Лисёнок

Солнце было в зените. На улице неимоверная знойная жара. Вода в бутылке уже нагрелась и на вкус была как яд. Чонин вышел из здания университета на большом перерыве, чтобы подышать воздухом и купить воды в ближайшем магазинчике. Подышать воздухом особо не получилось, поэтому он быстрее побежал к магазину, чтобы побыть хоть немного под кондиционером. Чонин остановился у холодильниками с напитками и задумался над выбором. Хотелось чего-то сладкого, но от этого потом захочется еще больше пить, а брать две бутылки не хотелось. Лень носить и книжки и еще бутылки. Он все же остановился на обычной минеральной воде и пошёл к кассе. — С Вас 1500 вон. Карта или наличные?— сказала пожилая женщина за кассой. — Картой пожалуйста,— послышался знакомый голос за спиной. Грёбаный Хван Хёнджин, — Привет, лисёнок. Опять эта наглая рожа. Она сопровождает Чонина с самого первого курса. Хёнджин старше на 2 года и скоро он уже выпустится. Эта мысль греет младшего, потому что за это время он успел изрядно его достать своим флиртом и ухаживаниями. Будь Чонин глупее, повёлся бы. Но он сразу раскусил Хёнджина. Да и сплетен про него было достаточно. Чонин молча забрал воду и ткнул ладонью с деньгами в грудь старшего. Деньги посыпались на пол, но Чонин уже вышел из магазина. Он множество раз говорил старшему, что тот ему не интересен, но он упорно продолжал страдать хуйнёй, чем только бесил Яна. — Ей, Чонин, у тебя же последняя пара сейчас, да? — Хёнджин подбежал к младшему и немного пихнул его плечом. — Ты что, за расписанием моим следить стал? Не надоело? — ответил младший не поворачивая своего лица. Они остановились у светофора перед университетом, и Хёнджин стал перед ним лицом. — Может немного. Какие планы после пар? — Хёнджин немного пригнулся, чтобы быть на уровне с младшим, так как тот на голову был ниже него. — Это не твоё дело,— нахмурился Чонин и оттолкнул Хвана от себя. — Пойдём на свидание? — Нет. — Но почему?— жалостно спросил Хёнджин и выпятил нижнюю губу, на что Ян только посмотрел на него и скривился. — Я занят. И отвали от меня. — И чем же будешь занят? Неужели тоже идёшь на вечеринку к Чану? — спросил старший. На светофоре засветился зеленый, они перешли дорогу и направились к зданию университета. «Тоже? Этот придурок там будет?» Чонин и вправду собирался на вечеринку. Чан его хороший друг и хороший наставник. Он много чем помогал младшему когда сам еще учился в этом университете. Сейчас то он уже работал и жил сам в съёмной квартире, а не в общаге. Поэтому отказать ему не мог. Но Ян не знал, что этот гад тоже в списке приглашенных. Хотя стоило догадаться, потому что каким-то образом, Хёнджин тоже хорошо дружил с старшим. Как Чан мог с ним общаться вообще? — О, я что угадал?— лучезарно улыбнулся Хван когда увидел как задумался младший,— Тогда увидимся там! До встречи, лисёнок! Хван салютовал и убежал к своим дружкам, которые сидели на лавочке во дворе универа. «Блять. Надо придумать как не пойти» Младший смотрел в спишу Хёнджину, мысленно отправляя посылы во вселенную, чтобы он исчез на пару дней хотя бы. Но увы, вселенная была не благосклонна к нему. Чонин нашел аудиторию и уселся на свое место. Нужно написать Чану, что он не сможет прийти. Ян потянулся в в карман где должен быть телефон, но первое что нащупал это деньги, но их там быть не должно. Достав их из кармана, он узнал тот же номинал купюр которыми хотел расплатиться в магазине и швырнул в Хвана. «Вот же гад. Подсунул их мне в карман» *** — Привет, Йенни! Как скоро ты будешь?