Зов ворона

      Череватый сонно щурится, приоткрывая глаза, и только через несколько секунд понимает, почему ему до безумия жарко и, кажется, затекла левая рука. Запутанные чёрные кудри, разбросанные по подушке, слегка щекочут нос, а сам Олег спит на его руке, плотно прижавшись к телу, ещё и укрыв их обоих тёплым одеялом, под которым чернокнижник чувствует себя уже почти как в бане. Только вот вылезать из постели, несмотря на все неудобства, Владу совсем не хочется.       Он с трудом вспоминает, когда вообще в последний раз просыпался с таким ощущением. Внутри как-то слишком хорошо и спокойно; нет никакого желания куда-то бежать и что-то делать, чтобы не обращать внимания на привычную апатию; да и самого этого противного чувства, кажется, уже почти нет.       Влад чуть шевелится, поудобнее укладываясь на боку, и глубоко вздыхает, взглядом скользя по расслабленному лицу спящего Шепса. Удивительно, как этот взбалмошный парень умудрился всего за несколько дней перевернуть его жизнь даже в таких условиях — в этой практически отрезанной от мира глухой деревеньке, где ни у кого ничего не менялось годами. Чёрт, да даже угрюмая весенняя погода наконец-то начинает налаживаться! За окном из-за всё ещё висящих на небе серых туч начинают пробиваться редкие лучи солнца, и Череватый понимает, что его мысли звучат дико глупо, но всё равно не может не связывать с медиумом даже это.       «Какие же вы, люди, жалкие в своих чувствах…» — со вздохом подают голос бесы, но чернокнижник лишь отмахивается от дурацкого комментария.       Жалким он себя совсем не чувствует. Да и вообще, нечисть лучше бы сказала спасибо за то, что снова может привычно язвить в его голове благодаря Олегу. Влад до сих пор не знает, почему силы вчера вернулись именно в момент поцелуя, но это тоже считает каким-то чудом, которое Шепс сотворил с ним, помимо всего остального.       В сознании всплывает вчерашний день, и Череватый аккуратно приподнимается с подушки, стараясь не разбудить Олега, оставляет на его плече невесомый поцелуй и тут же испуганно замирает. Медиум, слегка хмурясь, делает глубокий вдох, рукой сонно проводит по своему лицу, а затем, так и не открывая глаз, переворачивается на правый бок и уютно устраивает голову на плече Влада, в ту же секунду заставляя того расплыться в тёплой улыбке.       Не разбудил. Череватый облегчённо выдыхает и крепче обнимает его за талию свободной рукой, легонько целуя уже в лоб и стараясь абстрагироваться от того, как горячее дыхание обжигает и без того взмокшую от жары кожу на шее. Ради такого утра он, пожалуй, готов потерпеть столько, сколько нужно.       — Доброе утро, — почти шёпотом говорит Влад, когда спустя минут сорок Шепс всё-таки просыпается, смешно приоткрывая один глаз.       — Доброе… — сонно тянет он и, кажется, совсем не спешит выбираться из тёплых объятий, носом лишь сильнее зарываясь в чужую шею. — Давно не спишь?       — Ну так…       Из-за туч снова проглядывает солнце, и Олег хмурится от яркого света, всё-таки выныривая из своего укрытия и открывая глаза.       — Погоди, там уже солнце вышло, а ты всё ещё не встал? — наигранно удивляется он. — Такое бывает?       Череватый заходится негромким смехом и слегка качает головой, удивляясь тому, как медиум буквально за несколько секунд от ленивой умиротворённости перешёл к игривым подколам, но ему самому эта трансформация нравится до безумия.       — Просто кто-то разлёгся на всю кровать и зажал меня у стенки! — Влад говорит с упрёком, но не может перестать улыбаться, а Шепс видит хитрые искорки в его глазах и чувствует, как сам по-настоящему наслаждается этим прекрасным утром.       — Ну, что ж поделать… — невинно вздыхает он и тут же переворачивается на спину, плечом ещё сильнее вжимая Череватого в стену. — Я не виноват, что у тебя такая маленькая кровать. Хотя как же на ней удобно спать!       Олег довольно тянет последние слова и говорит вполне искренне, потому что сегодня, впервые за все эти дни, ему действительно спалось невероятно комфортно. Без нервов из-за опасной близости, как прошлой ночью, и без дурацкого ощущения того, что он совсем один на этой чужой и неприветливой земле. Шепсу наконец-то было очень тепло, уютно и максимально спокойно, и он прекрасно понимает, что дело не в удобном матрасе, а в этих заботливых руках, которые до сих пор продолжают его обнимать, несмотря на его шутливые попытки буквально выдавить Влада с кровати.       — Ах ты хитрая скотина! — Лицо чернокнижника неожиданно загорается каким-то прозрением, и он слегка прищуривается. — Это был твой коварный план, да? Попасть в постель «через постель»?       Олег рассыпается красивым смехом, ещё сильнее вгоняя Череватого в эйфорию от этой атмосферы, и, не сдерживая внутренний порыв, коротко целует его в губы, следом расплываясь в наглой ухмылке.       — Совместил, так скажем, приятное с полезным, — самодовольно кивает он.       — С полезным для твоей спины? — усмехается Влад.       — Ага.       Шепс снова кивает, тут же вздрагивает от лёгкого укуса в плечо и ловит себя на мысли, что, наверное, сейчас выглядит совсем как дурак, с каким-то обожанием глядя на чужую улыбку, причиной которой является он сам. И ему этой причиной почему-то ужасно приятно быть.       Когда голод уже становится ощутимым, они всё-таки выбираются из постели и, пока чистят зубы около умывальника, толкаясь плечами, начинают дурацкую борьбу за маленькое, висящее на стене зеркало. Череватому кажется, что он буквально чувствует, как закатывает глаза его нечисть, ведь со стороны это явно выглядит максимально глупо, потому что в отражение так и не падает ни одного взгляда: они с Олегом смотрят только друг на друга. А после того, как обе зубные щётки падают обратно в пластиковый стаканчик, стоящий на раковине, Влад на секунду даже теряется от того, как медиум почти впечатывается в него, утягивая в глубокий поцелуй.       Шепсу хотелось сделать это, едва он открыл глаза этим утром. Вчерашняя одержимость, внезапно вспыхнувшая ещё днём и поутихшая к вечеру, будто вернулась с новой силой. Олега почти разрывает от огромного количества эмоций, перемешанных с ощущением наполненности от снова разлившейся по венам магии, и он просто не понимает, куда деть колоссальное количество бушующей внутри энергии, от безысходности словно переливая её в чернокнижника каждым движением губ.       И Череватый чувствует. Чувствует в голодном поцелуе не только очевидную страсть, которой тут же загорается он сам, но и какие-то нотки отчаяния и, кажется, даже вины. Только он не видит в этом ничего плохого и прекрасно понимает, почему чужие пальцы цепляются за его короткие волосы, пытаясь притянуть ещё ближе. Владу даже нравится эта зависимость медиума: он слишком давно не чувствовал себя кому-то по-настоящему нужным, и то, с какой силой к нему сейчас жмётся Шепс, запускает по коже до невозможности приятные мурашки.       Поцелуй постепенно сбавляет обороты, но Олег, наконец избавившись от бури внутри, всё равно не хочет отрываться. Он целуется уже с каким-то трепетом, кончиком языка ласкает чужие губы и плавится от горячих ладоней, с нежностью скользящих по его спине под свободной футболкой.       — Что завтракать будем? — чуть отстраняясь, слегка лениво спрашивает Влад и невольно расплывается в улыбке, заглядывая в поплывшие от блаженства глаза.       — Доверишь мне сделать омлет? — приподнимая одну бровь, интересуется Шепс.       — Так уж и быть, рискну, — со вздохом соглашается Череватый. — Тогда пойду пока ещё воды принесу, а то мы без чая останемся.       — Думаешь, я расстроюсь?       Олег искренне усмехается и думает, что уже процентов на семьдесят состоит из этого пресловутого чая. Кажется, по возвращении домой он ещё не скоро к нему притронется.       — Я расстроюсь! — с наигранной обидой бросает Влад, но через секунду ловит ещё один мимолётный поцелуй и, уже выходя из кухни, даже закусывает губу, чтобы сдержать очередную, рвущуюся наружу улыбку.

