Реинтерпретация и другие истории

В 2000 году Мелинда встречает двух других «шептунов», которые подходят к потерянным душам иначе, чем она, но так ли они похожи, несмотря на общий дар? Переосмысление второго эпизода первого сезона «Мне всегда будет шесть лет» / « The Crossing » [«Переход»] и встречи Мелинды, Габриэля и Пола.

4. Обычный день, неожиданная встреча и другие новости

Одним сентябрьским днем 2000 года Мелинда, недавно вышедшая замуж, направляется в свой антикварный магазин. Перед тем как открыть дверь, ее встречает не ее партнерша Андреа Марино, а блуждающий дух шестилетнего мальчика. Она внимательно разглядела его, очень заинтригованная его присутствием: маленький мальчик в полосатом свитере и темно-синих брюках, испачканных следами крови, с светло-каштановыми волосами и большими карими детскими глазами, в которых светилась печаль. Увидев его, шептунья духов почувствовала боль. Она спросила его материнским тоном, сдерживая слезы: — Мальчик, что ты здесь делаешь? Почему ты так грустный? Как тебя зовут? — Я Кевин... Я грущу, моя мама слишком много плачет... И я плачу, когда вижу ее, потому что она мне не помогает... К тому же она меня игнорирует, хотя я никогда в жизни не чувствовал себя таким живым... — Почему тебе нужна помощь, чтобы пообщаться с мамой? Как тебя зовут полностью, Кевин? Но ты же понимаешь, что ты больше не среди живых? Ты всего лишь дух, поэтому мама тебя не видит. Это не значит, что она тебя игнорирует... Дух исчезает, бросив последний взгляд, полный печали и кратковременного вспышки гнева, на молодую женщину. Та остается в недоумении, не зная, что и думать о ситуации с духом. Она открывает дверь и входит в свой магазин, приветствуя свою напарницу. Это молодая итальянка, которая работает с ней уже несколько месяцев, элегантная и стройная девушка, которая выше ее на двадцать пять сантиметров, всегда веселая и в хорошем настроении. Увидев ее, она бросает на нее вопросительный взгляд. — Мадемуазель Марино, — успокаивает ее шептунья душ, — вам не о чем беспокоиться, я разговаривала с мужем... Ничего странного, правда? — Ладно, — скептически отвечает напарница, нахмурившись. — Вы меня видите, мадам? — спрашивает блуждающий дух справа от Андреа. Шептунья духов описывает его: пожилой, довольно тучный мужчина, одет в синий костюм и белую рубашку, лысая голова скрыта под беретом, усы серо-белые. Ему восемьдесят пять лет, он выглядит как весельчак и довольно симпатичный, в его взгляде и поведении нет ничего плохого или коварного. Мелинда убеждается в его добрых намерениях. — ... Можете ли вы тогда сказать девушке, чтобы она взяла фотографию за плитой и отдала ее моему внуку Альберту? — спрашивает дух, полный надежды, что кто-то наконец-то сможет ему помочь. — Мадемуазель Марино, пойдемте со мной в заднюю комнату, я должен сообщить вам конфиденциальную информацию, которая не для посторонних ушей. — Хорошо, я иду, — серьезно отвечает Андреа, удивленная, но и заинтригованная. Сказано — сделано, Мелинда смотрит на свою напарницу и утверждает: — Я не обычная женщина, я могу общаться с душами умерших. — Вы серьезно? — спрашивает Андреа с удивленной улыбкой на губах. — Да. — Но это же потрясающе! Совершенно необыкновенно! — восклицает она, явно веселая и искренняя. Успокоенная, Мелинда выдыхает вздох радости и продолжает, с лучезарной улыбкой на лице. — Я так боялась, что меня высмеют, что теперь я успокоилась! Хорошо! Я хотела сказать вам, что за вами следует дух... Господин? ... Она поворачивается к старому духу, блуждающему рядом с Андреа, и наблюдает за ним, ожидая ответа. — Я Филипп Дюпюи, бывший жилец этой квартиры. Она кивает головой и повторяет информацию, упомянутую духом. — ... И он хочет, чтобы вы взяли фотографию за плитой и отдали ее его внуку, Альберту Дюпюи. Это верно, месье? Дух кивает головой и уходит. — Хорошо, я займусь этим, как только вернусь домой после работы. ... И ваш разговор у двери был не с вашим мужем, а с блуждающим духом, верно? — Да, верно, — признает она, опуская глаза, как ребенок, пойманный на еде варенья. Это маленький мальчик. Повернув голову вправо, она замечает Кевина. — Он справа от меня. Здравствуй, Кевин. Кевин приветствует ее. — Здравствуй, Кевин, — отвечает Андреа Марино, глядя в пустоту. Дух перемещается и смеется над поведением партнерши. — Мадам, эта слепая женщина забавная... Она глупо остается в той же позе, хотя меня уже нет в этом углу. Вы и мой друг нормальные, у вас есть глаза, вы хорошо видите... Она, указывая головой на Андреа Марино, слепая... — Кевин, — ласково упрекает его Мелинда, — не будь злым с моей напарницей. У нее просто нет этого дара, и все. Мальчик, с сомнением на губах, уходит. — Мадемуазель Марино, вернемся к стойке. И обе женщины ждут, пока появится клиент. Чтобы скоротать время, шептунья душ читает местные газеты последних дней, месяцев и лет, чтобы найти случай с блуждающим духом, который ее интересует, но тщетно. Вдруг в магазин входит Джим, за ним следует его мать Фабьен, элегантная женщина лет пятидесяти, одетая в зеленую блузку, коричневую юбку и темно-синее пальто, которое хорошо подходит к ее голубым глазам, обычно сверкающим от радости, но теперь немного померкшим из-за недавнего вдовства, и к ее светлым волосам. Ее единственным украшением является обручальное кольцо на правой руке и золотое колье с кулоном и обручальным кольцом ее покойного мужа. Джим представляет трех женщин: Мелинду, Андреа и Фабьен. Мелинда, заметив нетерпение блуждающего ума мальчика справа от нее, извиняется перед свекровью и поспешно покидает магазин. Джим объясняет своей матери, очень удивленной поведением невестки, что его жена обычно более