Странные страсти

Полароид снова щёлкает. Это уже четвёртое фото за сегодня. Таких за месяц накопилось штук около ста тридцати. Джонатан и сам не понимал, зачем он это делает — зачем фотографирует Стива Харрингтона, рискуя постоянно быть замеченным одноклассниками и самим Стивом? Тот подкатывал к очередной красивой девушке, которая являлась чирлидершей. Байерс посмотрел, как тот получился на снимке. Он был как всегда красив, но вот только... это было не видно, потому что сейчас было солнечно. И лучи солнца закрывали часть лица парня. — Ч-чёрт... — ругнулся про себя Джо. Он не понимал, что у него за страсть такая... делать много фотографий с Харрингтоном, чтобы потом их повесить в комнате и смотреть, мечтая о... — Опять фотографируешь Стива? — послышалось над ухом. Парень сразу понял, что это Нэнси, которая кстати тоже когда-то была в отношениях с Харрингтоном. Но после они расстались. С ней Байерс давно дружит. И конечно же она знает об ориентации друга, его странном увлечении и о том, кто ему нравится. Сначала она конечно недоумевала, почему из всех парней именно её бывший? Даже не возмущённо, а больше удивлённо. Байерс даже не вздрогнул, потому что прекрасно знал, что подруга любит так делать. — Ну а что мне ещё остаётся, Нэнс? — спросил он, не оборачиваясь. Кстати, зря. Ему надо было видеть ошарашенное лицо Уилер. — Серьёзно, Байерс? То есть, вместо того, чтобы подойти и пообщаться, пригласить куда-то, или... или на вечеринки приходить, где всегда Стив и там же подойти к нему, ты... ты его фотографируешь? У вас это с Уиллом по наследству передалось? Он резко обернулся, не ожидала такого вопроса. — Прости, что? — Да брось! Ты знаешь, о чём я говорю! Вы оба геи, и скрываете это от своих родителей и друзей. Ну ладно, ты то нашёл силы признаться мне в этом, как подруге, а Уилл естественно сказал это тебе, потому что понял, что у тебя похожая проблема. Ну и ещё вы оба влюблены. Он влюблён в моего младшего брата, хотя выбор честно у него... ну так себе. Даже тот Ченс будет как-то более смышлённее Майка. А ты... ты влюблён в самого Стива Харрингтона — короля школы, сердцееда, и моего бывшего. Мне продолжить? Хотя, я уже всё сказала... Джонатан провёл ладонью по лицу. — Нэнс... ты просто не представляешь, как же мне порой хочется тебя убить! Уилер самодовольно улыбается. — А я всегда хочу тебя убить, потому что даже сейчас ты как мой брат — ломаешься постоянно, стоит тебе встать или сесть рядом с объектом твоего воздыхания. И боишься после признания быть отвергнутым. А я считаю, что если не попробуешь — не узнаешь! Тем более, нам всего два месяца учиться осталось... Нэнси отвела взгляд в сторону и печально вздохнула. — О чём болтаем, сладкая парочка? — Стив появился неожиданно, будто из-под земли вырос. Оба вздрагивают от внезапного появления парня из ниоткуда. — Стив, я тебе вломлю сейчас! Зачем так пугать?! — шикнула Уилер, не больно ударив того кулаком по плечу. Харрингтон рассмеялся, поглаживая место, куда ударила бывшая. — Прости, Нэнси, прости! Просто я люблю эффект неожиданности. Хотя по вам так и не скажешь. Да ведь, Байерс? — будто специально выделив фамилию Джо, он посмотрел на него хитро и улыбался нагло, на что фотограф фыркнул. — Что на этот раз, Стив? Я же знаю, что ты не просто так подошёл! — всплеснула руками Нэнси, всё ещё немного «обиженная» после внезапного скримера от бывшего. Тот щёлкает пальцами и указательным пальцем показывает на неё. — Угадала! Сегодня у меня вечеринка, приглашаю вас всех! Тебя в том числе, Байерс... — Харрингтон кладёт ладонь ему на плечо и как-то странно смотрит. Джонатан напрягается, крепко сжимая в руках полароид. Смотрит на Уилер, пытаясь получить от неё хоть какую-то поддержку. Но та лишь довольно улыбается, понимая, что у друга есть просто отличный шанс побыть со Стивом наедине. А Харрингтон же чувствует, как мышцы фотографа напрягаются под его ладонью. — Ну что ж, мы придём сегодня, Стив. Джонатан тоже пойдёт! — уверенно говорит Уилер, и Джо готов прям на месте, прям при всех возмутиться, почему это вдруг за него стали решать. А может он и не хочет? Ну, вообще-то... Он это понимает и тут же остывает. Нэнси хочет для него, как лучше. — Отлично! Тогда жду вас в шесть. Кстати, ваших братьев я тоже пригласил, так что советую придти вместе. И наконец-то Байерс поворачивает голову к нему. Его лицо застыло в немом шоке. — Что? — спрашивает Стив, приподняв бровь, когда заметил это шокированное выражение лица Джо, и тут же добавил, — Не переживай, дети будут под присмотром старших! Да и если так подумать, они и сами уже не дети. Тем более... это шанс для твоего младшенького подкатить к младшему Уилеру. Понимаешь, о чём я? — он подмигивает, что смутило парня. Уилер же тяжело вздыхает. Что ж, всё равно Майку уже меньше чем через год исполнится восемнадцать, так что... Стив прав. — Но надо было нас предупредить хотя бы! — возмутилась она. — Эй, Нэнси, на эту вечеринку я пришлю не всех старшеклассников, а своих друзей. Хотя для тех я наверное уже второй мамой стал... — он тут же смеётся со своей же шутки. Джонатан и Нэнси закатывают глаза и уходят на урок. И Байерс судя по всему забыл закрыть сумку, потому что из неё вывалилась... фоторафия. Стив поднял её с земли и стал рассматривать. Но на солнце не было видно. Поэтому он ушёл туда, где было прохладно и темнее, куда не доставало палящее солнце. На фотографии был изображён... он. Там он стоял в коридоре и общался с Робин. Он усмехается. — И какая же это уже по счёту фотография, Байерс?.. — задаёт он риторический вопрос, устремив взгляд в пол. Таких фотографий, где он был изображён, у Харрингтона было девятнадцать штук. И это уже двадцатая по счёту. Он давно хотел ему рассказать по этому поводу и даже немного... напугать... за то, что тот фотографирует его без ведома и разрешения. Хотя сам он был только за. Особенно когда было всё сделано очень... качественно. Но вот всё никак не получалось уловить Джо или заставить его пойти на вечеринку. Тот всегда отказывался, потому что: то брат или сестра заболеет, а родители на работе, надо приглядеть, как старший; то проект какой-то важный и он будет занят всю ночь, то ещё что. Но Нэнси спасла ситуацию. И сегодня Стив наконец-то... наконец-то прояснит всё, расставит точки над «и» и попытается усмирить кипящую в нём страсть. Как бы странно это не звучало... Да в принципе и нет, если учитывать тот факт, что Стив так-то сам по себе человек страстный. И хотелось этой страстью поделиться с кем-то. Но не с девушками, в которых он искал утешение, пытался найти ту самую, пока не понял, что на самом деле он... по мальчикам... И он вполне может понять чувства младшего брата Нэнси, который тоже пытается бороться с внутренней гомофобией. На уроках его голова была занята не предметом, а Джонатаном и вечером, который сегодня предстоит.

