Шаг навстречу

Осень в Сеуле уже стояла по-настоящему. Не та ранняя, едва заметная, когда листья только начинают желтеть. А тихая, зрелая — золотая. Во дворе возле дома деревья почти полностью сменили цвет. Жёлтые и оранжевые листья лежали на дорожках тонким шуршащим слоем. Иногда ветер поднимал их с асфальта и медленно перекатывал по двору. По утрам воздух становился прохладным. Свежим. Тэхён каждый раз на секунду задерживал дыхание, когда выходил из подъезда с детьми. Чонхи иногда останавливался посреди дорожки и поднимал один из листьев. Жёлтый. Оранжевый. Иногда почти красный. Он внимательно рассматривал его, словно это была какая-то важная находка. Ким Су обычно стоял рядом и наблюдал. Иногда забирал лист из его рук. Иногда просто следил, как ветер снова уносит его по двору. И в такие моменты утро почему-то становилось немного медленнее. Жизнь постепенно менялась. Но происходило это так спокойно, что сначала никто из них почти не замечал. — Утро началось тихо. Ким Су ещё спал. Поэтому в квартире стояла та редкая утренняя тишина, когда можно спокойно успеть всё сделать до того, как дом окончательно проснётся. Тэхён поднялся рано. Он успел принять душ, спокойно одеться и привести кухню в порядок. Чайник тихо зашумел. На сковороде зазолотился хлеб. На столе постепенно появлялись тарелки. Тэхён двигался быстро и спокойно — так, как умеют только люди, которые давно привыкли начинать утро раньше остальных. Он налил себе кофе и на секунду остановился у окна. Во дворе ещё было тихо. Город только начинал просыпаться. Он вернулся к столу и поставил ещё одну чашку. Потом на секунду замер. Словно сам заметил это движение. Тэхён тихо выдохнул и отвёл взгляд. В этот момент в коридоре тихо постучали. Тэхён открыл дверь. На пороге стоял Чонгук. Рядом с ним — Чонхи. Малыш держался за край его куртки и с любопытством заглядывал внутрь квартиры. — Доброе утро, — сказал Чонгук. — Доброе. Чонхи первым заметил кухню. Потом — Тэхёна. Его лицо сразу оживилось. — Па! Он отпустил куртку Чонгука и быстро побежал вперёд. Тэхён автоматически наклонился и подхватил его. — Доброе утро. Чонхи довольно уткнулся ему в плечо, будто именно сюда и собирался. Чонгук прошёл в квартиру, прикрыв дверь. Он оглянулся в сторону кухни. — Похоже, я снова пришёл вовремя. Тэхён усмехнулся. — Ты просто умеешь выбирать момент. В этот момент из детской послышалось тихое шуршание. Ким Су проснулся. Через несколько секунд он появился в коридоре. Малыш сначала остановился, оглядывая комнату. Потом увидел Чонгука. И сразу направился к нему. Чонгук наклонился. — Эй. Он поднял его на руки. Ким Су сразу ухватился за ворот его свитера. Тэхён стоял рядом, всё ещё держа Чонхи. И на секунду в коридоре стало тихо. Чонгук с одним ребёнком на руках. Тэхён — с другим. Будто это было самой обычной картиной утра. Чонгук посмотрел на стол. — Завтрак? Он кивнул. — Почти готов. Чонгук усмехнулся. — Тогда, похоже, я пришёл точно вовремя. — Чонгук поставил Ким Су на пол. Малыш сразу встал рядом с ним, будто так и должно быть. Чонхи тем временем всё ещё сидел у Тэхёна на руках. Он лениво держался за ворот его футболки и рассматривал кухню. Тэхён опустил его на стул. — Садись. Чонхи послушно устроился за столом. Ким Су тут же подошёл к соседнему стулу. Чонгук наблюдал за этим несколько секунд. Иногда ему всё ещё казалось странным, насколько естественно эти двое держатся рядом. Будто они всегда были одной маленькой командой. Он сел за стол. Тэхён поставил перед ними тарелки. Чонхи сразу взял ложку. Ким Су сначала внимательно посмотрел на него. Потом повторил то же самое. Тихий стук ложек о тарелки наполнил кухню. Несколько секунд никто не говорил. Чонгук смотрел на стол. Потом перевёл взгляд на Тэхёна. — Ты сегодня начинаешь? — Да. Тэхён поставил чашку перед ним. — Первый день. Чонгук сделал глоток кофе. Потом спокойно сказал: — Тогда я сегодня заберу детей. Тэхён сразу покачал головой. — Не переживай. Он сел напротив. — Ты же говорил, что у тебя сейчас новые проекты начались. Чонгук чуть нахмурился. — И что? Тэхён пожал плечами. — Пока я могу — я буду отвозить и забирать. Он спокойно взял свою чашку. — А если на работе что-то поменяется, я тебе напишу. Чонгук несколько секунд смотрел на него. Не споря. Просто внимательно. Будто пытался понять, где заканчивается упрямство и начинается забота. — Тэхён. Тот поднял глаза. — Что? Чонгук тихо выдохнул. — Ты иногда слишком стараешься. Тэхён усмехнулся. — Кто бы говорил. На секунду между ними повисла пауза. Чонхи засмеялся, потому что Ким Су случайно стукнул ложкой слишком громко. Тишина на кухне сразу рассеялась. Чонгук покачал головой. — Ладно. Он чуть откинулся на спинку стула. — Но если что-то поменяется — сразу пиши. — Напишу. Чонгук кивнул. И только теперь позволил себе на секунду посмотреть на Тэхёна чуть внимательнее. Утренний свет падал на кухню мягко. Тэхён стоял у стола, спокойно наливая кофе. Дом выглядел тихим. Живым. И почему-то именно в этот момент Чонгук вдруг поймал себя на странной мысли. Он привык к этим утрам. Настолько, что уже не представляет, что однажды их может не быть. Он отвёл взгляд. — Значит, — сказал он, чтобы разрядить тишину, — сегодня ты герой. Тэхён тихо усмехнулся. — Всего лишь папа. Чонгук посмотрел на детей. Потом снова на него. — Иногда это одно и то же. На кухне снова стало тихо. Только ложки тихо стучали о тарелки. — Утро постепенно перешло в день. Сначала всё казалось непривычным. Новый ритм. Новые часы. Новая дорога. Первую неделю Тэхён всё ещё сам отвозил и забирал детей из садика. По утрам они выходили из дома чуть раньше. Чонхи обычно держался за его руку. Ким Су шёл рядом, иногда останавливаясь на секунду, чтобы посмотреть на листья под ногами. Иногда он поднимал один из них и внимательно рассматривал. Жёлтый. Оранжевый. Потом ветер снова уносил его по дорожке. У ворот садика их уже начали узнавать. Воспитатель первым поднимал голову. — Доброе утро. — Доброе. Иногда рядом стояли другие папы. Теперь они тоже кивали. — Доброе утро. Раньше Тэхён почти не обращал на это внимания. Теперь это стало частью утра. Дети быстро привыкли к новому месту. Чонхи почти сразу бежал к знакомому ковру. Ким Су сначала внимательно осматривал комнату. Потом выбирал игрушку. Тэхён обычно задерживался у двери на несколько секунд. Просто чтобы убедиться, что всё спокойно. И только потом уходил. Первые дни на работе прошли быстро. Больница почти не изменилась. Те же коридоры. Те же кабинеты. Те же лица. Коллеги здоровались. Кто-то шутил. Кто-то спрашивал, как он. Работа постепенно возвращалась в привычный ритм. И всё же иногда происходило странное. В какой-то момент Тэхён ловил себя на том, что автоматически смотрит на часы. Потом на телефон. Будто ожидая сообщение. Хотя он прекрасно знал — дети в садике. И всё в порядке. Он тихо выдыхал и возвращался к работе. Чонгук в это время тоже привыкал к новому ритму. Его дни по-прежнему были заняты проектами, встречами и документами. Но между ними появилось что-то ещё. Иногда он открывал телефон. Смотрел на сообщения. И ловил себя на мысли, что ждёт короткую строчку: «Мы дошли.» или «Забрал их.» Иногда сообщение приходило. Иногда нет. Но почему-то именно эти короткие слова неожиданно становились важными. Вечером они снова встречались. Иногда у двери. Иногда во дворе. Чонхи обычно первым замечал Чонгука. — Папа! Он сразу бежал к нему. Ким Су следовал чуть медленнее. Но всё равно оказывался рядом через секунду. Чонгук поднимал их обоих. Будто это было самым обычным завершением дня. И каждый раз Тэхён на секунду задерживал взгляд. Потому что в этих коротких вечерних встречах появилось что-то новое. Не слова. Не разговор. Скорее ощущение. Будто они оба начинают искать эти