общительна и приветлива, но в последнее время она очень занята работой антиквара. Фабьен, не особо убежденная объяснением сына, вежливо кивает, улыбается ему и сообщает: — Джим, ты знал, что твой брат Дэниел женится 17 ноября? — Я не знал, мама, я был слишком занят работой, — ответил он, искренне улыбаясь и сияя от радости по поводу такой хорошей новости. Наконец-то брат не будет больше одинок! ... И мы с Мелиндой приглашены, правда, мама? — Конечно! — притворно обиделась старушка. Я очень рада, что он нашел женщину, с которой хочет создать семью, некую Агату Хейманн. Она кажется очень симпатичной и, без сомнения, будет хорошей женой и матерью! Кстати, о семье, у тебя и твоей жены ничего нового? — спросила она, поднимая брови. — Ничего нового... — отвечает он протяжно, понимая ее мысль. Но, продолжает он более серьезным тоном, я предлагаю тебе переехать к нам и устроиться поудобнее. Пойдем со мной? — Да, да, пойдем! У меня будет достаточно времени поговорить с невесткой позже... Мать и сын направляются к дому молодой пары, свадебному подарку от отца Джима и отца Мелинды. Через несколько часов, вернувшись домой, Мелинда замечает Кевина в гостиной, играющего с пультом дистанционного управления, в то время как ее мачеха сидит на кухне и разговаривает с Джимом о своей свадьбе с пожарным Эйденом Клэнси, скончавшимся неделю назад. — Кевин, — вздыхает она, раздраженная, — не мог бы ты назвать свое полное имя? Ты же знаешь, что с одним только именем я не могу тебе помочь. И, кстати, не мог бы ты перестать переключать каналы? — Хорошо, мадам, — ворчит он. Он перестает играть с пультом. — ... Я Кевин Дюма, сын Тьерри и Флоренс Дюма, брат Марин. — Также, можешь ли ты... Не дождавшись, пока она закончит фразу, призрак снова начинает играть с пультом, увеличивая громкость, и уходит. Мелинда вздыхает, глядя на поведение призрака, и замечает в дверном проеме свою свекровь и мужа, встревоженных шумом телевизора, которые наблюдают за ней. — Мелинда, — спрашивает Фабьен, — что происходит в гостиной? — Э-э... Ничего, свекровь, — лжет она, уклоняясь от ее взгляда, чтобы найти алиби для появления блуждающего духа. — Мама, это просто проблема с телевизором, и все. Я попробую его починить... — добавляет Джим, подходя к аппарату и делая вид, что анализирует его со всех сторон, чтобы найти источник проблемы, спасая ситуацию. Фабьен бросает подозрительный взгляд на своего сына и невестку, когда замечает облегчение в глазах Мелинды, но не комментирует это и быстро возвращается на свое место на кухне, продолжая листать принесенные с собой фотографии и плача над воспоминаниями о совместной жизни с мужем.  Джим улыбается жене и шепчет ей, чтобы мать ничего не услышала: — Опять блуждающий дух, Мел? — Да, Джим. — Этот очень технически подкованный, раз умеет играть с пультом! — восклицает он, просто выключая телевизор. — Очень смешно, мсье, — обижается Кевин Дюма, надувая губы, появившись справа от него. — Дорогой, блуждающий дух — шестилетний мальчик, он, конечно, не компьютерщик и не специалист в этой области в его возрасте! — смеется она. — Ах! Я не знал... Прости, малыш, — отвечает он, смущенный. Мелинда улыбнулась в ответ на слова мужа, которые удовлетворили блуждающий дух. Последний, одобрив слова Джима, ушел. Чуть позже, когда ее муж и свекровь вышли на прогулку в парк, она начала искать в Интернете как можно больше информации об этом мальчике. Так она узнала, что он погиб в начале месяца, попав под машину, когда играл перед домом под присмотром матери. Водитель, некий Андре-Даниэль Колин, был осужден судом Реймса к двум годам тюремного заключения и штрафу в размере 45 000 евро. Выключая компьютер, она заметила высокого элегантного мужчину, ровесника своей свекрови, с каштановыми волосами, с сединой на висках, и голубыми глазами, из которых сверкали вспышки гнева. Он был одет в синюю рубашку, испачканную пятном крови, которое стекало по всей рубашке и темно-синему пальто, оставляя в некоторых местах засохшие следы, и темно-синие брюки. Без сомнения, этот человек может быть только Эйден Клэнси, думает Мелинда. Глаза шептуньи душ расширяются от страха при виде духа, она инстинктивно отступает на несколько шагов, так как до сих пор никогда не видела столь жестокого конца. Она заикается: — Здравствуйте... господин. Эйден Клэнси... Мой  свекор? Он кивком головы подтверждает своей невестке свою личность и, стараясь говорить спокойно, несмотря на гнев, который читается в его глазах и слышен в его голосе, заявляет: — Я хочу, чтобы справедливость восторжествовала, мой убийца не может безнаказанно разгуливать по улицам нашего города... — Кто он? Как я могу вам помочь? Эйден Клэнси смягчает взгляд, глядя на невестку, и шепчет: — Я найду кого-нибудь, кто мне поможет... Простите, я не хотел вас напугать... Но найдите мое кольцо и отдайте его моему младшему сыну, Дэниэлу, пока не стало слишком поздно... Или отдайте его моему старшему сыну, вашему мужу... Но поспешите! — встревоженно говорит он, с напряженными чертами лица и опечаленным взглядом. Я не хочу, чтобы еще одно несчастье обрушилось на нашу семью! И он исчезает, оставляя Мелинду глубоко потрясенной и опечаленной. Она быстро вытирает слезы, чтобы ее свекровь, которая должна была скоро вернуться, ни о чем не заподозрила. Чуть позже, когда она осталась наедине с мужем, она рассказала ему о просьбе своего отца. Джим, удивленный, прокомментировал: — Мел, я довольно удивлен, заинтригован и обеспокоен поспешностью моего отца... Официально он умер от случайного выстрела, без каких-либо сведений об убийце... И я очень хочу знать, почему он так привязан к своему перстню. Я знаю, где он, но сначала