Шепот сквозь грозу

Тишину в комнате нарушало лишь потрескивание дров в камине и ровное, убаюкивающее постукивание дождя по оконному стеклу. Тигнари уютно устроился в углу кровати, укутавшись в мягкий плед. В его руках была раскрыта книга, а на столике рядом дымилась чашка травяного чая, наполняя воздух тонким ароматом лотоса и полыни. Его длинные, чуткие уши слегка подрагивали, улавливая каждое слово с страницы. Здесь, в тепле и тишине своего дома, он чувствовал себя в абсолютной безопасности. Дверь с резким шумом отворилась. Уши настороженно поднялись, повернулись к источнику звука. Кто это мог быть в такую погоду? На пороге, залитый потоками воды, стоял Сайно. Дождь струился по его лицу, сбивал светлые волосы на лоб, пропитал плащ до такой степени, что он казалась в два раза тяжелее. Но в его руках, аккуратно прижатая к груди, была небольшая плетёная корзинка, накрытая куском ткани. — Сайно?! — вырвалось у Тигнари, его глаза расширились от удивления. — Что ты… В такую погоду? Сайно усмехнулся, откидывая мокрую прядь. — Встретил старушку на площади. Продавала последние красные яблоки. — Его голос был хрипловатым от влажного воздуха. — Вспомнил, как ты в прошлый раз хвалил, что они сладкие, как летнее солнце. Или что-то в этом роде. Тигнари замер, глядя то на корзинку, то на его промокшее до нитки лицо. Сайно осторожно поставил корзинку на стол и снял мокрый плащ. – Как дела, Нари? — Читаю книгу про грибы, — ответил Тигнари и сильнее укутался в плед, словно вид насквозь промокшего Сайно пробирал его до дрожи. Сайно босыми ногами дошёл до шкафа, оставляя на полу мокрые следы. – О, полезная книжка. – Он взял с полки большое полотенце и свою одежду. – До сих пор не могу выкинуть из головы тот день, когда ты наелся каких-то грибов. Пришлось два часа тебя откачивать. – Э-это.. – Тигнари покраснел и захлопнул книгу в своих руках. – Я просто немного перепутал. Лисёнок отвёл взляд и тихо проворчал что-то про исследования новых видов. Сайно лишь рассмеялся и ушёл в ванную. Когда генерал вышел, он сел на кровать рядом с Тигнари и прислонился спиной к стене. — Спасибо, — тихо сказал Тигнари, бросая взгляд на корзину. — Это… очень мило с твоей стороны. — Пустяки, — отмахнулся Сайно, но его взгляд был тёмный и пристальный, говорил об обратном. – Иди сюда. Тигнари понял его без лишних слов, он вылез из своего маленького убежища и осторожно сел на колени Сайно. Его тут же обхватили сильные руки, одна на пояснице, а другая зарылась в тёмных волосах на затылке. Тигнари шумно выдохнул и в привычном жесте обвил руками шею Сайно. Поцелуй начался медленно и нежно. Они целовались так пару секунд, а затем Сайно слегка сжал волосы на чужом затылке, но не слишком сильно, чтобы не было больно. Тигнари приоткрыл рот, позволяя углубить поцелуй, на что Сайно тихо фыркнул. Теперь они целовались резко и жадно, прижимаясь друг к другу телами ближе. Лёгкие горели от нехватки воздуха и Тигнари медленно отстранился, хватаясь трясущемися от возбуждения руками за пуговицу на рубашке. Та не поддавалась, будто не хотела обнажать тело хозяина. Сайно, наблюдавший за этой сценой, наклонился к Тигнари и промурлыкал ему на ухо. – Лисичку искали в песке, а он затерялся в своей же пушистости. – Тигнари тут же вспыхнул от смущения и укусил Сайно за мочку уха. – Ай! Сдаюсь, сдаюсь. Сайно рассмеялся, хватаясь за руки Тигнари и отвел их по сторонам. Он сам начал медленно растегивать рубашку. Когда Тигнари остался в одних штанах, Сайно одним движением скинул с себя футболку и притянул Лисёнка к себе, снова кладя руку на поясницу, он спустил её ниже и слегка надавил на чувствительную точку под хвостом. Тигнари застонал, прогнулся в спине и откинул голову назад. Сайно тут же припал к его шее губами, слегка покусывая. Воздух в комнате сгустился, а окна медленно покрывались дымкой. Тишину разрывало лишь прерывистое дыхание и стоны. Тигнари выгибался от нежных и дразнящих прикосновений, в голове было пусто, мысли покинули его сознание, а в глазах периодически темнело от новых и новых ласк. И вдруг за окном вспыхнуло ослепительно-белое. Молния разрезала тьму и на секунду в комнате стало светло, как в полдень. Тигнари инстинктивно зажмурился. А потом пришёл звук. Не просто гром. Для обычного человека это был бы оглушительный раскат. Но для чуткого, тонкого слуха Тигнари, улавливающего