моменты. Совсем немного. Но уже достаточно, чтобы заметить. Однажды вечером Тэхён поймал себя на мысли, что идёт домой немного быстрее обычного. И только у двери понял почему. Чонгук в этот момент уже стоял в коридоре. Он поднял глаза. — Ты сегодня рано. Тэхён чуть усмехнулся. — Ты тоже. Чонгук пожал плечами. — Совпадение. Они оба знали, что это не совсем так. Но никто не сказал этого вслух. — Среда выдалась тяжёлой. К вечеру Тэхён уже почти не чувствовал ног. Он коротко написал Чонгуку: «Сложный пациент. Сегодня точно задержусь. Заберёшь детей?» Ответ пришёл почти сразу. «Конечно.» После этого телефон он больше не проверял. Работа затянулась. Диагноз оказался сложнее, чем казалось сначала. Нужно было говорить с родственниками. Нужно было объяснять. Нужно было принимать решения. И когда всё наконец закончилось, в больнице уже стало тихо. Тэхён вышел на улицу и на секунду просто остановился. Холодный воздух ударил в лицо. Он глубоко вдохнул. И вдруг понял, насколько устал. Не столько физически. Скорее где-то внутри. Когда он дошёл до дома, в квартире Чонгука ещё горел свет. Он постучал. Дверь открылась почти сразу. Чонгук стоял в футболке и выглядел так, будто давно его ждал. — Наконец-то. Тэхён усмехнулся устало. — Да. Он снял куртку. Чонгук внимательно посмотрел на него. — Я раньше думал, что ты уставший, когда ты так говоришь. Пауза. — А теперь вижу, что ты действительно устал. Тэхён тихо выдохнул. — Наверное, больше всего я морально устал. Он провёл рукой по волосам. — Когда такие диагнозы… это всегда тяжело. Он чуть пожал плечами. — Там не только физически работаешь. Иногда психологически больше. Несколько секунд они молчали. Потом Чонгук кивнул в сторону кухни. — Иди умывайся. Тэхён поднял бровь. — Зачем? Чонгук пожал плечами. — Я ужин приготовил. Тэхён сразу посмотрел на кухню. — Подожди. Он сделал шаг вперёд. — Ты там вообще смотрел? Чонгук нахмурился. — На что? — На плиту. Тэхён уже направился в кухню. — Ничего там не сгорело? Чонгук тихо фыркнул. — Господи. Он пошёл следом. — Мы вообще-то до тебя каким-то чудом жили. Тэхён открыл крышку кастрюли. Проверил. Потом обернулся. — Я серьёзно. Чонгук усмехнулся. — Ты меня так скоро до состояния полного беспомощного доведёшь. Тэхён тихо хмыкнул. — Это вряд ли. Чонгук прислонился к косяку кухни. Несколько секунд просто смотрел на него. Тэхён стоял у плиты, проверяя еду. Свет лампы падал на кухню мягко. И вдруг Чонгук поймал себя на неожиданной мысли. Дом выглядит… правильно. Будто так и должно быть. Он тихо отвёл взгляд. — Дети уже поели. Чонгук кивнул. — И спят? — Да. Пауза. Тэхён на секунду опустил голову. Потом тихо сказал: — Спасибо, что забрал их сегодня. Чонгук пожал плечами. — Они же наши. Слова прозвучали спокойно. Будто ничего особенного в них не было. Но почему-то после них на кухне на секунду стало тише. — Четверг прошёл спокойнее. После тяжёлой среды всё словно немного выровнялось. Тэхён снова сам отвёз детей утром. Рабочий день прошёл быстрее, чем он ожидал. К вечеру усталость всё ещё ощущалась, но уже не так сильно. Тэхён даже не сразу понял, что остановился на секунду у лестничной площадки. Будто прислушался. Из-за двери Чонгука доносился тихий детский смех. Потом послышался голос Чонгука. — Эй, аккуратно. Чонхи что-то радостно выкрикнул. Ким Су тихо засмеялся. Тэхён усмехнулся. Иногда было странно слышать этот шум из квартиры напротив. Потому что ещё совсем недавно там была просто соседская тишина. А теперь… Там были его дети тоже. Он постучал. Дверь открылась почти сразу. Чонхи первым выскочил в коридор. — Папа! Ким Су появился следом. Чонгук стоял в дверях. — Ты сегодня быстрее. — Сегодня без катастроф, — тихо ответил Тэхён. Чонгук усмехнулся. — Редкий день. Они обменялись коротким взглядом. И на секунду снова возникло то странное ощущение. Будто такие короткие встречи стали чем-то