «Молодой вожатый, что будет исполнять роль младшего помощника и проводить некоторые мероприятия». Такой характеристикой Сет не был доволен. Откуда он? Зачем здесь? Ответов не дали, а подросток никак не мог угомонить свой разум, что постоянно строил безумные теории. «Нет, здесь, конечно, разный сброд собирается, но вы хоть раз видели у нас чёрного или азиата? Я против то ничего не имею, но этот мудак с кирпичным лицом подбешивает меня». Не выдержав накопившихся эмоций, выдал Гордон, выходя после полдника вместе с собравшейся вокруг него компанией. Точнее сказать, это компания сама втянула его к себе после знакомства в их общей комнате. Не то чтобы подросток так яро искал внимания к своей персоне. Да, остаться одному на всё лето звучало дико, но он бы не обиделся, получив прозвище «агрессивный волк-одиночка», как его когда-то назвала бывшая. Хотелось бы провести это время скорее вдвоём с кем-то, творя шалости и сбегая от вожатых, но пока и так сойдёт. — Да брось, Сет. Первый день только, а ты уже нашёл мишень и планируешь будущие деньки! Раздался хохот, точно в цирке после выступления клоунов, а подросток даже спустя несколько минут так и не понял, о какой «мишени» зашёл разговор. Он просто выкинул лишние мысли из головы, как делал это всегда. Закончился всего один день. Суматошный, но такой желанный. Радость от новых знакомств, запаха свежевыкошенной травы и тины около пруда захватывала дух, но она не позволила Сету полностью проигнорировать поведение его новых знакомых. Даже погружаясь в сон, в памяти вдруг всплыл неприятный образ смеющихся. Следующим утром разбудили их достаточно рано, чтобы день с самого начала показался отвратительным. Вчерашняя приятная погода испарилась, и вместо неё воцарился знойный, пасмурный день. Выйдя на улицу вместе с отрядом для утренней зарядки, физиономия Сета выражала лишь искреннее недовольство осознанием того, что возможно будет дождь, а сидеть в комнате ему сейчас ой как не хотелось. Но всё же приятно размяться рано утром на свежем воздухе. Да ещё и новость о скором завтраке немного подняла настроение парня, но даже это не смягчило его угрюмое выражение лица. Вдруг сзади к нему подкрались и обхватили его шею рукой. Оказалось, те ребята, с которыми он познакомился и жил теперь в одной комнате, нагнали его. Не ожидав такой подлости, Гордон грубо скинул с себя руку пришедшего и закатил глаза на их смешки. И тут девчонка, та самая из поезда, юркнула, словно молния, между компанией, что теперь направлялась в корпус столовой. И всё хорошо, если бы новые знакомые Гордона не поставили бы ей подножку. Одно движение — этого хватило, чтобы Сет окончательно потерял желание водиться с такими людьми. Маленькая девочка влетела в дерево и разбила себе лоб, но даже так она лишь хмуро оглянулась на старших и потёрла больное место. — Вали отсюда, мелкая. Грубый тон резал уши. Да так, что Сет сам не понял, как его рука дёрнула за плечо говорившего, а вторая сжалась в кулак и со всей дури, что копилась в нём с самого выпускного, влетела в смазливое личико. Послышались охи и восклицания со всех сторон, но, слава Богу, вожатых рядом не оказалось. Они заботились о младших отрядах, а старшие сами сумеют докатиться до столовки. Повисла тяжёлая тишина, пока один из рядом стоявших не ткнул Сета в плечо: — Какого хрена? Совсем мозги расплавились? Но вместо ответа на свой вопрос подросток получил признательный взгляд. За считанные секунды вокруг ребят собралась небольшая толпа, человек из двадцати. Такое излишнее внимание явно не даст закончить ситуацию как можно быстрее, но Гордону это и не требовалось. Пора размять давно чешущиеся руки. — Нехер с детьми так разговаривать. — Выдавил Сет как можно мягче, прекрасно понимая, что это лишь разозлит новых знакомых. Парень, что всё никак не мог остановить кровь, ринулся было вперёд, но он не мог ожидать, что Сет был готов. За прошедшие пару недель Гордон ни разу не ввязывался в драки. Не с кем было. Поэтому сейчас, повалив на землю чужую тушу, тот с явным рвением принялся