Зов ворона

      — Зря ты не хочешь поехать со мной, Олег, — в очередной раз вздыхает Саша, неторопливо складывая вещи в дорожную сумку.       Он несколько недель безуспешно пытался убедить младшего брата, что это отличная идея, и не сдаётся даже сейчас, когда до поезда остаётся всего несколько часов.       — Ты даже не знаешь, где там ночевать, — закатывает глаза Олег, беззаботно продолжая валяться на диване и листая ленты социальных сетей. — А я не хочу проводить свой отпуск в какой-то глуши, ночуя в палатке.       Саша, всё детство проживший у бабушки с дедушкой в небольшой деревеньке, «полевых» условий не боялся никогда, в отличие от выросшего в городской суете Олега.       — Ничего ты не знаешь о русской глубинке, — усмехается он. — Найдутся добрые люди, приютят, и никакая палатка не нужна! На такой земле даже природа помогает.       — И когда же это ведьминская земля помогала медиумам?       Младший Шепс вскидывает брови и с иронией смотрит на брата. Отдых на природе в тишине и покое — предложение заманчивое, но откуда этот покой возьмётся там, где всё пропитано яркой и далеко не всегда положительной энергетикой? Кто знает, что творилось в тех краях, о которых в области даже ходят легенды. И кто вообще живёт там до сих пор.       Олег совсем не уверен, что это путешествие будет таким полезным, каким его представляет себе Саша, но переубеждать брата бесполезно — это он знает наверняка.       — Нельзя научиться чему-то новому, если зацикливаться только на своих способностях, — поучительным тоном начинает Саша. — Магия не только в тебе или во мне, Олег. Она и вокруг нас. И игнорировать это глупо.       — Я не игнорирую, — пожимает плечами Олег. — Просто мне хватает той силы, которая у меня есть, и я не вижу никакой необходимости соваться на чужую территорию. Мёртвые всегда знают больше, чем живые. Хочешь что-то узнать — лучше спроси у них, чем у какой-нибудь бабки-колдуньи.       Олегу действительно вполне хватает собственных способностей, чтобы изредка помогать случайным людям, а углубляться в ритуалистику и прочие прелести, которыми почему-то так одержим Саша, ему совершенно неинтересно. Младший Шепс хочет просто жить нормальной жизнью, а не пытаться спрятаться от неё в самых разных видах магии, как это делает его брат.       — Ну вот и проверим твою теорию, — сдаётся Саша, не желая начинать привычный эзотерический спор перед самым отъездом.       Он наконец одевается, внимательно оглядывает комнату, пытаясь понять, не забыл ли чего, и спокойно застёгивает сумку, усаживаясь на край дивана.       — Хорошей дороги, — говорит Олег, откладывая телефон и поворачиваясь к нему. — Напиши, как устроишься. И не забудь, что ты обещал…       — Вернуться к твоему дню рождения, — с улыбкой перебивает его Саша. — Это даже не обсуждается! Ты пока не заслужил такой шикарный подарок — отмечать его без меня.       Олег изображает недовольную гримасу на своём лице, но тут же ногой слегка толкает брата в бок, и они оба заходятся лёгким смехом. Такой «шикарный» подарок он не хочет получать примерно никогда, потому что каким бы надоедливым временами ни был Саша, Олег с трудом представляет свою жизнь без этого человека.       — Не уверен, что там будет связь, но я постараюсь написать, — напоследок обещает старший.       Олег благодарно кивает, уже в коридоре обнимает Сашу и лишь слегка хмурится, мысленно отмахиваясь от небольшого волнения внутри. Он наверняка просто поймал отголосок чувств брата, которому предстоит непростая дорога, ведь других причин переживать у него самого абсолютно нет. Саша уезжает в свой очередной побег от реальности, а к этим путешествиям Олег уже давно привык.       За старшим Шепсом закрывается дверь, и Олег чуть встряхивает головой, отправляясь готовить себе ужин.