важнее, чем раньше. Но никто этого не сказал. — Пятница началась спокойно. Днём Тэхён написал короткое сообщение. «Сегодня, возможно, задержусь. Пока не уверен.» Ответ пришёл почти сразу. «Понял.» Тэхён убрал телефон. Рабочий день продолжился. Но ближе к вечеру всё неожиданно закончилось раньше. Пациента перевели. Документы закрыли быстрее. Он посмотрел на часы. Освободился раньше. На секунду он задумался. Можно было написать Чонгуку. Но почему-то он этого не сделал. Просто взял куртку и вышел. У ворот садика стояли несколько родителей. Тэхён остановился чуть дальше. Он заметил Чонгука почти сразу. Альфа стоял у калитки. И разговаривал с одним из пап. Омега. Тэхён видел его раньше. Тот что-то активно рассказывал, улыбаясь. Чонгук слушал спокойно. Иногда отвечал коротко. Омега рядом с Чонгуком всё ещё что-то рассказывал. Он стоял слишком близко. Слишком расслабленно. И Тэхён вдруг понял, что ему это совершенно не нравится. Мысль была неожиданной. Даже немного абсурдной. Он сам усмехнулся внутри. Вот это новость… Но ноги уже сами сделали шаг вперёд. Чонгук заметил его сразу. — Я думал, ты сегодня до ночи на работе. — Успел. Тэхён подошёл ближе. Омега повернулся к нему. — О, здравствуйте. — Добрый вечер. Повисла короткая пауза. И вдруг Тэхён сделал то, чего сам от себя не ожидал. Он подошёл вплотную к Чонгуку. Слишком близко. Почти не думая. — Дорогой. Чонгук на долю секунды замирает. Не из-за самого поцелуя. Из-за того, как это прозвучало. Слово прозвучало тихо. И прежде чем Чонгук успел хоть что-то ответить — Тэхён легко поцеловал его в щёку. Как будто это было самым обычным жестом между людьми, которые давно вместе. На секунду всё замерло. Чонгук явно не ожидал этого. Он даже не сразу понял, что произошло. Тэхён же продолжал стоять спокойно. Будто ничего особенного не случилось. И только одним быстрым взглядом показал Чонгуку: подыграй. Омега рядом слегка удивлённо моргнул. — О… простите. Он неловко улыбнулся. — Я не знал, что вы… Чонгук медленно выдохнул. И вдруг уголок его губ чуть поднялся. Он посмотрел на Тэхёна. Очень внимательно. А потом сделал шаг ближе. И неожиданно сам наклонился. Лёгкий поцелуй коснулся щеки Тэхёна. Спокойно. Тихо. Будто это было совершенно естественно. — Ты сегодня рано, — сказал он спокойно. Теперь уже Тэхён замер. На секунду ему кажется, что это уже не игра. И именно это пугает больше всего. Он явно не ожидал ответного жеста. На секунду даже потерялся. Но Чонгук выглядел так, будто ничего необычного не произошло. Он перевёл взгляд на калитку. — Дети сейчас выйдут. Пауза. — Они сегодня чуть задержались. Тэхён всё ещё смотрел на него. Внутри что-то странно дрогнуло. Он… только что меня поцеловал? Но выражение лица Чонгука оставалось абсолютно спокойным. Словно всё происходящее было совершенно обычным. Чонхи первым замечает Чонгука. — Папа! Он радостно бежит к нему. Ким Су сразу мчится следом. Но по дороге вдруг останавливается. — Смотри! Он поднимает с асфальта жёлтый лист. Чонхи тут же забывает, куда бежал. — Это мой! — Нет, мой! Чонгук тихо усмехается. — Кажется, у нас появился очень важный лист. Тэхён невольно улыбается. Но почти сразу ловит себя на том, что всё ещё чувствует тепло на щеке. И это раздражает. И почему-то… не проходит. — Они выходят за ворота. Дети тут же убегают вперёд. — Не убегайте далеко! — говорит Тэхён. — Они не убегут, — спокойно отвечает Чонгук. Пауза. Они идут рядом. Слишком рядом. Тэхён хмурится. — Ты… Чонгук поворачивает голову. — М? — Забудь. Чонгук едва заметно улыбается. — Уже? Тэхён бросает на него взгляд. — Что уже? — Ты быстро. — Что быстро? — Передумываешь. Пауза. Тэхён раздражённо выдыхает. — Я не передумываю. — Мм. — Не «мм», а не передумываю. Чонгук тихо усмехается. — Ладно. Дети впереди снова останавливаются. Ким Су показывает что-то на асфальте. Чонхи наклоняется рядом. Они начинают что-то