шёпот листвы за километр, это был взрыв. Физически болезненный, раздирающий удар, от которого содрогнулись стены и воздух. Тигнари вскрикнул, коротко, пронзительно, совсем не по-взрослому. Его тело сжалось в тугой комок, как от удара молнии. Уши, только что расслабленные в блаженстве, мгновенно прижались к голове, стараясь исчезнуть, вжаться в череп, чтобы не слышать этого ужаса. Вся кровь отхлынула от лица. Он затрясся, его охватил первобытный, неконтролируемый страх. Он инстинктивно рванулся, пытаясь зарыться в подушку, спрятаться. Но ему не дали. Сильные руки Сайно, только что ласкавшие, мгновенно обхватили его. Он не отстранился, не проявил ни секунды раздражения. Напротив, он притянул Тигнари, одним плавным движением к себе. Одной ладонью он прижал дрожащую голову к своей груди, прямо над бешено колотящимся сердцем. Другой рукой он крепко обнял его за плечи, гладя спину широкими, успокаивающими кругами. — Тссс, — его голос прозвучал прямо над головой Тигнари, низкий и абсолютно спокойный. — Всё хорошо Я здесь. Это просто гром. Он не тронет тебя. Я здесь. Он повторял это снова и снова, как мантру, пока судорожные вздохи на его груди не начали понемногу стихать. Сайно чувствовал, бешено бьётся сердце лисенька. Снова блеснула молния и Тигнари снова вздрогнул, глухо всхлипнул, хотя гром был уже тише. И тогда Сайно решил сменить тактику. — Знаешь, в пустыне грозу ждут, как праздник. — Начал он тем же ровным, спокойным тоном, не ослабляя объятий. — Воздух пахнет озоном и влажной землёй, которую ты можешь почувствовать только раз в году. Однажды, когда я был ещё пацаном, я решил, что если поймаю взглядом молнию, то мне будет сопутствовать удача весь следующий год. Он чувствовал, как Тигнари затих, прислушиваясь к словам сквозь страх. — Я высунулся из окна и пялился в небо, пока глаза не начали болеть. А потом такая яркая полоснула, что я ослеп на секунду. От неожиданности я дёрнулся, нога поскользнулась на мокром подоконнике и я с грохотом свалился в лужу, которую сам же и натаскал с крыши. — Сайно улыбнулся. — Удачу не поймал, зато получил нагоняй от тётки за испачканную одежду и насморк на неделю. Тигнари тихо, неуверенно фыркнул ему в грудь. Это был скорее выдох, чем смех, но Сайно воспринял это как победу. Ещё одна вспышка. Тигнари лишь глубже прижался к нему, но уже не вздрагивал так сильно. – А ещё недавно я увидел такую занимательную сцену. Меня в гости пригласил Кавех. Когда я пришёл и постучал в дверь, мне никто не ответил. Я зашел в дом и услышал какие-то странные звуки на кухне. Пришлось снова выйти и уже громче постучать в дверь. Но знаешь что, Нари? Мне опять никто не ответил. И тогда я пошёл на кухню. А там.. Кавех сидел на коленях перед Хайтамом, весь в муке и отсас... Как думаешь, Нари, как быстро покраснеют их лица, когда мы пошутим на эту тему? – Сайно, это слишком жестоко! – Тигнари тихо рассмеялся ему в грудь. – Давай лучше напишем, что всё знаем и оставим записку? Спрячемся за здание и будем наблюдать за их реакцией. – Я об этом как то не подумал. – Сайно улыбнулся и погладил лисёнка по голове. – Давай так и сделаем, будет ещё смешнее. Ещё один раскат грома и Тигнари тут же прижался сильнее. – А сейчас расскажу тебе историю из пустыни. Вчера увидел там такое интересное растение, тебе понравится. Истории текли одна за другой, нелепые, смешные, выдуманные на ходу. Сайно говорил о первом удачно пойманном скарабее, о форме облака, которое было точь-в-точь как огромная рыба, о вкусе пережаренной на костре лепёшки. Его голос стал гипнотическим, ровным фоном, который застилал собой раскаты грома. Постепенно дыхание Тигнари стало глубоким и ровным. Тело обмякло, полностью доверившись рукам, что его держали. Его уши, наконец, расслабились, мягко упав вдоль головы. Он почти заснул. Сайно замолчал, прислушиваясь. Гроза отступала, громовые удары уходили за горизонт, оставляя после себя лишь умиротворяющий шум дождя. Он осторожно, чтобы не потревожить, посмотрел на лицо Тигнари. Длинные ресницы отбрасывали тени на бледные щёки, губы были слегка приоткрыты. Полное, безмятежное спокойствие. Сайно наклонился и очень бережно прикоснулся губами ко лбу спящего. Затем он накрыл их обоих тёплым пледом, всё ещё держа Тигнари в объятиях. Он закрыл глаза, прислушиваясь уже не к грому, а к тихому, ровному дыханию у своего сердца.