***

      Олег выходит из автобуса и тут же слегка морщится, пачкая кроссовки в грязи. Старенький пазик с противным шумом трогается с места и оставляет медиума одного на просёлочной дороге, где-то посреди раскинувшихся полей. На улице пасмурно и довольно прохладно, а ветер, разгулявшийся на открытой местности, делает погоду ещё хуже, несмотря на конец апреля. Шепс ёжится, сильнее кутаясь в кожаную куртку, и растерянно оглядывается по сторонам.       На небольшой остановке висит выцветшая табличка с надписью «Кострово», и Олег снова сверяется с навигатором в телефоне. Как напрямую добраться до Ластовки, в которую две недели назад уехал Саша, медиум так и не разобрался. Автобусов в нужном направлении он не нашёл, а такси в эту глушь ехать отказывалось. Из ближайших населённых пунктов Шепс нашёл только этот и решил, что если не сможет на месте разобраться с транспортом, то в конце концов пройдёт эти три с половиной километра до нужной деревни пешком. Только для начала ему нужно понять, как добраться хоть до какой-нибудь цивилизации.       Карта в телефоне не грузится, и Олег тяжело вздыхает, с надеждой поднимая голову вверх. Со стороны трассы к нему, размахивая красивыми чёрными крыльями, неспешно летит отделившийся от пролетающей неподалёку стаи ворон. Шепс достаёт из кармана сигареты и подкуривает, а птица медленно снижается и наконец привычно усаживается хозяину на плечо.       «И где это мы?»       Знакомый хрипловатый голос раздаётся в голове, и медиум удивлённо вскидывает брови:       — Это ты мне скажи, — усмехается он. — Кто из нас умеет летать: ты или я?       Ворон недовольно вздыхает, демонстративно отворачиваясь от сигаретного дыма, который ветер бросает прямо в него, и деловито отвечает:       «В той стороне, — он клювом указывает вправо, — шикарный лес. Предлагаю двигаться туда».       — Карл, вот нахуя мне твой лес? — закатывает глаза Олег.       «А я давно предлагал научить тебя строить гнездо, — посмеивается птица. — Я в этом мастер!»       Шепс бросает на ворона уничтожающий взгляд и в очередной раз удивляется, как ему достался такой фамильяр. Медиуму всегда казалось, что родственная душа, даже в животном обличье, должна быть похожей на хозяина, но временами характер Карла — это что-то невыносимое.       «Ладно, не психуй, — примирительно тянет птица. — Деревня прямо на окраине леса, так что нам и правда туда».       — Далеко до неё?       «Мне — нет».       Олег снова закатывает глаза, выдыхая дым прямо на Карла, и расплывается в довольной улыбке, слыша, как голос в голове смешным потоком вываливает на него кучу матов, которым медиум научил ворона сам.       — Надо понять, где эта Ластовка. Сгоняешь на разведку, пока я буду идти?       «Сгоняю куда угодно, лишь бы подальше от твоих сигарет! — беззлобно ухмыляется Карл. — Встретимся на опушке».       Он отталкивается от плеча хозяина, слегка задевая крылом растрёпанные от ветра чёрные кудри, и взмывает вверх, спокойно направляясь в нужную сторону.

***

      До деревни Шепс доходит примерно минут за двадцать. Лицо уже слегка горит от встречного ветра, спина болит от тяжёлого рюкзака, а сам медиум порядком устал после долгой дороги. Ночной поезд, в котором почти не удалось поспать из-за громко храпящего соседа, затем ещё пара часов в электричке с максимально неудобными сиденьями и наконец раздолбанный автобус, который, кажется, ездит вообще не по графику, потому что опоздал почти на два часа. Олег чувствует, что ещё немного — и любимая шутка Карла о гнездовании перестанет быть для него такой дурацкой: ему ужасно хочется просто лечь хоть куда-нибудь.       За невысоким забором крайнего дома слышится равномерный стук, и Шепс подходит чуть ближе, замечая во дворе хозяина. Мужчина с лёгкой сединой, в спортивных штанах и майке, неторопливо колет дрова, и Олег даже вздрагивает, снова чувствуя порыв пронизывающего ветра. И как ему не холодно в такую погоду?       — Добрый день! — громко здоровается Шепс.       Хозяин дома с интересом поднимает голову, реагируя на незнакомый голос, и тут же будто забывает о своём занятии, вглядываясь в нежданного гостя.       — Добрый… — Он подходит ближе к забору, всё ещё не отводя взгляда, и Олегу становится слегка неуютно. — Ты откуда здесь?       — Проездом, — уклончиво отвечает Шепс, а мужчина еле заметно хмыкает, забрасывая топор на плечо. — Мне в Ластовку нужно. Может, подскажете, как туда попасть?       — Ластовка за лесом, — безразлично пожимает плечами незнакомец. — Только отсюда туда не добраться. На трассе можно попутку поймать и доехать. Там заезд один — через мост над рекой.       — А если через лес пешком — далеко? — устало вздыхает Олег.       — Недалеко. Только дойдёшь ли?..       Мужчина смотрит как-то пристально, и медиум слегка прищуривается, пытаясь прислушаться к своим ощущениям. Внутри как-то пусто, а уловить хоть какую-то энергетику от незнакомца не удаётся, и Шепс думает, что в таком его состоянии это вполне логично.       — У вас в лесу звери?       — У нас в лесу много кто. Да и болото местами. Без проводника не советую соваться.       Вот только таких приключений Олегу не хватало. Он тяжело вздыхает и локтями опирается на деревянный забор:       — Слушай, мужик, тебя как зовут?       — Лейтенант Левин, — на автомате отвечает мужчина и тут же как-то горько усмехается, на секунду отводя глаза. — Можно просто Максим.       — Я Олег. Максим, есть в деревне кто с машиной? Мне очень надо в Ластовку.       — С машиной тут только я, но она не на ходу, — разводит руками Левин. — Так что твой вариант — попутки на трассе, поверь.       — Ладно, спасибо… — понятливо кивает Шепс. — А расписание автобуса у вас тут хоть есть?       Максим заходится негромким смехом и смотрит на горе-путешественника с оттенком жалости:       — Парень, это тебе не город — тут порядков нет. А автобус два раза в день ходит, если повезёт, но на последнем ты приехал, так что всё.       Олег окончательно поникает, бросая обречённый взгляд на наручные часы. Глупо было предполагать, что в этом богом забытом месте вечером может ходить какой-то транспорт. Кажется, ему придётся ждать завтрашнего утра, только всю ночь сидеть на автобусной остановке совсем не хочется, а Левин ночлег не предлагает, да и слишком гостеприимным не выглядит.       — Я так понимаю, ты участковый? — цепляясь за вскользь брошенное «лейтенант», уточняет Шепс.       — Был когда-то.       — Не подскажешь, у кого можно переночевать?       Максим глубоко вздыхает, бросая задумчивый взгляд в сторону недлинной улицы, и нехотя отвечает:       — Вон Котов бродит — спроси у него. Может, пустит по доброте душевной…       Олег оборачивается в сторону его взгляда и замечает невысокого светловолосого парня в белом потрёпанном балахоне, бесцельно бредущего вдоль стареньких домов.       — Эй, Юлик! — окрикивает его Левин, и тот поднимает голову, с удивлением глядя на Шепса. — Тут к тебе за помощью.              Услышав последнюю фразу, Котов хмурится и останавливается посреди улицы, жестом подзывая Олега к себе. Медиум коротко благодарит Максима и направляется к странному парню, не замечая, как Левин провожает его долгим взглядом и снова возвращается к своим дровам.       — Что у тебя случилось? — участливо спрашивает Юлик, едва Шепс подходит к нему.       — Долгая история… — выдыхает медиум, слегка расслабляясь после почему-то напряжённого разговора с Максимом. — Если коротко — мне нужно в Ластовку, а следующий автобус до трассы только завтра. Мне бы переночевать…       — Уезжал бы ты отсюда, — переходит на шёпот Котов, но Олег тут же вздрагивает от неожиданного звона колокольчика, который только сейчас замечает в чужих руках.       Юлик делает шаг к нему, становясь почти вплотную, и внимательно вглядывается в светлые глаза.       — Я вижу, ты хороший, — негромко продолжает он. — А здесь всё проклято. И они все прокляты. Тебе сюда не надо.       Шепс окидывает Котова хмурым взглядом, еле заметно сглатывая от его слов, и снова пытается прислушаться к себе, но, кажется, сил использовать свои способности у него на сегодня уже не осталось. А если рассуждать логически, то Юлик больше походит на какого-то сектанта, чем на реального экстрасенса, который действительно чувствует здесь чёрную магию.       Этот парень выглядит странно даже для глухой деревни: дурацкая одежда, на ногах какое-то подобие сандалий, не подходящих по погоде, на груди висит заметный деревянный крест, а на лбу красуется нарисованный чем-то тёмным полумесяц, который Олег издали принял за татуировку.       — Мне только переночевать, — мягко настаивает медиум, не рискуя спорить. — А завтра утром я сразу уеду. Не подскажешь, кто может впустить к себе?       