обсуждать на своём языке. Тэхён идёт молча. И вдруг снова чувствует этот взгляд. Поворачивается. Чонгук смотрит на него. Спокойно. Чуть дольше, чем нужно. Тэхён моргает. — Что? — Ничего. — Ты смотришь. — Смотрю. — Зачем? Пауза. Чонгук пожимает плечами. — Интересно. — Что именно? Чонгук чуть наклоняет голову. — Ты. Тэхён не отвечает. Но шаг невольно сбивается. И он это замечает. И злится ещё больше. Он замолкает. Пауза. Тэхён резко отворачивается. — Бред. Но уши уже чуть краснеют. — Они возвращаются домой уже в сумерках. Лестничная площадка тихая, только шаги детей эхом расходятся по стенам. Чонхи первым тянется к двери, Ким Су — за ним, всё ещё с тем самым листом в руке. Они спорят шёпотом, но через секунду снова смеются, забывая, из-за чего начали. Дверь открывается — и квартира сразу наполняется движением. Куртки падают на стул. Где-то глухо стучит обувь. Детские голоса перекрывают друг друга. И в этом шуме нет ничего необычного. Кроме одного — сегодня Тэхён слишком отчётливо чувствует чужое присутствие рядом. Он даже не сразу понимает, в чём именно дело. Не в расстоянии — Чонгук всегда был рядом. Не в голосе — он звучит так же спокойно. Но что-то изменилось. И это ощущается слишком явно. Тэхён стоял на кухне. Чонгук сидел у стола. Несколько секунд они молчали. Тишина была странной. Немного напряжённой. Слышно было только, как на плите тихо остывает чайник и где-то в комнате переворачивается один из детей. Обычный вечер. Но ощущение — совсем не обычное. Тэхён ловит себя на том, что слишком хорошо помнит тот момент у ворот. Слишком близко. Слишком легко. Слишком… естественно. И вдруг Тэхён резко повернулся. — Ты… зачем меня поцеловал? Чонгук не двигается. — Ты первый начал. Тэхён сразу хмурится. — Это было просто… Он делает короткое движение рукой, будто отмахивается от самого объяснения. — Чтобы он отстал. Чонгук чуть наклоняет голову. — Я понял. Пауза. — Поэтому и помог. Тэхён поднимает на него взгляд. Несколько секунд просто смотрит. — Не нужно было. — Нужно. Пауза. — Нет. Чонгук спокойно: — Да. Тэхён тихо выдыхает. — Чонгук… — М? — Не начинай. Чонгук едва заметно усмехается. — Я и не начинал. Пауза снова повисает между ними. Чонгук смотрит на него спокойно. Слишком спокойно. И от этого почему-то становится только сложнее. Тэхён отворачивается. — Это всё выглядело глупо. — Возможно. Чонгук делает паузу. — Но сработало. Тэхён чуть прищуривается. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Пауза. Чонгук добавляет тише: — И… убедительно. Тэхён замирает. — В смысле? Чонгук пожимает плечами. — В том смысле, что ты сказал это так, будто не в первый раз. Он делает короткую паузу. И почти лениво добавляет: — «Дорогой». Чонгук не отводит взгляд. Словно специально ждёт реакцию. Тэхён резко поднимает на него взгляд. На секунду — слишком резко. — Не начинай. Чонгук чуть улыбается. — Я просто повторил. Пауза. — Звучало… уверенно. — Это было не… Тэхён запинается. — Это просто слово. — Мм. — Не «мм». — Я понял. Но по тону совсем не похоже, что он отступил. Тишина снова возвращается. Но теперь она другая. Более плотная. Чуть теплее. И почему-то — ближе. Чонгук встаёт. Проходит мимо него. Слишком близко. Настолько, что Тэхён на секунду задерживает дыхание. И в этот момент снова чувствует запах. Тот же самый. Мягкий, ягодный. Но сейчас — чуть острее. Будто в нём появилась едва заметная терпкость. Как будто в привычной сладости появилась новая нота. Не неприятная. Но… непривычная. Тэхён хмурится. Сам не понимая, почему. И именно это раздражает больше всего. То, что он не понимает. Чонгук останавливается у двери. Не оборачивается. — Ладно. Пауза. — Спокойной ночи. Он будто уже собирается уйти… но на секунду задерживается. И тихо, почти вполголоса: — Тэхён. Он уходит. Тэхён остаётся стоять на месте. Несколько секунд. Потом медленно выдыхает. Проводит ладонью по