***

      Приготовленный омлет уже начинает остывать, и Шепс слегка хмурится, не понимая, почему Череватый до сих пор не вернулся. Он набрасывает на плечи куртку и, доставая из кармана сигареты, выскальзывает во двор.       На улице гораздо теплее, чем в прошлые дни, но ветер, кажется, только усилился и теперь стремительно гоняет по небу тёмные тучи, то и дело закрывающие солнце. Олег с небольшой опаской оглядывает двор, глазами внимательно пробегаясь по траве, но никаких признаков Поли не замечает. Возможно, чернокнижник взял её с собой прогуляться. Интересно, змей вообще выгуливают?..       Шепс усмехается возникшей в голове картинке яркого чешуйчатого тела на длинном поводке, но тут же сбивается с мысли, взглядом натыкаясь на сидящего на заборе филина. Медиума удивляет, что утро совсем не раннее, а ночная птица выглядит довольно бодрой и распахнутыми глазами смотрит по сторонам, неспешно поворачивая голову.       Олег делает ещё несколько затяжек, с интересом наблюдая за филином, а затем наконец замечает Влада, возвращающегося со стороны деревни. Это кажется немного странным, потому что Шепс с его слов помнит, что колодец находится в другой стороне, но Череватый открывает калитку с полным ведром воды в руках, и Олег задаёт возникший вопрос уже скорее ради приличия.       — Ты где застрял? Уже всё остывает.       — Да так, к соседям забегал, — отмахивается Влад. — Пойдём есть.       Он слегка морщится от сигаретного дыма, обходя Шепса, и, не говоря больше ни слова, направляется прямиком в дом. С его настроением явно что-то произошло, и Олег удивлённо вскидывает брови, не понимая, что изменилось за эти двадцать минут. Может, Череватый по дороге встретил Костю? Это точно могло стереть с его лица счастливую улыбку. Хотя Шепс толком ничего не знает о взаимоотношениях Влада с другими соседями. Он даже не знает, кто живёт в обветшалом домике прямо за забором. Да и в конце концов, Череватый родился в этой деревне, прожил здесь бóльшую часть своей жизни и наверняка может быть не в лучших отношениях с некоторыми местными жителями.       Олег решает пока не лезть с расспросами, а просто дать Владу пространство, поэтому возвращается в дом лишь с надеждой на то, что завтрак будет таким же уютным, как и всё утро до этого.       — И как у тебя до сих пор сигареты не закончились? — усаживаясь за стол, ворчливо спрашивает чернокнижник, но Шепс в его голосе не слышит ни злости, ни раздражения.       — А я запасливый, — усмехается он.       — Лучше б ты чем-нибудь другим запасался, — наконец улыбается Череватый, и Олег выдыхает, расслабляясь окончательно. — Тёплыми вещами, например.       — Между прочим, сегодня моя кожанка очень даже по погоде! — деловито парирует Шепс. — Я в твоей куртке даже запарился, пока курил.       — Повтори это вечером, когда солнце зайдёт, — посмеивается над его наивностью Влад.       Он-то прекрасно знает такую обманчивую весеннюю погоду, как сегодня. Череватый вообще не уверен, что к вечеру ветер не пригонит очередные дождевые тучи, снова спрятав за ними чистое небо ещё на пару дней.       — Кстати, раз пока такая удачная погода… — слегка нерешительно начинает медиум. — Ты можешь провести меня в Ластовку через лес? Или сегодня уже наконец-то начнут ходить ваши автобусы?       Влад на несколько секунд перестаёт жевать, резко поднимая на него испуганный взгляд. — Насчёт автобуса не уверен… — всё-таки глотая кусочек омлета, отвечает он. — Позавчера был сильный ливень, а вчера ещё было сыро, поэтому дорога вряд ли высохла… Но в лес можем прогуляться, если хочешь.       — Я просто вчера на кладбище всё-таки увидел кое-что, — наконец признаётся Олег. — Я видел кухню, где сидел Саша, и теперь мне надо её найти. Ты вообще знаешь кого-нибудь в Ластовке?       — Бывал там пару раз, — без эмоций пожимает плечами Череватый и тут же усмехается: — Но точно не на кухнях.       — Ну, может, сегодня побываешь.       Шепс улыбается как-то оживлённо, активнее начиная поглощать свою порцию завтрака, и Влад смотрит на него тёплым взглядом, внутренне радуясь тому, что Олег больше не выглядит таким растерянным, как в предыдущие дни.       После еды, пока медиум, вызвавшийся помыть посуду, пытается справиться с этой нелёгкой в отсутствие водопровода задачей, Череватый с воодушевлением берётся заваривать чай, незаметно доставая из кармана штанов то, ради чего задержался в деревне перед завтраком.       Шепс еле слышно матерится на чугунную сковородку, которую безуспешно пытается отмыть, и вдруг замирает, чувствуя, как в нос неожиданно бьёт приятный аромат кофе. Брови сами взлетают вверх, а Олег на секунду даже думает, что у него от недостатка привычной дозы кофеина уже начались галлюцинации, но, когда оборачивается, всё-таки понимает, что не ошибся.       На столе уже стоят две полные кружки, и в своей Шепс с изумлением обнаруживает тонкий слой светлой пенки, явно отличающей напиток от зеленоватого чая, который Влад налил себе.       — Это что? — негромко уточняет Олег, откладывая в сторону посуду и быстро вытирая руки.       — Ты вчера сказал, что безумно соскучился по кофе… — Череватый слегка пожимает плечами, но не может не улыбаться, видя, как ещё сильнее загораются светлые глаза.       — Ты же не пьёшь кофе. Откуда он у тебя? — всё ещё ошеломлённо спрашивает Шепс.       — Ну, я же не один в деревне живу, — усмехается Влад. — Попросил у тех, кто пьёт. Я, правда, не знаю, какой ты любишь, но…       Он не успевает закончить фразу и продолжает улыбаться уже в поцелуй, с которым Олег почти налетает на него, едва не роняя стоящий около стола стул.       Этим утром Череватому безумно хотелось порадовать Шепса какой-нибудь мелочью, и мысль о вчерашнем разговоре всплыла в голове сама собой. И хотя этот порошок из стика вряд ли похож на свежезаваренный кофе из хорошей кофейни, Влад искренне надеялся, что в нынешних условиях Шепсу понравится и он. Кажется, не прогадал.       — Спасибо, — отрываясь от его губ, с улыбкой выдыхает Олег.       Он уже и не думал, что до возвращения домой вообще услышит хотя бы запах любимого напитка, не говоря уже о том, чтобы насладиться привычным вкусом, поэтому сейчас полной грудью вдыхает сладковатый аромат, заполняющий маленькую кухню, и смотрит на Влада с огромной благодарностью. Кто бы мог подумать, что этот саркастичный и временами даже суровый чернокнижник окажется таким внимательным.       — Сахар нужен? — подаёт голос Череватый и со смешком щёлкает пальцами перед лицом Шепса, замечая, как тот буквально завис, заворожённо глядя ему в глаза.       — Не нужен.       Олег слегка смущённо отводит взгляд, уже разворачиваясь к столу, но Влад за талию дёргает его обратно на себя, срывает ещё один поцелуй и с невозмутимым лицом отправляется домывать сковородку, заставляя медиума ещё сильнее расплыться в счастливой улыбке.       Сполна насладившись приятным ароматом, Шепс наконец прикрывает глаза и делает первый глоток, тут же меняясь в лице. Он, хмурясь, распахивает веки и с каким-то подозрением оглядывает содержимое чашки, а затем ещё раз пробует, окончательно убеждаясь, что ему не показалось. Этот приторный вкус крайне сложно перепутать с чем-то другим.       — Что это за кофе?       Влад оборачивается, реагируя на взволнованный голос, и даже пугается того, как Олег подрывается из-за стола, бросаясь к мусорному ведру.       — Что-то не так? — непонимающе спрашивает чернокнижник.       — Это латте с пломбиром! — Шепс аккуратно достаёт разорванный стик, понимая, что оказался прав. — Где ты его взял?       — Он что, отравленный? — с нервным смешком вместо ответа выдаёт Череватый. — Олег, ты чего?..       — Где ты взял этот кофе?       Шепс чеканит каждое слово, и Владу совсем не нравится этот напористый тон: он абсолютно не понимает такой реакции.       — Я же сказал, что попросил, — с осторожностью отвечает он. — Ты можешь объяснить, что случилось?       — Это латте с пломбиром, — снова повторяет Олег, не сводя с Череватого напряжённого взгляда. — Такой кофе всегда пьёт Саша. Кто тебе его дал?       — Олег, ну он же не один в мире его пьёт, — пожимая плечами, резонно замечает Влад. — Я вообще во вкусах не разбираюсь — какой дали, такой и взял…       — Ты не понимаешь, — взволнованно качая головой, поясняет Шепс. — Его и в Москве в магазинах хуй найдёшь: не самый ходовой вкус. Я лично ездил за коробкой этих стиков в другую часть города перед отъездом Саши сюда. И я сильно сомневаюсь, что в вашу деревню вместе с базовыми продуктами привозят такой товар. У кого ты его взял?       — У Вики…       — Идём!       Олег резким движением выбрасывает стик обратно в ведро и, даже не оборачиваясь, быстрым шагом направляется в коридор, вынуждая Череватого сразу следовать за ним.

***

      Наспех завязав шнурки на кроссовках, Шепс выбегает во двор и взглядом снова натыкается на всё ещё сидящего на заборе филина.       — Что это за птица? — с раздражением спрашивает он у Влада, выходящего из дома буквально через пару секунд после него самого.       — Это филин, — на автомате отвечает Череватый и останавливает медиума за руку, пытаясь хоть как-то утихомирить его пыл. — Олег, подожди. Я надеюсь, ты идёшь к Вике спокойно поговорить, а не вламываться с обыском?       — Посмотрим, как пойдёт. А что, переживаешь за бывшую? — ехидно уточняет Шепс и тут же останавливается, замечая, как резко холодеет взгляд тёмных глаз.       Влад молча отпускает его руку, и Олег тушуется, чувствуя себя виноватым за идиотскую вспыльчивость. Сдерживать свои эмоции он не умел никогда, а сейчас их настолько много, что у него уже начинает болеть голова. Только вот Череватый ни в этом, ни в том, что просто хотел сделать ему приятный сюрприз и случайно принёс чёртов знакомый стик, совершенно не виноват.       — Прости, — тихо выдыхает Шепс, поднимая на него извиняющийся взгляд. — Я иногда не думаю, что говорю. Просто переключился на Сашу и…       — Я ненавижу, когда меня тычут носом в моё прошлое, — твёрдо перебивает его Влад. — Я рассказал тебе о Вике, потому что хотел, чтобы ты знал, что было в моей жизни. Было. И я сказал, что это закончилось.       Олег слегка ёжится от его тона, холодком пробегающего по коже где-то под наброшенной на плечи курткой.       — Я понимаю, — кивает он. — Я не имел это в виду, правда. Извини.       Череватый чувствует, что Шепс говорит искренне, и даже слегка жалеет, что так ощетинился сам. Он слишком устал от беспочвенных подозрений в своих последних отношениях, которые закончились чуть больше года назад, и, кажется, всё ещё помнит это противное чувство вины, которое ему навязывали брошенными вскользь фразами. А слова Олега буквально на мгновение будто снова вернули его в то время, в которое Влад возвращаться больше не хочет. И с этим парнем, сейчас примирительно тянущимся к нему, почему-то хочет совсем по-другому.       — Больше не делай так, пожалуйста, — уже мягче просит Череватый и окончательно сдаётся, отвечая на крайне нежный и осторожный поцелуй.       — Обещаю, — уверенно заявляет Шепс и тут же вздрагивает от неожиданного голоса Карла в своей голове.       «Ебать! Доброе утро! — От увиденной картины ворон даже промахивается, не с первого раза приземляясь на забор. — Поспал, блять, спокойно в лесу… А у тебя тут уже такие страсти».       Олег усмехается его реакции, а Влад на секунду теряется от такой резкой смены настроения медиума, но затем замечает на месте скучавшего филина Карла и понимает причину.       — Он с нами? — кивая на ворона, интересуется Череватый.       «Скажи ему, что это он с нами, — язвительно выдаёт птица. — Куда идём хоть? Случилось что?»       — Идём. — Медиум тяжело вздыхает, закатывая глаза, и за руку тащит Влада к выходу со двора, решая объяснить всё Карлу по дороге.       Кажется, поход к Вике будет гораздо веселее, чем он думал. По крайней мере, потому что нормально сосуществовать эти две саркастичные личности пока не умеют.

