Darkness

—Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем; — монотонный голос разносился по большому залу, эхом отдаваясь от стен. В помещении был сладко-медовый ароматом натурального воска с нотками дымного, пряного ладана, который часто добавляют в состав «церковных» свечей, создавая иллюзию умиротворения и спокойствия. Приглушенный свет только добавлял этому моменту вид спокойствия. Но то, что происходит в этих стенах совсем не похоже на атмосферу «умиротворение и спокойствия». Под видом крещения, мужчина силой окунал младенца в ледяную воду. Он не вытаскивал его голову несколько секунд, так что ребенок уже начинал задыхаться. Когда вытаскивал не давал сделать полноценный вдох, как вновь погружал в воду. Ребенок даже не плакал, он просто не мог и звука издать. Это продлилось не долго, но мальчик уже успел наглотаться воды. Он весь дрожал и тихо поскуливал. Этот ребенок еще даже не научился ходить, но уже успел ощутить безумный страх. Парни стояли около белоснежного здания и думали, что им стоит говорить, когда они зайдут. Но долго думать им не дали. На встречу вышел высокий мужчина, примерно одного роста с Джинхёном. На нем был строгий костюм, а на лице сияла мерзкая улыбка, которая будто бы скрывала что-то за собой. Он подошел ближе к парням и осмотрел каждого, останавливая свой взгляд на Хару —молодые люди, вы хотели что-то? Сегодня наш храм закрыт для посетителей —закрыт? А разве двери к богу могут быть закрыты? Я думал вы всегда помогаете в любое время — Умути чуть вскинул бровь в непонимании и едва заметно улыбнулся —Вы безусловно правы, но сегодня мы замываем все от вредителей. Там сейчас запах химии, приходите завтра и Святой отец поможет вам — во время разговора он все время улыбался и выглядел уверенным в себе —конечно, извините за то, что побеспокоили. Мы тогда зайдем завтра — Куаньджуй так же натянул улыбку и за руку потянул в сторону Умути — он врет —с чего ты это решил? —по его глазам было понятно. Он часто отводил их вправо. На его правой руке я заметил мозоли от ручки, значит он правша. Следовательно, если он отводил глаза в право - придумывал историю. Простая психология. Но на каких-то моментах он говорил уверено, смотря прямо нам глаза. На части про запах от химии. —ты хочешь сказать, там замывают сейчас не от вредителей, а от чего-то другого —это лишь мои предположения. Но все его тело говорило, что да. И боюсь настоящий ответ нам не понравится. Мы должны туда пробраться. Это единственный вариант узнать что-то, иначе — Чэнь не успел договорить, как его перебил вновь этот мужчина —как хорошо, что вы не ушли. Святой отец, когда узнал, что вы приходили попросил зайти. Я так боялся, что вы уже ушли. — его улыбка начинала раздражать, но парни старались всем своим видом этого не показать — ах да, я забыл вам представиться. Я Со Чаниль. Проходите Внутри церковь выглядела обычно - много икон, свечи, от которых стоял характерный запах. Так же был запах хлорки и еще какого-то средства, видимо и правда замывали от вредителей. Внутри было пусто, от чего это место выглядело достаточно мрачно, не смотря на то, что мягкий солнечный свет падал сквозь окна. Парни шли за мужчиной, осматриваясь по сторонам. Они поднялись на второй этаж и Умути взглянул на лестницу, ведущую еще выше, там стояла деревянная дверь, видимо запертая. Турксун затормозил и осмотрелся, почему-то это показалось странным —Умути, ты чего? Идем — Хару взял за руку старшего и потащил за собой. Они зашли в большое помещение, скорее всего для служения Пастера. Стояло несколько лавочек и небольшая сцена в конце комнаты, там была стойка для вещей пастора - библии и воды. Чаниль указал им на одну из лавочек в первом ряду, а сам ушел в дверь около сцены. Парни переглянулись и стали просто ждать. Нависшая тишина ужасно давила и Умути решил её прервать —вам не кажется этот Со Чаниль странным? Да и в целом это место выглядит подозрительно. Где хоть один работник? —давай пока ничего не будем гадать. Сначала поговорим с этим «святым отцом», потом уже решим, что делать дальше — Джинхён положил руку на плечо старшего и слегка похлопал его *** Завал на работе. После дела нужно было сделать отчет и разгребать документы. Джинхён больше всего не любил эту часть работы. А так как он был самый молодой в коллективе, на него некоторые «старички» скинули свои дела. На часах уже десять ночи, но куча не становится меньше. Джинхён огорченно вздыхает и решает сделать кофе, чтобы хотя бы на пару минут прерваться от этой скучной работы. Он размял спину и вышел из душного кабинета. В коридоре была идеальная тишина, все давно уже были дома. Кажется, здесь остался только он и охранник. Джинхён выбрал в автомате для кофе «американо» и стал ждать когда эта горькая отрава наполнит стакан. Позади послышались шаги и он невольно обернулся. Это был парень, плюс-минус его ровесник. Он выглядел таким же уставшим, но на фоне его мягких черт лица это выглядело как-то по-домашнему уютно. Джинхён пробежал по нему глазами и столкнулся с чужим взглядом. Он неловко усмехнулся и отвел глаза в сторону —тоже работой завалили? — начал первый разговор этот парень и Ким просто кивнул делая глоток кофе Их разговор