Он спрашивает аккуратно, искренне надеясь, что Котов не предложит свой дом, потому что ночевать в такой компании — идея явно не из лучших. Хотя Олег даже не уверен, есть ли у Юлика дом. Вполне вероятно, что этот парень живёт в каком-нибудь шалаше на опушке леса.       — Те, кто впустят, — явно к тебе не с добром…       — Спасибо, — осторожно кивает Шепс и медленно обходит Котова, надеясь, что тот не станет его преследовать.       — Не веришь… — как-то обречённо бормочет Юлик и уже чуть громче бросает вдогонку: — Хотя бы к Череватому не ходи! Тёмный он. От него все беды.       Олегу оборачиваться не хочется, даже несмотря на это особое предупреждение. Он лишь на несколько секунд замедляет шаг, но потом встряхивает головой и решительно направляется дальше по улице, оглядывая непримечательные домики по обе стороны от просёлочной дороги. Медиум надеется, что интуиция сама приведёт его к нужному, но в конце концов он проходит всю деревню, так и не почувствовав ничего подходящего. Над опушкой леса нарезает круги Карл, и Шепс с надеждой идёт в его сторону.

***

      «За лесом ещё деревня, — чувствуя усталость хозяина, без предисловий начинает ворон, едва садясь на его плечо. — Наверное, Ластовка. Но лес густой, да и стемнеет скоро. Тебе туда лучше не идти».       — А куда мне идти? — нервно усмехается Олег. — Походу, самое время учиться гнездо вить…       «Давай слетаю, позаглядываю в дома», — мягко предлагает Карл, глотая норовящую вырваться шутку.       Ухудшать и без того разбитое состояние медиума фамильяру не хочется совсем. Ему и самому некомфортно от того, что творится внутри хозяина.       — Давай. Я пока проверю кое-что, — медленным шагом бредя между деревьями, соглашается Шепс.       «Не заходи далеко вглубь», — напоследок заботливо просит ворон и улетает, оставляя хозяина в одиночестве.       Олег всё-таки проходит ещё немного в сторону леса, окончательно прячась от усиливающегося к вечеру ветра, и на несколько шагов сворачивает с протоптанной тропинки. Ему хочется собрать остатки сил и провести небольшой ритуал, чтобы почувствовать хоть что-то.       Если Ластовка стоит на ведьминской земле, и это всего в нескольких километрах отсюда, то Шепс должен ощущать отголоски и здесь. А ещё ему интересно проверить, есть ли в словах Котова хоть капля правды, потому что проклятие медиум тоже должен почувствовать безошибочно.       Олег присаживается на корточки, снимает рюкзак, укладывая его на мягкую траву, но не успевает расстегнуть молнию. Взгляд цепляется за какое-то движение слева, и он резко поворачивает голову, в следующую секунду моментально вскакивая на ноги. По телу ледяной волной разливается противная паника, не давая пошевелиться, и Шепс с ужасом смотрит на так же замершую около него пятнистую змею с яркой, жёлто-коричневой чешуёй.       Он мысленно взывает к Карлу, надеясь, что тот вернётся как можно скорее и прогонит это чёртово существо, но истерика с каждой секундой накрывает сильнее, и Олег заходится крупной дрожью, с трудом держась на ногах.       — Эй! — Строгий голос раздаётся где-то сзади, но Шепс не оборачивается, почти стеклянным взглядом продолжая сверлить причину своего страха.       Змея слегка извивается, вытягивается, заглядывая за его спину, а затем почти мгновенно разворачивается и быстро скрывается в траве. Олег теряет её из виду, глазами лихорадочно начиная бегать по земле, и даже не замечает, что всё ещё почти не может дышать.       — Эй, ты в порядке?..       Незнакомый голос звучит уже тише и мягче, но медиум всё равно не реагирует, пока чужая рука осторожно не касается его плеча. Он сильно вздрагивает, делая рваный вдох, и человек за его спиной тут же убирает ладонь.       — Ты боишься змей? — почти шёпотом спрашивает незнакомец, и Шепс еле заметно кивает, всё ещё упираясь взглядом в траву перед собой.       Зелень перед глазами вдруг сменяется чем-то голубым, и Олег медленно поднимает голову, не без труда разглядывая высокого парня в объёмной толстовке. Тёмно-карие глаза смотрят взволнованно, и медиум цепляется за них, пытаясь избавиться от яркого жёлтого пятна, маячащего в сознании.       — Всё хорошо, её тут уже нет. — Низкий шёпот будто обволакивает спокойствием, а чужие руки снова аккуратно берут его за плечи. — Сделай глубокий вдох. Давай, вместе со мной.       