Песни Красной Горы. Том I. Песнь ветра

Глава 2: Припасы.

16 день месяца Последнего Зерна, 3Э427

Сейда Нин и окрестности

Пепел. Он был повсюду - серый, невесомый, падающий с неба, которого не было. Нерайя стояла посреди равнины, простиравшейся до горизонта во все стороны. Ни деревьев, ни камней, ни звуков. Только пепел, медленно оседающий на её плечи, на волосы, на ресницы. Она попыталась сделать шаг, но ноги не слушались. Попыталась позвать кого-то - но голос застрял в горле, как ком сухой земли. А потом она увидела глаза. Они появились в пустоте впереди - два красных огня, горящих в темноте, которой не должно было быть посреди серой равнины. Они не моргали. Они просто смотрели. На неё. Сквозь неё. Нерайя почувствовала, как что-то коснулось её разума - не слово, не мысль, а ощущение. Узнавание. Как будто тот, кто смотрел на неё из темноты, ждал её. Давно. Очень давно. «Ohn abahr’veysag». Слова прозвучали не снаружи - они родились где-то внутри её головы, тяжёлые и древние, как камень на дне высохшего колодца. Нерайя хотела ответить, что не понимает, что это ошибка, что она никуда не возвращалась - но слова не шли. Пепел забивал рот, горло, лёгкие. Глаза приближались. Или она приближалась к ним - она не могла понять. Расстояние здесь не имело смысла. Время тоже. За глазами проступило лицо. Нет, не лицо - маска. Золотая, с острыми чертами, с прорезями для глаз, из которых лился тот самый красный свет. Маска была прекрасной и ужасной одновременно, как что-то, что не должно существовать в мире живых. «Veys lo». Голос был мягким, почти ласковым. Как голос того, кто ждал слишком долго. «Veys. Os uris». Нерайя рванулась назад - и проснулась. Она села на кровати, тяжело дыша. Сердце колотилось так, словно она только что пробежала милю. Рубашка прилипла к спине от пота. Комната была тёмной, но не полностью - слабый свет луны пробивался сквозь грязное стекло окна, отбрасывая бледные полосы на деревянный пол. Трактир Арилла. Сейда Нин. Морровинд. Она провела рукой по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна. «Просто сон, - сказала она себе. - Просто сон». Но её пальцы дрожали, когда она коснулась кулона под рубашкой. Металл был тёплым, почти горячим, хотя в комнате было прохладно. Она вспомнила глаза. Красные, немигающие. И голос, который звал её. «Что это было?» - подумала она. Ответа не было. Только тишина ночи и далёкий крик какой-то болотной птицы. Нерайя встала, босые ноги коснулись холодного пола. Она подошла к окну, надеясь, что свежий воздух поможет прогнать остатки кошмара. И тогда она увидела его. В свете маяка, стоявшего неподалёку, кто-то двигался у старого пня посреди пруда. Фигура была невысокой, с тонкими конечностями и быстрыми, почти нервными движениями. Нерайя прищурилась, пытаясь разглядеть больше сквозь мутное стекло. Босмер. Лесной эльф. Она узнала характерную манеру двигаться - плавно, почти бесшумно, как будто каждый шаг был частью какого-то танца. «Фаргот», - вспомнила она имя, которое выкрикивал пьяный норд в трактире. Тот самый босмер, который якобы украл у него деньги. Эльф возился с пнём, что-то доставая или, наоборот, пряча. Его движения были торопливыми, нервными - движения человека, который боится быть замеченным. «Тайник», - поняла Нерайя. Она отступила от окна, её разум уже работал, просчитывая варианты. Норд говорил, что Фаргот связан с контрабандистами. Редгардка - Элон - упоминала пещеру где-то на побережье к востоку от деревни. Если босмер действительно один из них, он может знать, где эта пещера. Или привести её туда. Нерайя быстро оделась, натягивая простую рубашку и штаны. Её движения были отточенными, бесшумными - привычка, выработанная годами жизни вне закона. «Тамира тоже так умела, - мелькнула мысль. - Я научила её двигаться тихо, когда ей было десять. Она схватывала всё на лету...» Она оборвала воспоминание. Не сейчас. Сначала - дело. Трактир спал. Нерайя спустилась по лестнице, избегая скрипучих ступеней - третья сверху, пятая, седьмая. Она запомнила их ещё днём, когда поднималась в комнату. В общем зале было темно и тихо. Угли в очаге едва тлели, отбрасывая слабый красноватый отсвет на стены. Храп доносился откуда-то из угла - кто-то из постояльцев заснул прямо за столом. Её взгляд скользнул по стойке. Рядом, у очага, стоял железный ломик, заменявший