нужно сообщить об этом Дэну... — И как ты собираешься объяснить ему, что это желание твоего отца, который умер неделю назад? — Хороший вопрос... Я постараюсь найти оправдание... В худшем случае мы объясним ему правду, рискуя тем, что он больше никогда не захочет со мной разговаривать... Надеюсь, он не будет таким недоверчивым... Пара вздыхает, раздраженная. На следующее утро, проходя через парк по пути в свой магазин, шептунья духов заметила мальчика, оживленно беседующего с Кевином Дюма. Она подошла к ним и спросила: — Мальчики, что вы здесь делаете? — Я играю со своим другом Кевином, — ответил живой мальчик, семилетний мальчик с черными волосами и карими глазами, одетый в темно-синюю кофту, синее пальто и бежевые брюки. — А как тебя зовут? — вежливо спросила она. — Я Даниэль Тунг. — Сын Чанга и Софи Тунг? — Да, мэм. — Дэниел, ты не хочешь пойти со мной? Я отведу тебя к маме и объясню ей ситуацию. Твоя мама наверняка не понимает, что ты видишь блуждающий дух своего друга, поэтому я все объясню, так как я тоже его вижу... Она подмигивает ему в знак согласия. Мальчик кивает головой в знак одобрения и следует за Мелиндой, успокоенный тем, что он не единственный, кто видит своего умершего друга. Оба доходят до парикмахерской Софи Тунг. Увидев их, она бросает вопросительный взгляд на «шептунью», не понимая, зачем она пришла. Она сообщает матери Даниэля: — Мадам Тунг, я привела вам вашего сына, он играл в парке... — Ах! Опять его воображаемый друг, — восклицает она, раздраженная. Даниэль, сколько раз я должна повторять тебе, чтобы ты не следовал за своим буйным воображением? Ты же понимаешь, что дорога опасна, там ездят машины в обе стороны? ... — Простите, что прерываю вас, мадам Тунг, но я хочу уточнить, что ваш сын не галлюцинирует и не обладает буйным детским воображением, он, как и я, видит блуждающие духи. Разозлившаяся мать мальчика хватает сына за руку и уводит его за кассу, вглубь парикмахерской, даже не поблагодарив шепчущую духам. Та, удивленная такой реакцией, возвращается в свой антикварный магазин, раскладывает новые приобретения и помогает Андреа Марино обслуживать клиентов у кассы. Через час, когда в бутике не было ни одного покупателя, итальянка обратилась к шепчущей с духами: — Мелинда Гордон-Клэнси, я сделала то, о чем просил этот блуждающий дух, и действительно нашла фотографию за плитой... Странно, не правда ли? ... — Я знаю, ведь Филипп Дюпюи стоит справа от вас, счастливый. Партнерша поворачивает голову вправо, но, не видя никого, возвращает свое внимание к другой женщине, продолжая свою речь. — ... И сегодня утром я отдала фотографию его внуку... Он живет в том же городе, в нескольких кварталах от моей квартиры. — Спасибо вам обеим, дамы, за помощь! — восклицает старый блуждающий дух. — Наконец-то я могу уйти и присоединиться к своей жене. Мари, я иду, моя любовь! — Блуждающий дух очень рад, что мы ему помогли. Он уйдет в Свет. Счастливого пути, месье Дюпюи! — Спасибо, мадам! И Филипп Дюпюи, лицо которого озарено сверхъестественным светом, уходит в Свет, навсегда покидая мир живых. — На одного блуждающего духа меньше, мадемуазель Андреа Марино, — восклицает она, проливая слезу радости, которую быстро вытирает. — Хорошо знать! — А теперь вернемся к работе! И обе женщины ждут следующих клиентов и приводят в порядок витрину своего бутика и различные предметы, выставленные на продажу. Чуть позже днем, проходя по улицам, ведущим к ее бутику, возвращаясь с осмотра старой мебели для оценки ее стоимости, молодая женщина заметила мужчину, немного моложе ее, на 25 сантиметров выше ее роста, с карими глазами и растрепанными черными волосами, со странным блеском в глазах, одетого в черный костюм и белую рубашку, который стоял в небольшом переулке и разговаривал не с живым человеком... а с блуждающим духом. Она подошла к ним и удивилась тому, что услышала из их разговора... — ... Господин, — прошептал шептун душ, — согласны ли вы пойти со мной? Сделать небольшую остановку, прежде чем отправиться в свет? Я знаю одно милое место, которое вам подойдет. Блуждающий дух, элегантный и доброжелательный мужчина лет пятидесяти, одетый в характерную форму почтальона, кажется, колеблется. Он исчезает, не ответив. — Вы видите блуждающие души, господин? — спрашивает Мелинда, заинтригованная тем, что еще один человек в Грандвилле обладает такой же способностью, как и она. Неизвестный шептун душ, никто иной как Габриэль Лоуренс, поворачивается, демонстрируя свою самую приветливую улыбку, несмотря на удивление, и отвечает: — Да, я их вижу... Вы, кажется, тоже их различаете, не так ли? — Именно так. — А вы, мадам? ... — Мелинда Гордон-Клэнси. — Приятно познакомиться! Я Габриэль Лоуренс. До свидания, Мелинда Гордон. — До скорого, Габриэль Лоуренс. Два шептуна душ расстаются, но ни Габриэль, ни Мелинда не замечают, что душа их отца наблюдает за ними издалека с легкой улыбкой на губах. Томас Гордон исчезает и ждет своего сына в своей квартире, расположенной на улице, перпендикулярной антикварному магазину. Он приказал ему, глядя на него своими ледяными голубыми глазами: — Сын мой, ты встретил свою единокровную сестру... Это та Мелинда, о которой я тебе рассказывал уже много лет! Именно ее ты должен убедить присоединиться к нам... Или же ты должен послать ей предупреждение... Но не убивай ее, она все-таки моя дочь... Делай, что хочешь, укради ее дар, убей ее мужа, но не трогай мою дочь, иначе тебе придется столкнуться с моим гневом! С этими словами душа возвращается в тело, оставляя своего внебрачного сына в полном недоумении. Никто не замечает Константина Павловича Черевиченко, который наблюдает за разговором отца и