***

      На громкий лязг металлической ручки калитки Райдос реагирует крайне быстро и меньше чем через минуту выходит из дома, здороваясь с неожиданными гостями.       — Что-то случилось? — спокойно спрашивает она, пристально оглядывая одетого в чужие вещи Олега.       — Вы утром дали Владу стик кофе, — без предисловий начинает Шепс. — Где вы его купили?       — У нас выбор небольшой, — пожимает плечами Вика. — Все привозные продукты — у Левина. А что?       Она переводит непонимающий взгляд на Череватого, и тот делает шаг вперёд, аккуратно отодвигая медиума.       — Вик, конкретно этот латте, который я у тебя взял, — это кофе, который всегда пьёт брат Олега. Ты брала его у Максима?       — То, что я покупала у Максима, закончилось два дня назад, — без эмоций отвечает Райдос, не сводя с Влада слегка прищуренных глаз. — Новые мне вчера Костя принёс. Только я не понимаю, что вы хотите узнать.       — Может, чаем угостите, раз у вас с кофе напряжёнка? — снова включается в диалог Шепс.       Эта женщина почему-то совсем не вызывает доверия, а ещё ему не нравится, что она почти демонстративно общается только с Череватым, будто игнорируя его самого.       — Ну, заходите, раз пришли, — без раздумий кивает Вика и отходит чуть в сторону, освобождая путь и жестом приглашая парней в дом.       Олег краем глаза замечает, как Карл с забора перелетает на деревянный выступ под небольшим окном, с интересом заглядывая внутрь, и сам проходит во вполне уютный коридор. Неброские обои выглядят довольно современно на фоне окрашенных однотонных стен в доме Влада, да и вешалка из лакированного дерева сразу даёт понять, что интерьер здесь совсем другой, но медиума интересует не это.       Внутреннее чутьё с самого порога улавливает яркую и мощную энергетику, только на Сашину она совсем не похожа. Олег вообще не может ничего разобрать, чувствует только ритуальную защиту, которой пропитаны стены, и чётко понимает одно — это жилище ведьмы.       Он мимоходом заглядывает в две пустые комнаты, которые оказываются спальней и гостиной, и наконец проходит на кухню. Это помещение гораздо просторнее, чем у Череватого, но взгляд Шепса сразу падает на небольшой стол около окна. На светлом дереве стоит одинокая чёрная кружка с недопитым кофе, и Олег разочарованно вздыхает, осознавая, что это совсем не похоже на то, что он видел вчера.       На полке около печки валяются три стика кофе: два тех самых — бежевых — и один классический, красный, отчего Олег тут же напрягается снова.       — Удивительный ассортимент, — саркастично комментирует он. — Не думал, что в деревню привозят ещё и разные виды.       — Продукты везут из городского супермаркета, — не обращая внимания на его тон, вежливо поясняет Райдос. — Влад ещё не успел рассказать, как у нас тут всё устроено?       — Я не планирую здесь надолго задерживаться, — продолжая осматриваться, отвечает Шепс, а Вика нечитаемым взглядом стреляет в проходящего к столу Череватого и ставит уже слегка остывший чайник обратно на плиту, чтобы заварить гостям свежий чай.       Спустя минут десять Олег окончательно теряет к Райдос всякий интерес. Она абсолютно невозмутимо отвечает на все его вопросы, не ведётся на мелкие провокации, от которых начинает нервничать уже даже сидящий рядом Влад, и Шепс практически выключается из диалога, обдумывая полученные факты.       Главная ниточка ведёт к Гецати, но медиума напрягает то, что между делом сказала Вика: пока единственным источником магазинной провизии для всей деревни является Левин, у Кости есть свой собственный поставщик извне — некий Андрей, который периодически привозит ему запас медикаментов. Мог ли этот человек поделиться со старым другом достаточно редким вкусом кофе? Теоретически да. И если это так, то Олег снова окажется в тупике, но пока он предпочитает об этом не думать, потому что интуиция упорно твердит, что разгадка где-то совсем близко, и Шепс почему-то почти уверен, что уже сегодня точно встретится с братом.

***

      — Ты не говорил, что она ведьма, — без упрёка обращается к Череватому Олег, когда они наконец выходят из Викиного дома.       «Зато я говорил, что здесь все подозрительные!» — довольно восклицает Карл, усаживаясь на плечо хозяина по другую сторону от идущего рядом чернокнижника.       — Ты не спрашивал, — слегка смущённо улыбается Влад. — Её род один из старейших на этой земле, и многому в магии я научился у неё.       Череватый говорит с каким-то благоговением, но Шепс от этого ревности не чувствует. Скорее, наоборот, понимает, почему Влад много лет был так к ней привязан: он и сам ощущает что-то похожее к Саше, даже если абстрагироваться от кровных уз. Человек, помогающий практиковать магию, особенно когда ты делаешь в ней свои первые шаги, априори не может быть чужим. И то, что Череватый в юности принимал это за совсем другое чувство, теперь звучит в голове медиума вполне логично.       «Узнай про врача, а то, может, окажется, что ты и про него не спрашивал», — ехидно вклинивается в его мысли ворон.       Олега его тон слегка раздражает, но отрицать логику фамильяра он смысла не видит.       — А Костя тоже практик? — осторожно спрашивает медиум, и Влад тут же хмурится, касаясь нелюбимой темы.       — Да. Только в этом плане уже безобидный. Когда он вернулся сюда после смерти своего пациента, его силы пропали.       «Пиздец, этот маньяк ещё и колдун!»       — Почему маньяк? — вслух роняет Шепс и, замечая, как брови Череватого взлетают вверх, сразу поясняет: — Это я Карлу…       «Ты не услышал вчера? — с удивлением отвечает ворон. — Этот псих расставляет капканы, чтобы потом лечить раненых зверей! А может, и людей…»       Глаза Олега распахиваются, а Влад начинает чувствовать себя слегка неуютно, понимая, что не участвует в безмолвном диалоге.       — Это правда? Про капканы, — уже у него спрашивает Шепс.       — Правда… — с тяжёлым вздохом кивает Череватый. — Поля несколько раз лично видела это в лесу. Наверняка не все капканы его, потому что в Ластовке довольно много охотников, но факт остаётся фактом. Думаю, после того случая в клинике у него просто поехала крыша.       — А что, если Саша у него? — начинает рассуждать Олег, пытаясь собрать в кучу лихорадочно разбегающиеся мысли. — Вдруг он его просто не выпускает, продолжая «лечить», как этих своих зверей?       От страшных картинок в сознании начинает заметно трясти, а ноги сами начинают ускорять шаг в сторону соседнего дома, но Влад тут же останавливает его, преграждая собой путь.       — Успокойся, — тихо говорит он, руками забираясь под распахнутую куртку и устраивая их на талии медиума. — Ты же чувствуешь, что с ним всё в порядке? А раз твои силы уже вернулись в полном объёме, то они точно тебя не обманывают.       «Эй, ты не говорил, что к тебе вернулись силы!» — обиженно восклицает Карл, но тут же замолкает, понимая, что ворвался в разговор не вовремя.       — Чувствую, — игнорируя ворона, выдыхает Шепс и прикрывает глаза, ныряя в успокаивающие объятия и пытаясь унять резко забившееся сердце.       Карл с недовольным вздохом отталкивается от его плеча и взмывает вверх, чтобы его не зажали в приступе внезапной нежности, но про себя не может не отметить, с какой заботой чернокнижник реагирует на этот всплеск паники его хозяина. Может, не так уж и плохо, что Олег умудрился в этой глуши найти себе человека, который относится к нему так. Ворону от этого почему-то даже становится чуть-чуть спокойнее.       — В любом случае нужно идти к Гецати, — наконец успокаиваясь, подаёт голос Шепс, но всё ещё не торопится выбираться из уютного кольца чужих рук. — Только давай я пойду один.       Влад слегка отстраняется, заглядывая ему в глаза, и искренне удивляется такому предложению:       — То есть после всего, что ты узнал, ты реально думаешь, что я отпущу тебя к нему одного?       — Влад, вторая драка нам сейчас нужна меньше всего… — мягко поясняет Олег.       — По-моему, последствия первой были очень даже приятными, — расплывается в хитрой ухмылке Череватый, и медиум с усмешкой качает головой, а через пару секунд всё-таки тянется к нему за поцелуем.       «Господи, блять! Я не хотел этого знать…»       Жалобный голос Карла раздаётся в сознании, и Олег заходится громким смехом, тут же отрываясь от губ Влада.       — Прости, — сквозь смех выдаёт он, слегка виновато поглядывая на Череватого. — Просто Карл в своём репертуаре…       — Если интересуют подробности, я могу поделиться. — Ухмыляясь ещё шире, Влад поднимает голову наверх и довольно наблюдает за тем, как ворон картинно пикирует вниз, едва не ударяясь о землю.       «Заткни его, если не хочешь остаться без фамильяра!»       — Меня попросили тебя заткнуть, — продолжая смеяться, передаёт Шепс и чувствует, как сильные руки ещё плотнее прижимают его к чужому телу.       — Ну так не расстраивай птичку…       Чернокнижник игриво дёргает бровями, и Олег не теряет ни секунды, за шею наклоняя его к себе и утягивая в уже совсем другой, по-настоящему страстный поцелуй.       «Я не это имел в виду!!! — ещё громче начинает вопить Карл, головой ныряя под собственное крыло. — Олег, ну я же здесь!!! Блять, мои глаза!..»       А Шепсу эта реакция нравится до безумия. Ему ужасно смешно, но в то же время он прекрасно чувствует, что эти наигранные страдания ворона больше не имеют ничего общего с искренней ненавистью. И как бы Карл ни пытался делать вид, что Влад ему всё ещё не нравится, такие подколки он позволяет себе только в кругу самых близких и до этого чаще всего направлял их исключительно на Сашу.       Олег продолжает целовать манящие губы и даже немножко жалеет, что Череватый не слышит, как ворон рассыпается в матерных криках. Эти двое определённо могут стать лучшими друзьями, если когда-нибудь смогут услышать друг друга напрямую, а пока Шепсу достаточно и того, что Карл перестал осторожничать в компании Влада и наконец-то стал самим собой.       — Кстати, — уже направляясь к дому Гецати, вспоминает медиум, — Костя же после вчерашнего думает, что это твой ворон… Может, не будем ломать легенду?       Ему кажется, что сегодня будет как нельзя кстати поговорить с врачом именно с позиции простого приезжего, который ищет своего брата. Раскрывать себя как мощного медиума перед потерявшим силы и психически нестабильным практиком Олегу не хочется совсем.       — Да без проблем, — спокойно соглашается Череватый и призывно хлопает по своему плечу, бросая взгляд на снижающегося Карла.       «И за что мне всё это… — вздыхая, сокрушается ворон, но всё-таки аккуратно приземляется на куртку чернокнижника, недовольно глядя на Шепса. — Скажи ему, пусть только меня руками не трогает».       — Только постарайся его не трогать, — с еле заметной усмешкой передаёт Олег. — Ему не нравится.       — Странно. — Влад задумчиво поджимает губы, окидывая взглядом демонстративно отвернувшегося Карла, и тут же снова расплывается в ухмылке. — А твоему хозяину очень даже нравится.       Шепс с трудом сдерживает рвущийся наружу смешок, но вдруг дёргается от негромкого вскрика Череватого, когда ворон молча делает рывок и легонько клюёт чернокнижника в волосы.       — Ай! — Влад инстинктивно прикрывает ухо рукой, но, судя по выражению лица, совсем не злится. — Ладно, всё. Я понял. Молчу. — Он переводит взгляд на обеспокоенного Олега. — Всё нормально, не парься. Общаемся, как можем.       Он успокаивающе улыбается, и Шепс с облегчённым выдохом закатывает глаза, решая не влезать. Кажется, эти двое разберутся сами, и желательно, чтобы это произошло как-нибудь попозже, потому что они уже останавливаются у знакомой калитки, и медиум решительно зовёт Костю по имени, настраиваясь на непростой разговор.

