люди любят

Юна отжималась, слушая музыку из подборки для спорта. Часы на стене показывали семь утра, на улице уже посветлело, а девушка который раз жалела, что не выпила что-нибудь для сна. После короткой растяжки и разогрева, упражнения шли друг за другом с короткими перерывами на отдых. Песни, кажется, начали повторяться по кругу, а Юна, перевернувшись на спину, глубоко задышала. Почему так мало треков? – Дурацкий плей лист, – вздохнув, медленно села. Она посмотрела в панорамное окно как раз тогда, когда ночное освещение – блеклое, чтобы глазам больно не было – менялось на обычное. Сотрудники, обслуживающие спортивный комплекс вышли на смену. По ним можно часы сверять. – Не знал, что ты сдвинула график тренировок. Музыка в наушниках не перекрыла голос человека, вошедшего в зал. Юна не обернулась, только слегка склонила голову в сторону, обозначить, что услышала. Этот голос она запомнила с первого дня и ни с кем не путала. Сакуса медленными шагами приблизился к девушке, но не обогнул, остался за спиной. Нажав на наушник, девушка полностью остановила музыку. – Обычно я прихожу позже. – Знаю, – тихо отвечает парень. – А меня с собой не позвала. Девушка не поднимается с пола, но поднимает голову, чтобы посмотреть на немного сонного парня, из квартиры которого вышла не так давно. – Чтобы ты совсем спать перестал? Подготовка к новому сезона шла особенно активно последний месяц, и Юна перестала видеть парня все этого здания совсем. Часто, наконец доезжая до квартиры своей девушки, парень едва находил силы сходить в душ и переодеться. Подходил к девушке, что сидела, как обычно на кухне за заполнением рабочих документов, обнимал ее со спины и тихо спрашивал, как прошел ее день. Короткие разговоры заканчивались просьбой оставить работу и пойти спать. Вставал он тоже обычно сильно раньше девушки, ей в штабе Шакалов – как называли спортивный центр между собой волейболисты – нужно было быть с десяти часов, когда Фостер закончит с основной тренировкой на тренажерах и загонит парней на площадку. – Я не люблю спать один. Юна улыбается, смотря на расстроенное лицо парня, а сама думает о том же самом. Без него постель не такая мягкая, не такая теплая. – Мне нужно было взять одежду у себя. Сакуса сгибает ноги в коленях и начинает массировать шею девушки длинными пальцами. Юна, чуть шикнув из-за неожиданно кольнувшей боли, сразу расслабляется. – Может, переедешь наконец-то ко мне? Свою квартиру можешь сдавать. Твоя известность добавит пару нолей в стоимости аренды, – девушка тихо посмеивается, но не перебивает. Вещи то уже собраны, препираться смысла нет. – Из нее и вид красивый, у меня лучше, конечно, но тоже сносно. Вот тебе и заработок. Юна практически перестала тратить деньги, как только Сакуса начал на ней ухаживать. Дом всегда радовал красивыми букетами в вазах, вечера коротали в красивых ресторанах, на выставках, за просмотром фильмов на проекторе у него в квартире– это ведь Сакуса, никаких кинотеатров. Поездки всегда в комфорте – и дверь откроют, и поцелуют, и на руках до квартиры донесут, если совсем устала. Чаще просто потому, что ему просто хочется, а кто она такая, чтобы отказывать. Вещи в гардеробе появлялись с завидной регулярностью, и кто бы мог подумать, что этот парень может терпеливо ходить по торговым центрам, чтобы видеть радостное лицо своей девушки, когда она в очередной раз примеряет одежду. Извиняться за свои косяки Сакуса умел по-разному – и словами, и действиями, и руками. В редких ссорах он умело успокаивал девушку поцелуями, на грани удовольствия и боли сжимая ладонями бедра Юны. Извинялся долго, с особым блеском в глазах, доводя до сладких для него стонов в ухо. Потом обнимал со спины, терпеливо объясняясь, прерываясь только на короткие поцелую в шею. Не отпускал, пока не убеждался, что ссора закончилась и его девушка довольна. – Заведем собаку? – спросила девушка, когда парень, взяв ту за руку, поднял ее с пола. – И собаку заведем. А сейчас домой, у нас выходной все таки.