кочергу. Нерайя взяла его, проверяя вес. Нож, купленный вечером у Арилла, уже висел за поясом - не боевой, но достаточно острый. «Не сабли, - подумала она. - Но лучше, чем ничего». Энар всегда говорил: «Оружие - это то, что у тебя в руке, когда нужно драться. Хоть камень, хоть палка». Она вышла через заднюю дверь, стараясь не скрипнуть петлями. Ночь была прохладной, воздух пах сыростью и чем-то сладковато-гнилым - запах болот, к которому ей ещё предстояло привыкнуть. Свет маяка медленно вращался, выхватывая из темноты то причал, то крыши домов, то странные силуэты гигантских грибов на берегу. Нерайя двинулась к пруду, держась в тени. Босмера уже не было видно. Но пень стоял там, где она его видела из окна - посреди мелкой воды, окружённый камышами. Она подошла ближе, ступая осторожно. Вода была холодной, едва доходила до щиколоток. Дно илистое, но твёрдое. Пень оказался старым, трухлявым, с глубокими трещинами в коре. Нерайя опустилась на корточки и начала обшаривать его, используя ломик, чтобы поддевать куски коры. Тайники - это было ей знакомо. Люди всегда прятали ценности в очевидных местах, надеясь, что никто не догадается искать. Дупла деревьев, щели в стенах, камни у дороги. Она находила такие тайники десятки раз. Ломик скрежетнул по дереву. Что-то поддалось. Под куском коры обнаружился небольшой мешочек, завёрнутый в промасленную ткань. Нерайя развязала шнурок и заглянула внутрь. Монеты. Не много - может, тридцать-сорок септимов - но достаточно, чтобы подтвердить её догадку. «Фаргот, - подумала она, пряча мешочек за пояс. - Ты не так уж умён». Она выпрямилась, оглядываясь. Босмер ушёл куда-то на восток, в сторону побережья. Если он действительно связан с контрабандистами... На мгновение ей показалось, что за ней кто-то наблюдает. Она резко обернулась, рука сжала ломик. Никого. Только тени, колышущиеся в свете маяка. Только шорох камышей на ветру. «Нервы», - сказала она себе. Но ощущение чужого взгляда не исчезло. След босмера был едва заметен - примятая трава, сломанная ветка, отпечаток лёгкой ноги на влажной земле. Для обычного человека - ничто. Для того, кто пятнадцать лет жил в лесах, выслеживая добычу и уходя от погони - достаточно. Нерайя двигалась осторожно, стараясь держаться в тени. Тропа вела на восток, вдоль берега, петляя между зарослями гигантских грибов и какими-то растениями, которых она никогда не видела - высокие, с мясистыми листьями и странным запахом. «Морровинд», - подумала она. «Всё здесь чужое». В Сиродииле она знала каждое дерево, каждый куст. Знала, какие ягоды можно есть, какие травы лечат, какие - убивают. Здесь же она была слепа, как новорождённый котёнок. «Придётся учиться заново». Где-то вдалеке закричала птица - резкий, пронзительный звук, похожий на скрежет металла по камню. Нерайя замерла, прислушиваясь. «Скальный наездник», - вспомнила она слова капитана. «Летающая тварь». Крик повторился, но уже дальше. Тварь, кем бы она ни была, улетала прочь. Нерайя двинулась дальше. Путь занял больше времени, чем она рассчитывала. Тропа петляла, иногда исчезала совсем, и ей приходилось искать след заново. Босмер двигался быстро, но не слишком осторожно - видимо, не ожидал, что кто-то будет его выслеживать. Наконец она почувствовала запах - солёная вода, смешанная с чем-то гнилым. Берег. И что-то ещё - дым, едва уловимый, но явственный. Она замедлила шаг, двигаясь ещё осторожнее. Впереди, в склоне холма, темнел провал - вход в пещеру, частично скрытый корнями и свисающими ветками. Оттуда доносился слабый свет и приглушённые голоса. Нерайя спряталась за большим камнем, наблюдая. Босмер стоял у входа, разговаривая с кем-то внутри. Его голос был слишком тихим, чтобы разобрать слова, но жесты выдавали нервозность. «Контрабандисты, - подумала она. - Элон не соврала». Она провела пальцами по кулону под рубахой, чувствуя его тепло. «Вор», - вспомнила она слово клерка. Созвездие, под которым она родилась. Удача. «Сегодня она мне понадобится». Босмер закончил разговор и скрылся внутри пещеры. Нерайя подождала несколько минут, давая глазам привыкнуть к темноте, прислушиваясь к звукам. Потом она двинулась вперёд. Элон наблюдала из тени, как данмерка исчезает в зарослях. Она следовала за ней от самого трактира - на безопасном расстоянии, используя все навыки, которым её учили. Нерайя была хороша, очень