наносить удары, куда только мог попасть. Его пытались было оттащить, но и второй подросток был не промах. Сам схватил Сета и уволок на пыльную землю. От такого зрелища девочка в стороне вся сжалась со страху, а после ноги унесли её как можно дальше от компании. Кулак Сета вновь врезался прямиком в и так расквашенное лицо бывшего друга. Казалось, что через пару ударов парень пробьёт дыру в черепе, но теперь его всё же остановили. Кто-то грубо, почти безжалостно, схватил Гордона за его гнездо на голове и потянул на себя, поднимая того с асфальта. Такими темпами ему скальп снимут. Сет постарался вывернуться из крепкой хватки, но вместо свободы его схватили за майку и в быстром темпе уволокли внутрь рядом стоящего здания. Сразу на первом этаже неизвестный завернул за угол и впихнул тушку подростка внутрь комнаты. Правда, как-то неудачно. Споткнувшись о какие-то провода у самого входа, Сет полетел целоваться затылком с полом. Все картинки так быстро сменялись перед глазами, что сейчас он был не в силах даже сгруппироваться. Глухой стук раздался по всей комнате, отчего даже сам нарушитель драки невольно содрогнулся. Он совершенно не ожидал, что произойдёт такое. Сощурив глаза, парень с подозрением тыкнул носком ботинка скрючившуюся на полу фигуру. — Мать твою, ахуел?! Вдруг послышалось с пола. На секунду стоящему даже показалось, словно он палкой потыкал в осиное гнездо. Сет постарался встать, и у него это даже получилось, только вот никто не отменял последствия удара затылком об деревянный пол. Перед глазами внезапно всё поплыло, голова будто вспыхнула. Светловолосый отшатнулся назад, опять падая, но в этот раз он приземлился на мягкую постель. И только теперь до него дошло, что он в комнате вожатых, на него с некоторым презрением смотрит загадочный молчаливый японец, что до сих пор бесит сильнее, чем придурки, которых Сет только что побил, и сидит он явно на чём-то чужом. Стоило только задержать Гордону свой взгляд на чёрных волосах стоявшего в дверях, как новая волна боли накатила на него, заглушая секундное желание вновь ругнуться матом на всю комнату. В это время Ичиро продолжал осматривать пойманного за хулиганством подростка. Сейчас он должен был направляться к вожатому и сообщать ему о случившемся, но отчего-то он пока этого не сделал. То ли из нежелания видеться со взрослыми сейчас, то ли потому, что его самого раздражала та компания ещё с поезда, и он был не против глянуть, как кто-то из них побьёт. С места сдвигает его лишь то, что когда Гордон наконец убирает руку со своего больного затылка, на ней остаётся достаточное количество крови, чтобы забить тревогу. Сет бы и рад взглянуть на Морияму ещё раз, но голова его не поднимается. Резкая боль всё сильнее въедается в мозги, точно отвратительное послевкусие от нелюбимого напитка. Он любил драки. Чувствовать боль и адреналин одновременно было для него сродни наркотику, но кровь Гордон не любил. Рядом прогнулся матрац, и появилось очертание аптечки. Ичиро сел рядом, закинув одну ногу на кровать, и уже копаясь внутри ящика в поиске чего-то похожего на перекись. — Повернись. Гордон бы и повернулся, только сейчас его помутившийся рассудок волновало лишь: «Какого хрена он так близко?». Подросток неосознанно потянулся было рукой в крови прямиком к Ичиро, но рука его была сразу схвачена за запястье. Да ещё и так стиснута, что Сет наконец взглянул прямо в глаза сидящему вплотную. — Хоть одна капля упадёт на мою кровать, и я заставлю отмывать её тебя. Развернись. Он. Сет Гордон. Сидит на кровати помощника вожатого и тупо пялится на него. Блять, да это пиздец полный. Слов не хватает описать все те эмоции, что ощутил подросток в моменте. И ярость, и отвращение, и даже смущение… Нельзя сказать точно, но секунд через пять после глупых вопросительно-удивлённых взглядов Сет всё же кое-как развернулся. Подтянув одну ногу так же, как и Ичиро, Гордон положил измазанные руки ладонями вверх на колени и уставился вниз, чтобы помощнику вожатого было удобнее. Теперь перед Ичиро раскрылась не