***

      Гецати, в окно замечая незваных гостей, выходит из дома нехотя и не спеша идёт к калитке.       — У вас опять кто-то заболел? — вместо приветствия саркастично выдаёт он, останавливаясь у невысокого забора.       — Нет, я — поговорить, — спокойно отвечает Олег.       — Ты всегда на разговоры с охраной ходишь? — Костя усмехается, оглядывая стоящего позади Влада, и глазами упирается в птицу на его плече. — Как ворон, в порядке?       «Какая забота…» — ядовито ворчит Карл и чуть перебирает лапами в сторону, инстинктивно будто прячась от неуютного взгляда за головой Череватого.       — В порядке, — коротко отрезает чернокнижник, и Шепс спешит быстрее перевести тему, чтобы не продолжать вчерашнюю стычку.       — Кость, вы вчера сцепились из-за фамильяра, но меня это не касается, — примирительным тоном начинает он. — Я здесь только для того, чтобы найти своего брата, и сегодня я обнаружил в деревне кое-какую его вещь. Мне нужна твоя помощь.       — Что за вещь?       Гецати, кажется, не чувствует подвоха, со вздохом переключая своё внимание на медиума.       — У вашей соседки Вики каким-то образом оказался такой же стик кофе, как пьёт мой брат. Она говорит, что кофе ей вчера приносил ты.       — Приносил, — без раздумий кивает Костя, слегка вскидывая подбородок и стреляя во Влада надменным взглядом. — Мы с ней не чужие люди, и я просто хотел сделать ей приятное.       Карл чувствует, как чернокнижник напрягается от этого укола, и ощутимо сжимает его плечо лапами, давая понять, что сейчас не самое время встревать в диалог. Хотя ворон был бы вполне не против, если бы противный врач получил ещё одну взбучку.       — Откуда у тебя этот кофе? — максимально непринуждённо спрашивает Олег, стараясь не звучать как следователь на допросе, несмотря на то, что его буквально распирает от нетерпения.       — Странный вопрос, — искренне недоумевает Гецати. — У нас тут супермаркетов нет — все продукты у Максима. Что Илья привёз, то и покупаем.       — Илья?..       — Городской паренёк, — замечая, как хмурится Шепс, поясняет Костя. — Раз в неделю приезжает, привозит самое необходимое. А мы ему — у кого что есть: молоко, яйца, мясо, овощи, фрукты. С деньгами здесь туго, а продуктов — хоть отбавляй. Вика, вон, цветы разводит: за них вообще озолотить могут. Только на этой неделе погода сам видишь какая — привоза не было, поэтому все и делятся остатками.       — То есть тот кофе, который ты дал Вике, в деревню привёз Илья? — ещё раз уточняет Олег.       — Лично я брал его у Левина, — растерянно пожимает плечами Гецати. — Может, у Макса есть другие источники, но я о них не знаю. Извини, если не помог…       Последняя фраза звучит искренне, и Шепс разочарованно вздыхает, полагая, что врач не врёт.       — Да не расстраивайся ты, — как-то неловко пытаясь подбодрить парня, улыбается Костя. — Может, расскажешь, как он вообще пропал? Вместе подумаем. Ты там вчера, кажется, предлагал чай попить — заходи. — Он гостеприимно распахивает калитку, честно желая помочь, но тут же добавляет: — Только я не всех приглашаю.       «Это плохая идея!» — моментально высказывается Карл.       «Я хотя бы проверю кухню», — мысленно возражает медиум.       — Олег… — строгим голосом окликает его Череватый, и Гецати еле заметно усмехается.       — Влад, я ненадолго, — уверенным тоном перебивает Шепс и решительно направляется в дом.       «Да в жопу эту кухню, не ходи туда!»       «Карл, не истери, — напоследок бросает фамильяру Олег. — Он не рискнёт ничего мне сделать: ты же видишь, что он не хочет связываться с Владом. Всё будет нормально, идите домой».       Ворон недовольно вздыхает, провожая хозяина взглядом, и теряется в раздумьях. Ему почему-то до ужаса не хочется находиться даже во дворе у этого доктора, но и оставить Шепса одного без присмотра он не может.       — Давай на улице подождём, — неожиданно предлагает Череватый, вполне разделяя невысказанную тревогу ворона. — Расстояние небольшое, ты же будешь его чувствовать и, если что, дашь мне знать. Только не кусайся больше, ладно?       Карл решает ещё несколько секунд, но сдаётся, признавая, что идея чернокнижника звучит логично. В конце концов, сейчас они на одной стороне, и включать свою птичью гордость в ущерб Олегу было бы крайне глупо. Он не может высказать своё согласие вслух, но поудобнее усаживается на чужом плече, и Влад слегка кивает, считывая в этом жесте положительный ответ.

***

      — Тебе чёрный или зелёный? — проходя на кухню, интересуется Гецати, пока Шепс разувается в коридоре, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям.       В отличие от жилища Райдос, здесь не чувствуется никаких следов магии, кроме слабой энергетики самого хозяина, однако Олег сразу замечает другие сходства. Похожие тона, тот же стиль мебели — либо Вика с Костей удивительно совпадают во вкусах, либо этот дом тоже когда-то обустраивала она.       — Хороший ремонт, — вежливо подмечает Шепс, с интересом рассматривая необычную раму висящего на стене зеркала.       — Спасибо. — Хозяин останавливается в дверном проёме, вальяжно опираясь плечом о косяк. — Можешь и в комнаты заглянуть, чтобы не думал, что в деревне все живут в таком старье, как у твоего Череватого.       В его голосе слышится откровенный яд, но Олег лишь натянуто усмехается, глотая очередной укол в сторону Влада. У него появилась идеальная возможность спокойно осмотреть дом, и терять её из-за накатывающих эмоций совсем не хочется.       Он проходит в просторную гостиную с удобным на вид диваном и даже удивляется тому, как чисто в этой холостяцкой берлоге. Хотя, наверное, Гецати как врач привык к сплошной стерильности. На тумбе около телевизора виднеется несколько пузырьков с лекарствами, и Шепс только сейчас замечает, что в доме стоит едкий запах то ли спирта, то ли каких-то медикаментов, напоминая ему ненавистную атмосферу больницы.       В самом углу, возле широкого окна, красуется довольно большой книжный шкаф, снизу доверху забитый явно не художественной литературой. Олег подходит чуть ближе и глазами пробегается по потёртым корешкам: анатомия человека, множество книг со словом «хирургия» в названии, несколько ветеринарных пособий и даже пара учебников по психологии.       — Ты всё это прочитал? — с искренним интересом спрашивает он.       — Я был отличником, — грустно усмехается Костя. — В медицине ошибки стоят слишком дорого.       Олег глубоко вздыхает, не зная, что на это ответить. Несмотря на то, в какую точку Гецати привело его прошлое, Шепсу его всё-таки жаль. Даже самый профессиональный врач прежде всего — обычный человек, а не робот, и то, что произошло, наверняка было ужасным ударом, если Костя действительно вложил столько сил в то, чтобы спасать жизни. Олег не знает, была ли причиной смерти того пациента врачебная ошибка, или просто так распорядилась судьба, но Гецати не производит впечатление халатного работника. Кажется, он и правда искренне хотел помогать людям, а потом просто сломался, не выдержав сложных обстоятельств.       — Какой чай-то наливать? — самостоятельно меняя больную тему, переспрашивает Костя.       — Если честно, меня от чая уже подташнивает, — со смешком отвечает медиум. — Никогда его столько не пил, как за последние дни.       — Извини, кофе не осталось: я последний Вике отдал.       — Ничего страшного, можем и так поговорить, — спокойно пожимает плечами Шепс и даже немного радуется такому исходу.       Он, хоть и не чувствует от Гецати явной опасности, всё равно не горит желанием пить какой-то напиток, приготовленный его руками. Это, наверное, дурацкая паранойя Карла передалась ему воздушно-капельным, а может, подсознательное доверие к Владу просто не даёт чувствовать себя комфортно в доме ненавистного чернокнижнику человека.       Олег мимоходом бросает взгляд в небольшую спальню с аккуратно заправленной двуспальной кроватью и с предвкушением наконец заходит на кухню. Только и тут его ждёт сплошное разочарование: тёмно-серая каменная столешница, украшающая большой стол, вообще не нуждается ни в скатерти, ни в клеёнке; а висящие на крючках чёрные, такие же, как у Вики, кружки, идеально вписываются в интерьер.       Шепс грустно вздыхает и усаживается на удобный стул у окна, краем глаза замечая на другой стороне улицы облокотившегося на забор Влада, который, кажется, довольно оживлённо с кем-то разговаривает, только Олег не видит рядом с ним никого, кроме всё ещё покоящегося на его плече Карла. Медиум удивлённо вскидывает брови, с трудом веря в своё предположение, но решает подумать об этом позже, всё-таки начиная уже практически бесполезный диалог с Костей.