хороша. Двигалась бесшумно, проверяла тылы, использовала тени. Но Элон была лучше. «Или, по крайней мере, опытнее», - поправила она себя. Она видела, как Нерайя нашла тайник в пне. Видела, как выследила босмера. Видела, как подошла к пещере и замерла, оценивая ситуацию. «Умная, - подумала Элон. - Не бросается очертя голову. Думает». Это было хорошо. Это было именно то, что Кай хотел знать. Данмерка скрылась в пещере. Элон не последовала за ней - это было бы слишком рискованно. Вместо этого она нашла удобную позицию на склоне холма, откуда был виден вход, и приготовилась ждать. Ночь была тихой. Только плеск волн о камни, крики ночных птиц и далёкий гул силт страйдера, который, видимо, не спал даже ночью. Элон коснулась серьги - привычный жест, почти бессознательный. Зачарованный топаз мог усилить звуки, но на таком расстоянии от пещеры это было бесполезно. «Она справится, - подумала Элон, глядя на тёмный провал входа. - Или не справится». Странно, но эта мысль вызвала что-то похожее на беспокойство. Не профессиональное - Клинки теряли агентов, это было частью работы. Что-то другое. Что-то, чего Элон не испытывала уже давно. Она нахмурилась, отгоняя это чувство. «Ты здесь не для того, чтобы её спасать, - напомнила она себе. - Ты здесь, чтобы оценить. Доложить. Не более». Но её рука всё равно легла на рукоять скимитара под плащом. Из пещеры донёсся шум - крики, звон металла. Потом вспышка света, похожая на молнию. Элон подалась вперёд, вглядываясь в темноту. «Маг, - поняла она. - У них там маг». Это меняло расклад. Контрабандисты с клинками - одно дело. Контрабандисты с боевым магом - совсем другое. Она встала, готовая двинуться к пещере. Если данмерка погибнет, Кай будет недоволен. Он вложил слишком много в эту операцию, чтобы потерять объект в первую же ночь. «Только поэтому, - сказала она себе. - Только поэтому». Но она не успела сделать и шага. Из пещеры выбежал кто-то - невысокий, тощий. Босмер. Фаргот. Он мчался прочь, не разбирая дороги, и в его движениях читалась паника. Элон отступила глубже в тень, пропуская его мимо. «Значит, там что-то пошло не так, - подумала она. - Но не для данмерки». Она снова опустилась на землю, продолжая наблюдать. Ждать. Это она умела. Этому её научили давно, ещё в первые годы службы. Ждать, наблюдать, не вмешиваться без крайней необходимости. Прошло время - может, полчаса, может, больше. Элон не считала. Потом из пещеры выбежал ещё кто-то. Данмер - она разглядела серую кожу в лунном свете. Он двигался торопливо, пригибаясь, озираясь по сторонам. Не так панически, как босмер, но явно напуганный. Прижимал руку к голове - ранен? Элон проводила его взглядом. Он скрылся в зарослях, уходя на юг, прочь от деревни. «Двое сбежали», - отметила она. - «Интересно». Прошло ещё какое-то время. Потом из пещеры начали выходить люди. Не контрабандисты - рабы: каджиты и аргониане. Они двигались неуверенно, озираясь, как звери, выпущенные из клетки. «Она их освободила», - поняла Элон. Это было... неожиданно. Разумный человек на месте данмерки взял бы, что нужно, и ушёл. Не стал бы рисковать ради чужих рабов. «Но она не разумная, - подумала Элон. - Она отчаянная. Это разные вещи». Наконец появилась сама Нерайя. Даже издалека Элон видела, что она ранена - двигалась чуть скованно, придерживая левое плечо. Но шла сама, без помощи. «Выжила, - констатировала Элон. - И победила». Она позволила себе лёгкую улыбку. «Кай будет доволен». Внутри было темно, но не полностью. Факелы, закреплённые на стенах через неравные промежутки, отбрасывали дрожащий свет на влажные камни. Воздух был тяжёлым, пропитанным сыростью, дымом и чем-то ещё - кислым, неприятным запахом, который Нерайя не сразу опознала. Страх. Так пахнет страх, когда люди заперты в тесном пространстве слишком долго. Она двигалась вдоль стены, стараясь держаться в тени между факелами. Ломик в одной руке, кухонный нож - в другой. Не лучшее оружие, но выбирать не приходилось. Голоса доносились откуда-то из глубины пещеры. Она различала как минимум троих - может, больше. - ...