Некролог детству

Я люблю представлять себя маленьким, Беззащитным и хрупким ребенком, В разгар лета на простыне тоненькой, В белой майке кричащим мальчонкой, Что не знает позора и слабости, Не боится ни горя, ни старости, Было можно заплакать без повода, И запнуться, упасть некрасиво, Нацепив на себя обувь мамину, В коридоре пройтись горделиво, Собирать из конструктора башни, И разрушить их было не страшно, Ведь казалось: весь мир на ладони, Все вокруг озаряется красками, И добро побеждает так просто, В каждой строчке из детской сказки, Но внезапно тускнеют краски, И ладони не держат мир, И конструктор остался лишь пластиком, И стекает по пальцам пломбир, Взрослый мир оказался черствым, В стенах дома вдруг стало тесно, Воздух в городе давит на легкие, Среди этих людей мне не место, Тот малыш горько издали смотрит, И мотает своей головою, Наблюдает, как все разрушается, Стоя за моей крепкой спиною, Я молчу, затаив дыхание, И не смею я двинуться с места, Мне так страшно взглянуть на него, Повернусь, а он вмиг растворится, Ком стыда и вины, растекаясь по горлу, Въедается в плоть мою, кости и сны, Сотворил я такое с несчастным мальчонкой, Что теперь мои дни навсегда сочтены, И мне больше не вынести этой войны, На которой погибла бесславно душа, Где я, глупый солдат, искалечил ребенка, Где безжалостно ранил того малыша, Он теперь мне опасливо смотрит в глаза, Я падению тела осознанно внемлю, Пока кровь растекается лужей на землю, С черных пуговиц капает скупо слеза, Вслед за ним я расплакался, пал на колени, И за бледные плечи мальчонку схватил, Я прижал его к сердцу, обнял крепко тело, И словно в себе его труп растворил, Его прах влился в вены, впитался в сосуды, Его слезы прониклись мне в руки водой, Я обломком кости себе чрево пробил, Я впитал трупный яд его кожей сухой, Заструилась во мне его кровь водопадом, Иль кислотной, тягучей и темной рекой, И пошел ливнем дождь, Вдруг подул жуткий ветер, И вовеки я стал вместе с ним пустотой.