Снег над Хогвартсом

Серое небо опять заволокло тучами. В этом году декабрь в Хогвартсе выходил отвратительным: первый снег сахарной пудрой осыпался в конце ноября и с тех пор (а прошло уже 20 дней), не выпалио больше ни снежинки. Очень странная, даже в каком-то смысле удивительная, погода для Шотландии. Всё это Драко заметил лишь краешком сознания. Привык обращать внимание на все, даже самые незначительные, детали — никогда не знаешь, что пригодится для выживания. Выживание. Да, печально, но это именно то, к чему свелось многолетнее аристократическое воспитание Малфоев — тупые попытки не сдохнуть на этой чёртовой войне. "Мы выше всего этого", — всегда говорил Драко отец. “Нам никогда не прийдётся марать руки“ И где он теперь? Стоит на вершине Астрономической башни и курит обычные магловские сигареты, пытаясь хоть на секунду забыть точ что он должен сделать. Конечно, это была редкостная дрянь. Табак, хотя и самый дорогой, словно плёнкой оседал на лёгих — так это ощущалось. Но всё лучше, чем опять спускаться и пытаться починить исчезательный шкаф. Блядский шкаф. И угораздило же Драко стать самым молодым Пожирателем. И всё ради чего? Чтобы его папочку не убили. И ведь не дрогнула рука отдать сына ради прощения своей ошибки. Двинутый фанатик. А ведь скоро Рождество... Драко знал, (вычитал в детстве в какой-то дряхлой книжонке) что даже маглы, не воевали в Рождество. Маглы, которые считались некультурным, необразованным отребьем, ворующим магию. Чуть ли не дичью. И даже они понимали, что когда-то всем нужен отдых. От войны, от предрассудков, от вечной ненависти. Хотя бы один день в году, когда можно было расслабиться. Драко же такого удовольствия был лишён, именно поэтому он и травил себя никотином на промёрзшей крыше каждый вечер на протяжении последних нескольких месяцев. Вредно для здоровья? Куда там. Его жизнь итак давно отравлена. Драко выпустил в небо ещё порцию дыма, наблюдая как он медленно рассеивается, сливаясь с такими же серыми облаками. Жаль снега нет. Драко любил снег. Его размышления прервал звук чьих-то шагов. Кто-то бежал по лестнице вверх, а потом буквально вывалился на крышу. — Малфой?! - голос гриффиндорки дрожал, как будто она только что рыдала. Или только собиралась. — Проваливай, Грейнджер, — Драко даже не повернулся, лишь сделал новую затяжку. Он ожидал услышать в ответ: "Вообще-то, это общая крыша и до времени отбоя я, как и ты, легально могу здесь находиться!" Или что-то ещё, на заучъем. Но вместо этого он услышал лишь: — Дай мне тоже, – Гермиона, подошла ближе к краю и протянула руку. — Полегче, маленьким девочкам такое вредно, – немного усмешки всё же просочилось в голос Драко. Удивительно, он думал, что давно исчерпал запах всех своих эмоций. — Драккловы яйца, ты можешь просто дать мне покурить, тебе жалко что ли?! – не выдержала Грейнджер. Очевидно, у неё тоже был не самый лучший день. — Наша Золотая девочка ругается? Это что-то новенькое, — протянул Драко и заинтересованно повернул голову. — Сигареты ей дай, а ещё что попросишь? Малфой насмешливо ухмыльнулся. Выводить заучек из себя — давно забытое развлечение, которое ощущалось на вкус как далёкое детство. Как время, когда можно было назвать Грейнджер бобрихой или зубрилой просто потому, что она опять получила более высокую оценку по трансфигурации, а не пытать её, потому что так приказал выживший из ума Тёмный Лорд. — В идеале, спокойную счастливую жизнь для меня и всех дорогих мне людей, а ещё... Снег. Так хочется, хоть капельку Рождества. Мрачные мысли снова накрыли Драко с головой. О первом он и сам мечтал (и речь не о сигаретах), а о втором... — Solace omnibus — Что это? – сначала не поняла Грейнджер, которая уже и думать забыла о сигаретах. И уж тем более о том, зачем вообще сюда пришла. Это был её самый длинный разговор с Драко Малфоем. И он до сих пор ни разу не назвал её грязнокровкой. Удивительно. И тут вдруг что-то маленькое упало ей на нос. Маленькое и холодное. Снег. Прямо из этого серого, недружелюбного неба падали одна за другой крупные снежинки, хлопьями. С каждой секундой их становилось всё больше и вскоре уже казалось, словно Хогвартс поместили в Новогодний шар. — Снежинки! – радостно воскликнула Гермиона, не удержавшись. — О, Мерлин, это же настоящий снег! Она улыбалась как ребёнок и казалось, что вот вот подпрыгнет и захлопает в ладоши. Но вместо этого она сделала ещё более удивительную вещь. Гермиона высунула язык и ловила им снежинки. С таким усердием, словно хотела получить за это превосходно. Это позабавило Драко. Оказывается, и на этой войне остался хоть кто-то, кто ещё помнит, какого это – быть счастливым. В какой-то момент Грейнджер, которая смотрела исключительно вверх, потянулась за особенно крупной снежинкой и, не удержавшись, начала заваливаться прямо в сторону Малфоя. В последний момент он подхватил её под локти и поставил ровно перед собой. — Спасибо, Драко, – сказала гриффиндорка, подразумевая не только то, что он не дал ей упасть. — С Рождеством, Гермиона, – прозвучало в ответ, и Драко подумал, что маглы, не такие уж и бесполезные, раз придумали делать перемирие в Рождество.