самая приятная картина. Окровавленный затылок, который нужно было промыть и временно перевязать. Лучше бы было пойти им сразу в травмпункт, но старший знал, что доктор ещё не приехал в лагерь, поэтому придётся ему справляться с возникшей проблемой самому. Парень положил на плечи Гордону полотенце и начал безжалостно лить перекись прямо на рану, отчего больной мигом зашипел. — Аккуратнее, аккуратнее! Это же пиздец больно! — Взвыл тут же Сет, но его схватили за плечо и удержали на месте. — Терпи. Ещё не всё. Пока под руками Ичиро наглый уж постоянно пытался вывернуться, парень спокойно продолжал свою работу, пока на полотенце не перестала капать кровь и окровавленные волосы хоть немного отмылись. Теперь осталось лишь забинтовать. — Перестань ворочаться, как уж на сковороде. Не пытаю же, — Ичиро подался чуть вперёд, длинными пальцами подцепляя прядки светлых волос. Юноша осмотрел проблему, с которой придётся разбираться ему, а не этому подростку, который недовольно сопит и ёрничает. В итоге Ичиро аккуратно перебинтовал голову. Это, конечно же, вызвало недовольное фырканье у Сета, и парень поспешил изгадить и без того скверное настроение помощника вожатых своей нужной репликой: — А пластырем нельзя было? Обязательно перебинтовывать, будто я голову по меньшей мере сломал? А если мне её бинты пережмут? Мозг? Что тогда? — закидал вопросами Гордон. Спасибо, что своими культяпками не махал, а то Ичиро их вырвал бы. Ичиро, который к этому времени успел отодвинуться, а после и вовсе пересесть на соседнюю кровать другого вожатого, замер. Его глаза бегали по аптечке, пока мозг пытался придумать хоть что-нибудь, что можно было бы сказать вожатым и старшей воспитательнице. Люля-кебаб по черепашке получать не очень-то и охота. Морияма поднял застывший взгляд темных глаз на лицо Сета. Парень повернулся к нему лицом, смотря так, словно Ичиро убил всю его семью на глазах. — Какие там мозги? С роду, поди, их не было, — фыркнул Ичиро, зачёсывая свою чёлку назад небрежным жестом и закатывая глаза. Сет удивлённо вылупился на юношу. Давно ли помощники стали такими своевольными? Что за хуетень? — Давно ли помощникам вожатых давали право вымещать свою злость на подростках? Должно быть, мне нужно пожаловать к господину Кенго? Если не ошибаюсь, он тут считается директором? Или просто важная шишка? Глаза Ичиро недовольно сверкнули, а сам юноша слишком резво отбросил несчастную аптечку на кровать, на которой сидел. Внутренности аптечки звякнули и рассыпались. В основном бинты и таблетки разлетелись по кровати, а небольшой бутылёк со спиртом почти что потерял всё своё содержимое, но Морияма вовремя среагировал и поставил бутылёк на прикроватную тумбочку. Ичиро поднялся со своей кровати. Весь его рост, пусть и не особо уж высокий, если сравнивать с Сетом, упал на фигуру парня, загораживая свет от лампы, которая всё это время горела. Сет так долго лежит тут? Уже вечер? Ичиро наклонился к Сету. Их лица были на одном уровне, — Сет даже позволил себе мысленную шутку, что, если бы сейчас и он встал, Ичиро всё равно казался бы сидящим; да, подъебнул, — поэтому Ичиро тихо ответил на откровенную провокацию от Сета: — А если я господину Кенго скажу, что один сосунок устроил драку в его лагере с сыном главного спонсора? — На губах Ичиро заиграла усмешка, когда он заметил недоумение в глазах Сета. — Всё ещё решишься меня шантажировать? М? Лицо Сета стало нечитаемым. В его глазах — светло-зелёных глазах, к слову, — пробежал целый спектр эмоций, начиная от негодования и ненависти и заканчивая чем-то другим, из-за чего глаза заблестели. Юноша прикусил губу в нервном жесте. Взгляд Ичиро мимолётно скользнул по этому жесту, но помощник вожатого быстро вернул его на лицо Сета. — Неожиданно, — Сет слабо ухмыльнулся, но ухмылка до глаз не доползла. А так даже интереснее. Разве нет? — Так кудахтал, что шантажируют тебя, но и сам далеко не палец укусил. — Сет подался ещё ближе, но Ичиро выпрямился, желая сохранить свои личные границы. Ичиро, не слушая юношу, развернулся к