***

      Череватый удобно устраивается около собственного забора напротив дома Гецати и украдкой рассматривает сидящего на своём плече ворона. Эта птица кажется ему довольно забавной, несмотря на то, что он даже не слышал её голос. Энергетика Карла почему-то ощущается очень приятной и похожей на него самого, и Владу до безумия интересно начать разговор, но он не представляет, как это сделать в отсутствие Шепса.       «Может, я помогу? — Слегка насмешливый голос врывается в сознание, и чернокнижник тут же оборачивается, замечая подползающую к забору Полю. — Кажется, я много пропустила, пока спала».       «Не ты одна, — хмыкает Карл. — Как тебе перспектива жить с медиумом, который тебя боится до усрачки?»       «Надеюсь, это не значит, что мне придётся жить ещё и с тобой», — ехидно парирует змея.       Местные вороны не раз атаковали её логово, пока Череватый, однажды заметив очередной налёт опасной птицы, не соорудил для её защиты большое пугало. И хотя самой Поле пернатые никак не вредили, оставляя после себя лишь небольшой испуг, она всё равно не жалует этих птиц до сих пор.       — Эй, я не знаю, о чём вы говорите, но давайте хотя бы не ругаться, — вклинивается в их диалог Влад.       «Мы не ругаемся», — тут же успокаивает его змея.       Она поглядывает на ворона с небольшим недовольством, но особого страха не чувствует, понимая, что раз птица сидит на плече у Череватого, то опасности от неё точно ждать не стоит.       — Твой хозяин всегда такой упрямый? — обращаясь уже непосредственно к Карлу, с любопытством спрашивает чернокнижник.       «Как будто ты — сама покладистость», — иронично отвечает ворон и с наглым взглядом оборачивается к «переводчику».       Поля со вздохом цитирует его Владу и мысленно начинает жалеть, что предложила помочь. Интересно, сколько таких колких фраз ей сейчас предстоит озвучить хозяину.       — У тебя предвзятость ко всем чернокнижникам, или тебе не нравлюсь конкретно я?       Череватому правда хочется знать. Он прекрасно понимает, что фамильяр — важная частичка любого практика, и если Карл действительно воспринимает его в штыки, то для Олега это будет означать постоянное моральное напряжение, а Влад совсем не желает быть его причиной.       «Мне не нравилось совпадение того, что мой медиум лишился сил, как только встретился с тобой, — честно признаётся ворон. — Ты же вроде не дурак, должен понимать, что это странно».       — Я даже не знал, что у него пропали способности, — пожимает плечами Череватый. — Он рассказал только вчера вечером, когда они уже вернулись.       «И если уж на то пошло, то у Влада и самого до вчерашнего дня не было сил», — вставая на защиту чернокнижника, добавляет Поля.       Несмотря на то, что Череватый не успел поделиться с ней новостями о возвращении своих бесов, она чётко чувствует изменившуюся энергетику и мощный прилив сил внутри него, безошибочно делая вывод о том, что магией вчера снова обзавёлся не только Шепс.       А Карла этот факт несказанно удивляет. Только не тем, что способности Влада и Олега вернулись в одно и то же время, а тем, что они вообще пропадали у них обоих.       «Странная у вас деревня… — задумчиво тянет он. — И люди пропадают, и магия…»       — Саша же вроде в Ластовке пропал, — поправляет Череватый.       «Это Олег так думает».       — Ты думаешь по-другому?       «Я думаю, что кто-то из твоих соседей пиздит, — просто отвечает ворон и, когда Поля передаёт его слова, с возмущением снова поворачивается к ней: — Я сказал «пиздит», а не «обманывает»!»       «Твой мат — твои проблемы», — спокойно отрезает змея и внутренне усмехается недовольному ворчанию Карла.       «Интеллигенция, блин…»       Ворон тяжело вздыхает и мысленно закатывает глаза. Кажется, эта нежная змейка начинает не нравиться ему даже больше, чем её хозяин.       Всё оставшееся время до возвращения Шепса Карл продолжает расспрашивать Влада о странностях деревни, но не узнаёт ничего полезного, несмотря на то, что чернокнижник честно рассказывает всё, что знает о ведьминской земле. Ворон так и не решается уточнить, в какой именно момент к парням вчера вернулась магия, потому что полагает, что не хочет слышать ответ. Такие подробности личной жизни хозяина его точно не интересуют.       — О чём болтаете? — с нескрываемым удивлением спрашивает Олег, подходя к Череватому, и даже не замечает, как Поля за забором резко ныряет в траву, направляясь обратно в нору.       — Да так, — отмахивается Влад, сразу приобнимая его за талию. — Всё нормально?       «Что там у этого психа?»       — Со мной всё нормально, но следов Саши там нет, и ничего полезного Костя мне не рассказал, — расстроенно сообщает медиум. — Я думаю, он реально ни при чём. Мы можем сходить к Левину?       — Можем, конечно, — мягко кивает Череватый. — Только я уверен, что ты не узнаешь ничего нового. Все продукты действительно привозит Илья, а других связей с городом у Макса нет.       «Я бы всё равно сходил», — настойчиво вставляет своё слово Карл.       «Я надеялся, что вы подружились…» — безмолвно отвечает ему Шепс.       «Допустим, я не против того, что ты доверяешь ему, — кивая на Влада, нехотя уточняет ворон. — Но кто сказал, что он не ошибается в местных?»       Олег не может не согласиться. Сам с трудом верит в то, что Саша действительно по какой-то причине прячется в одном из близлежащих домов, даже не пытаясь с ним связаться, но если у него есть возможность убедиться в том, что это неправда, то отказываться от неё было бы глупо.       — Он же всё равно звал нас поиграть в карты, — обезоруживающе улыбается Шепс, поднимая на Череватого взгляд. — Давай сходим, пожалуйста. Мне так будет спокойнее.       А Влад смотрит в светлые глаза и понимает, что не смог бы отказать, даже если бы сильно хотел. Внутри плещется какое-то непривычное чувство, но от него почему-то так тепло, что сопротивляться совсем не хочется, даже несмотря на то, что Череватый ненавидит потакать чужим капризам и подобные моменты раньше всегда вызывали у него только раздражение. Раньше, но не сейчас. Не в эту секунду, когда он сам бездумно тянется к чужим губам и прикрывает глаза, буквально растворяясь в нежном поцелуе.

***

      Едва завидев выходящую со двора и направляющуюся навстречу парням Ангелину, Карл взмывает в небо, уже с высоты наблюдая за начинающимся диалогом.       — Добрый день, мальчики, — с тёплой улыбкой здоровается Изосимова. — Владик, а я к тебе шла, но я так понимаю, ты занят…       — Да мы тут… гуляем пока, — уклончиво отвечает Влад. — А что ты хотела?       — Я думала, пока погода хорошая, на огороде покопаться, а то, как дожди закончатся, уже пора будет помидоры сажать. Вот шла спросить, не хочешь ли присоединиться.       Ангелина о помощи просить не привыкла, но Череватый с детства обожает работать во дворе и уже даже во взрослом возрасте не упускает шанса помочь ей с грядками, весело проводя время на чужом огороде. Пару раз он даже обижался на то, что Изосимова не позвала его на прополку, и после тех случаев она старается всегда сообщать ему о своих планах.       — Пойдём поможем, — абсолютно неожиданно воодушевляется Олег, бросая взгляд на удивлённого Влада и следом обращаясь уже к Ангелине: — Если вы не против ещё одной пары рук, конечно.       «Мы же к Левину этому собирались…» — недоумённо напоминает Карл, нарезая над ними очередной круг в воздухе.       «Ну ты же хочешь проверить всё Кострово, — спокойно парирует медиум. — Какая разница, в каком порядке?»       — Я только за! — Изосимова искренне радуется такому настрою Шепса. — У меня как раз борщ есть вкусный. Накормлю вас обедом, как закончим.       Ей до безумия хочется узнать его поближе, поэтому она очень надеется, что и Влад не станет отказываться от поступившего приглашения.       — Перед твоим борщом я не могу устоять, — с улыбкой разводит руками Череватый.       — Тогда догоняйте! — напоследок довольно бросает Ангелина и быстрым шагом уходит обратно к себе, а Влад за руку останавливает Олега, с небольшим непониманием заглядывая ему в глаза.       Во-первых, Череватый прекрасно осознаёт, что поход к Изосимовой отнимет у них добрую половину дня, а Шепсу с его нетерпением лучше как можно быстрее задать свой главный вопрос Максиму и окончательно успокоиться по поводу ниточки с кофе. А во-вторых, Влад просто не может представить себе Олега, с граблями работающего на огороде.       — Ты уверен, что хочешь идти? — аккуратно спрашивает чернокнижник.       — Мне интересно, — пожимает плечами Шепс. — Или ты против, чтобы я с ней пообщался?       — Нет, — спокойно улыбается Череватый. — Я уверен, что ты ей понравишься.       — Ну и отлично. А к Максиму вечером сходим. Куда нам спешить?       — Ладно, — кивает Влад, но всё же слегка закусывает губу, неловко опуская глаза. — Просто… Ей ты тоже не доверяешь?       Как бы там ни было, Череватому совсем не хочется, чтобы встреча Олега с Ангелиной в какой-то момент превратилась то ли в допрос, то ли в обыск. Влад не задумывался об этом, но сейчас почему-то чувствует, что если эти двое начнут конфликтовать, ему будет крайне неприятно и некомфортно. Разрываться между близкими людьми и уж тем более выбирать чью-то сторону — это даже в голове звучит ужасно.       — Влад, я здесь никому не доверяю, кроме тебя, — тихо отвечает Шепс, делает шаг к нему и, чувствуя напряжение чернокнижника, успокаивающе касается его лица пальцами. — Но это не значит, что я собираюсь устраивать какой-то скандал.       Череватый молча кивает и даже слегка злится на себя за это дурацкое волнение. Ему плевать на чужое мнение, и он прекрасно знает, что ничьи слова или реакции не изменят того, что он сейчас чувствует к Олегу, но внутри всё равно как-то неспокойно. Ещё и бесы подливают масла в огонь, предупреждая о том, что сегодня что-то может пойти не так.       — Ты хоть грабли когда-нибудь видел? — отмахиваясь от неприятных мыслей, наконец усмехается Влад.       — Ну, самое время попробовать что-то новенькое, — наивно улыбается Шепс, и Череватый расслабляется окончательно.       Они перебрасываются ещё парой фраз и всё-таки направляются к дому Ангелины, предвкушая весёлые и интересные несколько часов этого погожего дня.

