Методы перевоспитания

Поджав губы, Чу Ваньнин мрачно сказал: — Мо Вэйюй, слишком уж ты обнаглел. Думаешь, я не смогу обуздать тебя? Если бы на его месте был настоящий шестнадцатилетний Мо Жань, возможно, он бы и не придал значения этой фразе, предположив, что наставник просто запугивает его. Мо Жань опять почувствовал, как связавшая его лоза начала сжиматься вокруг тела. Внутренности тут же сдавило так, что, казалось, еще немного — и они превратятся в кашу. Он взвыл, словно раненый зверь, а потом, судорожно хватая воздух, громко выкрикнул все свои мысли… — Чу Ваньнин, думаешь, ты охуеть какой выносливый! Просто подожди и увидишь, как я заебу тебя до смерти! Не проронивший ни звука Чу Ваньнин, опустив свои длинные, черные как смоль ресницы, задумчиво рассматривал свою ладонь. Когда он снова поднял глаза, его лицо, вопреки ожиданиям, не исказилось в гневе и отвращении, а стало еще более мрачным и холодным. Бросив на Мо Жаня взгляд, в котором ясно читалось «этот испорченный ученик — мертвец», он хмуро сказал: — Тяньвэнь сломалась, пойду починю. Бросив эту фразу, Чу Ваньнин развернулся, и пошел прочь. Еле живой Мо Жань все еще лежал на земле, не в силах двинуть ни рукой, ни ногой. Как мог он позволить Чу Ваньнину услышать это! Мо Жань тихо взвыл, словно брошенная собака, и закрыл руками лицо. Вспоминая, какой взгляд бросил на него Чу Ваньнин перед уходом, он чувствовал, что и правда, оказался на краю гибели. Его чуйка оказалась максимально права. "Заебу... Конечно, заебет он!"— Чу Ваньнин быстрым шагом шёл в сторону павильона Алого Лотоса, с каждой секундой его задумчивое лицо становилось всё мрачнее. "Бесстыжая собака, потерял свою совесть!"— со стороны казалось, что ещё немного и вокруг мужчины начнут сиять молнии. "Ничего, я поставлю на место этого бесстыдника". Его глаза сверкнули и он исчез за дверью своего жилища. Следующим вечером Сюэ Мэн заявился к Мо Жаню. — Псина, учитель зовёт тебя в павильон. — Зачем?— удивился парень, проигнорировав наезд брата. — Откуда я знаю?! Тебе сказано идти, значит иди!— Сюэ Мэн фыркнул и молча ушёл. Мо Жань почесал макушку и направился в сторону павильона. Обычно Чу Ваньнин не звал его после наказаний. Щека опять неприятно заныла и император насупился, теперь он не великий правитель, а обычный подросток. И такое положение ему казалось унизительным. Он зашёл в павильон, но его встретила лишь тишина. Мо Жань нахмурился и осторожно прошёл вглубь. Вдруг за спиной раздался холодный голос Чу Ваньнина. — За непочтение к своему наставнику полагается наказание. Мо Жань резко развернулся. Что делать? Этого мужчину нужно бояться, пока он не набрался силы. Он быстро упал на колени и почтительно сложил руки. — Прошу прощения у учителя! Этот ученик виноват! — Виноват.— произнес Чу Ваньнин ещё строже. — Обычные наказания на тебя не действуют. У меня нет выбора, кроме как принять иные воспитательные меры. "О чём он?"— подумал Мо Жань и только хотел поднять голову, как его руки обвила Тяньвэнь, крепко связывая. — Учитель?..— юноша задрал голову, глядя на суровое лицо Чу Ваньнина. — Вставай.— жёстко произнес Чу Ваньнин и дёрнул парнишку за плечо, вынуждая встать на ноги. Младший был чуть ниже, но разница была заметна только когда они были рядом. Мужчина схватил Мо Жаня за плечо и поволок в комнату, силой закидывая на кровать. Так, а вот это совсем не то, что помнил Мо Жань о Чу Ваньнине! Таких сцен не происходило в прошлой жизни. Что происходит?! — У... Учитель?! В-вы чего?!— Мо Жань сел на кровати, смотря на Чу Ваньнина большими глазами. Он совсем не ожидал увидеть, как тот вальяжно развязывал свой пояс. — Если ты не поддаешься воспитанию привычными способами, то я буду пробовать другие. — Чу Ваньнин откинул пояс и снял с себя ханьфу, оставшись в нижнем халате. "Неужели... Неужели эта шлюха хочет меня трахнуть?!" — Мо Жань опешил и замер. С одной стороны он соскучился по телу Чу Фэй, а с другой... Ему же, мать его, шестнадцать! Как он поимеет такого сильного мужчину? Тяньвэнь неожиданно стянула его руки к груди и крепко связала их так, что теперь юноша был в состоянии двигать только ногами. Чу Ваньнин подошёл к кровати и толкнул подростка в грудь, роняя на спину. Силы резко покинули Мо Жаня. — Будешь сопротивляться, Тяньвэнь будет пытать тебя. — Учитель, ты уверен, что сам сможешь?.. — юноша решил надавить на неопытность Чу Ваньнина. — Смогу что? Мо Жань сглотнул. Чу Ваньнин распахнул полы его одежды и стащил с него штаны и нижнее бельё. На секунду, юноша подумал, что принимать член будет он, но ведь Чу Ваньнин просто создан, чтобы его трахали. — ...