опять напился, Хрисскар! - резкий голос, полный раздражения. - Ты хоть понимаешь, что однажды нас всех выдашь? - Да ладно тебе, - лениво ответил другой. Нерайя узнала этот голос. Норд из трактира. - Всё под контролем. - Под контролем? Если бы не Фаргот, мы бы уже сидели в клетке! - Хватит, - вмешался третий голос, низкий и спокойный. - Завтра груз уходит. Нам не нужны ссоры. Нерайя остановилась за выступом стены, прислушиваясь. Трое - это минимум. Плюс босмер, который вошёл раньше. Четверо. Может, больше. «Плохие шансы», - подумала она. Но отступать было поздно. Да и некуда. Она двинулась дальше, ещё осторожнее. Коридор расширялся, превращаясь в небольшой зал. Она выглянула из-за угла. В центре зала горел костёр, над которым висел закопчённый котелок. Вокруг были разбросаны ящики, бочки, тюки с товарами. Трое мужчин сидели у огня - норд с топором на коленях, худощавый данмер со шрамом на щеке и ещё один данмер, высокий, с длинными волосами, собранными в хвост. Этот последний держался иначе - спокойнее, увереннее. Главный. Босмера видно не было. Может, ушёл куда-то вглубь. Нерайя отступила назад, обдумывая варианты. Атаковать в лоб - самоубийство. Трое вооружённых мужчин против женщины с ломиком и кухонным ножом. Даже если она застанет их врасплох, шансов мало. «Нужно проредить их, - решила она. - По одному». Она двинулась вдоль стены, ища боковые проходы. Пещера оказалась больше, чем выглядела снаружи - настоящий лабиринт из коридоров и залов. В одном из боковых проходов она услышала шаги. Кто-то шёл ей навстречу. Нерайя прижалась к стене, подняв ломик. Данмер со шрамом вышел из-за поворота, на ходу завязывая штаны. Видимо, отлучился по нужде. Он не успел даже вскрикнуть. Ломик обрушился на его голову с глухим звуком. Данмер рухнул на землю, его глаза закатились. Нерайя замерла, прислушиваясь. Никто не поднял тревогу. Значит, не услышали. Она быстро обыскала тело. На поясе висела сабля - настоящая, стальная, с потёртой рукоятью. Нерайя взяла её, проверяя баланс. Клинок был не идеален, но в сотню раз лучше её ножа. «Уже лучше», - подумала она, отбрасывая ломик. Нож оставила - пригодится. Связка ключей, несколько монет. Она забрала всё. Дальше. Второго она нашла в боковом зале, где были свалены ящики с контрабандой. Молодой бретонец, почти мальчишка, рылся в одном из ящиков, что-то бормоча себе под нос. Он услышал её шаги и обернулся - но слишком поздно. Сабля вошла ему под рёбра, прежде чем он успел поднять тревогу. Он захрипел, его глаза расширились от удивления и боли. - Прости, - прошептала Нерайя, вытаскивая клинок. Она не чувствовала вины. Не могла себе этого позволить. Эти люди торговали рабами - живыми существами, которых везли в цепях и продавали, как скот. Они сделали свой выбор. Как и она. «Тамира», - мелькнуло в голове. «Всё ради Тамиры». Она двинулась дальше. Третьего - норда - она нашла там, где оставила. Он всё ещё сидел у костра, лениво потягивая что-то из фляги. Топор лежал рядом, на расстоянии вытянутой руки. Главарь - данмер с хвостом - куда-то ушёл. Босмера тоже не было видно. «Сейчас или никогда», - решила Нерайя. Она вышла из тени. Норд увидел её и на мгновение замер, не веря своим глазам. - Ты... - начал он. Нерайя не дала ему договорить. Она бросилась вперёд, сабля описала дугу, целясь в горло. Но норд оказался быстрее, чем выглядел. Он откатился в сторону, хватая топор, и её клинок лишь рассёк воздух. - Это та данмерка из трактира! - заорал он, вскакивая на ноги. - Сюда! Быстро! «Дерьмо», - подумала Нерайя. Норд атаковал - мощный, размашистый удар, который снёс бы ей голову, если бы попал. Она уклонилась, чувствуя, как топор просвистел в волоске от её уха. Он был сильнее. Тяжелее. Опытнее в прямом бою. Но она была быстрее. Нерайя нырнула под следующий удар, её сабля скользнула по его бедру, оставляя глубокий порез. Норд взревел от боли, но не остановился - его топор обрушился сверху, и она едва успела отскочить. - Убью! - рычал он, наступая. - Убью тебя, сука! Она отступала, уводя его от костра, от света. В темноте её преимущество росло. Краем глаза она заметила движение справа. Босмер - тот самый, за которым она следила - выскочил из бокового прохода с кинжалом в руке. Его лицо было перекошено от страха, но он всё равно бросился на неё. «Двое», - мелькнуло в голове. Нерайя развернулась, уходя от удара кинжала. Лезвие скользнуло по её боку, распоров рубашку, но не задев кожу. Норд воспользовался моментом - его топор обрушился сверху. Нерайя едва успела отскочить, споткнулась о какой-то ящик. - Держи её! - рявкнул норд. Но босмер медлил. Его глаза метались между