***

      — Олег, тебе жарко не будет? — заботливо спрашивает Изосимова, пока Влад около крыльца резво сбрасывает с себя куртку, оставаясь в одной футболке.       — Да ветер вроде…       Олег отвечает как-то нерешительно и с опаской поглядывает на стоящие у стены инструменты. Конечно, он не впервые видит все эти приспособления, только обращаться с ними совершенно не умеет. В его руках бывала разве что лопата, но как раз её среди инвентаря Ангелины и не наблюдается, отчего Шепс чувствует себя слегка неуютно, понимая, что сейчас наверняка будет выглядеть максимально глупо на фоне матёрых огородников.       — Максим Николаевич, — неожиданно повышает голос Изосимова, пытаясь докричаться до выходящего из дома соседа, — поделись граблями, а то у нас некомплект!       — Ты целый подряд собрала? — усмехается Левин, с удивлением оглядывая топчущегося посреди двора Олега. — Ну, раз так, сейчас принесу.       Шепс на автомате делает несколько шагов к забору, взглядом провожая уходящего в сарай Максима, и лихорадочно пытается сообразить, как невзначай задать ему интересующий вопрос, чтобы не нарушить эту, какую-то слишком семейную атмосферу.       — Перчатки где? — с лёгким укором качает головой Левин, когда уже протягивает Олегу принесённые грабли. — Занозу загонишь — будешь потом страдать.       — Мне пока не выдали, — неловко оправдывается медиум.       — Эх, молодёжь!.. — добродушно вздыхает Максим и одним движением сдёргивает с пояса свои потёртые перчатки, подавая их парню. — Надевай давай. Кстати, по поводу твоего брата…       Шепс резко поднимает на него взгляд и тут же роняет одну из перчаток на землю.       — Мы тогда в лесу не нашли никаких следов. Я вчера всех опросил, — продолжает Левин. — Мне кажется, ты зря там ищешь: он наверняка в Ластовке.       Максим говорит уверенно и спокойно, потому что не сомневается в своих выводах. В лесу чужаков не было — Серый ему это вчера подтвердил, а не доверять своему круглосуточному патрулю в виде волчьей стаи во главе с фамильяром Левин не видит ни единой причины.       — Возможно, — с тяжёлым вздохом кивает Олег, поднимая упавшую перчатку и всё-таки натягивая её на руку под пристальным взглядом участкового. — Слушай, говорят, у тебя кофе можно разжиться?       — Врут, — усмехается Максим. — Закончился позавчера. У меня Гецати последние стики выгреб, он же без этого кофе жить не может. Так что попробуй у него спросить.       — Понятно, — почти без эмоций говорит Шепс, но всё-таки с надеждой уточняет: — А выбор хоть бывает? Какие привозят?       — Олег, выбор — это у вас там в Москве, — снисходительно отвечает Левин. — А нам привозят только «3 в 1», так что если ты хотел какой-нибудь капучино, то извини, его в деревне не достать.       — Ну что ж, придётся пить чай…       Медиум говорит последнюю фразу почти на автомате и невидящим взглядом упирается в забор, даже не реагируя на подбадривающее похлопывание по плечу, после которого Максим всё-таки отдаёт ему грабли и наконец отправляется заниматься своими делами. В этой цепочке кто-то определённо врёт.       Шепс бы ещё мог поверить в случайность, если бы в коробке привезённых в деревню стиков каким-то образом затесался один редкий. Ошибка расфасовки на заводе — так бывает. Но у Вики было как минимум три пресловутых латте с пломбиром, два из которых он лично видел у неё на кухне, и на простое совпадение это уже совсем не тянет.       «Интересненько… — подаёт голос медленно рассекающий над двором Карл. — Давай так. Ты пока не грузись, а я полечу присяду на заборчик между домами наших подозреваемых: может, узнаю что».       «А с Левиным что?» — беззвучно спрашивает Олег.       «Хуй знает, — спокойно отвечает ворон. — Только я бы на его месте так тупо не палился. Если вся деревня в курсе, что кофе здесь всегда только одного вида, то у любого возникли бы вопросы, продай им Максим какую-то новинку. В конце концов, он мент, и если бы он хотел что-то скрыть, делал бы это аккуратнее».       Медиум согласно кивает и даже облегчённо выдыхает. Выводы Карла никак не проясняют ситуацию, но всё-таки снимают с Левина какую-то часть подозрений, и это не может не радовать. Несмотря на то, что Шепсу хочется во что бы то ни стало найти брата, он искренне надеется, что к этой мутной истории не имеет отношения хоть и не родная, но всё-таки семья Влада.       Он отвлекается от своих мыслей, когда Череватый всё-таки за руку тащит его в сторону огорода, на ходу объясняя, для чего вообще нужны грабли и как с ними обращаться. Только, несмотря на подробный инструктаж от Влада, Олегу удаётся хоть как-то разобраться с инструментом исключительно после того, как Ангелина на собственном примере терпеливо показывает ему, как правильно рыхлить землю.       Задание оказывается вполне нетрудным, и спустя минут двадцать Шепс уже почти не уступает своим наставникам, вызывая у Череватого горделивую улыбку, которую тот старательно прячет за привычными подколами. Но Изосимова видит. Украдкой поглядывает на горящие взгляды парней и не может не замечать, насколько комфортно себя чувствует Влад рядом с этим городским парнишкой.       Олег кажется ей добрым. Ведьма не чувствует в его энергетике никакого негатива ни к Череватому, ни к себе, а его почти детская непосредственность несказанно подкупает. Ангелине всегда думалось, что Владу нужен именно такой человек — искренний, открытый, заботливый, но при этом такой же весёлый, каким на самом деле где-то в глубине души является и сам Череватый.

