Жизнь яблочной

Солнечные лучи робко пробивались сквозь полузакрытые жалюзи, рисуя полосатые тени на спине Эбби . Она стояла у комода, рассматривая фотографию в рамке, ее тонкая шея была так беззащитна. Яблочная поднилась потянувшись она оделась. Повернувшись девушка посмотрела на подушечкой пальца водя по пыльной поверхности дерева, пока не наткнулась на холодное стекло фоторамки. На снимке они смеялись — она и Энгель, их волосы слиплись от морской соли, а глаза щурились от яркого света, которого теперь, казалось, не существовало. Ее тонкая шея, такая беззащитная в утреннем свете, напряглась. Глоток застрял в горле, горький, как пепел. Она потянулась, и мышцы спины плавно сдвинулись под кожей, как крылья птицы, готовой к полету, которую она все никак не могла совершить. В зеркале над комодом мелькнуло ее отражение — бледное, с синяками под глазами, которые не скрыть. Но в глубине зрачков еще тлел огонек. Дверь в спальню скрипнула. Эбби обернулась увидив свою мать Мисс Малум. Она застыла на пороге, будто призрак, материализовавшийся из воздуха. Ее шёлковое красное платье был безупречен, а взгляд — тяжелым и влажным, как августовский воздух перед грозой. —Доброе утро дорогая, — с улыбкай сказала она, — завтрак на столе спускайся. Эбби кивнула после чего Малум ушла вниз яблочная потянулась убеокя остатки сна и горечи, и медленно направилась к двери. Каждый шаг отдавался глухим эхом в тишине дома, который когда-то был полон смеха, а теперь казался лишь холодной оболочкой воспоминаний. Умывшись она спустилась вниз на кухню, где уже накрыт стол. Аромат свежеиспеченного хлеба и кофе витал в воздухе, но для Эбби он казался призрачным, неспособным развеять туман печали, окутавший ее. Мисс Малум сидела во главе стола, ее лицо было непроницаемо, лишь легкая складка между бровями выдавала скрытое напряжение — Ты хорошо спала, дорогая? —спросила она, ее голос был ровным, почти безэмоциональным. Эбби кивнула не поднимая глаз —Мам меня друзья позвали сегодня в гости ты не против если я пойду? — Спросила девушка смотря на мать —Конечно, дорогая. Только будь осторожна. И вернись до темноты. В голосе матери не было ни тени упрека или подозрения, но Эбби почувствовала, как напряжение в ее груди немного ослабло. Она знала, что мать беспокоится, но сейчас ей было нужно хоть какое-то подобие нормальности, возможность вырваться из этой гнетущей тишины. — Спасибо, мам, — тихо ответила Эбби. Поднявшись из-за стола, Эбби поспешила в свою комнату. Ей хотелось поскорее уйти, вдохнуть свежий воздух, почувствовать себя живой, а не призраком, блуждающим по коридорам прошлого. Она надела джинсы и свободную футболку, собрала волосы в небрежный пучок она побежала на улицу. Улица была залита солнцем, и щебет птиц казался особенно громким после тишины дома. Эбби шла по знакомой дороге, мимо аккуратных домиков с ухоженными садами, и постепенно чувствовала, как напряжение отступает. Она дошла до дома своей подруги Клэр, где уже собрались остальные. Дверь распахнулась, и Клэр, увидев Эбби, крепко обняла ее. — Эбби! Мы так рады тебя видеть! — воскликнула Клэр, и ее искренняя радость была заразительна. Яблочная зашла в дом там к ней вышли Энгель, Баблл и Лана все поздоровались и уселись за стол