Нерайей и нордом, рука с кинжалом дрожала. «Трус», - поняла она. Норд атаковал снова, не дожидаясь помощи. Мощный удар, который должен был разрубить её пополам. Нерайя нырнула под его руку, её сабля скользнула по его бедру, оставляя глубокий порез. Норд взревел от боли, но не остановился. Он развернулся, замахиваясь для нового удара - и на мгновение потерял равновесие. Этого мгновения хватило. Сабля вошла ему в бок, пробила печень и нашла путь к лёгким. Он захрипел, выплёвывая кровь, топор выпал из рук. Нерайя провернула клинок и выдернула его. Норд рухнул на колени, потом - лицом вниз. Босмер стоял в трёх шагах, глядя на тело. Его лицо побелело, кинжал выскользнул из пальцев и со звоном упал на камни. Нерайя повернулась к нему, поднимая окровавленную саблю. - Твоя очередь? Босмер попятился. Его рот открывался и закрывался, но звуков не было. - Я... я не... - наконец выдавил он. Потом развернулся и побежал. Его шаги эхом разнеслись по пещере - быстрые, панические, удаляющиеся. Нерайя не стала преследовать. Она тяжело дышала, её сердце колотилось. Но времени на передышку не было. - Ты слишком самоуверенна, - раздался спокойный голос позади. Нерайя развернулась. Данмер с хвостом стоял в проходе, его глаза блестели в свете факелов. В одной руке он держал меч, в другой - потрескивал сгусток электрической энергии. «Маг», - поняла она. «Дерьмо кагути». - Ты думаешь, что можешь просто ворваться сюда и уйти? - продолжил он, поднимая руку с заклинанием. - Сейчас ты узнаешь, что такое настоящая сила. Молния сорвалась с его пальцев. Нерайя бросилась в сторону, но недостаточно быстро. Разряд задел её плечо, и боль - острая, жгучая - пронзила всё тело. Она вскрикнула, едва удержавшись на ногах. - Больно? - маг усмехнулся. - Это только начало. Он начал готовить новое заклинание, его губы шептали слова на языке, которого она не знала. «Если он закончит - мне конец», - поняла Нерайя. Она бросилась вперёд, игнорируя боль в плече. Маги были опасны на расстоянии, но в ближнем бою... Данмер отступил, прерывая заклинание, и поднял меч. Их клинки столкнулись с лязгом. Он был хорош - лучше, чем норд. Его движения были плавными, экономными, как у человека, который учился фехтованию не на улицах, а у мастеров. Но Нерайя дралась не ради победы. Она дралась ради выживания. Ради Тамиры. Она атаковала яростно, не давая ему времени на заклинания. Её сабля мелькала в свете факелов, оставляя порезы на его руках, на груди. Он отступал, его лицо искажалось от боли и злости. - Ты... - прохрипел он, - ты ничтожество... Его здоровая рука вспыхнула светом - он всё-таки успел подготовить заклинание. Но не молнию. Из света вырвалось существо - маленькое, уродливое, с горящими глазами и когтями, которые царапали камень. Скамп. Даэдра. Нерайя видела таких на рисунках в книгах, которые Энар иногда добывал для Тамиры. «Только этого не хватало». Тварь бросилась на неё, визжа. Нерайя уклонилась от когтей, её сабля рассекла воздух - и вошла скампу в грудь. Существо взвизгнуло и рассыпалось облаком пепла. Но этого мгновения хватило магу. Ледяной снаряд ударил её в бок, сбивая с ног. Холод обжёг кожу сквозь одежду, и Нерайя покатилась по камням, едва не выронив саблю. - Хватит играть, - сказал маг, приближаясь. Его меч был поднят для финального удара. - Пора закончить. Нерайя лежала на спине, глядя на него снизу вверх. Её тело кричало от боли - плечо, бок, всё. Но её рука всё ещё сжимала саблю. «Тамира, - подумала она. - Прости меня». Маг занёс меч. И Нерайя ударила. Не в грудь, не в горло - в ногу. Туда, где он не ждал. Её сабля вошла ему в бедро, перерубая мышцы. Маг закричал, его удар ушёл в сторону, и он рухнул на колени. Нерайя вскочила - или попыталась. Её тело не слушалось, но она заставила его двигаться. Заставила подняться. Заставила поднять саблю. Маг смотрел на неё снизу вверх, его глаза были полны ненависти и страха. - Это... невозможно... - прошептал он. - Возможно, - ответила Нерайя. И её сабля нашла его горло. Тишина. Только треск догорающего костра и капли воды, падающие с потолка. Нерайя стояла посреди зала, тяжело дыша. Её плечо горело огнём, бок онемел от холода, ноги дрожали. Но она была жива. Она опустила взгляд на тело мага. Его глаза всё ещё были открыты, уставившись в потолок пещеры. «Ещё один», - подумала она. «Сколько их ещё