соседней кровати, где оставил внутренности аптечки. Морияма собирал бинты, таблетки и ещё какие-то мелочи неспешно, складывая всё в какой-то болезненной манере. Сет же прекрасно видел, что его пытаются игнорировать, поэтому он специально повысил голос, начиная рассуждать вслух: — Если так подумать... — Сет сделал морду, словно думает великую думу. — Ты же меня уволок при всех? — Сет подождал, когда Ичиро вставит свои пять копеек, но тот упорно молчал. — При всех. — Сам же закончил Сет. — Значит, кто-то же видел, что ты меня уволок к себе, да? Охх, что же люди подумают... — Озабоченность у Сета обыграть не получилось, а вот Ичиро замер. «Очканул, япошка», — довольно ухмыльнулся себе Сет. Спина Мориямы напряглась. Он повернулся к Сету, смотря на него напряжённым взглядом. Гордон довольно улыбнулся и бросил беглый взгляд на свои руки и в тот же миг ужаснулся — кровь-то он ещё не убрал. — Ты перековеркал всё, что можно и нельзя, — возмутился Ичиро, его и без того тёмные глаза стали как будто ещё чернее. Может, зрачок от такого стресса расширился? Так вроде ж наоборот, не? Или всё-таки расширяются? Хер знает. — Я отнёс тебя сюда, когда ты отключился! — Так из-за кого же я отключился, а? — Сет приподнял брови. — А ну, удиви, господин помощник вожатого? Эта ситуация откровенно забавляла Сета, но не стоит подавать вида. Хотя, наверное, по тому, как он давит широкую лыбу, можно было догадаться, что он откровенно стебётся. — Я не виноват, что ты ни ходить, ни стоять, ни даже лежать нормально не можешь! — Голос Ичиро ровным счётом почти не изменился, но его раздражение чувствовалось. — Так ты поменьше людей швыряй! Я тебе что, собака, чтобы меня швыряли? — Тут уже голос начал повышать Сет. Он даже встал, слишком резко конечно, поэтому место от горячего поцелуя с полом вспыхнуло. Гордон скривился и зажмурился, прикладывая и без того измазанную руку к своей пострадавшей черепушке. Ичиро от такой резкости ровным счётом никуда и не сдвинулся, только нахмурился, когда увидел реакцию Сета. — Больно? — Дебильный вопрос вырвался из уст Ичиро. Сет покосился на него, как на идиота. Нет, а какое ещё ощущение должно быть? Доза этого, как его там… дофамина? серотонина? бензола? Или это чёт другое… ну короче, гормон счастья должен повыситься? Сет предпочёл на такой вопрос не отвечать. Мало ли, вдруг сорвётся. Ичиро хотел было посмотреть рану, но Гордон не дал этого сделать. Юноша ещё секунд пять постоял так, скрючившись в зюзю, а после выпрямился во весь свой рост, убирая руки от головы и смотря на юношу с высоты своего далеко не маленького роста. Теперь пришла очередь Ичиро поднять голову наверх, смотря с высоты своего птичьего полёта, — если что, в случае Мориямы можно считать с высоты птичьего роста. Вóрона, например. Однако, какой бы эта пантомима ни была увлекательной, Ичиро и Сет разошлись быстро. Гордон не стал ещё больше задерживаться в крыле персонала, ибо теперь хрен знает, какие слухи могут пойти. Голубым оказаться не очень-то и хотелось, впрочем Сет и не совсем голубой. Скажем так… розово-фиолетовый. То есть би: и гей, и нормальный. Но больше первое. Ичиро же ещё долгое время пытался придумать, что бы такого ответить. Скрывать смысла нет, а уж от отца получать не хотелось. В семье у Ичиро прекрасная репутация. Если не брать в счёт Рико, которого отец и так почти что не замечает и заставляет Ичиро вести себя также. На собрании Ичиро прямо сказал, что случилась драка; личности скрыть не удалось, ибо сынок спонсора быстро нажаловался Кенго. Тот же позвал Ичиро к себе после заседания вожатых. Если говорить кратко, то… Ичиро не прилетело. Всё же он не вожатый, ответственности как таковой он не несёт. Кенго прямым текстом сказал, чтобы Морияма-младший, — это если не считать Рико, — должен как-либо, но занять Сета, чтобы тот не приносил проблем. Ичиро послушно кивнул, хотя не мог приложить, что бы такого придумать, только бы Гордон усмирил свой нрав. Однако задание есть. Хочет или не хочет — это уже мало волнует. Отец дал задание. Сын выполняет.