***

      Через пару часов Изосимовой даже предоставляется прекрасная возможность убедиться в том, что она не ошибается в своих предположениях и Влад действительно в надёжных руках.       На негромкий мат Череватого и его резко нахмурившееся лицо Шепс реагирует первым, тут же отвлекаясь от своего основного занятия.       — Что такое? — обеспокоенно спрашивает он, глядя на то, как чернокнижник аккуратно снимает с правой руки местами порванную старую перчатку.       — Походу, занозу загнал, — со вздохом признаётся Влад, стараясь рассмотреть на подушечке безымянного пальца коварную щепку.       — Глубоко?       Ангелина тут же начинает суетиться, спешно откладывая грабли, и, услышав, что заноза всё-таки глубокая, сразу направляется в дом за пинцетом и аптечкой.       — Чего ты в порванных перчатках-то?.. — взволнованно ворчит Олег, пытаясь усадить сопротивляющегося Череватого на лавочку около крыльца. — Да сядь уже! Ну что ты как маленький?       — Ну а чего вы забегали, как будто я умираю?       Влад с недовольством закатывает глаза, слегка поджимая губы, а сам с трудом сдерживает улыбку от того, с какой нежностью Шепс держит его руку в своих ладонях, нетерпеливо поглядывая на дверь в ожидании возвращения Изосимовой.       — Давай вытащу, — наконец возвращаясь во двор, ласково предлагает Ангелина, но Олег с вопросительным взглядом нерешительно перехватывает её руку, и ведьма мягко кивает, передавая ему пинцет.       Она делает шаг в сторону и с каким-то непередаваемым теплом в груди наблюдает за тем, как Шепс бережно вытаскивает занозу, следом незамедлительно обрабатывая поражённое место проспиртованной ватой.       Знакомый запах водки резко бьёт в нос, и Череватый еле заметно усмехается, замечая, как меняется взгляд светлых глаз. А Олег в ту же секунду будто ныряет во вчерашние воспоминания, инстинктивно облизывая пересохшие губы. Дыхание моментально сбивается ко всем чертям, и Шепс с трудом сохраняет невозмутимое выражение лица, когда Изосимова бросает короткое «Принесу вам водички попить» и, пряча смущённую улыбку, быстро скрывается в доме.       Влад ни капли не сомневается в том, что будет дальше, и уже с каким-то восторгом встречает этот максимально предсказуемый, но до невозможности голодный поцелуй. Кажется, Олег зря отпирается, не желая признавать свой крайне очевидный фетиш. Череватый чётко ощущает эти необычные нотки в каждом его поцелуе, даже самом мимолётном, и он почему-то уверен, что дело совсем не в магии или стрессе, в котором Шепс всё равно находится все эти дни, несмотря ни на что.       Владу до безумия интересно, как это ощущается Олегом. Отличаются ли разбегающиеся по коже мурашки от его собственных, когда медиум сильнее цепляется руками за его шею? Или, может, пульс в висках стучит как-то по-другому, когда Череватый до боли сжимает разлетающиеся от ветра волосы на его затылке?       А Шепс чувствует слишком много. И те самые мурашки, и изнутри бьющееся о рёбра сердце, и просто невозможный кайф от дикого адреналина, потому что он понимает, что Ангелина может вернуться в любой момент, и это обязательно будет неловко. Только отрываться совсем не хочется. Он целует Влада снова и снова и даже не пытается думать о том, почему его до дрожи тянет к этим чёртовым губам.       — Я уже грею борщ! Заходите, как закончите с занозой!       Громкий голос Изосимовой выдёргивает Олега обратно в реальность, и он резко разрывает поцелуй, испуганно оглядываясь по сторонам.       — Геля в доме, — со смешком успокаивает его Череватый.       — У тебя очень понимающая…       Шепс говорит на автомате, потому что всё ещё приходит в себя, но тут же осекается, виновато опуская глаза. А Влад лишь улыбается. Эта оговорка Олега совсем не бьёт по больному и даже звучит приятно.       — По твоим глазам было сложно не понять, что нас лучше оставить одних. — Череватый шире расплывается в улыбке и ещё раз коротко целует Шепса, давая понять, что слова медиума никак его не задели. — Пойдём обедать. Хватит на сегодня огорода.       Олег согласно кивает и первым заходит в дом, пока Влад забирает с лавочки аптечку. Небольшой коридор встречает его домашним уютом и вкусным запахом борща, доносящимся с кухни. Взгляд сразу цепляется за маленькую фотографию, торчащую из-за рамы слегка потемневшего зеркала, и Шепс с интересом подходит ближе.       — Мне здесь лет восемь, по-моему, — с теплотой в голосе говорит Череватый, приобнимая его со спины.       На старом фото на шее у молодого парня, обнимающего длинноволосую девушку, сидит мальчишка, в котором Олег лишь по озорным тёмным глазам узнаёт маленького Влада. Шепс присматривается чуть внимательнее, замечает кольца на безымянных пальцах пары и, наконец узнавая добродушную улыбку девушки, понимает, что это Ангелина и Максим. Счастливые, с горящим взглядом, они крепко сжимают маленькие ладошки Череватого, и все втроём выглядят как самая настоящая семья.       — Такие красивые, — с восхищением шепчет медиум.       — Я даже не верил, когда узнал, что они разводятся, — так же тихо вспоминает Влад.       — Давно это было?       — Лет семь назад, по-моему… А до этого — двадцать лет счастливого брака.       Олег удивлённо вскидывает брови, с какой-то грустью продолжая разглядывать пожелтевший снимок. Как интересно иногда складывается человеческая жизнь. Прожить вместе столько лет — огромный, чёрт возьми, срок! — и в конце просто разойтись, будто и не было этих крепких объятий и сияющих глаз. Шепсу до безумия интересно, что же такого всё-таки произошло между ними, но он решает спросить об этом как-нибудь в другой раз и в другой обстановке.       — Есть уже хочется, — отрываясь от фотографии, слегка улыбается Олег. — Пойдём.       Он берёт Череватого за руку, уводя за собой, и через пару шагов как вкопанный замирает на пороге кухни: на небольшом деревянном столе у окна красуется та самая узорчатая клеёнка из его видения. И хотя на ней вместе с разлитым по трём тарелкам борщом стоят совсем другие кружки, медиум чувствует, как сердце пропускает удар, вынуждая его сделать судорожный вдох.       — Ну, чего застрял? — посмеиваясь, подталкивает его Влад. — Борща давно не видел?       — Ты меня таким не кормишь, — натянуто усмехается Шепс и всё-таки проходит на кухню.       Он включает свои способности на максимум, усаживаясь за стол, и руками медленно ведёт по главной улике, пытаясь считать энергетику. Ничего. Перед ним самая обычная скатерть и, кажется, самая обычная кухня, в которой нет ни малейшего фона, хотя бы отдалённо напоминающего Сашин. Да и ведьминская энергетика в этом доме гораздо слабее, чем у Вики.       Олег отчаянно не понимает, что происходит. Он на сто процентов уверен, что не мог перепутать, потому что картинка, увиденная глазами брата, до сих пор висит у него в сознании, сохранив каждую деталь. Очередное совпадение? Шепс, кажется, скоро уже перестанет в них верить.       — Вы потом чай или компот будете? — Вопрос Изосимовой вырывает его из размышлений.       — А кофе у вас нет? — вежливо интересуется Олег.       — Я кофе не пью, как и Владик, — извиняющимся тоном отвечает Ангелина. — У меня его никогда нет. А компот вкусный, вишнёвый. Налить?       — Давайте, — бездумно кивает медиум и бросает растерянный взгляд на Череватого, который уже с аппетитом принимается за любимый борщ.       Шепс не знает, как ему сказать. Совершенно не хочет бросать на Изосимову тень подозрения, прекрасно понимая, что Владу это не понравится, но проигнорировать эту чёртову клеёнку тоже не может. Он тяжело вздыхает, решая сначала как-нибудь обсудить свою находку с Карлом, и всё-таки приступает к обеду, стараясь абстрагироваться от роящихся в голове мыслей.       Борщ, как и разрекламированный компот, оказывается невероятно вкусным, и Олег, несмотря на то, что от голода после такого потрясения почти не осталось и следа, всё равно съедает всю тарелку. За столом он даже умудряется кое-как поддерживать диалог, но Череватый всё равно замечает некую отстранённость и уже через полчаса аккуратно прощается с Ангелиной, вместе с Шепсом выходя из её дома во двор.

***

      Погода заметно испортилась: если перед обедом на небе просто спряталось солнце, то сейчас на улице уже сильно потемнело от почти чёрных туч, которые пригнал ещё больше усилившийся ветер. Олег сильнее кутается в куртку и вслед за Владом выходит с чужого двора, прикрывая за собой калитку.       — Что-то случилось? — Череватый останавливается, с обеспокоенным видом разворачиваясь к нему.       — Да нет…       — Олег, ну я же вижу.       За спиной Влада вспыхивает яркая молния, и Шепс тут же собирается, мысленно отмахиваясь от собственных терзаний.       — Я расскажу чуть позже, ладно? — торопливо выдаёт он. — Мне нужно узнать кое-что у Карла, а тебе лучше прямо сейчас пойти домой.       — В смысле? — непонимающе хмурится чернокнижник. — Олег, что за приколы?       — Влад, пожалуйста, — мягко настаивает Шепс, понимая, что с таким ветром гроза может в любую минуту начаться в полную силу. — Просто иди домой, а я приду минут через десять.       Череватый хочет спросить что-то ещё, но откуда-то издалека раздаётся первый раскат грома, и он вздрагивает, с испуганным взглядом оборачиваясь в сторону приближающихся туч.       — Влад, иди домой. — Олег тяжело вздыхает, за шею снова разворачивая его к себе. — Я встречусь с Карлом и сразу приду, обещаю.       Он успокаивающе целует Череватого в губы и чувствует сильное облегчение, когда тот всё-таки сдаётся и быстрым шагом направляется в сторону дома. Шепсу совсем не хочется повторения того, что произошло позавчера, поэтому он и сам решает не задерживаться на улице, чтобы не добавлять к панике Влада ещё и волнение за него самого.       Медиум мысленно взывает к Карлу, чтобы успеть поговорить с ним по дороге домой, но вдруг замечает бредущего по улице Котова, которого, кажется, совсем не пугает подступающая непогода.       — Спешишь к своему тёмному? — отстранённым голосом бросает Юлик, подходя чуть ближе.       — Извини, сейчас совсем не до тебя, — бесцеремонно отмахивается Олег, но вдруг резко останавливается, замечая в чужих руках цветастую кружку.       Он хмурится, делая несколько шагов к Котову, и буквально выхватывает её, окончательно убеждаясь, что ему не показалось.       — Ты где её взял?       — Кружку? — непонимающе переспрашивает Юлик.       — Да, блять! Кружку! — срывается на крик медиум. — Откуда она у тебя?       — Я к Максиму за молоком заходил — он мне в ней вынес, — спокойно отвечает Котов.       Шепс устало прикрывает глаза и чувствует, как у него снова начинает раскалываться голова. Новый раскат грома раздаётся уже на порядок громче, и Олег возвращает Юлику злосчастную кружку, собираясь дальше идти домой, но снова останавливается, реагируя на монотонный голос за спиной.       — Не туда ты копаешь… — вдогонку говорит ему Котов. — Поискал бы там, где не хочется — давно бы брата нашёл. А так будешь ещё долго кругами ходить…       Олег всё-таки оборачивается, пытается переварить услышанное, но Юлик больше не говорит ни слова и поспешно удаляется, наконец замечая очередную яркую вспышку молнии в стремительно чернеющем небе.