сына. Наблюдатель удаляется от квартиры Габриэля и возвращается на улицу Грандевилля. В то же время Мелинда, удивленная тем, что в ее маленьком городке есть еще один шептун, заходит в свой магазин, чтобы разложить недавние приобретения. В углу она замечает Кевина. Она улыбается ему и манит его в подсобку. — Кевин, что тебе нужно? Почему ты здесь? — матерински спрашивает она ребенка. — Я видел игрушку, похожую на эту, в автомобиле. Он показывает ей в углу склада среди других игрушек пластиковую игрушку в виде паука в центре паутины, подвешенную на нитке. Заинтригованная, не совсем понимая, что мальчик хочет ей сказать, шептунья берет игрушку в руки. Перенесенная в видение, она оказывается перед ухоженным кирпичным домом, как и многие другие в районе Грандвуль, где играют маленькими машинками и другими игрушками. Она заметила, не обращая внимания, в углу своего поля зрения большой красный автомобиль, на зеркале заднего вида которого висел пластиковый предмет, имитирующий паука посреди паутины. Автомобиль опасно приближался к ней, раздался отчаянный крик матери, боль пронзила все тело, а затем наступила внезапная легкость.Обернувшись, чтобы лучше рассмотреть своего убийцу, она замечает, что водитель одержим, его душа сидит на сиденье со-водителя с гримасой на лице. Одержимое и пьяное тело улыбается саркастически. Мелинда возвращается из своего видения, сердце ее бьется как сумасшедшее, она напугана. Она роняет игрушку, которая с грохотом падает на пол, и смотрит на блуждающий дух мальчика, дрожа как лист на ветру. Она шепчет ему бессвязным голосом: — Игрушка была не твоя, а твоего убийцы... Какой ужасный конец! Сбит одержимым и пьяным водителем на глазах у своей матери! Она разрыдается и несколько минут плачет горячими слезами. Кевин Дюмас, слабо улыбаясь, пытается ее утешить, но тщетно. Она берет себя в руки, благодарит мальчика за помощь, вытирает слезы и заканчивает убирать антиквариат, руки все еще дрожащие. Чуть позже, вернувшись домой, во время разговора с мужем, антиквар сообщает ей о присутствии Габриэля Лоуренса в городе.  Джим скептически комментирует, с недоверием нахмурившись: — Мел, я советую тебе быть осторожной. То, что у него такой же дар, не означает, что он обязательно имеет благие намерения и разделяет твои цели. — Джим, не будь таким злым! Наоборот, он может стать отличным союзником! — Если ты так говоришь, — вздыхает он, нежно обнимая ее. — Но знай, что я всегда буду помогать тебе, моя любовь. Парамедик наклоняется к жене, отвечает на ее поцелуй и ласково щекочет ее. Пара засыпает, и эта ночь проходит без кошмаров. На следующий день, не работая в своем магазине, шептунья духов вместе со своей свекровью занимается покупками. Обе женщины покупают различные фрукты, овощи, мясо и рыбу. На обратном пути Мелинда замечает Кевина Дюма рядом с рядами детской одежды. Она извиняется перед свекровью, подбегает к духу, пересекает улицу и шепчет ему, делая вид, что рассматривает товар: — Кевин, что ты хочешь мне сказать? Его лицо мрачнеет, глаза наполняются слезами, детский голос сдавливается от эмоций. — Мой папа хочет найти моего убийцу, чтобы убить его... Пожалуйста, попробуйте его отговорить! Это мне не поможет. Я больше беспокоюсь о том, что мама не ухаживает за собой... Ей нужно больше заботиться о Марин, а не все время плакать по моей потере... В любом случае, я сейчас чувствую себя хорошо... Я никогда не был таким сильным и здоровым, как сейчас, меня больше ничего не беспокоит... Кроме слез моей мамы, которые меня огорчают. И мальчик исчезает. Шептунья присоединяется к своей свекрови, улыбаясь своей самой красивой улыбкой, и успокаивает ее следующими словами: — Пойдем домой, свекровь! Я ничего интересного не увидела! Фабьен не произносит ни слова, смотря на нее понимающим взглядом из-под солнцезащитных очков, думая, что ее невестка беременна. Обе женщины возвращаются в дом молодой пары. Днем Джим возвращается с работы и прогуливается по улицам города со своей женой, оставив мать дома. Он спрашивает ее: — Мел, с мамой все в порядке? Никаких происшествий? — Нет, никаких происшествий... Только этот маленький мальчик, с блуждающим взглядом, который беспокоит меня вместе со своими родителями. Его отец хочет найти убийцу своего сына, чтобы убить его, а мать не перестает его оплакивать, пренебрегая своим другим ребенком, дочерью. Убийца в тюрьме, поэтому я не очень понимаю, как он мог бы его убить... — И я понимаю, что ты хочешь навестить их, и что мы постараемся их успокоить. — Именно так, Джим. — Хорошо. Мы можем пойти сейчас или завтра. — Сейчас, — ответила она, глядя на Кевина, который стоял неподалеку и жестикулировал, призывая ее поспешить. Пара ускорила шаг, направляясь к дому Дюма, следуя за блуждающим духом, который вел их. Проходя по улице, Мелинда, оглянувшись, заметила полицейского в форме, который оживленно беседовал с... Эйденом Клэнси. Полицейский, Пол Истман, записывает информацию в блокнот, «выключает» свой портативный передатчик-приемник, кивает блуждающему духу в знак благодарности и продолжает свой обход, как ни в чем не бывало. Удивленная «шептунья душ» продолжает следовать за Кевином Дюма, обещая себе поговорить с этим странным полицейским позже. Джим и Мелинда приезжают к Дюма и звонят в дверь, ожидая, пока кто-нибудь откроет. Флоренс Дюма, высокая элегантная женщина с карими глазами, покрасневшими от слез, и светло-каштановыми волосами, с маленькой Марин на руках, с большим удивлением встречает их. Она проводит их в гостиную и предлагает воды. Тьерри Дюма, высокий худой мужчина с карими глазами с зеленоватым оттенком и черными волосами, также приходит в гостиную, очень уставший, с