лицу. — Глупость какая-то… Но голос звучит тише, чем он ожидал. Но в голосе уже нет той уверенности. Скорее — попытка убедить самого себя. И только через несколько секунд он понимает: сердце всё ещё бьётся быстрее. И это… уже не раздражает. Просто непривычно. И опасно. Потому что в этот раз он не уверен, что сможет остановиться. И почему-то — не хочется, чтобы это ощущение исчезало. — Тишина повисает между ними. Та самая — плотная. Тэхён первым отводит взгляд. Слишком резко. Как будто это единственный способ вернуть контроль. — Ладно… — тихо говорит он. — Поздно уже. Он разворачивается. Уходит в комнату. Чонгук остаётся стоять на кухне. Не двигается. Только взгляд на секунду задерживается в проёме двери. Потом он тихо выдыхает. И идёт следом. — Тэхён заходит в комнату. Полумрак. Тихо. Оба ребёнка спят. Чонхи — ближе к стене, свернувшись, как обычно, Ким Су — с краю, раскинувшись чуть свободнее. Тэхён на секунду замирает у кровати. Взгляд скользит от одного к другому. Проверяет. Привычно. Чонхи тихо сопит, уткнувшись лицом в подушку. Ким Су спит. Ровно. Тэхён проводит ладонью по его волосам. Очень аккуратно. Будто проверяет. Он уже чуть наклоняется ниже — будто собирается поднять его… но замирает. Секунда. Словно сам себя останавливает. Он медленно выпрямляется. Чонгук стоит в дверях. Слишком близко. — Я заберу его, — тихо говорит Тэхён. Чонгук не двигается. Смотрит. — Оставь. Пауза. Тэхён хмурится. — Он спит. — Поэтому и оставь. Чонгук делает шаг ближе. Спокойно. Без давления. Но теперь расстояния почти нет. — Ты его сейчас разбудишь. Пауза. Тэхён уже открывает рот — но замолкает. Потому что понимает. Да. Разбудит. Он смотрит на ребёнка. Потом — на Чонгука. И это уже не про «надо» или «не надо». Секунда. Две. Он медленно выдыхает. И всё-таки остаётся стоять на месте. Чонгук тише: — Положи. Пауза. Тэхён колеблется. Но всё же разворачивается обратно. Осторожно кладёт Ким Су на кровать. Медленно. Почти не дыша. Ребёнок чуть двигается… Пальцы на секунду задерживаются — будто он всё ещё сомневается. и снова засыпает. Тэхён выпрямляется. И только теперь понимает — Чонгук всё ещё стоит рядом. Слишком рядом. И никуда не ушёл. — Они выходят из комнаты. Дверь остаётся приоткрытой. На кухне свет мягкий. Тишина снова возвращается. Но теперь она другая. Не пустая. Слишком заполненная. Тэхён проходит к столу. Останавливается. Не садится. Просто стоит. Чонгук — напротив. Пауза. Долгая. — Ты всегда так делаешь? — тихо говорит Чонгук. Тэхён хмурится. — Как? — Уходишь, когда становится неудобно. Тэхён усмехается. Коротко. — А ты всегда так? — Как? — Остаёшься. Чонгук чуть наклоняет голову. — Если стоит. Пауза. И тише: — А сейчас стоит. Тэхён замирает. — Чонгук… — М? — Не надо. — Чего? Тэхён делает шаг назад. Маленький. Но заметный. — Усложнять. Чонгук спокойно: — Я не усложняю. Пауза. — Я просто говорю. — Что? Чонгук смотрит на него. Прямо. — Что это было не случайно. Тэхён сразу: — Было. — Нет. — Да. — Тэхён. Пауза. Голос ниже. Тише. — Ты сам это почувствовал. Тэхён молчит. И это уже ответ. Чонгук делает шаг ближе. Снова. Медленно. — Ты просто не хочешь это признавать. Тэхён тихо: — А ты хочешь? Пауза. Чонгук: — Да. Секунда. Тэхён не ожидал. Это видно. Он теряется. Чуть. Но этого достаточно. — Зачем? Чонгук чуть улыбается. Не широко. Почти незаметно. — Потому что ты реагируешь. Пауза. И тише: — И мне это нравится. Тэхён резко отворачивается. — Ты невозможный. — Я знаю. Пауза. Чонгук не отступает. — Но ты всё равно остался. Тэхён сжимает пальцы. Слишком сильно. Как будто это единственный способ удержать себя на месте. — Потому что он спит. — Угу. Пауза. — Конечно. Тэхён резко смотрит на него. — Ты сейчас издеваешься? Чонгук спокойно: — Немного. И это — честно. Без защиты. Без маски. И именно это выбивает сильнее всего. Пауза. Слишком долгая. Тэхён не выдерживает. Отводит взгляд. И