Шепс слушается, полной грудью вдыхая свежий лесной воздух, и туман в голове потихоньку начинает рассеиваться, а дрожь в теле — уменьшаться. Они молча делают ещё несколько синхронных вздохов, после чего Олег наконец отмирает и смущённо опускает взгляд.       — Легче?       — Да, спасибо, — искренне выдыхает медиум.       Он глазами стреляет во всё ещё держащие его за плечи руки, и незнакомец неловко извиняется, отдёргивая их и делая шаг назад.       — Ты откуда здесь? — негромко интересуется парень, поправляя капюшон своей толстовки, небрежно наброшенный на голову.       — Мне в Ластовку надо, — слабым голосом отвечает Шепс. — Навигатор сюда привёл, но мне сказали… Автобус только утром, короче. Я искал, где переночевать…       — Нашёл? — слегка усмехается незнакомец.       — Нет…       — Ну можешь у меня переночевать, — после небольшой паузы предлагает парень. — Тебя как зовут хоть?       — Олег, — почти радостно выдаёт медиум, расплываясь в облегчённой улыбке.       — Влад.       Шепс ловит ответную улыбку и выдыхает окончательно. Этот человек определённо внушает доверие и, в отличие от двух предыдущих местных жителей, с которыми Олег познакомился в деревне, выглядит вполне нормальным, не вызывая никакого дискомфорта.       — Ладно, я вообще за хворостом шёл, — говорит Влад, пряча руки в карманы. — Погода портится, ночь явно холодная будет — лучше печь растопить. Ты приходи, как нагуляешься. Крайний дом у опушки, с зелёным забором. — Он внимательно оглядывает медиума, отмечая модные кроссовки и лёгкую кожаную куртку, вряд ли спасающую от ветра. — Надеюсь, не потеряешься в лесу?       Последняя фраза звучит с лёгкой насмешкой, но у Шепса уже нет сил язвить в ответ. Он и сам понимает, что в этой атмосфере выглядит абсолютно неуместно и, наверное, даже забавно.       — Я постараюсь, — со смешком отвечает Олег и провожает удаляющегося Влада тёплым взглядом.       Он вспоминает о рюкзаке, валяющемся на земле, и, когда наклоняется к нему, в сознании снова всплывает образ длинной чешуйчатой змеи. Медиум встряхивает головой, словно отмахиваясь от пережитого страха, и решает, что на сегодня приключений достаточно, а ритуал лучше провести уже завтра — со свежими силами и на действительно интересующей его земле.       На выходе из леса Шепс наконец встречает летящего ему навстречу Карла.       «Всё нормально? Я чувствовал твою панику, но она быстро прошла».       — Да на змею наткнулся… Уже всё нормально, — устало отмахивается Шепс. — Нашёл что-нибудь интересное в деревне?       «Видел одну милую женщину, она пирожки пекла и соседа угощала. Можешь попробовать к ней постучаться: мне кажется, не откажет».       После слов ворона в животе слышится громкое урчание, и медиум понимает, что безумно проголодался, потому что в последний раз ел ещё на вокзале, утром.       — Я уже нашёл, где ночевать, — улыбается Олег. — Но спасибо. Рад услышать, что здесь есть хоть кто-то милый.       На улице уже сгущаются сумерки, и Шепс направляется прямо к нужному дому, издалека замечая упомянутый зелёный забор. Он искренне надеется, наконец, отдохнуть после тяжёлого дня, а ещё ему до безумия хочется в тепло, потому что одет он явно не по погоде. Кто же знал, что обещанные по прогнозу плюс двенадцать в этой местности превратятся практически в мороз, от которого совсем не защищает довольно лёгкая куртка.       «Этот дом???» — с явным недовольством выдаёт Карл, когда понимает, куда направляется хозяин.       — Ну что не так? — уже почти ради приличия спрашивает Олег.       Он чувствует, что устал настолько, что даже если фамильяр сейчас скажет, что это логово самого дьявола, это его вряд ли остановит.       «Там пугало!» — как-то обиженно бросает ворон, вызывая у Шепса смех облегчения.       За забором и правда виднеется соломенное чучело, возвышающееся посреди двора, и медиум в очередной раз удивляется этому парадоксу: Карл — разумное существо, и он прекрасно понимает, что это абсолютно безопасный для него муляж, но всё равно не может избавиться от повадок его обычных сородичей, смешно реагируя на самые банальные вещи.       — Значит, я сегодня ночую в тепле, а ты — в лесу! — по-доброму усмехается Олег.       «Никакого уважения!» — напоследок огрызается ворон и ворчит что-то ещё, но медиум перестаёт слышать его причитания, едва тот удаляется от него на несколько шагов, размахивая широкими крыльями и направляясь в сторону леса.