***

      Уже подходя к дому, Шепс хмурится ещё сильнее, замечая, что Влад нервно расхаживает у калитки, так и не заходя внутрь.       — Ты чего здесь? — под очередную вспышку молнии обеспокоенно спрашивает медиум.       — Собирался за тобой идти, — тихо отвечает Череватый.       Привычный ступор напал на него ещё у дома Ангелины, сразу после первых признаков приближения грозы. Влад, послушавшись Олега, двинулся к своему двору на автомате, но уже по дороге, начав хоть как-то соображать, понял, что просто сбегает. Сбегает от собственного страха, да ещё и оставляет медиума одного на улице, даже не пытаясь его защитить. Противные мысли о том, что Шепс тоже может так и не прийти домой, отчаянно боролись с нежеланием снова ограничивать свободу Олега из-за своей паники, и Череватый так и остался на улице, просто не зная, что делать.       — Идём в дом, — мягко подталкивая его во двор, говорит Шепс.       — Ты дождался Карла?       Голос уже слегка дрожит, и Олег не может не восхищаться этим бесконечным уважением, которое Влад проявляет к нему даже в таком своём состоянии.       — Карл уже наверняка где-то спрятался, — озвучивает свою вполне резонную мысль медиум. — Давай заходи.       Он ускоряет шаг, за руку буквально затаскивая Череватого в дом, и даже в темноте коридора видит, как тот облегчённо выдыхает, начиная уже спокойнее снимать обувь. Они проходят в комнату, и Влад усаживается на кровать, хмуро наблюдая за тем, как Шепс нерешительно мнётся у невысокого комода.       — Расскажешь, что всё-таки случилось у Ангелины? — аккуратно спрашивает чернокнижник.       — Клеёнка на её столе, — после небольшой паузы всё-таки отвечает Олег. — Я видел точно такую же глазами Саши вчера.       — Ты что-то почувствовал?       — В том-то и дело, что нет. — Шепс поднимает на него растерянный взгляд. — У меня уже башка взрывается… Ты взял кофе у Вики. Она говорит, что ей его дал Костя. Костя утверждает, что купил кофе у Максима, но Максим говорит, что таких стиков у него не бывает. Клеёнка из моего видения лежит на столе у Ангелины, а этот ваш ебанутый Юлик расхаживает по улице с кружкой, которую я видел в руках у Саши. Но Юлик говорит, что ему её дал Левин! — Он выдыхает, заканчивая перечислять всё, что узнал за сегодня. — Влад, я нихуя не понимаю… Сашиной энергетики нет ни в одном доме, где мы сегодня были. Это уже какой-то сюр.       — Я уверен, что Ангелина ни при чём. Как и Максим, — твёрдо говорит Череватый и нервно сглатывает от нового раската грома за окном.       А Олег не знает, что говорить. Конечно, Влад защищает своих близких, не желая даже думать в эту сторону, но он сам должен разбирать эту цепочку целиком, без исключений. К тому же, слова Котова никак не выходят у него из головы.       Медиум вспоминает, что до сегодняшнего дня пересекался с этим чудаком лишь дважды, и оба раза игнорировал его дурацкие фразы. Хотя, если задуматься, они оказались не таким уж и бредом. При первой встрече Юлик предупреждал его о том, что Череватый «тёмный», и отрицать это глупо, учитывая природу чернокнижника. Перед масштабным поиском Саши Котов выдал что-то в духе «вы всё равно там никого не найдёте» и тоже оказался прав: Шепс точно знает, что его брат где-то в деревне. Только вот в Ластовке ли, Олег уже не уверен.       Он устало опирается на комод бёдрами, заводя руки за спину и устраивая их на окрашенном дереве, и вдруг натягивается как струна. Печатка на пальце стремительно теплеет, через несколько секунд почти обжигая кожу, и медиум резко разворачивается, глазами впиваясь в закрытые ящики со старомодными ручками.       — Ты чего? — Влад пугается и тут же поднимается с кровати, делая шаг к нему.       Шепс рукой медленно проводит вдоль ящиков и инстинктивно останавливается у второго. Это место фонит чем-то до боли знакомым, и Олег молча тянет за ручку, почти не дыша заглядывая внутрь. В комнате темно так, будто на улице уже поздний вечер, но яркая молния бьёт как нельзя кстати, и Шепс сразу рассматривает в её свете разноцветный браслет из мелких камней, валяющийся в самом углу среди каких-то бумаг.       Медиум дрожащими руками достаёт бьющую родной энергетикой вещь, укладывает её на ладонь и в какой-то прострации оборачивается, поднимая на Череватого глаза.       — Что это? — севшим голосом спрашивает он, чувствуя, как тело заходится крупной дрожью.       — Браслет… — еле слышно отвечает Влад, замирая посреди комнаты.       — Откуда у тебя Сашин браслет?       Олег пытается говорить ровно и отчаянно отмахивается от самых ужасных мыслей, настойчиво лезущих в сознание.       — В лесу нашёл, — будто выдавливая из себя слова, говорит чернокнижник, а Шепсу становится тяжело дышать от того, что тот взглядом упирается в злосчастный браслет и почему-то не смотрит ему в глаза.       — Когда?       Вопрос медиума звучит всё так же тихо, а Череватому от этого ещё страшнее. Он вспоминает дневное пророчество бесов и понимает, что они были правы. Что бы он ни сделал, в этом уже нет смысла. Всё рушится прямо сейчас.       — Несколько дней назад.       Влад делает последнюю попытку, глупо надеясь на то, что Олег поверит, но светлые глаза моментально тухнут, и Череватому почти физически больно от этого разочарованного взгляда.       — Ты же врёшь… — срываясь на шёпот, выдыхает Шепс и будто в замедленной съёмке смотрит на то, как чернокнижник опускает голову, глазами упираясь в пол. — Он был на Саше ещё вчера. Я видел. Ты… Ты что, знаешь, где он?..       Олег спрашивает как-то неверяще, на автомате качает головой из стороны в сторону и искренне надеется услышать «нет». Знает, что не услышит, но почему-то всё равно надеется.       — С ним всё в порядке, — шёпотом отвечает Влад.       Медиум на несколько секунд прикрывает веки и делает рваный вдох, с силой сжимая браслет в своей руке.       — Ты знал, где он, когда я приехал?       В комнате повисает тишина, а затем они оба вздрагивают от закладывающего уши грохота грозы. У Олега дико сдавливает виски, и он в какой-то прострации разворачивается к окну, отбрасывая чёртову улику и ладонями упираясь в комод.       — Как так, Влад?.. — не дожидаясь ответа, убитым голосом задаёт почти риторический вопрос Шепс. — Ты с самого начала мне врал?       — Я говорил правду.       Череватый понимает, что оправдываться бессмысленно, но не знает, что говорить и как объяснять весь этот идиотский план, на который он зачем-то согласился две недели назад. Для Олега это предательство — Влад осознаёт и осознавал это каждую минуту последних дней, но просто не знал, что делать, понимая, что всё становится только сложнее из-за возникающих чувств. И он не врёт сейчас. С самого первого дня он не сказал Шепсу ни капли неправды. Честно отвечал на каждый его вопрос, а Олег просто не задавал самого главного.       — Правду? — с болью в голосе тихо усмехается медиум. — Ты же знал, что я всё бросил и приехал его искать. Ты же видел, как я переживал. Видел и просто… врал?       — Олег, я не…       — А в мой день рождения? — Шепс тихо перебивает его, не желая слушать жалкие оправдания. — Ты же видел, что со мной было, когда Карл принёс кольцо… Ты же успокаивал меня. Ты держал меня за руку и врал!!!       Он резко оборачивается, неожиданно срываясь на крик, и в свете очередной вспышки молнии видит, что Череватый неподвижной скалой продолжает стоять посреди комнаты, так и не поднимая на него взгляда. К горлу подкатывает противный ком, но Олег делает глубокий вдох и инстинктивно расправляет плечи, пытаясь взять себя в руки.       — Где Саша? — стальным тоном спрашивает он.       — Он в безопасности…       — Я спросил, где он, — уже сквозь зубы цедит Шепс.       — Олег, я всё тебе объясню, — виновато начинает Влад и наконец решается посмотреть ему в глаза. — Но мне сначала нужно…       — Ты скажешь или нет? — резко перебивает Олег.       — Послушай, пожалуйста…       — Ясно, — с нервным смешком бросает медиум и тут же выходит из комнаты, почти в истерике начиная обуваться.       Череватый быстрым шагом догоняет его уже в коридоре и с откровенной паникой в глазах смотрит на то, как Шепс наспех завязывает шнурки на кроссовках и хватает с вешалки куртку. Свою.       — Подожди. Ты куда? — испуганно спрашивает чернокнижник, за руку пытаясь его остановить.       — Это уже не твоё дело, — холодно бросает Олег, вырывает своё запястье из чужой ладони и выходит из дома.       Хлопок двери сливается с очередным раскатом грома, и Влад с отчаянным матным криком впечатывает в стену кулак, понимая, что всё испортил сам. За несколько дней, как дурак, успел поверить в то, что у них правда может что-то получиться, прекрасно понимая, что всё закончится именно так, когда правда раскроется.       Череватый злится на себя за каждое прикосновение, с которым делал всё только хуже. За каждый поцелуй, с которым вслед за собой затаскивал Шепса в это болото. Но больше всего — за то, что сейчас меряет коридор нервными шагами и по-идиотски надеется, что Олег докурит и обязательно вернётся через пару минут, чтобы хотя бы частично успокоить его страх.       Владу сейчас хочется только этого. Пусть Шепс орёт или молчит, пусть делает вид, что они больше никто, пусть в щепки разнесёт всю мебель или разобьёт ему лицо, только пусть вернётся в дом. Череватого дико трясёт от осознания того, что за окном бушует чёртова гроза, а Олег где-то там, под непрекращающимися вспышками, и Влад понятия не имеет, всё ли с ним в порядке.       Время тянется до ужаса медленно. Чернокнижнику кажется, что он стоит в этом злосчастном коридоре уже как минимум часа два, хотя на деле, конечно, гораздо меньше. От очередного взрыва грома где-то на кухне начинает дребезжать окно, но Череватый вдруг замирает, улавливая с улицы ещё один, совершенно непонятный шум. Он делает глубокий вдох, набрасывает на плечи куртку и, медленно поворачивая ручку, всё-таки открывает входную дверь.       На крыльце пусто, как и во дворе. Сильный ветер гнёт деревья, по траве разносит ошмётки соломы, сорванные с пугала, и у Влада от этой картины ещё сильнее холодеют пальцы. Посторонний шум становится громче, и Череватый, поднимая голову к небу, наконец понимает его источник — над домом, несмотря на непогоду, с громкими криками кружит огромная стая воронов.       Внутри будто что-то лопается, моментально разливая по венам максимальную дозу адреналина, и Влад лихорадочным взглядом бегает по одинаковым с виду птицам, пытаясь понять, есть ли среди них Карл. От беспрерывного карканья уже начинает болеть голова, но чернокнижник решительно выдыхает и прикрывает веки.       Он дрожащим шёпотом начитывает несколько строк, обращаясь к бесам с просьбой найти фамильяра Олега, а через несколько секунд все звуки вокруг выключаются, оставляя только одиночный птичий крик. Череватый открывает глаза и понимает, что слышит.       Слышит зов е г о ворона.       Влад поднимает взгляд и безошибочно находит Карла, который тут же отбивается от стаи и молниеносно бросается вниз, усаживаясь прямо на ненавистное пугало. И для Череватого это громче любых слов.       — Веди, — коротко командует он, делает шаг с крыльца и под очередной раскат грома бегом бросается со двора вслед за срывающимся с места Карлом.