будет?» Она не знала. И сейчас это было неважно. Откуда-то из глубины пещеры донёсся звук - слабый стон. Не голос контрабандиста. Что-то другое. Нерайя двинулась на звук, держа саблю наготове. Боковой проход вёл вниз, в темноту. Факелов здесь не было - только слабый отсвет из главного зала, который становился всё тусклее с каждым шагом. Запах усилился. Тот самый кислый, неприятный запах, который она почувствовала при входе. Теперь она точно знала, что это - пот, страх, моча, немытые тела. Запах неволи. Стон повторился - слабый, почти неслышный. Нерайя замедлила шаг, давая глазам привыкнуть к темноте. Её рука сжимала саблю, хотя плечо протестовало при каждом движении. Проход расширился, превращаясь в низкий зал. И тогда она увидела клетки. Их было пять или шесть - грубо сколоченные из железных прутьев, втиснутые вдоль стен. В каждой сидели люди. Нет, не люди - каджиты и аргониане. Их глаза блестели в темноте, отражая слабый свет из прохода. Нерайя остановилась. Она знала, что в Морровинде рабство законно. Энар рассказывал ей об этом - с горечью, с отвращением, но без удивления. Великие Дома держали рабов веками. Империя закрывала на это глаза в обмен на лояльность. Но одно дело - знать. Другое - видеть. Один из аргониан поднял голову. Его чешуя была тусклой, глаза - запавшими. Он смотрел на неё с выражением, которое она не сразу поняла. Не страх. Не надежда. Что-то среднее - усталое ожидание того, что будет дальше. - Ты... - его голос был хриплым, надтреснутым, - ты не из них. Это был не вопрос. Утверждение. - Нет, - сказала Нерайя. Молчание. Потом из соседней клетки донёсся другой голос - мягкий, с характерным мурлыкающим акцентом каджитов: - Эта видит кровь на клинке чужачки. Эта слышала крики наверху. Чужачка убила их? Нерайя повернулась к говорившей. Молодая каджитка - песочная шерсть, большие жёлтые глаза, худое тело под грязными лохмотьями. - Большинство, - ответила Нерайя. - Один сбежал. - Босмер, - сказал аргонианин. Не вопрос. - Да. Каджитка издала звук - что-то среднее между смешком и шипением. - Этот всегда был трусом. Эта не удивлена. Нерайя подошла к первой клетке. Замок был тяжёлым, ржавым, но ключ, который она сняла с данмера, подошёл. Механизм щёлкнул, и дверца со скрипом открылась. Аргонианин не двинулся с места. Он смотрел на неё, как будто не верил, что это происходит. - Выходи, - сказала Нерайя. - Ты свободен. Он медленно поднялся - его движения были скованными, неуверенными, как у человека, который слишком долго сидел в тесном пространстве. Переступил порог клетки. Остановился. - Почему? - спросил он. Нерайя уже открывала следующий замок. - Потому что могу. Это был не совсем честный ответ. Но настоящий - «потому что я знаю, каково это, когда у тебя отнимают свободу» - она не собиралась произносить вслух. Одна за другой клетки открывались. Каджиты, аргониане - всего восемь душ. Они выходили медленно, озираясь, как звери, которых слишком долго держали в неволе. Каджитка с песочной шерстью подошла к Нерайе. Её взгляд скользнул по окровавленному плечу. - Мутсера ранена, - сказала она. Нерайя отступила на шаг, её рука инстинктивно потянулась к оружию. - Не подходи. Каджитка остановилась, подняв ладони в жесте покорности. - Эта не желает зла. Эта только хочет помочь. Мутсера спасла всех нас. Мутсера позволит этой сделать хоть что-то в ответ? Нерайя колебалась. Её взгляд скользнул по каджитке - худое тело, грязная шерсть, но глаза ясные, внимательные. Потом по остальным рабам, которые стояли в стороне, не решаясь подойти ближе. Плечо пульсировало болью. Бок онемел. Она не знала, насколько серьёзны раны, но знала, что без помощи будет только хуже. - Ладно, - сказала она наконец, убирая руку от сабли. - Только быстро. Каджитка подошла ближе, её движения были осторожными, почти церемонными. Она осмотрела плечо, принюхалась к ране. - Ожог от молнии, - сказала она. - Не глубокий, но болезненный. Эта видела такое раньше. Нужна мазь или зелье. - Наверху есть припасы, - сказала Нерайя. - Может, там что-то найдётся. Каджитка кивнула. - Эта посмотрит. Мутсера подождёт здесь? - Нет, - Нерайя покачала головой. - Я пойду с тобой. Там может быть опасно. «И я не собираюсь выпускать вас из виду», - добавила она мысленно. Доверие – это хорошо. Осторожность – лучше. Они вернулись в главный зал. Тела контрабандистов