Белая камелия

Что такое смерть? Я всегда воспринимала её как что-то неизбежное, как просто часть биологического процесса, которая рано или поздно настигнет и меня и всех. Неизбежность. Беспощадная, равнодушная, неотвратимая. Смерть — это зеркало. Когда человек стоит на краю, он перестаёт лгать. Не только окружающим — самому себе. В этот миг обнажается его истинная природа: страхи, сожаления, невысказанные слова, спрятанные глубоко внутри желания. Смерть — это судья. Она не карает по законам людей — она выносит приговор по законам совести. Тот, кто жил во лжи, в последний миг осознаёт всю глубину своего падения. Тот, кто пытался делать добро, пусть даже неуклюже, уходит с тихим светом в душе. Смерть не судит по богатству или статусу — она видит лишь то, что человек сделал с дарованной ему жизнью. Смерть — это учитель. В тот миг, когда смерть дышит в затылок, мир становится ярче, острее, реальнее. Каждая мелочь обретает вес: прикосновение ветра, запах дождя, взгляд близкого человека. Осознание конечности учит ценить мгновение — не завтра, не «когда‑нибудь», а сейчас На ум сразу приходили слова князя Мышкина из «Идиота»: «Если бы не умереть! Если бы возвратить жизнь — какая бесконечность! И всё это было бы моё! Тогда бы каждую минуту считал за целый век, ни одной бы не потерял!» Да. Именно так. Смерть не отнимает смысл — она его даёт. Без тени конца всё превратилось бы в пустую игру, в бесмысленное существование. Смерть — это граница. Она разделяет «до» и «после», известное и неизведанное. Мы не можем заглянуть за эту черту, и именно поэтому она так пугает. Но страх — не враг. Он может стать компасом. Если человек боится смерти, значит, он ещё не всё сказал, не всё сделал. Значит, у него есть шанс пробудиться при жизни, а не в последний миг. Смерть — это объединитель. Перед ней все равны. Богатый и бедный, сильный и слабый, преступник и праведник — все однажды встанут перед одним и тем же выбором: что останется после них? Что скажут о них те, кто их знал? Память — вот единственное бессмертие, доступное человеку. И то, какой она будет, зависит только от него. И главное, что без смерти, не будет и жизни. Я открыла глаза и скинула с себя тёплое одеяло, после чего меня окинула лёгкая прохлада, которая почти сразу же исчезла. Когда моё зрение наконец сфокусировалось, я встала с кровати, ощущая босыми ногами приятный ворс ковра. От того, что я резко встала, в глазах на мгновение потемнело, но это быстро прошло. Дальше я прогнулась в спине, разминая отёкшие мышцы, вызывая этим лёгких хруст суставов. После посмотрела в окно, на улицу, сквозь распахнутые зановески. Некоторые люди спешили на работу, а дети и подростки шли в школу, попутно разговаривая и смеясь. Улицу озаряли лучи яркого летнего солнца, окутывая всё вокруг теплом, но в воздухе всё ещё был слегка пропитан влагой после ночного дождя. Вместе с разговорами, через открытое окно до меня доносился стрекот цикад – негромкий и убаюкивающий. "Идилия" В комнате царила расслабленная атмосфера, от которой на моём лице расцвела слабая улыбка. Таких моментов у меня было десятки, если не сотни и каждый раз ощущения всё те же, но ооспытывать их - одно удовольствие. Что в моей, что во всех остальных жизнях. Моих и этого тела. Жаль конечно, что от моей жизни, воспоминаний почти не осталось, но я принимаю эти воспоминания, как свои. Странно, правда? Что в Японии, что в России. Что в моём мире, что в этом. Я перевела взгляд на письменный стол, на котором лежало открытое письмо о зачислении в школу для одарённых и устало наклонила голову в бок. "Почему нельзя дать мне спокойно наслодиться жизнью? Хотя бы в этот раз?"