Игра

Жуткий звук и небольшая встряска заставили с ошалелым видом озираться по сторонам двух тунов, которым не посчастливилось именно сегодня ехать в лифте. Неизвестно, сколько они здесь просидят, пока их обнаружат, и как долго их будут оттуда вытаскивать. Когда лифт остановился и свет погас, Шелли, стараясь как можно дольше сохранять спокойствие, слегка дрожащими руками взяла из сумки с инструментами фонарик, включила его и нажала на стене кнопку вызова диспетчера. Не сработало. От осознания всей безнадёжности ситуации по спине побежали мурашки. Шелли подошла поближе к Глистену — ведь ощущать, что рядом кто-то есть, было немного успокаивающе. Сам парень же не оставлял попыток производить впечатление спокойного человека — он облокотился о стену и постарался придать своей позе как можно более расслабленный вид. Не выдержав картины под названием «О да, мне абсолютно не страшно, ведь я идеален», Шелли решила попробовать подбодрить его. — Слушай, если тебе страшно, не обязательно делать вид, будто это не так. — Что? — Я говорю, что не нужно делать вид, будто ты не боишься. Мне тоже страшно. Давай бояться вместе? — Пф, кому здесь страшно? Мне? Я никогда не боюсь. Но так и быть, если тебе боязно, можешь оставаться рядом, я не против, — слегка нервозно произнес Глистен. Шелли не нашла, что на это ответить, поэтому просто судорожно выдохнула и опустилась на пол. Посветив фонариком ещё минуту, девушка решила, что лучше сэкономить батарейки, и включать его только тогда, когда нахождение в темноте будет уже совсем невмоготу. В тишине лифт снова погрузился во кромешную тьму, и тут же прозвучал довольно неожиданный вопрос для того, кому абсолютно не страшно. — Зачем ты выключила фонарик? — Я подумала, что стоит сэкономить заряд. — Включи обратно. — Я не думаю, что это хорошая идея. — Включи. Мне нужно проверить, насколько идеально выглядит мой бант. Но вместо того чтобы выполнить просьбу, Шелли неожиданно выдала совершенно другое. — Давай сыграем в слова? Я начну. Мамэньсизавр. — Аргх, просто включи уже свет! Но Шелли будто бы оглохла к некоторым словам. — Давай, тебе на «Р». Ракушка не видела, но Глистен закатил глаза. — Река. — Акрокантозавр! — Мы играем в слова или в динозавров? Выбирай что-то нормальное. Ружьё. — Ой, да, извини. Ёршик. — Крем. — Микробы. — Мне кажется, играть в слова будет намного приятнее, если бы мы видели друг друга. Бинокль. — А мне кажется, что так даже интереснее — нельзя разглядывать комнату в поисках новых слов. Лось. — И что бы ты здесь рассмотрела? Это же просто железная коробка с телевизором в углу. Суп. — А много чего. Например — перила. — Ммм... АбрикооООО! Спустя короткую тишину парень уже начал говорить слово, но вдруг свет в лифте мигнул, и они ощутимо опустились на два этажа. Теперь и Глистен сидел на полу рядом с Шелли. — Сосна! — Как ты можешь играть в такой ситуации?! Он уже не скрывал панику в своём голосе. — Так я не проведу остаток своей жизни в слезах. Тебе на «А». Между тем Шелли не могла не задуматься, послужит ли она для будущих археологов новым ископаемым. Будет довольно забавно стать одной из новых загадок прошлого. — А... Апостол... Возможно, Глистен от ужаса уже видел свет в конце туннеля, а в нём одного из учеников Христа, но Шелли интерпретировала это как продолжение игры. — Лиоплевродон. — Носорог. Шелли включила фонарик — видимо, настал тот самый момент, к которому она готовилась. — Гипсилофодон. — Номер. Не успела ракушка вспомнить динозавра на букву «Р», как вдруг снова прозвучал грохот и скрип, врезающийся в самую душу. Лифт, сопровождаемый ужасающими звуками, снова начал быстро опускаться вниз. Глистен внезапно сжал в объятиях Шелли, из-за чего они неудобно повалились на её сумку, и что-то очень больно врезалось ей в спину. Среди этого леденящего душу скрежета послышался хруст. Шелли надеялась, что это её позвоночник, а не что-то из инструментов. Шенон её точно по головке не погладит, если она снова придет с просьбой о новой вещи. Если, конечно, Шелли вообще к ней придёт. И вдруг все звуки прекратились, и лифт с мелодичным звоном открылся. Глистен с нечитаемым выражением лица поднялся и отряхнул себя от невидимой пыли. — Молчи о том, что здесь произошло. — Ладно..? Зеркальце отправилось на выход, и стоило Шелли поднять с пола фонарик, она тут же услышала чей-то вскрик. Оказалось, что лифт опустился не полностью, и до пола оставалось ещё сантиметров двадцать. Глядя с пола на обеспокоенную Шелли, Глистен удручённо сказал: — И об этом... ты тоже молчи... *** Прошёл уже месяц с того самого инцидента. Тот лифт опечатали из-за неисправности, и, видимо, чинить его не спешили. Глистен, как обычно, ехал на верхние этажи, рядом цирковое трио что-то эмоционально обсуждало, как вдруг свет несколько раз мигнул. Никакого шума не последовало — просто пора менять лампочки или это перепады напряжения, но сердечко у Глистена успело ёкнуть. — Почему у тебя такое лицо, будто ты призрака увидел? — задал вопрос Луи. — Да так... Ты не поймёшь. Хоть и прошло время с той злополучной поездки, страх останется с ним на всю оставшуюся жизнь.