***

Аромат еды висел в подвале, где мерцал экран телевизора с фильмом включённым на фон. — Скучно, — протянула Баблл. Девушка протянула ногу, её стопа случайно коснулась голой щиколотки Эбби под столом. Она не сразу поняла, что это было — случайность или намерение. Тепло чужой кожи на своей щиколотке заставило Эбби вздрогнуть, но она не отдернула ногу. Воздух в подвале сгустился, стал сладким и тягучим, как патока. — А что не скучала? — тихо спросила Лана, её голос прозвучал как выдох. Энгель перевёл взгляд с экрана на Эбби. Его глаза, обычно ясные, теперь потемнели. Он медленно опустил руку под стол, и его пальцы легли на колено Эбби поверх джинсы. Она замерла. Сердце забилось так громко, что казалось, его услышат все. Клэр улыбнулась уголком рта, её взгляд скользнул по лицам подруг. Она наклонилась к Эбби, и её губы почти коснулись уха. — Расслабься, — прошептала она, и её дыхание было горячим. — Мы скучали по тебе. По-настоящему. Пальцы Баблл впились в её бедро, прощупывая деним, будто ища путь внутрь. Эбби выдохнула резко, когда Клэр лизнула её мочку уха, оставив влажный горячий след. Энгель не спрашивал — его ладонь скользнула по внутренней стороне её бедра, твёрдо и неумолимо. Джинсы внезапно стали тесной клеткой. Клэр первой расстегнула пуговицу, металл щёлкнул в гулкой тишине подвала. — Давно пора, — прошептала Лана, целуя её шею, пока Баблл тянула молнию вниз. Пальцы Энгеля залезли под шорты Эбби ощупывая её. Лана наклонилась и взяла её в глубокий, поцелуй, с языком, в то время как Клэр спустила джинсы с её бёдер. Воздух коснулся кожи, а затем его заменили губы Баблл — она целовала внутреннюю поверхность бедра Эбби, медленно приближаясь к центру. — Расслабься, — повторила Клэр, но теперь её рука уже была под футболкой, сжимая грудь через лифчик. Энгель натянул на себя Эбби, усадив её к себе на колени спиной. Она почувствовала его твёрдую длину через джинсы, прижавшуюся к её пояснице. Баблл сняла с неё трусики одним движением и тут же прижалась лицом к её промежности, её язык нашёл клитор без колебаний. Эбби застонала в рот Лане, её бёдра дёрнулись. Клэр обнажила её грудь, прикусив сосок, а Энгель одной рукой держал Эбби за талию, другой — расстёгивал свою ширинку. Пернатый освободил свой член — толстый и тяжелый, он прижался к обнаженной коже Эбби. Его предэякулят оставил влажную полосу на ее пояснице. Та, оторвавшись от поцелуя, взяла Эбби за подбородок, заставляя смотреть вперед. Клэр перешла на второй сосок, оставляя на нежной коже красные отметины зубов. А Баблл работала языком заставлял тело Эбби биться в мелкой дрожи. Энгель не стал дожилаться. Он направил головку члена к ее влажному, гостеприимному входу, все еще растянутому языком Баблл. Одним мощным толчком таза он вошел на всю длину. Эбби взвыла, ее крик поглотила ладонь Ланы. Тесная, обжигающая плоть сомкнулась вокруг него. — Вот так, — прошептал Энгель ей в ухо, начиная двигаться. Его ритм был неумолим, как удар метронома. Каждый выдох Эбби совпадал с его движением внутрь. Клэр, отпустив грудь, потянулась вниз. Ее пальцы нашли пульсирующий бугорок, над которым работала Баблл, и присоединились — теперь язык и два пальца синхронно терзали клитор. Эбби захлебнулась ощущениями. Ее мир сузился до жара внизу живота, до толчков Энгеля, вышибающих душу, до жадных ртов и рук, покрывающих ее тело. Волна нарастала где-то в глубине, черная и неотвратимая. Лана снова поцеловала ее, соленость слез смешалась со вкусом ее помады. Энгель ускорился. Его пальцы впились в ее бедра, оставляя синяки. Лана отпустила её подбородок, скользнула влажной ладонью вниз по шее, остановилась на груди, сжимая её в такт ударам Энгеля. Эбби закатила глаза, её ногти впились в простыню. Глубже. Ещё глубже. Этот напор не оставлял места для мысли, лишь для животного отклика. Внутри всё сжималось, плавилось, рвалось к обрыву. Энгель почувствовал, как её внутренности судорожно вытащил член кончив на спину яблочной. —Ох прости, — устало сказал Энгель. — Ты же не думала, что на этом всё закончится? — прошептала Лана, начиная медленно двигать пальцами. Энгель наблюдал, одной рукой снова лаская свой полувозбужденный член. Эбби застонала, её бедра приподнялись навстречу движениям. Баблл, все ещё стоявшая на коленях между её ног, наклонилась и вновь провела языком по чувствительному клитору, заставляя тело Эбби выгнуться в новой судороге. — Наша очередь, — сказала Клэр, снимая с себя топ. Грудь Клэр вывалилась из топа, тяжелая и бледная в свете ночника, соски уже затянутые темно-бордовыми от возбуждения ареолами. Она прижала одну к пересохшим губам Эбби, давя, пока та не открыла рот и не приняла жесткий бугорок с жадным всхлипом. — Вот так, — прошептала Клэр, закинув голову, когда мокрый язык девушки завертелся вокруг её соска. Лана ускорила движение пальцев внутри, чувствуя, как стенки Эбби сжимаются в предвкушении нового пика. Бедра девушки дрожали, её стоны заглушались плотью Клэр. Баблл, не отрываясь от своего занятия у клитора, одной рукой потянулась к ягодицам Эбби, пальцы скользнули ниже, к зажатому, нетронутому отверстию, просто обводя его край подушечкой большого пальца. От такого член Энгеля снова поднялся дождавшись пока три девушки кончат он потянул Эбби лицом к своему паху. Эбби не сопротивлялась, когда его пальцы вплелись в ее волосы. Аромат чистого мужского возбуждения ударил ей в ноздри, густой и соленый. Она зажмурилась. Первый толчок был инстинктивным, когда кончик коснулся ее сжатых губ. Она отпрянула, но крепкая ладонь Ланы уперлась ей в затылок помогая полностью заглотить член друга. Через минут двадцать парень кончился ей в рот вкус был солёными и немного горьким, но тем не менее Эбби проглотила всё. После всего они помогли друг другу одеться и разашлись.