опухшими чертами лица и кругами под глазами. Он и его жена выслушивают причину визита Мелинды и ее мужа. После объяснений Флоренс плачет еще сильнее, а Тьерри кричит на спиритуалистку: — Мадам Клэнси, ваш псевдо-дар нас не интересует! Вы не видите, в какое состояние вы привели мою жену? Вы знаете, что такое потерять ребенка? Видеть, как он умирает на ваших глазах? ... Оба допрашиваемых отрицательно качают головой, очень взволнованные. — ... И что правосудие приговорило убийцу к смешным двум годам тюрьмы и смешной штрафу! И никто не заботится о нашем Кевине... — Господин Дюма, — уточняет Джим, стараясь сохранять спокойствие, несмотря на ситуацию, его глаза слегка застывают, когда он замечает сомнение собеседника, — я уточняю, что у моей жены нет псевдо-дара, а есть настоящий дар... Она помогла многим умершим перейти в загробный мир, легче покинуть мир живых и передать свое последнее послание и последнюю волю. — Кстати, Кевин находится справа от вас, мсье, — уточнила она. — Мадам Клэнси! — воскликнул он, сжимая руки в кулаки, так что суставы побелели. — Не усугубляйте нашу боль больше, чем это необходимо! Оставьте нас в покое! Уйдите из моего дома! Тьерри встает, кратко обнимает жену и выходит из гостиной, а за ним следует сын. Тот быстро возвращается, очень взволнованный, и кричит шептунье: — Папа очень зол и хочет убить моего убийцу! Объясните ему, что это бесполезно! Мелинда, с расширенными от страха глазами, передает мужу и Флоренс слова блуждающего духа. Джим спешит к Тьерри. К счастью, тот еще в доме, а точнее, на кухне, где рыщет среди самых острых ножей. Парамедик блокирует ему входную дверь, за ним следуют Мелинда и Флоренс, и серьезно заявляет: — Господин, не совершайте этого! Не убивайте убийцу вашего сына! Подумайте, прежде чем что-либо делать. Я понимаю, что потеря сына для вас очень болезненна и тяжела, но ваша идея убийства не вернет Кевина к жизни, а вы будете виновны в умышленном убийстве. И как тогда ваша жена сможет заботиться о вашей маленькой Марин? Я понимаю ваш гнев, вашу фрустрацию, ваше смятение и вашу ярость, но остановитесь на две секунды и подумайте! Вздрогнув от удивления, бросив нож, который он держал в руке, муж Флоренс поворачивается. Карие глаза отца Кевина встречаются с голубыми глазами парамедика, происходит столкновение взглядов, но Тьерри быстро признает свое поражение, не в силах долго выдерживать визуальный бой со своим собеседником, и смотрит на свои ноги, колеблясь, выполнять ли свою идею. Он поворачивается, опускается на сиденье и берет голову в руки. Мелинда шепчет Флоренс: — Не хотите ли выйти со мной на улицу, чтобы мы поговорили по-женски, а мужья поговорили между собой? Флоренс кивает головой и предлагает Мелинде пройти с ней на задний двор. Обе женщины, удобно устроившись на плетеном кресле с зелеными подушками, молча наблюдают за осенним пейзажем: желтые, оранжевые и красные листья кружатся по ветру, коричневые, высохшие листья разлетаются повсюду, последние летние гвоздики все еще гордо стоят в нескольких вазах на красивой каменной террасе. Эти несколько минут позволяют сбросить напряжение недавних конфликтов. Кевин тоже присутствует, сидя справа от матери, с грустью глядя на нее и слабо улыбаясь сестре. Мелинда, прочищая горло, сообщает Флоренс: — Мадам Дюма, ваш покойный сын находится справа от вас, ему грустно видеть вас в таком горе, и он улыбается своей сестре. — Мой маленький Кевин... Снюф... Мой ребенок, Снюф... мой ангел, Снюф... Снюф... Она достала платок и элегантно вытерла нос и глаза, прежде чем взять себя в руки, с покрасневшими от слез глазами, продолжая дрожащим голосом. — ... Кевин, пойми, что я чувствую себя виноватой в твоей смерти... Я могла что-то сделать... но я не отреагировала... Я глупо стояла, как вкопанная, неподвижная, как статуя... — Мама, перестань винить себя. У тебя нет причин считать себя виновной в моей смерти. Я легкий. Я счастливее, легче и довольнее, чем при жизни. Не плачь обо мне. Мне не нравится твоя печаль и твоя небрежность по отношению к Марин. — Кевин успокаивает вас и не понимает причину вашей вины. Будучи блуждающим духом, он никогда не чувствовал себя таким живым, сильным, легким и счастливым. Он опечален тем, что вы пренебрегаете Марин, постоянно оплакивая его. Подняв голову, Флоренс прошептала сквозь слезы: — Вы не шутите... Мелинда кивнула головой, глядя очень серьезно. — ... Если вы так говорите. Я верю вам... И прошу прощения за реакцию моего мужа. — Ничего страшного... За долгие годы я привыкла ко всем возможным реакциям, — ответила она тепло, искренне улыбаясь. Кстати, водитель, который лишил жизни вашего сына, был одержим, а не просто пьян в момент происшествия. Удивленная, с широко раскрытыми от страха глазами, мать блуждающего духа шепчет: — Откуда вы это знаете? — Я видела это в видении, которое показал мне ваш покойный сын. Ужасно! И Мелинда достает платок, глубоко потрясенная этим видением. — Простите, мадам Дюма, я очень эмоциональна... — Ничего страшного, я прекрасно понимаю вашу реакцию, — уверяет она, слабо улыбаясь и вытирая слезу, блестящую в уголке глаза. — Спасибо, Мелинда Гордон-Клэнси, за вашу помощь, теперь мне будет легче пережить свою утрату, зная, что мой ангел Кевин в порядке. Мальчик, улыбаясь и сияя от радости, повернулся к матери и сказал: — Мама, до свидания, и передайте папе, что я его очень люблю. И до свидания, Марин, надеюсь, тебе повезет в жизни... Он наклоняется к сестре и целует ее в правую щеку, вызывая улыбку у нескольких месячного ребенка. Он поворачивается к Мелинде. — ... И спасибо, мадам, за то, что помогли мне, но прежде всего за то, что помогли папе и маме. Я ухожу в