вот здесь — снова это ощущение. То самое. Непонятное. Слишком близкое. — Чонгук тихо выдыхает. — Тогда странно. Пауза. Тэхён хмурится. — Что? Чонгук смотрит на него. — Ты меня «дорогим» назвал… И чуть тише: — …и собираешься уйти? Пауза. Короткая. И очень живая. Тэхён замирает. — Ты сейчас серьёзно? Чонгук на секунду зависает. Как будто сам не ожидал. Потом усмехается. — Не знаю. Пауза. — Само вышло. И тихо, почти вполголоса: — Но тебе идёт. Тэхён смотрит на него. И вот он уже готов разозлиться. Прямо сейчас. Но… это звучит слишком нелепо. Слишком неожиданно. Он коротко фыркает. Почти смеётся. И тут же хмурится сильнее. — Я тебя сейчас тресну. Чонгук спокойно: — За что? — За всё. — Понял. Тэхён качает головой. Проводит рукой по волосам. — Это вообще ничего не значит. Чонгук кивает. — Угу. И тише: — Поэтому ты так реагируешь? Тэхён замирает. И снова всё сбивается. — Не начинай. Чонгук чуть улыбается. — Я и не начинал. И уже мягче: — Просто отметил. Тэхён отворачивается. Но теперь уже не из злости. Скорее… чтобы спрятать лицо. И это видно. — Тэхён отворачивается. Но теперь уже не из злости. Скорее… чтобы спрятать лицо. И это видно. Тишина снова опускается между ними. Но уже мягче. Чонгук не двигается. Несколько секунд просто смотрит. Потом спокойно: — Останься. Тэхён замирает. Не оборачивается. — Зачем? Чонгук пожимает плечами. — Ты его сейчас разбудишь. Кивает в сторону комнаты. — Пусть спит. И добавляет, чуть тише: — Если проснётся — я встану. Тэхён всё ещё стоит спиной. Молчит. Слишком долго. Чонгук чуть наклоняет голову. — Завтра же выходной. — Никуда не нужно. Тэхён медленно выдыхает. Сжимает пальцы. Как будто собирается что-то сказать. И не говорит. Тишина снова затягивается. Чонгук уже делает полшага назад. Как будто не собирается давить. — Как хочешь. И именно это срабатывает. Тэхён тихо: — Ладно. Он разворачивается. Смотрит. Не прямо. Куда-то в сторону. — Но если он проснётся — ты идёшь. Чонгук кивает. Сразу. — Договорились. Короткая. И почему-то… спокойная. — Они оба на секунду теряются. Потому что теперь: никуда не нужно уходить. И это странно. Тэхён первым двигается. Проходит в кухню. Берёт кружку. Не спрашивает. Наливает ещё. Вторую. Ставит на стол. Чонгук смотрит на это. И ничего не говорит. Но замечает. — Они садятся. Не напротив. Чуть под углом. Как будто так проще. Тишина. Не тяжёлая. Просто… новая. Тэхён делает глоток. И почти сразу: — Только не начинай. Чонгук: — Уже поздно. — Я серьёзно. — Я тоже. Тэхён хмурится. — Ты вообще спать собираешься? Чонгук чуть пожимает плечами. — Посмотрим. — Это не ответ. — Это честно. Тэхён тихо фыркает. Отводит взгляд. И вдруг: — Ты всегда такой? Чонгук смотрит на него. — Какой? — Раздражающий. И тише: — Спокойный. Чонгук чуть улыбается. — Нет. — Не со всеми. И добавляет чуть тише, почти лениво: — С теми, кто позволяет. Тэхён замирает. На секунду. И сразу хмурится сильнее. — Это сейчас что было? Чонгук пожимает плечами. — Наблюдение. — Очень сомнительное. — Но ты же не уходишь. Тэхён раздражённо выдыхает. — Я уже сто раз сказал — потому что они спят. — Угу. Чонгук чуть наклоняет голову, не отводя взгляд: — Конечно. Тэхён резко смотрит на него. — Ты сейчас опять начинаешь. — Нет. — Я уже закончил. Теперь просто смотрю. Тэхён замирает. — Зачем? Пауза. Чонгук спокойно: — Интересно. Тэхён закатывает глаза. — Господи… Но уже не уходит. Чонгук спокойно: — Ложись там. Кивает в сторону комнаты. — Кровать нормальная. — Я здесь. И, чуть тише: — Не пропаду. Тэхён хмурится. — А ты? — Я не развалюсь. — Не первый раз на диване. Тэхён ещё секунду стоит. Смотрит. Как будто собирается возразить. И не возражает. — Ладно. — Тэхён заходит в комнату. Полумрак. Тихо. Оба ребёнка спят. Чонхи — ближе к стене, свернувшись, как обычно, Ким Су — с краю, раскинувшись чуть свободнее. Тэхён на секунду замирает у кровати. Взгляд