The last breath/Последний вздох

С крыши открывался вид на парк при Пальметто. Пепел срывался с сигареты прямо вниз. Эндрю поёжился. Сколько раз он хотел также сорваться с крыши, как этот пепел? Один прыжок - и никаких проблем больше. Нет Дрейка, нет проблем с семьёй, нет семьи... Раздался глухой металлический стук. Вход на крышу. Эндрю, предварительно выкинув окурок с крыши, подошёл ближе и открыл люк. Рыжая голова взглянула океаном голубых глаз на Эндрю. Тот отвернулся и прошёл к карнизу в молчаливом согласии на присутствие Нила. Когда Джостен сел рядом с ним, Эндрю достал из пачки две сигареты и, протянув одну Нилу, закурил свою. Они молчали долгие минуты. Джостен молчал тоже, не объясняя причину своего присутствия так долго, что Эндрю уже сам подумывал спросить, как вдруг Нил прервал тишину. -Откажись от обещания. Сердце Эндрю ухнуло и упало в пятки. А возможно с крыши. Однако внешне он был также равнодушен. -Нет. -Кевин больше не нуждается во мне. Он выбрал лисов. Эндрю молчал минуту, обдумывая ситуацию. -Причины? - наконец спросил он. -До тех пор, пока я прячусь за тобой, я всё ещё убегаю. Хочу уметь постоять на себя сам. Эндрю молчал. Нил послушно ждал и тоже молчал. -Что-то не так? - Миньярд сам не ожидал этого вопроса от себя. Когда он вообще в последний раз заботился о том, случилось ли у кого-то что-то плохое или нет? Нил блеснул своим ярко-голубым, как летнее небо, взглядом. Он отвернулся, его глаза вновь устремились в парковку под ногами. -За мной скоро придут люди отца.. Сердце Эндрю дрогнуло. -..И убьют меня. Нил никогда не шутил. Эндрю молчал. Долго молчал. Он так и не признался Нилу. Он так и не впился в его пухлые манящие губы. Они никогда не будут вместе. Никогда не будут счастливы. Ладно он, но Нил. Он в самом расцвете сил. У него ещё впереди. У него нет судимостей, он не хотел сдохнуть. -Мы умрём вместе -Нет, - перебил Нил Эндрю сразу, - Не смей. Ты должен жить. -Не могу. Нил вперил голубые глаза в него. Как же он их ненавидел. Эти яркие, поглащающие душу глаза. Ради которых можно пойти на всё на свете. Только чтобы они всегда светили своим синим загадочным, манящим светом изнутри. Эндрю также ненавидел вечно растрёпанные рыжие волосы, к которым так и тянулась рука, чтобы причесать. Или погладить? Эта внешность. Внешность ведьмы. Притягивала. И за это Эндрю её ненавидел. -Что не можешь? Эндрю отвёл взгляд. Не сейчас. Но если не сейчас, то когда? Провалиться бы сквозь землю. Или просто шаг вперёд... Эндрю знал, что Нил отцепится от него, если он промолчит. Он промолчал. Но выходя с крыши всё-таки не отстал. -Эндрю... -Отвали! - сейчас жалостливый взгляд Нила манил как никогда. Нельзя, нельзя смотреть. Лишь погрузишься и разрешишь. Нельзя разрешать себя. Эндрю убежал в комнату, захлопнув дверью. Он пожалел, что накричал на Нила. Ему осталось жить совсем немного, а он тратит его драгоценные последние минуты на это... В тот же момент он выскочил из-за двери, перехватил Нила в коридоре у лестницы на крышу и прижал к стене. -Нил. Я не оставлю тебя. -Ты нужен для команды, Эндрю. Ты сильный вратарь, а что я? Вы жили без меня гораздо лучше. Когда я пришёл все пошло наперекосяк, я должен исправить всё... -Ты не умрёшь такой смертью. -Умрёт, - послышался женский голос сзади, - Если этого конечно захочет его отец. Нил побледнел. -Кто она? - спросил Эндрю тихо на немецком. -Девочка на побегушках у отца, - ответил Нил. Резким движением Эндрю двинулся на Лолу. Нил заметил в его руках нож, но за спиной у Лолы был электрошокер. Эндрю очнулся позже Нила. Тот яростно просил мужчину, его взрослую копию, отпустить их. Было темно и светло одновременно. Жужжали противные белые больничные люминесцентные лампы. Его отец жутко улыбался во весь рот. Глаза его горели в предвкушении. Не так, как у Нила. Они светились ярким злорадствием и безумием. Эндрю было невыносимо слушать, как их поливают грязью, что они гомики, пидорасы и другие плохие люди. Натан Веснински особенно ненавидел "таких", что послужило вспышкой агрессии. Он резал ножом по спине Нила, которая и так была покрыта давнишними шрамами. Сын мясника выл и кричал. Эндрю не было так больно, когда Мясник выцарапывал на его спине узоры. Ему не были так больны свои мучения, как мучения Нила. Ему было больно слышать его жалобный стон и видеть его страдания. Эндрю безмолвно ронял редкие слёзы. Ему почти не было больно физически. Что сейчас он испытывал казалось цветочками, по сравнению с тем, что с ним делал в детстве его брат. -Если притворимся мёртвыми, от нас отстанут - прерывисто шепнул Эндрю на немецком Нилу, после чего сильно получил ножом по спине. -Говорите, чтобы понимали все! - крикнул Натан, но вскоре он и правда отстал от них, когда Нил выполнил просьбу Эндрю. Нила и Эндрю поместили в чёрный мешок, в котором была одна единственная дырка, сквозь которую сочился свет. Нил то приходил в сознание, то снова его терял. Глаза. Глаза теряли свет. Эндрю закрывал свои глаза, а когда открывал их, то из них по щеке катилась крупная слеза, оставляя мокрую дорожку после себя. По ощущениям, их бросили на что-то металлическое и длинное. Эндрю обдало жаром. Рельсы. -Где мы?... - прошептал Нил на немецком, когда голос отца и Лолы начал постепенно отдаляться. -На железной дороге. Юноша встрепенулся. -Бежим. Не время ждать смерти! -Мы связаны. Нил попытался оттолкнуться от пола, но по-видимому помимо верёвок снаружи к ним ещё привязали пару кирпичей. -Н-нет... Эндрю! Не говори, что мы... Эндрю молчал. -Вместе! Эндрю! Прошу.. Давай.. Эндрю толкнулся. Они толкнулись. Тщетно. -Эндрю.. - Нил заплакал, как маленький ребёнок. Он уткнулся плечом в плечо Эндрю и заревел. Эндрю слегка оттолкнул его лицо от себя. Нил опешил, но вспомнил, что парень не любит прикосновения. Послышался звенящий приближающийся гудок поезда. Это прозвучало сигналом в его голове. "Действуй". Эндрю подтянулся к голове Нила и прижался своими губами к его.