Подготовить себя. Чу Ваньнин силой раздвинул ноги Мо Жаня и сел между ними. Член подростка привстал из-за фантазии о том, как Чу Ваньнин сядет на него и будет прыгать, пока тот связан. Как будет полировать его ствол своей задницей, втягивать в себя глубоко немалую плоть и стонать тихонько от удовольствия... — Уверен, что я смогу подготовить тебя сам. — Чу Ваньнин выделил предпоследнее слово и у Мо Жаня занемела кожа на голове. Ему показалось, что он ослышался, как вдруг Чу Ваньнин согнул в коленях его ноги, широко их развел и лоза связала и их. Теперь Мо Жань лежал раскрытый перед своим учителем и не мог двинуться ни на сантиметр в сторону. — Что это значит?... Учитель, если это шутка...— ещё никто и никогда не трахал Мо Жаня в задницу! Тем более, раньше и намёка не было, на то что Чу Ваньнин способен на такое. — Я когда-нибудь шутил?— спокойно спросил Чу Ваньнин и Мо Жань резко ощутил, как в его дырочку проскользнул мокрый палец мужчины. — А ну отпусти!— вскрикнул Мо Жань и задёргался, но его движения были больше похожи на дрыганье рыбы в сетке. Лоза крепко держала его юное тело и сколько бы юноша не прикладывал духовных сил, ни капли не смог ослабить её влияние. — Блять, ненормальный, это я должен...— брань подростка перетекла в сдавленное мычание, когда лоза обвила его голову и уместилась между губ. — Ты невоспитанный. Нахальный.— Чу Ваньнин втиснул второй палец в узкую задницу.— Ты абсолютно невыносим. Но я сделаю из тебя нормального человека. Мо Жань хотел бы отматерить Чу Ваньнина, да не мог этого сделать. Всё, что оставалось бывшему императору — это лежать полуголым перед своим учителем и терпеть его пальцы внутри. Когда три длинных пальца оказались полностью внутри, он замычал и сжался. — Потерпи. Как на моих нервах играть, так первый.— Чу Ваньнин покачал головой и, закончив, вытащил пальцы и снял с себя остатки одежды. Мо Жань не мог поднять голову, но по звукам в ногах понял: Чу Ваньнин смазал свой, мать твою блять, стоящий член! Да у него никогда не стояло на него! Мужчина навис над учеником и, чуть приподняв его за таз, осторожно вошёл в тугую дырочку. Из глаз подростка прыснули слезы и он замотал головой. Теперь Мо Жань понял, почему в прошлой жизни Чу Ваньнину не нравилось... Член мужчины был не такой большой, как у Мо Жаня, да и мальчишка был крепким. Хоть и было больно, но он стойко выдержал проникновение, и даже когда нутро засосало член глубоко внутрь, юноша лишь замычал. Чу Ваньнин навис сверху и заглянул в глаза ученика. Мо Жань нахмурился, глядя в эти ледяные омуты, он вовсе не видел в них эмоций, но щеки и кончики ушей учителя покраснели. Он тяжело дышал, ему близость явно давалась нелегко. Вдруг Чу Ваньнин начал аккуратно толкаться внутрь и Мо Жань зажмурился. — Невоспитанный...— процедил сквозь зубы мужчина, прикрыв глаза. Горячее тельце Мо Жаня так приятно его обволакивало... И так судорожно сжималось вокруг. Размеренные толчки постепенно перестали отдаваться болью и в какой-то момент Мо Жань ощутил, как член проехался по какой-то чувствительной точке внутри, из-за чего ему стало тепло внизу. Он затих, стараясь распробовать это ощущение. Чу Ваньнин немного ускорился и мальчишка ощутил, как волны удовольствия стянулись в узел внизу живота. Он заскулил. Как же блять это необычно. Как же это унизительно. Сука, как же ему становится приятно! Толчки Чу Ваньнина превратились в размеренную долбежку, в какой-то момент Мо Жань понял, что его член стоит колом и сочится смазкой, а задница жадно стискивает чужой орган. Это он должен трахать! Он должен