скользит от одного к другому. Проверяет. Привычно. Ким Су спит. Ровно. Чонхи тихо сопит, уткнувшись лицом в подушку. Тэхён ложится рядом. Сначала — на край. Будто временно. Минуту лежит. Две. Глаза открыты. Он переворачивается. Смотрит в потолок. Тишина. И только потом он это замечает. Запах. Не резкий. Не навязчивый. Просто… есть. Тэхён замирает. Тот же самый. Но сейчас — спокойный. Без этой странной «остроты», что была днём. Он тихо выдыхает. Сам не понимая, зачем. Ким Су во сне двигается ближе. Утыкается в него. С другой стороны Чонхи чуть шевелится, но не просыпается. Только подтягивает одеяло ближе. Тэхён автоматически кладёт руку рядом. Оказываясь как будто между ними. И вот здесь — впервые за весь день он перестаёт думать. Но через несколько секунд резко открывает глаза. Садится. — Да что за… Шёпотом. Сам себе. Он встаёт. Выходит. — Чонгук всё ещё там. Сидит. Тэхён останавливается. — Ты вообще спишь? — Периодически. Тэхён проходит дальше. — Там… Замолкает. Чонгук поднимает взгляд. — Что? Тэхён раздражённо: — Ничего. Чонгук чуть щурится. — Угу. — Тогда почему вернулся? Тэхён замирает. Секунда. — Воды попить. Чонгук кивает. — Логично. — И как вода? Тэхён смотрит на него. — Я тебя сейчас ударю. Чонгук спокойно: — За правду? Тэхён фыркает. Но уже не уходит. Садится. Ближе, чем раньше. Сам этого не замечая. Чонгук чуть тише: — Там нормально. Тэхён кивает. — Угу. — Спать можно. Чонгук едва заметно улыбается. — Я же говорил. И уже без поддразнивания: — Оставайся. Тэхён не отвечает. Но и не уходит. Тишина снова опускается между ними. Но теперь она не давит. Она как будто… держит. Тэхён опускает взгляд на кружку. Пальцы медленно скользят по краю. Слишком медленно. Словно ему просто нужно занять руки. Он чувствует это снова. Не мысль. Не решение. А именно ощущение — что вставать сейчас… не хочется. Чонгук не смотрит прямо. Но явно замечает. — Если неудобно — скажи, — тихо говорит он. Без давления. Просто факт. Тэхён чуть морщит нос. — Ты сейчас опять начинаешь. Чонгук качает головой. — Нет. — Просто не хочу, чтобы ты потом сбежал и делал вид, что всё нормально. Тэхён замирает. Секунда. Две. — Я не сбегаю. Чонгук чуть поворачивает голову. Смотрит. Спокойно. Слишком спокойно. — Угу. Пауза. — Тогда оставайся. Тэхён сжимает пальцы. Чуть сильнее, чем нужно. — Ты… Он замолкает. Слово не выходит. Хотя он сам не понимает, что хотел сказать. — Ладно. И это звучит тише, чем всё, что было до этого. Они больше не говорят. Но расстояние между ними уже не такое, как раньше. И это ощущается слишком отчётливо. Из комнаты доносится тихий звук. Они оба одновременно поднимают головы. Замирают. Слушают. Тишина. — Спят, — тихо говорит Чонгук. И чуть внимательнее прислушивается. — Оба. Тэхён кивает. Но не двигается. И только теперь он понимает — он остался не из-за ребёнка. И именно это… становится проблемой. Чонгук медленно поднимается. Не спеша. Проходит мимо. Слишком близко. Слишком спокойно. И в этот момент — запах снова становится ощутимее. Не резкий. Но уже не игнорируемый. Тэхён резко выдыхает. — Чонгук. Чонгук останавливается. Не оборачивается. — М? Тэхён молчит. Секунда. Две. Он сам не понимает, зачем его позвал. — Ничего. Чонгук едва заметно улыбается. Но так и не поворачивается. — Угу. И всё же добавляет: — Тогда не передумывай. Тэхён хмурится. — Я и не собирался. Но звучит это неуверенно. Чонгук уходит в комнату. Тэхён остаётся сидеть. Один. Но уже не один. Он медленно поднимается. И через несколько секунд всё-таки идёт следом. И впервые за долгое время Тэхён не уверен, что сможет сделать вид, будто ничего не происходит. И впервые за долгое время Тэхён не уверен, что сможет сделать вид, будто ничего не происходит. Он делает шаг. Совсем маленький. Почти незаметный. Но назад уже не возвращается. И, возможно, это и есть тот самый момент — когда всё начинается. Шаг навстречу.