***

      «Я его напугала? — обеспокоенный женский голос раздаётся в голове, едва Влад заходит во двор, и он тут же опускает взгляд на змею, обвивающую его ногу кончиком хвоста. — Я не хотела… Я просто хотела посмотреть, что он собирается делать».       — Расслабься, ты ни при чём, — успокаивающе отвечает её хозяин. — У него, походу, просто фобия.       Змея слегка выдыхает, но всё равно чувствует себя виноватой перед своим чернокнижником. Строгий голос, окликнувший её в лесу, и мысленный жёсткий приказ немедленно скрыться до сих пор мучают сознание.       Влад присаживается на корточки, аккуратно отодвигая в бок охапку хвороста, чтобы не задеть блестящие чешуйки сухими ветками, и наклоняется, заглядывая в выразительные глаза:       — Поля, всё хорошо. Я не злюсь и не злился даже в тот момент. Я просто испугался за этого парня: у него явно была паническая атака, а я прекрасно знаю, что это такое.       Змея извивается, отпуская его ногу, и ласково оборачивается вокруг предплечья, укладывая голову на тыльную сторону ладони.       «Мне проследить за ним издалека?»       — Пока не надо, — с улыбкой отвечает чернокнижник. — Он сегодня ночует у меня, так что я сам разберусь, а дальше посмотрим. Просто не попадайся ему на глаза, пожалуйста.       «Хорошо, тогда я сегодня к себе», — понятливо соглашается Поля и неторопливо сползает на землю.       — Там тепло? — заботливо уточняет Влад, кивая на глубокую нору, спрятанную в соломе под забавным пугалом. — Ночь явно будет холодной.       «Тепло-тепло, — в милом голосе слышится добрая улыбка. — Я и без печки жить умею».       Чернокнижник удовлетворённо кивает и поднимается на ноги, отправляясь растапливать печь.       После встречи с Олегом он вышел из леса сразу же, потому что хворост для растопки успел собрать ещё до этого. Когда змея принесла ему новость о том, что в лесу чужак, Влад оставил ветки на опушке и направился обратно, чтобы лично встретиться с неожиданным гостем.       Ему до безумия интересно, как этот парень вообще попал сюда и зачем такому явно городскому жителю понадобилось ехать в их края. Чернокнижник надеется, что Олег окажется достаточно разговорчивым, потому что безнадёжные попытки почувствовать хоть что-то с помощью своих способностей он оставил уже давно. Бесы, живущие в голове уже много лет, будто онемели, и Влад уже даже не уверен, не покинули ли они его совсем.       Горящая спичка поджигает маленький комок газеты, и пламя едва успевает охватить сухие тонкие ветки, лежащие рядом, как во дворе слышится знакомый голос, зовущий хозяина по имени. Влад слегка дует на огонь, чтобы тот быстрее разгорелся, и, убедившись, что успешно растопил печь, наконец, идёт открывать.