быть внутри Чу Ваньнина, а не наоборот, но ебаный стыд, сейчас ему было приятно. Хоть по сути Чу Ваньнин и насиловал его, но извращенная натура Мо Жаня отзывалась на их соитие. И даже несмотря на то, что он был великим наступающим на бессмертных императором, он принял это удовольствие и захотел продолжения. Мо Жань замотал головой, когда толчки стали грубее, но не потому что было больно, нет, было приятно, он захотел избавиться от лозы на лице. Он замычал недовольно и Чу Ваньнин осторожно убрал обслюнявленную лозу от его рта. Плеть спустилась на его горло и угрожающе сжала. Вдохнув пару раз глубоко ртом, красивый юноша произнес: — Учитель, освободи мои ноги... — Ты будешь вырываться. Мо Жань замотал головой. Сейчас уже нет, он не сбежит, пока не кончит. — Обещаю, не буду, правда... Чу Ваньнин внимательно осмотрел его. Он не увидел в покрасневших глазах ни капли лжи и приказал плети освободить длинные ноги подростка. Мо Жань резво обвил его талию бедрами и притянул ближе, а мужчина поставил локти по сторонам от головы мальчишки. — Учитель, я могу и сам сделать нам хорошо... Отзови Тяньвэнь и я...— Чу Ваньнин фыркнул и перебил. — Это наказание, мелкий паршивец, а не очередное развлечение для тебя. Он толкнулся резче и Мо Жань вскрикнул. Это же наказание, ведь так? Мужчина принялся активно двигать бедрами, откровенно имея ученика, поэтому мальчишка захлебывался своими стонами и криками из-за удовольствия, граничещего с болью. Его рубашка намокла из-за того, как ему было жарко, да и Тяньвэнь была слишком горячей... — Пожалуйста, я буду слушаться, развяжи... — взмолился юноша и Чу Ваньнин отозвал Тяньвэнь. Лоза с искрами исчезла и младший скорее стащил с себя одежду, после чего облегченно выдохну и размял затёкшие руки, но Чу Ваньнин схватил его за запястья и пригвоздил к кровати. — Бесстыдник, тебе всё божья роса!— его начал раздражать тот факт, что Мо Вэйюй даже тут умудрился найти для себя выгоду, ему даже в удовольствие принимать в задницу. Мо Жань словно прочел его мысли, ухмыльнулся про себя и состроил страдальческую мину. — Учитель, я... Я могу встать на колени и ты выебешь меня в этой унизительной позе... Чу Ваньнин что-то прикинул в голове и кивнул, вытащив член из парня. Тот перевернулся на живот и встал на четвереньки. Подумать только, в прошлой жизни он трахал Чу Ваньнина, а в этой послушно подставляет зад сам. Вот уж действительно спуск по карьерной лестнице. Мужчина пристроился сзади и одним толчком вошёл. В новом положении Мо Жань ярче ощущал член учителя и, чего таить, мог бы потечь, словно сучка, если бы имел такую возможность. Чу Ваньнин схватил его за бедра и стал остервенело трахать, думая, что наказывает, но младший получал такое сильное удовольствие, что кончил, не прикасаясь к себе. Старейшина ещё немного продержался и вытащил, кончая на поясницу младшего. Разъебанная, лишенная невинности, дырка Мо Жаня судорожно сжималась. По его телу разливались волны тепла и сладостного удовольствия, и он хотел ещё раз... — Теперь проваливай.— резко выдал Чу Ваньнин, сев. Он поправил волосы и Мо Жань обернулся, неуклюже сев рядом. — Но почему? Разве учителю не понравилось? — Что я теперь должен сделать? Уснуть с тобой в обнимку? Мо Жань фыркнул и накрыл рукой склизкий орган Чу Ваньнина. — Учитель, накажи меня ещё раз. Чу Ваньнин схватил подростка за руку, сжимая запястье. Его взгляд потемнел, глаза феникса словно стали ещё холоднее. — Да на тебя, собаку, будет управа?! — Учитель, у меня болит задница, если учитель ещё раз поимеет меня, то мне будет ещё хуже. — Мо Жань нагло сел на колени к Чу Ваньнину и тот не смог выдержать такой наглости, опрокинул юношу и проткнул его тело своим орудием вновь, утягивая в очередной половой акт. А Мо Жань... Он был только рад разврату, пусть и трахал не он, а его. Последующие вечера он так же принимал "наказания" от бессмертного Бэйдоу. Стоит ли говорить, что его поведение почти не изменилось? Однако, он стал покладистее, чтобы Чу Ваньнин не разочаровался в методе перевоспитания. Задница только болела. Но ничего не поделаешь.