— из трубки слышен голос Чанбина. — Ем… я наверное не смогу прийти,— немного нервно ответил младший. Чанбин встречался с Чаном еще с старшей школы. Они были хорошей парой, и Бинни тоже част помогал младшему. — Что-то случилось? Почему? — Я плохо себя чувствую. Не думаю, что смогу прийти, — лжёт младший. Он не хочет лишний раз наблюдать Хёнджина. Тот точно напьётся и снова станет к нему липнуть. Даже больше чем обычно. — А твоя болезнь, случайно не связана с Хёнджином?— Чонин не видит лицо Чанбина, но уверен что на нём сейчас ехидная улыбка. — К чему тут он?— вспыхнул младший. —На тебя не похоже, чтобы ты отказывался в последний момент. Должна быть весомая причина,— прохохотал Бин,— Ну, а еще Хван прожужжал все уши мне и Чану, что узнал, мол ты будешь тут. —Чанбин, я очень хочу пойти, правда. И я бы не отказывался просто так. Но этот Хван, меня реально достал. Он думает, что я очередное имя в его списке «одноразок». Я отказывал ему множество раз, но это ему похоже только нравиться. Я не хочу тратить время, на то, чтобы весь вечер от него прятаться по углам,— выпалил младший. — Тише-тише! Я тебя понял,— снова засмеялся старший,— ты слишком жесток к Хёнджину. Мы вообще не хотели лесть в ваши взаимоотношения, но скажу тебе одну вещь. Все те слухи о нём, не совсем правда. Точнее вообще не правда. Еще на первом курсе, Хван встречался с девушкой, но они расстались по какой-то причине и та пустила слухи, мол он ей изменил. Добавилось еще то, что Хёнджин довольно общительный и хотел со всеми дружить. Так и пошло поехало. Но он уже года два, даже на свидания не ходил. — И что ты хочешь этим сказать?— выдохнул Ян. Не верить Чанбину не было причин. Он знал Хвана намного больше, да и не стал бы врать, —Мне тут же ему в руки отдаться? — Я хочу сказать, что тебе стоит проще к нему относиться. Он болван, да. Но целеустремленный. И мы ждем тебя вообще-то. Так что, давай, через час чтобы был у нас! Чонин решил забить болт на Хёнджина и просто отдохнуть. Все таки, он идёт к друзьям в первую очередь и то, что там будет эта наглая рожа, не должно менять его настроя. Он ждал этой вечеринки уже неделю, потому что из-за работы старших они все никак не могли собраться. А вообще, может стоит пофлиртовать с каким-то парнем на вечеринке, чтобы окончательно дать понять Хёнджину, что тот его не интересует. Авось сработает. Но от мыслей о том, что нужно будет общаться с каким-то пьяным парнем и слушать его сальные подкаты в свой адрес, у Чонина скрутил живот. Нет, этого делать он не станет. Просто будет рядом с Чаном и Чанбином весь вечер и все пройдет хорошо. Но все пошло не совсем хорошо. Как только он вошёл в квартиру, сложилось впечатление, что все смотрят только на него. Он уже пожалел, что надел этот укороченый топ без рукавов и подвёл глаза. Вообще макияж почти незаметным был, но его лисьи глаза стали еще острее и притягательнее. В квартире было много не знакомых для него людей. Некоторые одногруппники Чана, коллеги с работы и еще где-то тут был Хёнджин. Было не очень комфортно. Но он пытался не показывать этого. — Ты все таки пришёл!— Чонина встретил Чан,— Уже выздоровел? —Хён, я тебя конечно люблю, но подкалывать меня не надо. Ты знаешь причину,— пробубнил младший и уселся за стойку, которая разделяла кухню и гостиную. —Знаю. Но ты слишком предвзят к Хвану. —Вы что, сговорились? Теперь хотите меня с ним свести?— Чонин открыл банку с пивом, которую дал ему Чан и сделал пару глотков. —Нет конечно. Но ты зря его отвергаешь. Ты же знаешь, я не желаю тебе плохого,—ответил Чан. —Крис, он меня получит и его интерес сразу пропадёт. Оно мне надо?