как-то ловко завязался и через двадцать минут Умути сидел уже вместе с Джинхёном в кабинете. Они болтали попутно разбирая свои завалы. Впервые за столь долгое время Джинхён почувствовал себя с кем-то так спокойно. В какой-то момент Умути доделав свою работу, начал помогать Джинхену. Такой жест со стороны этого парня, очень растрогал и умилил Кима. Кто-то решил помочь ему просто так. Ким и сам не знает, но предполагает, что именно в тот момент этот юноша взбудоражил его чувства. После они еще несколько раз работали вместе и каждый раз в груди Джинхёна сердце начинало ускоряться, добавляя на щеки легкого румянца. Как бы он не пытался добиться его внимания все было бесполезно. Умути почти все свое время проводил со своим новым напарником и Ким был уверен на сто процентов, что тот Умути не безразличен. Он пару раз замечал как Турксун смотрит на коллегу. В этот взгляде читалась нежность и тепло. И это ранило Джинхёна сильнее любого лезвия *** К ним наконец вышел мужчина с седыми, но хорошо уложенными, волосами. На лице была мягкая улыбка. Он поправил на переносице очки и прошел чуть вперед —будьте благословенны дети мои — мужчина, которого все вокруг называли «святой отец», взял руку Хару, от чего младший чуть сморщился, но не стал ничего говорить — вы приехали помочь нашему горю? Ох, какой я не культурный, я не представился вам. Чон Ынхо Парни так же по очереди представились мужчине. Он сел напротив них, на небольшой стульчик, который скрипнул перед тем как прогнуться под весом мужчины. Чон почти не сводил глаз с Хару, а тот в свою очередь просто пялил в окно, не желая сталкиваться глазами с этими мужчиной. Джинхён заметив, что Хару чувствует себя некомфортно, подвинулся чуть ближе к нему и положил руку на плечо. Это и правда помогло младшему почувствовать себя чуточку лучше, но все равно мысль о том, что на него пялит взрослый мужчина, очень сбивала весь настрой —можете по подробнее рассказать, что происходит у вас в городе? И как давно начали пропадать дети? — Куаньджуй смотрел прямо в глаза Чона, а тот посмотрел на свои руки, о чем-то задумавшись. Чэнь внимательно изучал каждое его действие —это началось чуть больше месяца назад. Тогда пропал первый ребенок, нашли его через пару дней — мужчина перекрестился — это Бог обрушил на нас свой гнев, мы где-то провинились. Мы должны больше молиться и может он нас простит —что за бред… — Куаньджуй не успел договорить, как получил удар локтем в бок от Умути. Он бросил лишь недельный взгляд на старшего, скрестив руки на груди тихо что-то пробурчал —это не бред, молодой человек. Молитвы помогают нашей жизни. Вам тоже стоит молиться. Думаю даже больше всех в этой комнате. Вы самый грешный — Чона прервал тихий смешок Умути, который тут же сразу взял себя в руки — эти дети прошли через эти страдания из-за грехов своей семьи. Когда человек совершает грех это не исчезает без следа, за это часто расплачиваются дети. Так еще прошел час. Парни выслушивали о том, как грешны все люди и лишь избранные попадают на «спасительный ковчег». В какой-то момент Куаньджуй уже до жути устал слушать этот бред и стал просто рассматривать помещение. Он цеплялся глазами за каждый сантиметр на стене. Но интересного там не было - обычные коричневые стены. Тяжело выдохнув, он услышал наконец заветное от Умути: «спасибо, что поделились этим с нами. Мы еще зайдем к вам, а сейчас на пора». На улице все облегченно выдохнули. Какой же приятный казался запах воздуха в городе, в отличие от помещения. После этих свечей и какого-то средства, даже на заправке будет приятнее. Хару смотрел себе под ноги, обдумывая все это, а после медленно перевел взгляд обратно на храм. В одном окне он увидел Ынхо, который пристально на него смотрел. Он по инерции сделал шаг назад, врезаясь в Кима —ты чего? — Джинхён придержал младшего за плечи, замечая его напуганное лицо —мне этот Ынхо в кошмарах сниться будет. Идем скорее от сюда — Хару потянул Джинхёна за руку подальше от храма *** —ребят, можно я с вами тут побуду. Мне одному некомфортно находиться в комнате — Куаньджуй заглянул в номер младших. После его слов за окном прогремел гром и Чэнь быстро запер за собой дверь —а почему ты один? Где Умути? — Хару подвинулся на кровати, позволяя старшему сесть рядом —пошел в участок. Сказал, что хочет найти больше информации —один? В такую погоду? Там дождь начинается. Ты чего его не остановил? — Джинхён недовольно посмотрел на Куаньджуя и уже собирался идти за Умути —как? Мне надо было хватать его за ноги и руки? Делать мне больше нечего —да не ссорьтесь вы. Джинхён, успокойся и сядь обратно. Умути не маленький, справиться и один В этот момент дверь приоткрылась и во внутрь заглянул Умути. Волосы и одежда были мокрыми, а на лице читалось волнение —ты чего под дождем ходишь? Весь промок — Джинхён подскочил с кровати и взял полотенце, протягивая его старшему —да идиот он просто — закатил глаза Чэнь —спасибо Джинхён — Умути слегка улыбнулся и вытер лицо полотенцем — хорошо, что вы все вместе тут. Я нашел интересную информацию. До нас тут была еще одна группа полицейских —и где они? С ними что-то случилось? — в голосе Хару читался неподдельный интерес —они все погибли