лежали там, где упали - норд у костра, маг чуть поодаль. Запах крови смешивался с дымом и сыростью. Освобождённые рабы остановились у входа, глядя на мёртвых. Кто-то отвернулся. Кто-то, наоборот, смотрел с мрачным удовлетворением. - Они заслужили, - сказал один из аргониан. - Каждый из них. Нерайя не ответила. Она уже осматривала ящики, сваленные вдоль стен. Контрабанда. Много контрабанды. Бутылки с вином, рулоны ткани, какие-то металлические детали - двемерские, судя по характерной желтоватой патине. Книги в потёртых переплётах – одну, выглядевшую подороже, она взяла. Мешочки с чем-то, что пахло специями. В одном из ящиков она нашла оружие - ещё одну саблю, короче её собственной, но острую. Несколько кинжалов. В другом ящике - одежда. Большей частью тряпьё, но среди него нашлась кожаная кираса. Нерайя вытащила её, осмотрела. Кожа нетча - она узнала характерную текстуру по описаниям Энара. Лёгкая, прочная, хорошо держит удар. Кираса была чуть великовата, но это можно было исправить. - Мутсера, - голос каджитки. - Эта нашла. Нерайя обернулась. Каджитка держала в руках три небольших флакона - два с красноватой жидкостью, один с голубой. - Зелья, - сказала она. - Два исцеления, эта уверена. Запах правильный. Третье... - она принюхалась, - эта не знает. Нерайя взяла флаконы. Открыла один из красных, понюхала. Знакомый травяной аромат - да, похоже на целебные алхимические отвары. Она сделала глоток. Тепло разлилось по телу, и боль в плече начала отступать. Не исчезла полностью, но стала терпимой. - Спасибо, - сказала она каджитке, забирая оставшиеся флаконы. Та склонила голову. - Эта рада, что смогла помочь мутсере. Нерайя продолжила обыскивать пещеру. На теле мага она нашла поясную сумку с монетами и амулет на шее - странный, с рунами, которые слабо светились красным. Магический. Она сняла его, убрала в сумку – потом разберётся, что это. Туда же сунула две оставшиеся бутылочки зелий. Его меч лежал рядом - длинный, с узким клинком и гардой, украшенной серебряной насечкой. Хорошая работа, дорогая. Нерайя подняла его, проверяя баланс. Тяжелее, чем её сабля, но качество чувствовалось сразу. «Пригодится, - решила она. - Или продам». Она нашла ножны на поясе мага и забрала их тоже. Его одежда была из дорогой ткани, хоть и изношенной. Явно не простой бандит. Кто-то с образованием, с деньгами. Кто-то, кто выбрал эту жизнь не от отчаяния. «Тем хуже для него», - подумала Нерайя, отворачиваясь от тела. В дальнем углу пещеры, где стены были покрыты мхом и влагой, она заметила что-то странное. Грибы. Но не такие, как снаружи - не гигантские, не похожие на деревья. Эти были маленькими, с тонкими ножками и шляпками, которые светились мягким голубоватым светом. Нерайя присела на корточки, разглядывая их. Она видела сотни видов грибов в Сиродииле. Знала, какие можно есть, какие - использовать для зелий, какие - лучше не трогать. Но таких не встречала никогда. Она осторожно коснулась одного - и почувствовала лёгкое покалывание, как от слабого разряда. Гриб слегка дрогнул, словно реагируя на прикосновение. «Интересно», - подумала она. Запах был странным - сладковатым, но с горьким металлическим оттенком. Не неприятным, но и не привлекательным. Она достала из сумки небольшой мешочек и аккуратно срезала несколько грибов кинжалом, стараясь не повредить шляпки. «Позже разберусь, - решила она. - Может, это что-то ценное. Или опасное. Или и то, и другое». Морровинд был полон вещей, которых она не знала. Придётся учиться. Она уже собиралась уходить, когда услышала шаги. Её рука метнулась к сабле, тело развернулось к проходу. В дверях стоял данмер - тот самый, которого она оглушила в начале. Его волосы были растрёпаны, на лбу темнела ссадина. Он держался за голову, его взгляд был мутным, но в нём читались страх и злость. Освобождённые рабы отступили назад, прячась за ящиками. Каджитка замерла, её уши прижались к голове. Данмер смотрел на Нерайю. Потом - на тела своих товарищей. Потом - снова на неё. - Ты... - начал он, но голос дрогнул. Нерайя медленно вытащила саблю. Клинок блеснул в свете факелов. - Хочешь продолжить? - спросила она холодно. Данмер сглотнул. Его взгляд метнулся к выходу из пещеры, потом обратно к ней. Он был без оружия. Ранен. Один против женщины, которая только что убила его товарищей. - Я... - он поднял руки, - я просто