—Ян уже изрядно злился. —Хорошо, я тебя понял. Не будем больше об этом говорить,—Чан поднял руки в капитуляции и перевёл разговор в другое русло. Начало вечера в целом проходило не плохо. Позже к ним подключился Чанбин и они проговорили пару часов о новостях друг друга. Оказывается в новой квартире Чан и Чанбин жили теперь вместе. Глядя на их отношения, еще хочется верить в любовь. Не то, что Чонину хотелось отношений, ему было хорошо одному. Одиночество никогда не было проблемой для него. Просто глядя на эту идиллию, внутри что-то шевелилось. Но потом появился Хван. Все это время его не было видно, по какой-то причине. И почему он появился именно тогда, когда Чан и Чанбин отошли от него. —Привет,—поздоровался Хёнджин. Он выглядел хорошо. В прочем как всегда. Нельзя было отрицать, что он был очень красивым. Но и нельзя было забывать, что он умело этим пользовался, чтобы затащить кого-то в постель. Хотя после разговора с Чанбином, Ян уже сомневался в этом. —Привет,— лениво бросил младший. —Ты очень хорошо выглядишь сегодня. Ну ты всегда хорошо выглядишь… но сегодня… ну вообщем, ты понял,—старший неловко почесал затылок, на что Ян невольно усмехнулся. Хёнджин бывает неловким? Что-то новое. Так, соберись. Какие еще улыбки из-за этого болвана. —Спасибо,—коротко ответил младший, давая понять, что разговор не очень интересен. Но Хван не отступал. —Ты ведь впервые в квартире хёнов? Видел уже балкон?— Хёнджин пытался поймать взгляд младшего, но тот продолжал смотреть прямо, разглядывая кухонную утварь, будто там было что-то очень интересное. —Нет, не видел. —Советую посмотреть. Чонин понимал, что это тупая уловка, чтобы остаться с ним наедине, но после нескольких банок пива, в голове довольно сильно кружилось. Нужен был воздух. И хотелось курить. Поэтому он молча поднялся со стула и направился к балкону. Вид был и правда хорош. Окна выходили на магистраль, которая ночью красиво подсвечивалась. Можно было смотреть на машины с высоты 15 этажа. Но Чонин думал только о том, что тут должно быть очень шумно, но внутри этого шума не было. —Красиво, но шумно, да?— сзади послышался голос. Вид был и правда хорош. Окна выходили на магистраль, которая ночью красиво подсвечивалась. Можно было смотреть на машины с высоты 15 этажа. Но Чонин думал только о том, что тут должно быть очень шумно, но внутри этого шума не было. —Красиво, но шумно, да?— сзади послышался голос. — Да. Хенджин встал рядом и смотрел на дорогу, пока не повернулся к младшему. Он словно загипнотизированный вглядывался в черты лица, будто видит их впервые или будто пытался впитать в себя это насколько можно, потому-что такой возможности больше не будет. Стоять вот так близко к Чонину было очень важно и очень трепетно для старшего. —Ты выглядишь уставшим. Как себя чувствуешь? —Все в порядке,— Чонина не покидало странное чувство вины по отношению к старшему. Он столько времени бегал от него, говорил обидные слова, но тот почему-то не уходил. Раз он хотел лишь использовать младшего, зачем бегать за ним столько времени. Ян повернулся в Хёнджину и их взгляды встретились. Младший пытался найти в этом взгляде хоть каплю фальши, хоть каплю лжи. Но там была лишь нежность. Хван может так смотреть? —Почему ты ко мне прицепился?— спрашивает Чонин, но вышло достаточно грубо чем он ожидал. —Ты мне нравишься. Я уже говорил,— честно отвечает старший. —Если я тебя поцелую, ты отстанешь от меня? Переключишься на кого-то другого?—Ян прищурил свои глаза, пытаясь считать чужую реакцию. Хван услышав эти слова, выглядел как-то обижено. —Нет. И я не хочу, чтобы ты меня целовал из-за такого. Если ты думаешь, что я хочу лишь твоё тело или то, что ты для меня просто пункт в списке, то мне жаль, что я произвёл такое впечатление,—Хёнджин тяжело вздохнул и уже сделал шаг назад, чтобы уйти в балкона в дом,—Если я правда тебе так противен, то я перестану, правда. Я больше не буду приставать, больше не буду пытаться с тобой... Он не успел договорить, потому что холодные руки уже коснулись его лица, чтобы притянуть к себе. Губы