***

Миновала неделя, а за ней и вторая. Ичиро получил себе кружок творчества: дети должны были там что-нибудь лепить, рисовать, раскрашивать, придумывать и тому подобное. Конечно, туда мало кто хотел, но Сет, которому очень мягко и нежно, как цветочку, намекнули, что с ним будет, если он не послушается, — на самом деле ничего страшного: просто вылет, но Гордон, мечтавший побыть недельку-другую вдали от дома, не желал такого исхода, — поэтому за счёт своей силы и природной дипломатии (читать: твердолобости и силы) смог добиться должного результата. В кружок ходил чуть ли не весь лагерь. Удивительно, конечно, но ребята со временем втянулись. Отношения же Ичиро и Сета постепенно, но начали оттаивать. Вернее, начал оттаивать Морияма: тот был постоянно сосредоточен, серьёзен и пиздец какой дотошный. Сету иногда казалось, что парня легче придушить, нежели спокойно вести диалог, но всё шло гладко. Ичиро позволял себе редкую улыбку в сторону Гордона, когда тот удачно пошутит. И что-то в такие моменты в Сете переворачивалось. Это было… красиво? Да, точно, красиво. Улыбка была не широкая, как многие привыкли видеть в своей голове счастливого человека. Она была искренней, маленькой, но настоящей. И в такие моменты, когда на лагерь опускалась ночь, а в поздние часы даже самые бойкие мирно спали зубами к стенке, Сет задумывался. Странно, конечно, когда в твои-то семнадцать тебя посещают такие неоднозначные мысли, но Гордон задумывался о том, что ему нравится видеть улыбку на лице Ичиро. Казалось, что вечно серьёзный и сдержанный парень моментально оттаивал и снимал часть своей брони, обнажая перед Сетом свою, ну… не то чтобы мягкую сторону, но парень явно становился куда мягче, чем обычно. Сету вообще жизнь раем кажется, когда Ичиро не злится и не называет его жертвой неудавшегося мейоза. Что бы это там ни значило, но улыбку это вызывало.

***

День начинался как всегда: пробуждение, эта долбучая зарядка, когда ты ещё больше хочешь спать, после завтрак и пошло-поехало. Кстати, после той драки к Сету особых претензий не было. Конечно, иногда над парнем подтрунивали, но Гордон просто не обращал на них внимание. Старался не обращать внимания. Единственное, что радовало в такую жару — это беснующиеся птицы, которые, по ощущениям, вечно что-то выясняли; малышня, которая резвилась и бесилась, порой кто-нибудь влетит в тебя, но Сет не злился; и Ичиро. Да, юноша радовал Сета обычным существованием. Поначалу парня не сильно парило, что он постоянно думает о помощнике вожатого, но с каждым прожитым таким днём Сет всё яснее осознавал, что точно такие же навязчивые мысли посещали его, когда он был влюблён в ныне уже бывшую девушку — Элисон Рейнольдс. Они остались вроде как друзьями, но не в постоянном общении: Элисон появлялась, когда у неё накапливались лишние мысли, а Сет являлся и того реже. Но общение держалось. И одно такое осознание, что ему — Сету Гордону, первому задире на своём далеко не райском районе, понравился парень. И мало того, что это парень, так он ещё и старше, и помощник вожатого, и… и… Сет давно переборол внутреннюю гомофобию, но каждый раз, когда он задерживал взгляд на другом парне совершенно не в том, не в правильном русле, его несколько стопорила собственная реакция. Потом, конечно, Сет привык. Как ко многому в своей жизни. Сегодня вечером планировалась дискотека. Она, в общем-то, постоянно проходила, но Сет туда не ходил. Друзей как таковых он тут не завёл, зато есть Ичиро. Правда, Морияма тоже туда не ходил, ибо не видел в этом никакого