рай... Этот свет так прекрасен, и бабушка ждет меня! До свидания! — Кевин вот-вот уйдет в свет. До свидания, Кевин, и счастливого пути! В следующий раз тебе повезет больше! — До свидания, мой ребенок, мой Кевин, — шепчет Флоренс. Блуждающий дух в последний раз прощается со своей матерью, сестрой и женой Джима, прежде чем отправиться в загробный мир. Флоренс возвращается в дом, за ней следует Мелинда. Обе женщины замечают, что их мужья сидят тихо, лицом друг к другу, не произнося ни слова. Каждая из них садится рядом со своим мужем и наблюдает за ситуацией. Тьерри прочищает горло и дрожащим голосом, пытаясь скрыть свою печаль и слезы, говорит: — Господин Клэнси, к сожалению, вы правы! Убийство этого убийцы бессмысленно, я не верну к жизни своего сына... Он опускает глаза, уставившись на свои руки. Слезы текут по его щекам, оставляя следы, которые опечаливают Флоренс. Она вмешивается: — Дорогой, не волнуйся, с нашим маленьким Кевином все будет хорошо. Он ушел в рай, Бог обязательно примет его душу. По крайней мере, у него будет вечность, чтобы быть беззаботным и счастливым. Наши слезы опечалили его. К счастью, у нас есть наша Марин... И я обещаю, что больше не буду позволять детям играть во дворе. Ее муж слабо улыбается ей и обнимает ее. Он отпускает жену и поворачивается к шептунье душ. — Мадам, я поговорил с вашим мужем и согласился с его аргументами... Большое спасибо за вашу помощь... Я чувствую себя менее виноватым... По крайней мере, мое желание мести исчезло. — Я очень рада, что вы не чувствуете себя виноватым и не мстите самостоятельно. Ваш сын недавно ушел в Свет, или в Загробный мир, если вам так больше нравится. Он никогда не чувствовал себя таким счастливым и легким, как в момент ухода из мира живых. Если никто не хочет ничего добавить, мы с мужем оставим вас одних. До свидания и хорошего дня. — До свидания, — отвечают супруги Дюма в унисон. — И огромное спасибо за вашу помощь! Медленными шагами Джим и Мелинда выходят из дома. На обратном пути Джим заметил: — Мел, я удивляюсь, как ты можешь работать с такими неверующими людьми, с живыми... Ты настоящая загадка, моя дорогая, но в этом и заключается твое очарование... Меня очень тронули слова Тьерри Дюма, когда он брал у нас интервью. Сама мысль о том, что можно потерять своего ребенка, похоронить его преждевременно, угнетает и вызывает отчаяние! Да хранит нас Бог от такой ситуации! Но в некотором смысле я понимаю мстительную реакцию отца... Я не думаю, что я бы отреагировал иначе, закон талиона становится сильнее в трудные моменты. — Действительно, очень печально, — ответила она, вытирая слезу из уголка глаза. Я всегда трогаюсь, видя умиротворенные лица блуждающих душ в момент, когда они уходят в Свет. — Мне трудно это представить, но я тебе верю. Пойдем домой! Сначала моя дорогая. Он открывает входную дверь и галантно открывает ее для нее, проходя за ней. Пара приветствует Фабьен Клэнси. Рядом с ней, сидя на деревянном стуле, ее покойный муж сидит тихо, молча наблюдая за ней. Мелинда встречает взгляд своего тестя, и по ней пробегает дрожь. Он строго шепчет ей: — Не забудьте мой перстень! Поторопитесь! У вас осталось мало времени! И он испаряется в воздухе, оставляя бледную шептунью. Фабьен бросает вопросительный взгляд на невестку и спрашивает сына: — Я не знаю, что происходит с твоей женой, сынок, но, кажется, я понимаю ее поведение в последние дни... И у меня есть подарок для каждого из вас... Она на мгновение исчезает в гостиной. Супруги смотрят друг на друга в недоумении, не понимая, что имеет в виду Фабьен, и садятся в большое кресло, стоящее посреди гостиной. — Вот! Вот! ... И поздравляю! Она дарит сыну чашку кофе с надписью «Лучший папа в мире», а невестке — белую одежду для младенца. Мелинда, смущенная, прочищает горло и говорит: — Мама, между нами произошло серьезное недоразумение... Она обращается к мужу, ища поддержки. Фабьен наблюдает за ними, очень сбитая с толку. — ... Я не беременна, мама... — Ах! Но вы планируете завести детей? — Да, конечно, — возмущенно отвечает супружеская пара в унисон. — Не сердитесь... Я хотела знать, сбудутся ли когда-нибудь мои надежды стать бабушкой. — Нет, я не сержусь, — отвечает Мелинда, улыбаясь как можно искреннее. Скажем так, вы неверно истолковали мою волонтерскую деятельность... Заинтригованная Фабьен поднимает очки на нос и пристально смотрит на невестку, ожидая ответа. Шептунья обращает взгляд на мужа, вопросительно глядя на него. Джим кивает в знак согласия и отвечает серьезным и строгим тоном: — Мама, моя жена Мелинда, помимо того, что она антиквар, имеет еще одну работу, а точнее, занимается волонтерством. Это волонтерство возможно благодаря ее уникальному дару. — Какому? — спрашивает она с любопытством, приподняв брови. — Способность естественно взаимодействовать с блуждающими духами, умершими, которые все еще находятся на Земле, — тихо добавила молодая женщина, глядя на свои руки. На лице Фабьенны отразилось удивление, которое вскоре сменилось ее обычным серьезным выражением. — А что тебя так напугало, моя невестка? — скептически спросила она. — Мой свекор, ваш покойный муж, Эйден Клэнси. Старушка побледнела и прошептала: — Ты серьезно? ... Почему он все еще здесь? — Он хочет отомстить своему убийце и хочет, чтобы один из ваших сыновей носил его перстень. Он предпочел бы, чтобы его носил Дэниел. Он очень торопится с передачей этого перстня, потому что боится, что его сыновья скоро присоединятся к нему. — Ты же не серьезно? — Фэб, я совершенно серьезен, — отвечает Эйден, материализовавшись справа от нее, его глаза сверкают. Если ты не хочешь слишком рано оплакивать наших сыновей... И он