Вне графика

Ник был рад пятнице, ведь это значило, что завтра у него долгожданный выходной. К тому же, Алекс как раз сегодня утром должен был пойти сдать сперму, а значит, они наконец снова смогут опрокинуть по баночке нефильтрованного. По ряду этих причин у парня весь день было прекрасное настроение: он живо общался с Кирой и даже пару раз заскочил в отдел продаж, чтобы перекинуться парой слов с Асаном. У Ника были друзья, он быстро включился в рабочий процесс, а Адам по загадочным причинам перестал вести себя как кусок дерьма. Жизнь буквально цвела и била ключом. В конце рабочего дня он не просто выходил из офиса, а вылетал на крыльях предвкушения. Представлял, как вернется домой, примет горячий душ, сделает бутерброды, включит сериал, потом можно будет и с Алексом договориться на счет выходных… — Эй, Ник, — его окликнул знакомый голос, который обычно не предвещал ничего хорошего. — А? — парень остановился, пока к нему приближался Адам. — Мой рабочий день окончен, так что… — Знаю, — нетерпеливо оборвал его мужчина. — Есть одно дело. Поехали. Не успел Ник опомниться, как его уже подталкивали в спину к большому черному Мерседесу с тонированными стеклами. От прикосновения Адама по пояснице побежали мурашки, а его запах напрочь отбил дар речи. Поэтому парень особо ничего не спрашивал и не сопротивлялся, когда его посадили в машину на заднее сиденье и заперли за ним дверь. — Не бойся. Не кусаюсь, — сказал Адам, видимо, заметив растерянность Ника. — Только чуть-чуть, — мужчина с усмешкой кинул взгляд в зеркало заднего вида. — А что за дело-то? — наконец решился спросить парень. Он впервые находился в автомобиле Адама. Черные кожаные кресла были такими мягкими, что в них можно было утонуть. Хвойный ароматизатор действовал умиротворяюще, хотелось просто лечь и расслабиться в полумраке темных окон. Внутри машина ощущалась гораздо просторнее, чем казалось снаружи. Из приоткрытого бардачка едва не выпадала стопка буклетов с логотипом «Centre of Uterine Medicine» — собственно места их общей работы. Единственное, что выбивалось из общего строгого люкс-стиля — висящий на зеркале вязаный медвежонок, похожий скорее на детский брелок. — На месте объясню, — ответил Адам, останавливаясь на светофоре. Ник решил не продолжать разговор. Он засмотрелся на мужчину, сосредоточившего взгляд на дороге. Менеджер сжимал руль даже слишком крепко, жилы на его руках напряглись. Рукава его рубашки были закатаны по локоть, а сама ткань была слегка полупрозрачной, что позволяло видеть очертания его рельефных мышц. Брюки натянулись на согнутых коленях, между широко расставленными ногами можно было угадать выпирающий бугорок. Хотя, возможно, у Ника просто разыгралось воображение. Юноша не мастурбировал уже несколько дней, поэтому грязные мысли занимали все свободное место, мешая здраво размышлять. Сама ситуация, что его везет горячий мужчина на своей крутой тачке в неизвестном направлении, заставляла пламя похоти разгореться пожаром. Подсознание Ника прекрасно осознавало, что им предстоит некое очень скучное дело, связанное с работой, где Адам снова будет в роли недовольного босса, сбрасывающего на подчиненного всю монотонную работу. Это было единственным, что можно было ожидать от менеджера, так что в подобном исходе парень даже не сомневался. Следовательно, хоть вечер и не обещал быть интересным, Ник развлекался другим образом. Он уже признался сам себе, что ему в какой-то степени нравится сохнуть по своему начальнику. Наличие маленького стыдного секрета, о котором знал только его друг Алекс, порождало доселе невиданное бунтарское чувство. Сам факт, что он хранил в себе нечто настолько неприличное и запретное, будоражил до безумия. По правде говоря, Ник ведь никогда в жизни не совершал ничего такого, чего бы не одобрили другие: абсолютно слащавый пай-мальчик во всем и всегда. И даже если с появлением лучшего друга он приобрел некоторые вредные привычки, это никогда не было актом мятежа. Так что когда Ник вел себя словно пубертатный школьник, что втюрился в учительницу, он получал просто невероятное удовлетворение. Мерседес припарковался у отеля «Ганимед». Высокое шпилеобразное здание сверкало панорамными окнами с серыми металлическими вставками. Название отсылало на древнегреческий миф о прекрасном юноше, которого похитил Зевс, чтобы сделать своим бессмертным любовником. «Не зря литературу зубрил», — подумал Ник, выходя из машины. Ветер неприятным холодом