смысла, но последние два дня Ичиро вёл себя максимально странно. Видимо, до такой степени себя загрузил, что начал долго думать, что бы такого ответить Сету на максимально банальный вопрос, стал откровенно стопорить свой взгляд, если его тёмные глаза, точно морские глубины, сталкивались с зелёными глазами Сета. Поведение Ичиро всецело было странным, но Гордон списывал на трудную работу. Вечер крался незаметно, но итог был один — наступил. Сет решил в этот раз пойти на дискотеку и не просто один, а вместе со своим новоиспечённым другом Ичиро. Сет оделся в джинсы и свободную майку, нанёс ненавязчивый одеколон. Только в конце парень понял, что одевался с такой тщательностью, словно на свиданку собрался. Бросив последний взгляд на зеркало, Сет вышел из своего корпуса и направился к корпусу, где были расположены домики вожатых. Парень подошёл к домику Мориямы неспешно, давая тому лишние пару минут. Ночь была умеренно тихой: вдали слышалась современная музыка, но приглушённо. Здесь, рядом с домиком Ичиро, было почти тихо. Редкие сверчки издавали свой приятный звук. Из домика доносились шорохи и шаги. Сет не услышал разговора или перемещения, которое могло бы быть одновременно с другими шагами, поэтому сделал вид, что кроме него самого и Ичиро в домике нет. Он постучался, прежде чем зайти. Ичиро стоял около зеркала, придирчиво рассматривая своё одеяние. Чёрная водолазка и такого же цвета прямые брюки подчёркивали и без того манящее телосложение. Морияма повернул голову в сторону пришедшего. Его чёлка, на данный момент слишком мягкая на вид, мягко последовала за ним, из-за чего пара прядок упала на красивые глаза. Сет молчал, осматривая то, в чём Ичиро собирался пойти. Иногда Гордону казалось, что Морияма мог и в мешке из-под картошки выглядеть красиво. Его среднестатистический рост иногда умилял Сета, который сам был почти под метр девяносто. Два-три сантиметра особой роли не играют, как говорится. Сет неспешно двинулся вглубь комнаты, пока Ичиро всё ещё пялился на его грудь. Оно и не удивительно, майка мало что скрывала. — Тебе дать потрогать? — Со смешинкой в голосе спросил Сет, подходя к Ичиро. Не вплотную, конечно, но почти. — Что? — Зрачок в глазах Ичиро расширился, он помотал головой, стараясь вернуть себе ясность ума. — Зачем? Сет улыбнулся и повернул голову набок, наблюдая за такой реакцией. — Просто так, — Гордон пожал плечами, быстро пробегаясь глазами по окружающей их мебели, выискивая то, что ему было нужно. Затем юноша вернул взгляд обратно на бледное лицо. Ичиро был обладателем удивительно бледной кожи, что удивляло Сета. — Маленьких же успокаивает. Вдруг и тебя успокоит? Ростом как раз подходишь. — Откровенная провокация, на которую Ичиро вёлся всегда. Кроме этого раза. Сет сделал небольшой шажок вперёд, заставляя старшего повторить этот жест, но назад. Так они и двигались: Сет вёл их к стене, наблюдая, чтобы Ичиро не споткнулся, а тот шёл назад, не давая себе отчёта о действиях. Ичиро опомнился только тогда, когда его затылок встретился со стеной. Парниша моментально пришёл в себя и хотел было рвануть, но Сет удержал его на месте. Ичиро приподнял руки, чтобы чуть-чуть увеличить дистанцию, но Гордон мягко обхватил кисти, заведя те над головой Ичиро. Юноша нахмурился, пытаясь наперёд просчитать каждый шаг Сета. Каждый возможный шаг. Но Гордон просто стоял, любуясь красивым лицом. — Не знал, что тебя так легко в ловушку загнать, — прошептал Сет. Голос стал вкрадчивым, бархатным. — Я просто отвлёкся. Не придавай мелочам такое