7 минут Рая

Негромкая музыка разливалась по просторной комнате. На полу стояли бутылки с различным алкоголем и закусками, а компания парней сидела в кругу, крутя стеклянную бутылку. Нет, они играли не в бутылочку, все было намного круче.  Еще утром было решено собраться после уроков на хате Намджуна и выпить в приятной компании. Все эту идею, конечно же, поддержали. Даже Чонгук, который в их компании был самым тихим душкой по сравнению с остальными.  Они учились в одной школе и в одном одиннадцатом классе, за исключением Чимина и Чонгука, которые были на класс младше. Еще два года назад Чимин закрутил роман с одним из ребят в компании, Юнги, и сам вошел в эту компанию, прихватив с собой лучшего друга Чонгука, который был самым младшим из всех, но его быстро приняли, даже несмотря на мягкий характер. Был в этом какой-то свой шарм.  — В общем, я кручу бутылку, на кого выпадают обе стороны, те идут в шкаф, — Намджун хлебнул пива, одновременно растирая стеклянную бутылочку для лучшего скольжения. — Все же знают правила этой игры?  — Это мы играем в эти «7 минут рая»? Которую в тик токе расфорсили? — лениво спросил Джин, жуя чипсы.  — Лучше бы по старинке в бутылочку поиграли, — фыркнул Чимин, удобнее располагаясь на коленях Юнги.  — Ага, и ты бы меня сожрал, если бы мне выпал Мин, — усмехнулся Хосок.  Чонгук тихо сидел рядом с Чимином и Юнги, медленно попивая свое пиво и мельком поглядывая на Тэхёна, который сидел четко напротив него.  Когда это началось, Чонгук не помнил. Как только он пришел в компанию, то сразу со всеми сдружился, хотя они были полной противоположностью его, как по характеру, так и вообще по взглядам на жизнь. Но с кем их сразу не взял мир, так это с ебучим Ким Тэхёном, который сразу прочувствовал его позицию и понял, что тот слабее. Шутки, подколы, придирки — все это было тем, что Тэхён преподносил ему каждый божий день. Сначала Чонгук сглатывал, пытался понять, но потом все начало переходить границы дозволенного, и ссоры стали главным спутником их встреч. Ребята пытались как-то сгладить ситуацию, разговаривали и с Тэхёном, и с Гуком, но первый не собирался заканчивать эти подколы, сводя все к тому, что это элементарные шутки, а второй же не собирался даже мириться и понимать такой своеобразный юмор.  И так проходили два года. Со временем многое изменилось. Наверное, Киму  это все-таки надоело, и он просто перестал замечать Чона как такового, а тот и не жаловался, радуясь, что наконец-то это закончилось. Но оказывается, все только начиналось.  Все так же продолжали общаться друг с другом, встречаться и гулять, но потом этот тотальный игнор начал сильно напрягать. Последней точкой стало ночное осознание того, что ему не хватало внимания. Внимания именно от Кима. Блядского Кима, который два года не давал ему продыху своими шутками и оскорблениями. Сначала парень все это сводил к обычной привычке, но когда на одну из тусовок Тэхён приперся с одной из своих очередных пассий и в конце концов закрылся с ней в одной из комнат, все стало четко понятно. Он влюбился. Да так, что с концами.  И в таких чувствах прошел еще год. За все это время их отношения не изменились. Они так же не общались друг с другом, а Тэхён так и продолжал менять девушек, как перчатки. Это максимально бесило Чона, и он смирился, понимая, что ничего большего, чем он имеет сейчас, не будет.  Поэтому парень сейчас и сидел, молча нажираясь хмельным и незаметно поглядывая на старшего, который, как всегда, выглядел шикарно. Ярко-красные волосы спадали на лоб, черная футболка обтягивала накаченные руки и рифленые кубики пресса, а глаза сияли чем-то завораживающим и опасным. Ну вот как тут было не влюбиться?  Сам Чонгук кутался в свою любимую мятную толстовку, которая гармонично смотрелась с его черными, как ночь, волосами.  — Ну, поехали.  Через час все сидели и тихо смеялись, ведь в шкаф пришлось идти Хосоку и Чимину, где старший почти что довел его до истерики своими подколами и шутками. Из шкафа они вывалились чуть ли не в драке.  — Да все, все, никто твоего Юнги не трогает, — усмехнулся Хосок, наблюдая за тем, как Чимин искал на полу что-нибудь потяжелее.  — Поаккуратнее, а то он и задушить может, — подключился к Чону Ким, и все-таки их двоих ждал обстрел тапочками, которыми пожертвовал Пак.  — Идите нахуй! — Чим показал средний палец, складывая руки на груди и отвернулся к Чонгуку, который от алкоголя уже довольно подрасслабился, и на его лице сияла мягкая улыбка. — Гук, они меня обижают!  — Ну потому что охуели, первый день что ли их знаешь, — спокойно ответил Гук, поднимая взгляд на парней. Хосок сразу же закатил глаза, показывая свое недовольство, а Тэ же молча отвернулся, снова присасываясь к своей бутылке, будто его это вообще не касалось.  — У нас Чонгук, кстати, еще не выпадал. Или мелким сегодня везет? — заметил Юнги, наблюдая за тем, как Намджун снова собирался крутить бутылку.  — Ты щас от меня тоже пойдешь нахуй, — совсем без агрессии сказал Чон, но на его лице было написано все. Он реально туда пойдет.  Ким резко крутанул бутылочку. Она очень долго крутилась, как назло, а у младшего будто встал ком в горле. В тот момент в сердце поселился страх и тревога, но через считаные минуты все решилось.  Бутылочка показывала на него и Тэхёна.  Блядство.  Повисла резкая тишина, а Чонгука будто обдало ледяной водой. Все судорожно переглядывались друг с другом в ожидании того, что сейчас будет, но ни один, ни другой так и не отрывали взгляда от стекла, гипнотизируя керамический пол.  — Мы можем перекрутить… — глухо сказал Намджун, начиная приходить в себя, но в это время Тэхён молча встал со своего места, хватая ничего не понимающего парня за руку и утаскивая их двоих в шкаф. Вся эта ситуация сопровождалась глухой тишиной, ведь все видели и знали, что происходило между этими двумя, и чем это чревато.  Шкаф закрылся с характерным звуком, а парни так и остались смотреть им вслед, ожидая беды.  Чонгук очнулся только тогда, когда они очутились в мраке шкафа. И только тогда пришло осознание того, с кем он сидит и что вообще происходит.  — Как же повезло, — усмехнулся Тэхён, но в его голосе звучал откровенный сарказм. Так как шкаф был большим, он вытянул ноги, почти касаясь парня, который забился в другой конец.  — Не говори, — буркнул Чонгук, медленно выдыхая. Ладно, всего семь минут, они пролетят быстро. Так он по крайней мере думал. Пока не поднял взгляд и не встретился с чужими глазами, которые буквально раздевали его взглядом. Младший сильнее укутался в кофту, чтобы хоть как-то защититься.  Он видел в тик токе все эти видео, где люди тоже играют в эту игру, закрываются вдвоем, а чем они там занимаются, уже никто не знает. Но предположений много, и именно сейчас Чонгук решил вспомнить это, сразу заливаясь румянцем. Слава богу,  в темноте это было не видно.  — Можешь не раздевать меня взглядом, — все-таки не выдержал парень, испепеляя старшего взглядом.  — Ну, только если ты разденешься сам.  Чонгук от этого поперхнулся воздухом, не веря ушам. Что он несет? — Что, прости?  — Я всегда хотел снять с тебя эту блядскую толстовку, она меня бесит.  — А, так ты решил вернуться к истокам и снова начать меня обливать говном? Круто. Это реально круто, тем более после годового игнора, прям в твоем стиле, Ким, — Чон сам и не понял, как выдал это без единой запинки и слишком уверенно. Все-таки алкоголь давал в голову.  Ким внимательно слушал его, а потом лишь фыркнул, пододвигаясь поближе.  — А ты снова так же мило злишься, — нагло улыбнулся Тэ, кладя руку ему на колено. Чонгук только хотел открыть рот, чтобы возмутиться, но от такой выходки весь воздух сперло, а сердце забилось учащеннее. — Я по этому скучал.  — Поэтому год делал вид, что меня не существует? Руку убери, — последнюю фразу он выдал с ледяным холодом в голосе и попытался убрать чужую руку, чертовски нехотя. Ведь он готов был отдать этому парню всего себя, но каплю самообладания все же нужно было иметь.  — А если не уберу? — Тэхён резко схватил его за талию, подгибая под себя, но на этом сразу же останавливаясь. Он не собирался его здесь лапать, лезть под кожу и делать что-то против его воли. Хотелось просто на него смотреть. Смотреть на эти мягкие волосы, пухлые губы, большие глаза и даже на эту блядскую мятную толстовку, которую Ким любил и ненавидел одновременно. А еще он любил этого нежного парня, которого он наконец-то смог подмять под себя.  Когда они только познакомились, то старший сразу разглядел эту нежную и мягкую натуру в душе Гука, но сначала его это бесило, поэтому летели все эти шутки, подколы и оскорбления, но потом… Потом уже это бесить перестало, но он максимально боялся признаться в этом себе. А когда все же признался, то там и влюбленность накатила своим чередом, которую отрицать уже смысла не было. Но парень понимал. Чонгук не его и никогда его не будет, после всех тех слов и поступков, что были. Да и у самого Кима слишком много гордости, чтобы даже извиниться. Поэтому тотальный игнор был лучшим решением.  Он думал, что с помощью большого количества девушек, игнорирования и холода он сможет вычеркнуть из своего сердца этого безумно красивого мальчишку, которого он представлял каждый раз, когда трахал очередную подружку, но все это было не так.  А сейчас он держал этого ангела в своих руках и не знал, что делать дальше. Хотелось извиниться, но…простит ли его Чонгук?  — Ты же сам говорил, что тебе противно от меня, даже смотреть мерзко, твои же слова? — Чон смотрел на него снизу вверх, не пытаясь выбраться, потому что понимал, что это бесполезно. Ну, зато было подходящее время выяснить отношения. У Чонгука то аргументов было много. Тэхён же замер, а сердце болезненно кольнуло. Он и вправду говорил ему такое?.. — Гук… — глухо сказал старший, но было уже поздно. Парень затыкаться не собирался.  — Сука, в чем твоя проблема, Ким? — резко выдохнул младший, пихая верхнего в грудь. — Ты два года меня морально унижал, оскорблял, а потом просто делал вид, что меня не существует, а сейчас мы оказываемся вместе, и ты, блять, пытаешься как-то ко мне подкатить, или, наоборот, еще сильнее унизить! Что я тебе сделал плохого? Где перешел тебе дорогу? Ответь!  Старший смотрел ему в глаза, все сильнее начиная ненавидеть себя. Он столько принес ему боли, а тот все равно продолжал разговаривать с ним… — Чонгук, послушай меня… — Вау, да ты даже мое имя помнишь? Удивительно! Знаешь, я долгое время гадал: а вдруг это во мне проблема, вдруг я какой-то не такой, а оказывается, это просто тебе нужно было потешить свое ебучее эго! Ты говорил, что я противный? Оказалось, все наоборот. Самым противным тут являешься ты! — Из глаз младшего потекли слезы, стекая по щекам, и от этого на душе Тэхёна становилось все больнее и паршивее, но он знал, что заслужил. Кто не заслужил этого всего, так это как раз-таки Чонгук, который сейчас трясся под ним, не скрывая слез, но и не боясь высказать все, что было у него на душе. Старший еще долго будет все это переваривать. — Как я вообще смог влюбиться в такого, как ты.  Резко наступила тишина. Даже звуки всхлипов и вздохов моментально прекратились, а по телу каждого пробежал табун неприятных мурашек. Тэхёна так вообще как будто ледяной водой окатили.  Чонгук понял, что только что выдал, поэтому отпихнул парня, быстро вставая и выбегая из шкафа.  — Гук? — спросил Чимин, оборачиваясь на друга, который пробежал мимо них в коридор. Через несколько секунд послышался хлопок входной двери, и именно в тот момент под удивленный взгляд друзей в коридор пробежал Тэхён, после которого был слышен точно такой же шум. — Это что щас было?.. Чонгук бежал по лестнице вниз, рукой вытирая катившиеся слезы. Зачем он ему это сказал? Какой черт его дернул выдать это! Ему точно теперь конец.  Парень выбежал на улицу, оказываясь на морозе. Было начало декабря, поэтому снег только выпал, еще приятно похрустывая под ногами. Младший оглянулся по сторонам и, недолго думая направился в сторону парка, подальше от этого всего.  — Чонгук! — вдруг послышалось из-за спины, и парень ускорил шаг, потом все же срываясь на бег, но долго это не продлилось. Через несколько секунд он оказался в хватке сильных, теплых рук.  — Отстань от меня! — рыкнул Чон, вырываясь из хватки Кима, но та была слишком крепкой.  — Да выслушай ты меня! Пожалуйста! — наконец-то повысил голос старший, смотря на заткнувшегося мальчишку. — То, что ты сказал в шкафу…это правда?  — А это сейчас имеет значение? — Имеет! — сказал Тэхён намного резче, чем собирался. Чонгук снова заткнулся, отворачивая голову. — Это имеет значение, — уже мягче добавил он. — Когда мы только познакомились, то да. Мне не понравилась твоя изнеженность, мягкость, для меня такое было дикостью, поэтому были все эти обидные шутки и все остальное, но потом я начал понимать, что это все мне в тебе нравится, но признаться я себе в этом не мог. А потом я влюбился. Только вот я думал, что если буду делать вид, что тебя не существует, то все пройдет. Как видишь, не прошло.  Теперь была очередь Чонгука слушать парня и думать, врал ли тот или нет.  — Ты…ты…блять, — выдохнул младший, прикрывая глаза. — Ты урод, Ким. Конченный урод, — выстонал он, утыкаясь лицом в чужую грудь, чувствуя на своих лопатках теплые и такие желанные руки. Это все точно не сон?  — Урод, не спорю. Это даже мягко сказано. Но я хочу извиниться за все, что я делал, — Тэхён аккуратно взял парня за подбородок, отлепляя от себя и заглядывая прямо в глаза. — Прости меня за все те слова, оскорбления, мои поступки. Теперь тебе никто не посмеет даже плохим словом сделать больно, — он нежно погладил его по щеке, а потом наклонился и невесомо поцеловал в уголок губ, вызывая мурашки. — Просто будь моим, пожалуйста. Дай мне исправиться и показать, насколько сильно я тебя люблю.  Чонгук смотрел на него, а потом все же выдохнул, прикрывая глаза, и кинулся ему на шею, впиваясь в губы, о которых так долго мечтал. Тэхён даже не думал сопротивляться, а только положил руки на чужую талию, лишь прижимая ближе к себе и начиная терзать теперь самые любимые губы, которые до конца его дней будут самыми главными и лучшими в жизни.  — Куда ж мне от тебя деваться-то, — тихо сказал младший после долгого поцелуя, восстанавливая сбившееся дыхание. — Я тебя слишком сильно люблю, поэтому дам шанс на исправление.  Тэхён широко улыбнулся, моментально подхватывая парня и начиная кружить в воздухе, чувствуя себя самым счастливым на свете.  *** — Ебаный рот, — присвистнул Хосок, смотря на парней с балкона, где сейчас стояли все пятеро.  — Нихуя себе в игру поиграли, — подтвердил Чимин, наблюдая за тем, как Ким кружил Гука на руках.  — Ну, это было ожидаемо, что ли? Так все романы и начинаются, хули, от ненависти до любви один шаг, — усмехнулся Юнги, искренне радуясь за друзей.  — Ну, только тогда с ними больше не надо играть, а то снова выпадут вдвоем, в шкафу трахаться начнут, щас же конфетно-букетный период будет, — засмеялся Джин, и вся компания присоединилась к нему.  — Ладно, пойдемте отметим новый союз двух любящих сердец, — объявил Намджун, выходя вместе со всеми с балкона и оставляя наедине двух людей, которые только что, спустя столько лет страданий, добились своей любви благодаря всего лишь одной игре.