ударил в лицо. — Куда дальше? — спросил он, поежившись. — Пошли, — только и бросил Адам, направляясь ко входу в отель. Пожав плечами, парень отправился следом. Он предполагал, что в одном из номеров их ожидает очередной важный нудный клиент, который слишком богат, чтобы своими ногами прийти в офис. Следовательно, Ник спокойно последовал за Адамом в лифт, затем миновал коридор и послушно вошел в комнату. Помещение было небольшим. Огромная двуспальная кровать посередине занимала почти все пространство, по бокам располагались пустые тумбочки. Напротив был небольшой прямоугольный серый стол с матовым покрытием и пара стульев. Темные шторы полностью закрывали окна, отчего номер погружался в полумрак. Сбоку, возле строгого серого шкафа, находилась дверь в ванную. Ник повесил куртку у входа и прошел дальше, осматриваясь. Тем временем Адам сел на край ложа и включил над ним подсветку, осветив комнату приятным холодным боковым светом, создавая загадочную интимную обстановку. — Кого мы ждем? — спросил парень, став посреди комнаты. — А ты что, хочешь, чтобы был кто-то еще? — опираясь на прямые руки, он внимательно изучал взглядом Ника. Внезапно его тон переменился на более мягкий и глубокий, несмотря на то, что лицо сохраняло надменную ухмылку. — А? — юноша непонимающе посмотрел на Адама. — Мы с тобой наедине, — медленно протянул тот. — В отеле. Как думаешь, что дальше? — Не знаю, — искренне ответил Ник. Он ведь действительно считал, что они тут по рабочему вопросу, поэтому такая смена настроения застала его врасплох. — Хватит ходить вокруг да около, — резко заявил Адам и, с вызовом глядя на парня, ядовито улыбнулся: — Ты меня хочешь? — Не понял, — Ник действительно не понял. — Говорю, хочешь заняться со мной сексом? — продолжал мужчина. — Э-э, — уши парня вспыхнули, когда он начал догадываться. Тем не менее, все это казалось слишком неестественным, поэтому тот решил играть до конца: — Я все еще не понял. — А у тебя быстро отшибло память, — Адам снисходительно изогнул бровь. — Всего неделю назад ты писал своему другу, что хочешь меня, а теперь ничего не понимаешь? Ник окончательно понял, а его память все же прояснилась. То, как он спустил с лестницы разблокированный телефон с компрометирующим сообщением, и как загадочный Адам по неизвестному стечению обстоятельств выходил из кабинета, куда отнесли находку. Парень ощутил себя вселенским идиотом, тупым, глупым, просто непробиваемым дебилом. Как он мог не сложить эти обстоятельства воедино еще тогда? — Чего молчим? — мужчина продолжал сверлить Ника взглядом, показывая ямочки на щеках от злорадной ухмылки. — Стыдно? Ситуация требовала размышлений, но времени на это не было. — Это тебе должно быть стыдно за то, что читаешь чужие сообщения, — огрызнулся парень, которого буквально трясло от смущения. Для этой фразы он собрал последние силы и молил, чтобы в полутьме не было видно его красного, как помидор, лица. — Ха-ха, — Адам лишь надменно рассмеялся в ответ. — Прекрати играть недотрогу. Я знаю, что ты хочешь этого, — констатировал он. — Не хочу, — выпалил Ник. Одно дело — желать, другое — сделать. Разум кричал, что это ужасная идея: они с Адамом ведь работают вместе. Корпоративный роман, да еще и с мужчиной, к тому же, боссом, — верх бесстыдства, на которое парень не был готов. Помимо всего прочего, была еще одна причина, которая останавливала Ника, несмотря на то, что он действительно очень этого хотел. — Хм, — Адам недоверчиво смерил юношу взглядом. — Допустим. Он медленным развязным движением открыл ящик ближайшей тумбочки и извлек оттуда несколько крупных купюр. Свеженапечатанные наличные мягко легли на серое покрывало, рельефные узоры приятно поблескивали в свете лампы. Ничего не говоря, мужчина с ожиданием взглянул на Ника. У парня от такого просто челюсть отпала. «Охренеть, это ж почти половина моей зарплаты», — было первым, что мелькнуло в его голове. Они с Адамом продолжали просто в молчании глядеть друг на друга, пока последний не нарушил напряженную паузу: — Я знаю, что у тебя проблемы с деньгами. Так что считай это… — он немного задумался и, скривив губы в усмешке, закончил: — …подработкой. — Я не могу, — еле слышно промолвил Ник. Его систематический ум уже подсчитал примерную сумму заработка при условии встреч хотя бы раз в неделю. Парень вспомнил о тесной квартире с тараканами, о долге за коммуналку, о разбитом телефоне, о вечной экономии. Он так устал едва сводить концы с