большое значение, — фыркнул Ичиро. Он попытался дёрнуть руками, но Сет держал крепко. — Я тебя услышал, — пожал плечами Сет, а затем подался вперёд, касаясь своими губами мягких и нежных, принадлежащих Ичиро. Морияма остолбенел. Он не ответил на поцелуй, и Сет вскоре закончил. Конечно, разочарованный. И виноватый. Лицо Гордона стало серьёзным. Тот редкий задор, который проскакивал у парня, мигом испарился, оставляя только вину и непонимание, зачем он вообще поцеловал Ичиро. Ичиро смотрел на парня, бегая глазами по его лицу. Лицо Мориямы не выражало ровным счётом ничего, если не учитывать глаза, которые стали чуть ли не с блюдце. Сет постепенно начал терять хватку. Его пальцы, до этого крепко держащие запястья Ичиро, разомкнулись. Сам Гордон сделал шаг назад. Потупив глаза в пол, Сет что-то буркнул под нос и хотел было уже повернуться и уйти, но Ичиро схватил того за руку. Пока Гордон в голове разбирал всевозможные маты про себя, Ичиро обхватил лицо Сета своими ладонями. Кстати, пальцы были холодными. Сету пришлось немного сгорбиться, ибо Ичиро ниже его на добрые десять или тринадцать сантиметров. Ичиро подался вперёд и сам коснулся губ Сета, прикрыв глаза. То ли от смущения, то ли от привычки многих людей — закрывать глаза во время поцелуя. Сет не ожидал взаимности от слова совсем, но на поцелуй ответил и аккуратно уместил руки на талии Ичиро. Целовались юноши неспешно. Сет углубил поцелуй — после позволения Ичиро, конечно же, — паренёк даже попытался прикусить нижнюю губу, но Морияма в долгу не остался — прикусил нижнюю губу Сета. Они целовались долго. Парни и не помнят, в какой момент оказались на кровати Ичиро. Сам её владелец лежал на ней, закинув руки на шею Сета и притягивая юношу к себе; Гордон нависал над парнем, гладя руками то волосы, то бока, то талию. Особенно её. Им пришлось расстаться, когда музыка вдали и вовсе стихла. Значит, скоро придёт парень, с которым Ичиро живёт в одной комнате. Сет разорвал поцелуй первым. Глаза сами непроизвольно скосились на губы Ичиро: те были сочного красного цвета, чуть приоткрыты от частого дыхания. После зелёные глаза поднялись и столкнулись взглядом с тёмными глазами Мориямы. Сейчас парень выглядел так красиво, как никогда раньше. Тишина окутывала их в свои объятия. Ичиро неловко убрал руки с шеи парня. Сету может казаться, но обычно бледные щёки окрасились в красный. Гордон убрал руки с талии парня и отодвинулся сам. — Кхм, — прочистил горло Сет, не смотря на Ичиро. — Я, пожалуй, пойду. Ичиро завозился, сел, но чуть-чуть подальше. Парень кивнул, не желая издавать ни звука. И так слишком много было во время поцелуев. Да и в голосе своём он не уверен. — Эм… Спокойной ночи? — неловко улыбнулся Сет, позволяя себе взгляд на Ичиро. Тот, оказывается, всё это время смотрел на него. В его взгляде что-то потеплело. Словно айсберг, который оказался в пустыне. Сет поднялся со своего места и побрёл к выходу. Голова была пуста, будто он сделал что-то, что очистило его полностью. Гордон только повернулся, когда кончики пальцев подхватили дверную ручку. Ичиро сидел всё в той же позе и как-то рассеянно смотрел перед собой. Сет вышел, прикрыв за собой дверь. Холод ночи обдал его, успокаивая жар тела. Хоть он и не побывал на дискотеке, чему он вовсе не расстроен. Но зато… Зато отношение Ичиро к нему прояснилось. Сет засунул руки в карманы своих джинсов и направился к своему корпусу, пока один помощник вожатого в растерянности смотрел на дверь и непроизвольно касался своих губ кончиками вечно холодных пальцев.