исчезает. Шептунья духов передает слова покойного, оставляя между ними троими тяжелую тишину до самого вечера. Позже, пока шептунья духов спит, Константин Павлович Черевиченко показывает ей во сне свою точку зрения на встречу Габриэля Лоуренса и Томаса Гордона. Но, проснувшись, она сомневается в правдивости сна, считая его выдумкой. Мелинда никак не может представить себе, что такой холодный и бесчувственный отец мог бы сотрудничать со своим внебрачным ребенком... Ей и так трудно принять мысль о неверном отце, а уж сотрудничество с таким сыном для нее просто невозможно. На следующее утро Джим позвонил своему брату Дэниэлу, но не дозвонился и оставил сообщение на его голосовой почте, очень обеспокоенный. В 14:00 Дэниэл перезвонил ему и спросил: — Привет, Джим, я видел, что ты оставил сообщение, что-то срочное? — Дэн, ты не знаешь, где кольцо отца? — Да, она в ящике его тумбочки... Мама сказала мне об этом неделю назад... На самом деле, ты хотел, чтобы мы наконец разделили имущество, драгоценности и другие вещи отца, не так ли? — Можно и так сказать... — Отлично! В эту пятницу ты свободен? — Да, только утром. — Отлично! Тогда мы впятером, мама, ты, твоя жена, моя невеста и я, решим последние детали раздела имущества... Эти детали тянутся уже целую неделю! Я все еще скорблю о потере отца, но жизнь продолжается... Нельзя поддаваться отчаянию. — Тогда до пятницы, Дэн. — До пятницы. Братья вешают трубку и занимаются своими делами.  Мелинда замечает обеспокоенное выражение лица своего отчима, который слушает весь разговор своих сыновей. Он утверждает: — Надеюсь, не будет слишком поздно. — Слишком поздно для чего? — Чтобы вернуть кольцо и чтобы оно защитило моего сына... До того, как мой убийца, его сын или подобный ему психопат убьет его, чтобы жениться на его невесте, моей невестке! — Отчим, я... Эйден Клэнси исчезает в воздухе с очень обеспокоенным выражением лица, присоединяясь к своему сыну Дэниэлу. Мелинда кратко излагает Фабьен и Джиму разговор с покойным, еще больше усиливая их беспокойство. Шептунья извиняется перед мужем и свекровью и уходит в свой магазин. Проходя по улице, чтобы добраться до своего магазина, расположенного в небольшом переулке, Мелинда замечает того же полицейского, что и накануне, беседующего со своим отчимом. Она осторожно подходит к Полу Истману и вежливо спрашивает: — Господин полицейский, вы, кажется, видите блуждающие духи, верно? Бывший друг Элизабет Майярд, удивленный, поворачивает голову вправо и влево, чтобы убедиться, что никто не слушает их разговор, и шепчет: — Да, молодая леди, но если вы задаете мне этот вопрос, то это потому, что у вас есть тот же дар... — Именно так, господин... Улыбаясь более дружелюбным образом молодой шептунье, он ответил, протягивая ей правую руку с твердым намерением вежливо пожать ее: — Пол Истман, необыкновенный полицейский, который может нормально общаться как с потерянными душами, так и с живыми. Вы — госпожа Мелинда Гордон-Клэнси, верно? Удивленная женщина застыла с открытым ртом, что рассмешило полицейского. — Простите... Я забыл сказать, что знаю о вас от вашего отчима, Эйдена Клэнси. — Приятно познакомиться, господин Истман. Они сердечно пожали друг другу руки. — Мне тоже очень приятно... И я доведу это расследование до конца, чтобы Эйден Клэнси отправился в Свет, чтобы предстать перед Богом. Ваш тесть был убит человеком со светло-коричневыми волосами и карими глазами, в которых светился странный блеск, одетым с ног до головы в черное, в темно-серых перчатках и светло-серой шляпе... Одержимый во время убийства... Самое странное во всей этой истории — его оружие... Как он смог его достать? Служебное оружие? ... Я проведу расследование и скоро вернусь. — Большое спасибо, Пол Истман, — шепчет она, взволнованная. Но как вы получили доступ к такой информации? — Вы знаете, духи — хорошие союзники, а привычки профессии не теряются так легко, молодая леди! До следующей встречи, мадам, надеюсь, в более благоприятных обстоятельствах! Два шептуна духов расстаются, Пол продолжает свой обход, Мелинда приходит в свой магазин, еще более обеспокоенная, чем раньше, и очень сбитая с толку мыслью о том, что за короткое время она встретила двух других шептунов духов. В пятницу в 14:00 в доме Эйдена и Фабьен Клэнси в Реймсе Мелинда, Джим, Дэниел, его невеста Агате, Фабьен и Эйден стоят у двери. Мать направляет сыновей в спальню, чтобы найти кольцо Эйдена в ящике стола. Блуждающий дух очень обеспокоен и не перестает смотреть из окна своей комнаты на окно здания напротив. Мелинда спрашивает его: — Почему вы смотрите на здание, тесть? Чего там бояться? — В этом здании живет мой убийца... Он видел меня каждый день... Он замечал каждый мой шаг и каждое мое движение... Я боюсь за своих сыновей, Дэна и Джима. И дух исчезает, не дожидаясь дальнейших вопросов Мелинды. Ее внимание привлекает окно в здании, окно, в котором всегда задернуты алые занавески. Она смотрит на него и погружается в видение. Проходя мимо здания, она чувствует, как пара глаз пристально смотрит на нее из таинственного окна. Она оборачивается и встречает убийственный, холодный и странный взгляд, можно сказать, одержимый, который смотрит на нее. По ее спине пробежал холодок, но она продолжила свой путь, стараясь игнорировать эти странные, одержимые карие глаза. Дойдя до небольшого переулка, она почувствовала тупую боль в спине, а затем внезапную легкость и заметила, что ее тело падает лицом вниз, в то время как она продолжает идти. Она обернулась, чтобы лучше разглядеть своего убийцу. Это высокий, довольно элегантный мужчина с светло-каштановыми волосами и карими глазами, в которых светится убийственный