***

      — Идём греться. — Распахивая калитку, чернокнижник жестом приглашает Олега во двор и усмехается. — Твоя курточка, наверное, первый раз в жизни такой ветер увидела.       — Да уж, — кивает Шепс. — Погода у вас сегодня не шедевр…       — Обычная весна, — пожимает плечами Влад, впуская его в дом. — Скоро ещё дожди зарядят, так что ты с одеждой совсем не угадал.       — Я очень надеюсь, что послезавтра уже буду ехать домой…       Олег снимает пресловутую кожанку, оставляя её вместе с рюкзаком в маленьком коридоре, и проходит в просторную комнату, минуя кухню. В доме тепло и почему-то даже уютно, несмотря на простенький интерьер. Медиум с интересом рассматривает старенькую мебель; узорчатый ковёр на стене около полутораспальной кровати; маленький столик в углу, на котором красуется несколько икон; подвесную полку с потрёпанными книгами и, на удивление, небольшой, вполне современный телевизор.       Шепсу кажется, что здесь должна жить какая-нибудь одинокая старушка, но точно не молодой парень лет тридцати, каким выглядит хозяин дома. Олег вообще с трудом представляет, как здесь можно жить, а главное — зачем.       — Я картошку жарить буду, — подаёт голос Влад, заглядывая в комнату. — Ты такое ешь или на какой-нибудь безуглеводной диете?       Медиум вскидывает брови, удивляясь этому вопросу, — местные вряд ли знают такие слова, а об интернете здесь, кажется, и не слышали.       — Я правда произвожу вот такое впечатление? — усмехается он.       — Есть немного, — с ухмылкой отвечает чернокнижник. — Пойдём на кухню, попробуешь меня разубедить.       Шепс следует за ним и с удовольствием усаживается за небольшой, накрытый выцветшей клеёнкой столик около печки.       — Помочь чем-нибудь? — услужливо предлагает он, замечая, как Влад суетится, доставая продукты и посуду, и постоянно отвлекается на подбрасывание поленьев в печь.       — Картошку чистить умеешь? Или мне потом придётся тебя зелёнкой обливать с головы до ног?       Чернокнижник снова подкалывает, но Олег лишь со смешком закатывает глаза, не обижаясь на беззлобные шутки. К такому стилю общения он давно привык благодаря дерзкому характеру Карла и не видит в этом ничего отталкивающего.       — Ну, дай нож — узнаешь, — слегка ухмыляется он в ответ, приподнимая густую бровь.       Влад достаёт из шкафчика небольшой нож и протягивает рукоятку Шепсу, отворачивая от него лезвие.       — Как тебя сюда занесло? — наконец начинает он разговор, когда Олег принимается за дело. — Я помню про навигатор, но в Ластовку-то тебе зачем?       — У меня там брат пропал, — тяжело вздыхает Шепс, а Влад резко оборачивается, отвлекаясь от чистки лука. — Ну, то есть, не пропал… В общем, он уехал туда две недели назад, а спустя неделю перестал выходить на связь. Я сначала думал, может, сеть пропала: глушь всё-таки. А когда он не вернулся на поезде, на который у него был куплен билет, я понял, что что-то случилось.       — Может, загостился? — осторожно предполагает чернокнижник.       — У меня день рождения послезавтра, — грустно улыбается Олег, опуская глаза. — Он бы не пропустил, поверь…       — Я уверен, с ним всё хорошо, — слегка неловко подбадривает Влад. — В наших краях с транспортом, как и со связью, вечные проблемы. Он, наверняка, просто не смог уехать вовремя.       — Я на это и надеюсь.       Шепс благодарно кивает и меняет тему, не желая снова подливать масло в огонь своей внутренней тревоги:       — Слушай, а та змея в лесу… Она ядовитая была?       — Нет. Это был полоз, — улыбаясь, поясняет чернокнижник. — Они безобидные, а кусаются только в редких случаях: если испугаются или если на них нападают.       Олег слышит в его голосе нотки какого-то необъяснимого трепета и с нескрываемым удивлением спрашивает:       — Тебе нравятся змеи?       — Они бывают милыми, — просто отвечает Влад, пожимая плечами.       — Жесть какая…       Чернокнижник лишь усмехается его словам, хотя где-то в глубине души даже понимает. Он никогда не боялся змей так панически, как Шепс, но всегда считал их крайне недружелюбными и опасными. Его самым первым фамильяром была местная гадюка, прибившаяся к нему на берегу реки. Характер у рептилии был ужасно скверным, и она постоянно бросалась на людей, игнорируя запреты хозяина, даже несмотря на их магическую связь.       