коснулись его губ, и в голове Хвана будто случился взрыв атомной бомбы. Мозг сразу же отключился от всех мыслей, а руки сами потянулись к талии младшего. Никто не углублял поцелуй, он остался трепетным и почти благоговейным. Но через несколько секунд рассудок вернулся к Хёнджину и он понял, что происходит. Он много представлял их поцелуй, но все должно было быть не так. Он вышел с горьким привкусом, потому что младший делал это лишь для того, чтобы он т него отстал. Мол получи, что хотел и гуляй дальше. Но Хёнджин искренне был не таким как о нём можно было подумать на первый взгляд. Люди думали, что он уверенный в себе, дерзкий, самовлюбленный и почему-то пожиратель сердец. Это амплуа просто прицепилось к нему еще на первом курсе. Глядя на то, как выглядел Хван, ни у кого не оставалось мыслей, что тот и вправду был бабником. Но все отнюдь не так. Он на самом деле был просто любопытным, дружелюбным и имел много комплексов. Да, он был немного занозой в заднице из-за своей гиперактивности, но был полностью безобидным. Хенджин первый отстранился. По правде, хотелось чтобы этот момент никогда не заканчивался, но внутри скребли кошки от такого поступка. Это довольно сильно обидело старшего. —Прости,— сказал Хёнджин и буквально вылетел с балкона. Он даже не взглянул на младшего. Чонин стоял на балконе и тупил в одну точку. В голове была полная каша. Он ожидал чего угодно но явно не побега после поцелуя. Чонин не понимал, злиться ему или чувствовать себя виноватым. Внутри всё неприятно зудело. Он хотел этой проверкой поставить точку, а получилось, что всё только сильнее запуталось. Он вернулся в душную гостиную. Музыка орала, кто-то смеялся, но Чонину хотелось просто провалиться сквозь землю. Он подошел к стойке, где сидели Чан и Чанбин. Те сразу заметили, что что-то не так. — О, а вот и наш пропажа, — Чанбин улыбнулся, но тут же нахмурился. — Йенни, все нормально? Чан внимательно посмотрел на младшего. — Я видел, как Хёнджин пулей вылетел из квартиры. Даже «пока» не сказал. Вы поссорились? Чонин молча взял банку пива, крутанул её в руках и, не поднимая глаз, выдал: — Я его поцеловал. У Чанбина глаза на лоб полезли. — Да ладно! Нифига себе! — он аж подпрыгнул на стуле. — Наконец-то лед тронулся! Мы уже ставки ставили, когда ты сдашься. Красава, Чонин! Чан тоже довольно кивнул, мол, ну и правильно, хватит уже бегать друг от друга. — Да подождите вы, — перебил их Чонин, чувствуя, как уши начинают гореть. — Я перед этим спросил у него: «Если я тебя поцелую, ты отвалишь от меня?» В наступившей тишине было слышно только басы из колонок. Чанбин перестал улыбаться и медленно поставил свой стакан на стол. — В смысле? — он посмотрел на Чонина как на придурка. — Ты что, реально решил от него поцелуем откупиться? Типа «на, подавись и исчезни»? — Нет! — Чонин занервничал. — Я просто хотел проверить его. Посмотреть, что он сделает. Будет ли он рад, что добился своего, или... — Или что? — Чан сложил руки на груди, его голос стал серьезным. — Он сказал, что не хочет, чтобы я его целовал через силу, — тихо буркнул младший. — Сказал, что ему жаль, что я так о нем думаю. И ушел. Чанбин тяжело вздохнул и закатил глаза. — Блин, Чонин, ну ты и выдал. Ты его просто размазал. Хёнджин, конечно, тот еще болван, но он реально в тебя втрескался. Чонин опустил голову. Слова друга больно кольнули. Он ведь действительно не хотел, чтобы всё так вышло. Просто привык защищаться от Хвана и перегнул палку. — На самом деле... — начал он и запнулся. — На самом деле он мне нравится. Давно уже. Чанбин и Чан замерли. Они ожидали чего угодно, но не такого прямого признания. — Я просто боюсь его, — Чонин наконец поднял глаза, и в них была видна настоящая паника. — Вы же