блеск и намек на безумие, одетый с ног до головы в черное, с темно-серыми перчатками и бледно-серой шляпой, одержимый, его душа наблюдает за действиями своего тела. Мелинда возвращается из своего видения, чуть не ударившись головой о стекло, но ее муж удерживает ее, терпеливо дожидаясь, пока его жена вернется из своего путешествия. Фабьен, обеспокоенная за свою невестку, безмолвно переводит взгляд с сына на нее. Шептунья рассказывает о видении и замечает своего тестя, который кивком головы подтверждает ее интерпретацию, а именно, что оно относится к нему, к его последним мгновениям среди живых. Мать и сын очень обеспокоены мыслью, что рядом с их домом живет холодный убийца. Пятидесятилетняя женщина дрожащим голосом говорит: — Значит, просьба... моего покойного мужа... очень серьезна... Она отступает на несколько шагов, садится на край кровати, ошеломленная недавним выводом невестки, еще более опечаленная, чем раньше. — Итак, Мел, — комментирует Джим, — нужно быть вдвойне осторожными и очень бдительными. Я предлагаю оставить кольцо Дэну, ему оно нужнее, чем мне. — Брат, — вмешивается Дэниел, — я предпочитаю, чтобы ты его оставил себе, ты старший, Джим. Жена Джима вздыхает, как и Эйден, и говорит: — Послушайте, братья! Но поторопитесь! У вас нет вечности, чтобы спорить как дети! — Хорошо сказано, невестка! — гордо бросает ей блуждающий дух, слегка улыбаясь. Я бы не сказал лучше! Оба брата, смущенные, опускают глаза и молчат несколько минут. Фейт спрашивает Мелинду: — Что предлагает Эйден? — Фэб, я бы предпочла, чтобы Дэн ее нес... Я боюсь за его брак... — Он предлагает Дэниела, — серьезно отвечает она, с беспокойством в глазах. Мой тесть очень переживает за свой брак. Все кивают, и Фабьен с сыновьями заканчивают делить последние вещи, прежде чем расстаться. В начале октября в полицейском участке Реймса Пол Истман, озадаченный своим досье, состоящим в основном из снов, присланных Наблюдателями, не знает, как арестовать Болеслава Ланговски, урожденного Болеслава Войно, бывшего военнослужащего Иностранного легиона, недавно переехавшего в Реймс. Он говорит по-французски с сильным польским акцентом и имеет сына от некой Люси Либерманн по имени Роберт. Болеслав развелся с Люси Либерманн, когда его сыну было десять лет, и уже несколько лет живет со своей любовницей, некой Орели Дитрих. Оружие, с помощью которого он хладнокровно убил Эйдена Клэнси, — то же самое, которое он использовал во время военной службы. Константин Павлович появляется на стуле напротив своего стола, вежливо садится и дает ему совет: — Пол Истман, чтобы арестовать этого садиста-психопата, представьте свое дело судье, но не любому. — Тогда кому? — Судья Ахмед Бенсаид — человек честный, что редкость в этой профессии... Также я бы посоветовал вам избегать Томаса Гордона, судью в Грандевилле, и судью Мишеля Адлера, судью в вашем городе. И Наблюдатель покидает кабинет полицейского. Последний выполняет просьбу и запрашивает у судьи Бенсаида ордер на арест Болеслава Ланговски, который немедленно выдается. Вернувшись с ордером, он поздоровался со своим коллегой Карлом Нили. Последний, мужчина лет тридцати, женат, отец двоих детей, с темными волосами и глазами, которые добавляют авторитета его униформе и внушительному росту, строг, требователен и очень профессионален в работе. Он работает полицейским в Грандвилии уже несколько лет и часто сотрудничает с Полом Истманом. Обоих полицейских объединяет необычная способность: Пол видит и слышит потерянные души, а Карл их слышит. 17 ноября в 15:00 в мэрии города Дэниел Клэнси женится на Агате Хейманн. На церемонии присутствуют его мать, его покойный отец, очень обеспокоенный, его брат и Мелинда. Духовная шептунья не одобряет то, что ее свекор выглядит таким тревожным в день свадьбы. В ее глазах эта тревога предвещает трагедию, но она старается оставаться оптимисткой, чтобы не портить радость молодоженов, Фабьен и Джима. Дэниел носит кольцо с середины сентября, уважая волю своего отца. После праздника и радости свадьбы молодой жених, держа свою жену в объятиях, подходит к брату. Он серьезно говорит ему: — Брат, я отдаю тебе кольцо отца, оно тебе нужнее, чем мне. Он снимает кольцо с пальца и отдает его старшему брату. Мелинда замечает своего тестя рядом с младшим сыном, который не одобряет его слова. — Дэниел, тебе лучше оставить это кольцо, твой отец не одобряет твоих слов и очень беспокоится за тебя... Так что, пожалуйста, оставь кольцо себе. Обращенный к нему человек смотрит на него, поворачивает голову к брату и шепчет: — Джим, это довольно необычно, что твоя жена может видеть призраков, в чем я не сомневаюсь, но теперь, когда брак официально заключен, я не думаю, что мне что-то угрожает. И брат, ты же знаешь, что перстни всегда достаются старшему. И он отдает его ему. Джим вздыхает и принимает его. — Дэниел, — взрывается шептунья духов. Если твой отец беспокоится о тебе, это не может быть напрасным! Держи кольцо и все! — Нет, я отдаю его своему брату, и обсуждать больше нечего. Кольцо всегда носит старший! Я не отступаю от традиции! Дэниел и Агате удаляются от брата под тревожным взглядом Мелинды и Эйдена. Последний очень взволнован и исчезает из поля зрения невестки. Чуть позже, когда Мелинда, одетая в ночную рубашку, готова заснуть рядом со своим мужем, она, несмотря на темноту, различает перед собой знаковую фигуру: своего зятя. Дэниел стоит перед ней в своем темно-синем костюме, в котором он был на свадьбе, и белой рубашке с огромным кровавым пятном вокруг сердца, и грустно шепчет ей: — Прости, что не послушал тебя. Он говорит это и уходит, оставляя шепчущую духам в ужасе, не давая ей заснуть этой ночью.