концами, что предложенная сумма быстро затмила такие невзрачные чувства как честь и совесть. Тем не менее, последняя причина, самая главная, буквально оттаскивала Ника от этого поступка. — Я не могу, — едва слышно повторил он, весь напряженный. — Почему? — ровно спросил мужчина. — Да я же… — Ник не решался произнести вслух следующие слова. — Я же даже не целовался ни разу, о чем вообще речь… Он стыдливо уставился в пол. Этот комплекс так давно и так сильно давил на парня, что даже само упоминание больно кололо под лопатку. В подростковом возрасте Ника не особо интересовала личная жизнь. Безусловно, гормоны вынуждали его просматривать сотни видов порно, но о чем-то вроде реальной девушки даже мысли не было. Когда же подобные намерения ворвались в жизнь юноши, оказалось, что все его ровесники уже «того», а он еще даже не «этого». С каждым годом все это накатывалось, подобно снежному кому. В результате Ник уже просто боялся с кем-то знакомиться, потому что стеснялся своей неопытности. — Ты что, правда девственник, рыжий? — Адам удивленно округлил глаза. Поначалу он даже как-то растерялся, но, немного поразмыслив, пришел к решению. Мужчина поднялся и с кошачьей грацией приблизился к юноше. Ник ощутил тяжелый манящий аромат парфюма, глубоко внутри все томительно сжалось. Теплая рука потянула парня за подбородок, поднимая его голову наверх. Серые глаза Адама, окутанные туманной поволокой, будто заглядывали в самое нутро, его дыхание игриво щекотало кожу. Нику показалось, что он ощущает исходящий жар от тела мужчины, что находилось так близко, слишком близко. Пальцы босса скользнули на затылок юноши, крепко хватаясь за короткие волосы. Быстрым и резким движением Адам прильнул к губам парня, целуя его нагло и требовательно. В этот момент Ник лишился способности двигаться, он закрыл глаза и, подобно марионетке, поддался сильным рукам мужчины. Поцелуй был дерзким и порывистым, словно торнадо. В нем был приказ — и парень слушался, по наитию отвечая языком настойчивым движениям Адама. Ноги стали ватными, а тело беспомощно задеревенело, пока его бессовестно изучали чужие руки. Когда мужчина отстранился, тяжело дыша, Ник едва сдержал порыв прильнуть к нему снова, умолять о близости, чтобы снова утонуть в этом омуте блаженства. Возбуждение было так сильно, что парень даже не сомневался — он мгновенно кончит, если Адам хотя бы случайно коснется его паха. — Теперь целовался, — объявил босс своим тихим бархатным голосом, расплываясь в жадной улыбке. — Значит так, малыш, — деловито начал он, поглаживая талию Ника одной рукой. — В четыре раза больше за то, что я украду твою девственность, — Адам кивнул в сторону купюр, лежащих на кровати и после, склонившись прямо к уху парня, с нажимом прошептал, обжигая горячим дыханием: — Если будешь хорошим мальчиком, тебе будет очень, очень приятно. — А если… — Ник облизнул дрожащие влажные губы, едва дыша. — Если после первого раза я больше не захочу? — Тогда не будем, — спокойно ответил мужчина. — Но я готов поставить все, что ты захочешь. Хоть это было и безумно тяжело, парень лихорадочно размышлял. В четыре раза больше? Это были огромные деньги для начинающего программиста. К тому же, это решило бы проблему его сексуальной неопытности, а еще… соитие с Адамом — самая смелая эротическая фантазия, которую Ник даже не мечтал воплотить в реальность. Сердце безумно колотилось, кровь громко пульсировала в ушах. Где-то там, на задворках сознания звучал слабый голос, все еще пытавшийся отговорить, наставить на путь истинный, но его аргументы были неубедительны. Парень думал: «Я могу сделать это один раз и все. Никто и не узнает. Адам получит желаемое, а я — деньги. Потом просто откажусь и… ну если что, в худшем случае, уволюсь. Ничего ведь не случится, если просто попробовать. Один раз, ведь, не пи…» В общем, Ник решился, но действовать нужно было быстро. В таких ситуациях для него главным было не передумать на полпути. — Я не знаю, что мне нужно делать, — растерянно молвил он. — Ничего страшного, — ухмыльнулся Адам, понимая, что рыбка на крючке. — Так уж и быть, сегодня можем начать с малого… без проникновения в самые глубины… — Нет, — Ник встретился глазами с мужчиной, уверенно выдержав его взгляд. «Горит сарай, гори и хата», — подумал парень и сказал: — Давай… сразу. По настоящему. — Оу, — глаза Адама пораженно расширились. — А ты не так прост. Не обижайся, рыжик, но не думаю, что ты выдержишь. — Вот и увидишь.