знаете, какие слухи про него ходят. Я не хотел быть просто очередным парнем на одну ночь. Думал, если подпущу его близко, он разобьет мне сердце и пойдет дальше. Поэтому я и строил из себя недотрогу, грубил, отталкивал... Он швырнул банку в мусорку и закрыл лицо руками. — А сегодня я просто перегнул палку. Хотел убедиться, что он не такой, как говорят, но в итоге сам поступил как последний мудак. Я видел его глаза, когда отстранился... Ему реально было больно. Чан положил руку ему на плечо и слегка сжал. — Он отходчивый. Но тебе придется что-то с этим делать. Ты же не оставишь всё так? Чонин посмотрел на дверь, через которую недавно выбежал Хёнджин. Внутри всё сжалось от мысли, что Хван сейчас где-то один и думает, что его чувства просто растоптали. Всю ночь Чонин не мог сомкнуть глаз. Он ворочался в кровати, раз за разом прокручивая в голове тот короткий поцелуй и то, как Хёнджин на него посмотрел перед уходом. Было тошно от самого себя. Он всё утро репетировал речь, подбирал слова, чтобы не звучать глупо, и надеялся, что сможет всё объяснить. Утром он пришел в университет пораньше. Чонин караулил у входа, надеясь перехватить Хвана до начала пар, но тот так и не появился. На большом перерыве Чонин не выдержал и пошел к аудиториям старшекурсников. Он стоял у стены, высматривая среди толпы знакомую макушку, но всё мимо. — Эй, Феликс! — окликнул он одного из друзей Хёнджина, который проходил мимо. — Привет. А Хван где? У вас же сейчас лекция общая. Феликс остановился и удивленно поднял брови. — Привет, Чонин. Да он не пришел сегодня. Сказал, что приболел или просто не в духе, я не особо понял. Скинул сообщение утром и всё, с концами. — Приболел? — сердце Чонина ухнуло куда-то вниз. — Сильно? — Не знаю, он не отвечает на звонки, — Феликс пожал плечами. — А что, что-то срочное? Передать ему? — Нет, ничего... Спасибо, — буркнул Чонин и быстро ушел. Весь оставшийся день он чувствовал себя как на иголках. Он обошел все места, где Хёнджин обычно зависал: столовую, лавочки во внутреннем дворе, даже заглянул в библиотеку, хотя знал, что Хван там бывает редко. Пусто. К концу дня Чонин совсем поник. Хёнджин никогда не прогуливал просто так, особенно без предупреждения. Стало ясно — он не «приболел», он просто не хочет никого видеть. И особенно его, Чонина. Сидя на последней паре, Чонин смотрел в окно. Солнце всё так же жарило, как и вчера, но на душе было паршиво. Он достал телефон и долго смотрел на их пустой диалог в мессенджере. Пальцы зависли над клавиатурой. «Надо ехать к нему», — пронеслось в голове. Чонин не выдержал. Он быстро набрал Чану и выпросил адрес Хёнджина. Чан, конечно, всё понял, но адрес скинул без лишних вопросов, только добавил: «Будь помягче с ним». Дом Хёнджина оказался в тихом районе, не так далеко от университета. Чонин стоял перед дверью квартиры и чувствовал, как сердце колотит в самые рёбра. Он пару раз заносил руку, чтобы постучать, но замирал. А вдруг Хван его просто выставит? Или, что ещё хуже, не откроет? Наконец, он коротко стукнул в дверь. Тишина. Он постучал сильнее. — Хёнджин, я знаю, что ты там. Открой, пожалуйста, — громко сказал Чонин, прислонившись лбом к прохладному дереву двери. Через минуту послышались тихие шаги. Замок щелкнул, и дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы можно было увидеть лицо. Хёнджин выглядел паршиво: волосы растрепаны, глаза заспанные и какие-то потухшие. На нём была растянутая домашняя футболка, и он совсем не был похож на того дерзкого парня из университета. — Чонин? — голос у него был хриплый. — Ты что здесь делаешь? — Ты не пришёл в универ. Я весь день тебя искал, — Чонин замялся, не зная, куда деть руки. — Зачем? — Хёнджин отвел взгляд. — Ты же получил, что