уйду. - Умное решение, - сказала Нерайя, не опуская саблю. Он начал отступать - медленно, не сводя с неё глаз. Шаг. Ещё один. Ещё. Потом развернулся и побежал. Его шаги эхом разнеслись по туннелю, становясь всё тише. Нерайя выдохнула, убирая саблю. - Он вернётся? - спросил аргонианин, его голос был полон тревоги. - Нет, - ответила она. - Ему некуда возвращаться. Они собрали всё, что могли унести. Еда, одежда, несколько одеял. Рабы - бывшие рабы - двигались неуверенно, но с каждой минутой их движения становились увереннее. Свобода возвращалась к ним по капле. Нерайя проверила свой улов. Книга. Две сабли. Кираса из кожи нетча. Зелья - два флакона исцеления, один с чем-то голубым, что она не опознала. Амулет мага. Грибы. Деньги - те, что нашла в тайнике Фаргота, плюс то, что сняла с контрабандистов. Достаточно, чтобы выжить. На первое время. - Что нам теперь делать? - спросила каджитка. Нерайя посмотрела на неё. На остальных - десяток пар глаз, смотрящих на неё с надеждой и страхом. Каджиты, аргониане, несколько людей - бретонцы, судя по чертам лиц. - Возвращаемся в Сейда Нин, - сказала она. - Мне тоже туда. Она не стала объяснять зачем. Не стала говорить о силт страйдере, который отправлялся утром, о Балморе, о Кае Косадесе. Это было не их дело. - А потом? - спросил один из бретонцев, молодой парень с разбитой губой. - Потом - ваше дело. В деревне есть имперская канцелярия. Скажите, что вас освободили из плена контрабандистов. Может, помогут добраться до дома. Аргонианин подошёл ближе. Его глаза - жёлтые, с вертикальными зрачками - смотрели на неё с чем-то похожим на уважение. - Мы не забудем, что ты сделала, - сказал он. - Просто выживайте, - ответила Нерайя. - Это лучшая благодарность. Они двинулись в путь вместе - странная процессия из бывших рабов и женщины, которая их освободила. Шли молча, в темноте, ориентируясь по свету маяка, который мерцал вдалеке. Каджитка держалась рядом с Нерайей. Остальные - чуть позади, сбившись в кучку, как стадо, которое боится отбиться от пастуха. - Мутсера не из этих мест, - сказала каджитка негромко. Не вопрос - утверждение. - Нет, - ответила Нерайя. - Эта тоже. Эту привезли с юга, из Эльсвейра. Давно. Нерайя не ответила. Она не хотела разговаривать, не хотела слушать чужие истории. У неё хватало своих. Но каджитка, похоже, не ждала ответа. - Эта благодарна мутсере, - сказала она. - Эта надеется, что мутсера найдёт то, что ищет. Нерайя покосилась на неё. - С чего ты взяла, что я что-то ищу? Каджитка чуть склонила голову, её жёлтые глаза блеснули в лунном свете. - Эта видит. Мутсера смотрит вперёд, не по сторонам. Мутсера торопится. У мутсеры есть цель. Нерайя отвернулась, не отвечая. «Тамира, - подумала она. - Моя цель - Тамира». Остаток пути они прошли в молчании. Когда огни Сейда Нин показались впереди, небо на востоке уже начало сереть. Рассвет был близко. Нерайя остановилась на окраине деревни, глядя на силуэт маяка, на приземистые крыши домов, на платформу, где дремал силт страйдер. - Дальше сами, - сказала она, поворачиваясь к бывшим рабам. Они стояли позади неё - усталые, грязные, но живые. Свободные. - Канцелярия - там, - она указала на здание с имперскими знамёнами. - Скажите, что контрабандисты мертвы. Может, даже награду дадут. - А ты, мутсера? - спросила каджитка. - Мне нужно в трактир. Собрать вещи. И исчезнуть до того, как начнутся вопросы, добавила она мысленно. Имперские чиновники любили вопросы. А у неё не было времени на ответы. Аргонианин шагнул вперёд и неожиданно поклонился - низко, как кланяются тем, кому обязаны жизнью. - Да хранят тебя твои боги, - сказал он. Остальные повторили поклон - неуклюже, неуверенно, но искренне. Нерайя кивнула и пошла к трактиру, не оглядываясь. За спиной слышались шаги - бывшие рабы расходились, каждый в свою сторону. Их пути разошлись. Так было правильно. Ночной воздух был прохладным, пахнущим морем и болотами. Луны - обе, большая и малая - опускались к горизонту, уступая место рассвету. Нерайя остановилась у входа в трактир, глядя на небо. Позади остались мёртвые контрабандисты, пустые клетки, запах крови и страха. Впереди - Балмора, Кай Косадес, ответы на вопросы, которые не давали ей покоя. И Тамира. Где-то там, далеко, её дочь ждала. «Я иду, - подумала Нерайя. - Держись. Я иду». Она толкнула дверь трактира и вошла внутрь.