Подпись

      В Лондоне с самого утра стояла не самая приятная погода. Затянутое тучами небо в октябре никого не удивляло, и всё же непостоянный мелкий дождик и промозглый ледяной ветер не вызывали никакого желания выходить на улицу.       Дориан невольно поёжился, глядя в окно на кружащиеся в воздухе листья. Похоже, даже умирать в такой день не хотелось: после пары клиентов, которые заходили ранним утром, в бюро больше никто не заглядывал. Дориан, решив воспользоваться свободным временем, последние несколько часов приводил в порядок конторские документы; Валентайн же, на правах проработавшего всё утро в могильнике, заслуженно раскинулся в дубовом кресле у приоткрытого окна и жадно подставлял лицо осеннему сквозняку.       — Сдаётся мне, Дориан, что мы чем-то насолили нашим друзьям-голландцам, иначе я никак не пойму, почему… «аромат» их новых лаков становится всё смертоноснее и смертоноснее… — задумчиво пробормотал себе под нос Валентайн.       — Вам лак, случайно, не ван Доффер поставляет? — поинтересовался Дориан, не отрываясь от бумаг. — Смотрите, он уже давно лелеет надежду увидеть вас на своём столе.       Валентайн хмыкнул и, продолжая буровить взглядом одну точку на стене, отпил из кружки:       — К счастью, ван Доффер не имеет к нашим поставщикам никакого отношения, но я возьму на заметку ваше беспокойство.       Залпом допив остатки чая, Валентайн вскочил с кресла, с удовольствием потянулся и ловким движением закрыл окно. Дориан вздрогнул, когда последние остатки сквозняка прокатились по комнате, и тут же облегчённо вздохнул. На плечи ему легли чужие ладони, и он поёжился, чувствуя холодные пальцы даже через рубашку и жилет.       — Совсем так окоченеете, дорогой мой, — дыхание Валентайна обожгло щёку. — Отправили бы меня проветриваться на улицу, чтобы не морозить вас почём зря.       — Предлагаете в следующий раз выгнать вас из вашей же конторы? — усмехнулся Дориан. — Неужели в ваших глазах я настолько ужасный компаньон?       — Ужасный, скорее, я, раз заставляю вас мёрзнуть. Октябрь нынче промозглый, а отдавать вас в цепкие лапы сезонной простуды, знаете ли, не хотелось бы, — улыбнулся в ответ Валентайн.       Беззлобно закатив глаза, Дориан вернулся к бумагам. Так… Контракт, парочка накладных, расписка из ателье… И везде стоит подпись одного лишь Валентайна. Ещё в первые месяцы работы бюро они с Валентайном договорились, что достаточно подписи одного из них: как выяснилось, не всегда оба владельца были на месте, а дела не имеют привычки ждать. Своему компаньону в рабочих вопросах Дориан полностью доверял, однако ради собственного же душевного спокойствия предпочитал перечитывать документы. Много времени на это всё равно не уходит: пробежавшись глазами по содержимому, Дориан выводил любимым пером свою фамилию и приступал к следующей бумаге.       Валентайн без малейшего стеснения наклонился из-за плеча и рассмотрел витиеватую подпись.       — Какая у вас всё-таки красивая фамилия, — довольно протянул он, бросая взгляд на компаньона.       — Хотите такую же? — ехидно ухмыльнулся Дориан, резко откинулся на спинку стула и повернул голову назад.       Он успел поймать взгляд Валентайна, чуть растерянный и удивлённый дразнящими нотками в его голосе. Доля секунды, и лицо мужчины снова приняло спокойное выражение, однако его вечно доброжелательная улыбка растянулась ещё сильнее, пока весь Валентайн едва не светился от удовольствия.       — Осторожнее со словами, дорогой мой, — довольно промурлыкал он. — Ваше предложение звучит крайне заманчиво, я ведь могу и согласиться.       От неожиданности Дориан покачнулся, едва не свалившись, однако вовремя схватился за столешницу. Ножки стула со стуком опустились на пол, и Дориан развернулся:       — Вы…!       Валентайн, этот ворон в человеческом сюртуке, встретил его возмущённый взгляд всё с той же довольной ухмылкой. Дориан почувствовал, как потеплели его щёки, и мысленно зажмурился: на бледной коже румянец был виден особенно ярко. Вот и Валентайн, кажется, заметил его, потому что глаза его сверкнули, и он рассмеялся, закинув голову.       — Ну же, Дориан, не стоит так страшно на меня смотреть! Лично я вижу в вашем предложении одни плюсы. Вы подумайте: сократим название бюро почти вдвое, и у нас останется свободное место как на вывеске, так и на визитках.       Дориан с нарочитым подозрением сощурился:       — Валентайн, вы ли это? Только подумайте, сколько будет стоить замена этой самой вывески!       — По такому случаю можно и потратиться, — отмахнулся Валентайн. — Заменить вывеску — расход на один раз, а вот возможность подписывать друг за друга бумаги останется с нами на всю жизнь! Как по мне, это выгодное вложение.       Дориан хотел было возмутиться очередной бессовестностью своего компаньона, однако не нашёл в себе ни сил, ни желания. Вместо этого он рассмеялся, одним движением скрутил бумаги и шутливо ударил ими по чужой руке:       — Вы невыносимы, Валентайн!       Валентайн усмехнулся в ответ и затих. Лицо его приняло неожиданно мягкое выражение, а взгляд, казалось, потеплел. Он улыбнулся:       — Для всех, кроме вас, душа моя.