хотел. Я больше не буду к тебе лезть, обещаю. Мог бы и не приходить ради этого. — Нет, ты всё не так понял, — Чонин сделал шаг вперед, почти вплотную к двери. — Пожалуйста, пусти меня. Нам надо поговорить нормально. Хёнджин долго смотрел на него, будто сомневался, стоит ли вообще продолжать этот цирк, но в итоге вздохнул и шире открыл дверь, пропуская младшего внутрь. В квартире было темно, зашторенные окна не пропускали свет. Пахло кофе и чем-то сладким. — Прости за беспорядок, я не ждал гостей, — буркнул Хван, проходя на кухню. Чонин не пошёл на кухню. Он остался стоять в коридоре, глядя в спину старшему. — Хёнджин, — позвал он. Тот остановился, но не обернулся. — Тот поцелуй на балконе... Я дурак, что сказал те слова. Я просто испугался. — Испугался чего? Что я реально от тебя не отстану? — Хван горько усмехнулся. — Нет. Я испугался, что ты мне по-настоящему нравишься. И что если я это признаю, ты просто поиграешь со мной и бросишь, как говорят в тех слухах. Хёнджин медленно повернулся, и в его глазах появилось странное выражение — смесь шока и робкой надежды. — Что ты сказал? — Что слышал, — Чонин набрал в грудь побольше воздуха, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я придурок, Хёнджин. Я наслушался всякого дерьма про тебя и решил, что самый умный. Думал, буду держать тебя на расстоянии, грубить, и тогда моё сердце будет в безопасности. Хёнджин молчал, просто замер у кухонного стола, не сводя с него глаз. Это давило, но Чонин решил идти до конца. — Вчера на балконе... я не откупиться хотел. Я хотел проверить, правда ли ты чувствуешь то же самое. Но когда я ляпнул ту тупость про «отстанешь ли ты», я всё испортил. Я увидел, как тебе стало больно, и чуть на месте не сдох от того, какой я мудак. Чонин сделал пару шагов к нему, сокращая дистанцию. — Ты мне нравишься. Давно уже. Просто я трус, Хван Хёнджин. Я так боялся, что ты меня используешь, что в итоге сам сделал тебе больно. Прости меня. Если ты теперь не хочешь меня видеть — я пойму. Я просто должен был это сказать. Хёнджин всё ещё молчал. Он смотрел на Чонина так, будто перед ним было привидение. А потом он вдруг закрыл лицо ладонями и издал звук, похожий на нервный смешок. — Ты хоть понимаешь, что я всю ночь не спал? — глухо произнёс Хван из-за ладоней. — Я думал, что я тебе настолько противен, что ты готов на что угодно, лишь бы я исчез. Я уже планировал, как буду избегать тебя в универе до самого выпуска. Он убрал руки от лица. Глаза у него были покрасневшие, но в них больше не было той пустоты. — Чонин, мне никто не нужен, кроме тебя. Не было никаких списков, никаких «одноразок», — он сделал шаг навстречу и аккуратно, будто боясь, что младший сейчас испарится, взял его за предплечья. — Я два года бегаю за тобой не потому, что мне скучно. — Я знаю. Чанбин мне всё рассказал, — тихо ответил Чонин, не отрывая взгляда от его лица. — Теперь знаю. Хёнджин чуть заметно улыбнулся — впервые за этот день. Его руки скользнули выше, к плечам Чонина. — И что мне теперь с тобой делать? После того, как ты мне все нервы вымотал? Чонин не стал ничего отвечать. Вместо этого он просто подался вперёд, сокращая последние сантиметры между ними, и сам потянулся к губам Хёнджина. На этот раз всё было по-другому. Не было той ледяной стены, которую Чонин выстраивал вокруг себя годами. Не было страха или желания что-то доказать. Только тепло и тихий стук двух сердец, которые, кажется, наконец-то начали биться в одном ритме. Хёнджин сначала замер, будто не веря, что это происходит наяву, а потом шумно выдохнул и крепко прижал Чонина к себе. Его ладони легли на талию младшего, собственнически и в то же время очень осторожно. Поцелуй вышел мягким, долгим и каким-то по-настоящему честным.