Влад убил её сам. В порыве эмоций, когда она без причины укусила близкого ему человека. Чернокнижник знал, что потеря фамильяра ударит по нему и физически, и морально, но всё равно сделал это, даже не задумываясь. Разрыв этой связи он пережил, на удивление, легко, но в скором времени бесы от него отвернулись.       Влад до сих пор не знает, связаны ли эти события, потому что с появлением Поли его способности так и не вернулись, но он всё равно старается беречь её изо всех сил. К тому же, она совсем другая, и желание защищать её у чернокнижника появилось с самой первой их встречи и остаётся искренним до сих пор.       — Откуда у тебя эта фобия? — ненавязчиво спрашивает он у Олега после небольшой паузы.       — Да хрен знает… — пожимает плечами Шепс. — Я всегда как-то стороной обходил террариумы в зоопарках: мне там было некомфортно. А сегодня в первый раз встретился вот так, вживую… Не знаю, почему так отреагировал… — Он переводит на Влада тёплый взгляд. — Спасибо тебе ещё раз.       — Да не за что, — снова улыбается чернокнижник, выкладывая уже нарезанный картофель на сковородку.       — Кстати, а как твоя фамилия? — неожиданно спрашивает Олег, вдруг вспоминая предостережение Котова.       Разговоры с Юликом и Максимом кажутся уже такими давними, будто были совсем не сегодня. То ли у Олега в голове уже всё смешалось от усталости, то ли Влад своей энергетикой создал для него настолько комфортное пространство, что всё остальное спряталось где-то глубоко в сознании, оставив только единственное хорошее впечатление от этого дня.       Влад с удивлением оборачивается, но без задней мысли отвечает:       — Череватый. А что?       — Просто интересно, — с улыбкой отмахивается Шепс.       Теперь он окончательно уверен, что Котов нёс полный бред. Этот парень, сейчас уютно жарящий картошку в нескольких шагах от него, совсем не тянет на великого злодея, да и ничего тёмного медиум в нём не чувствует. О том, что Олег сегодня вообще не чувствует ничего, он предпочитает не думать.       За ужином, который, к слову, получился безумно вкусным, несмотря на свою простоту, они продолжают разговаривать о какой-то ерунде. Шепс с интересом слушает о местных причудах погоды; об обитателях густого леса, о которых спрашивает сам, услышав где-то за окном пугающий волчий вой; и даже смеётся над уморительным рассказом о том, как в этом году в Кострово традиционно с большим размахом всем селом отмечали Масленицу. Возможно, иногда здесь бывает и не так уныло, как медиуму показалось на первый взгляд.       Влад говорит о многом, но не о себе или о магии. О втором Олег спрашивать не решается, а о первом всё-таки заводит аккуратный разговор, когда уже укладывается спать на стареньком матрасе, расстеленном для него на полу, рядом с кроватью.       — Почему ты здесь живёшь? — негромко спрашивает он в тишине, которую лишь изредка нарушает потрескивание горящих дров, доносящееся из печи на кухне.       — В смысле? — непонимающе хмурится Череватый и открывает глаза, взглядом упираясь в побелённый потолок.       — Ну, ты вроде нормальный парень, без заморочек, не глупый. Что здесь делать, в этой глуши? В городах жизнь, перспективы… люди другие, в конце концов. Почему ты не уедешь куда-нибудь?       Влад шумно вздыхает и не торопится отвечать, выдерживая длинную паузу, которую Шепс не решается нарушать. Медиуму вообще становится неловко, что он лезет во что-то личное.       — Я уезжал, — после колебаний всё-таки рассказывает Череватый. — Учился, жил в городе. Год назад приехал сюда на похороны бабушки и вот как-то… задержался…       Его голос звучит глухо, а последнее слово вырывается с больной усмешкой, и Олег окончательно жалеет о том, что задал свой вопрос.       — Извини, — тихо говорит он. — Я не должен был спрашивать.       — Всё хорошо, — без промедления отвечает Влад, а сам расплывается в тёплой улыбке. — Не переживай.       Ему почему-то приятны такое внимание и тактичность, а ещё голос Шепса звучит мягко и чуть виновато, напоминая ему до боли знакомые интонации Поли.       — Спокойной ночи, путешественник, — по-доброму усмехается он, бросая взгляд на по-детски закутанного в одеяло Олега.       — Спокойной ночи, Влад.       Шепс отвечает почти шёпотом и уже через несколько минут проваливается в спокойный сон под мерное тиканье висящих на стене часов.