***

Вечеринка была в самом разгаре. Стив с ухмылкой наблюдал, как Хендерсон пытался подкатить к Джейн, иногда рыча, как тигр. Та заливисто смеялась, и с ним она согласилась танцевать. Конечно не так он его учил... Но справился он тем не менее очень даже хорошо, и у него получилось расположить к себе Хоппер. Нэнси что-то бурно обсуждала с Робин, иногда поглядывая на своего младшего брата, который сначала стеснялся подойти к Уиллу. Но потом, стоило на минуту отвлечься, как эти голубки уже обнимались и чуть ли не целовались. Лукас и Макс о чём-то разговаривали, иногда отвлекаясь на поцелуи. А Джонатан стоял в стороне, иногда поглядывая в сторону Стива. Что от Харрингтона конечно же не ускользнуло. Поэтому, выпив виски залпом, он пошёл к Байерсу, который потягивал коктейль и уже немного был пьян. Увидев приближающегося парня, Джо запаниковал и собирался уже уйти к Бакли и Уилер, но тут рука легла ему на плечо, а над ухом прошептали: — Избегаешь меня значит, Байерс?.. Тот вздрогнул и замер, будто его парализовало. Он посмотрел на подругу, надеясь на хоть какую-то помощь. И Нэнси, заметив его взгляд, смотрит на него. Она видит, в какой ситуации оказался тот. И, ухмыльнувшись, возвращается к разговору с Робин. Джо обречённо вздыхает и опускает голову. — Эй! Джонатан, я к тебе обращаюсь! Сердце пропускает удар. Байерс наконец-то разворачивается к нему. Стив сказал это достаточно громко, что все затихли и обратили на них внимание. Это действительно было событием — Стив Харринтона назвал Джонатана по имени! Хотя обычно называл по фамилии. Уилл мысленно сочувствует брату и желает ему удачи. А у самого руки лежат на талии Майка. Нэнси и Робин выпучили глаза, с неверием смотря на Харрингтона. Всё остальные тоже были... мягко говоря, в шоке. Заметив, что на них все обратили внимание, парень хватает фотографа за руку и ведёт за собой на второй этаж, где находилась его спальня. Джо растерялся и от неожиданности уронил стакан, расплескав коктейль на полу. Когда пара скрылась, все принялись обсуждать это. Байерс очнулся уже, когда они были в спальне Стива. И в этот момент он был прижат спиной к стене. Парень стоял перед ним почти вплотную. — Что это только что было, чёрт возьми? — спросил Джонатан, опираясь о стену, чтобы не упасть. Губы Харрингтона дрогнули в ухмылке. — А ты и не догадываешься, Джонатан? Думаешь, всё это время оставался незаметным? Байерс непонимающе щурит глаза. — Твои фотографии... Сколько ты их сделал? Он чуть не поперхнулся воздухом. Осознание бьёт прямо в солнечное сплетение. Так Стив всё знал... Знал с самого начала. — И давно ты об этом знаешь? — спрашивает Джо, усмехнувшись. Делать из себя дурачка не вариант, тем более, когда правда очевидна. — Уже год как... — отвечает Харрингтон, приближаясь к нему почти вплотную. — А как узнал об этом? Неужели Нэнси рассказала? Если это действительно она, то... Он тогда не знает больше, можно ли ей доверять. Тихий смешок раздаётся прямо над ухом. — Ну чего же сразу Нэнси? Это же не она взяла и случайно обронила фотографии, на которых изображён я?.. Джонатан распахивает глаза и ошарашенно смотрит на него. — Так ты... Он не знает, что сказать. — Так я?.. — повторяет Стив, проводя пальцем по ключице фотографа. — У тебя мои фотографии! — заявляет Байерс, и тут же утопает в сомнениях. А зря... — Угадал! Знаешь, а ведь ты очень профессиональный фотограф... — говорит он с ухмылкой. Не успевает Джо задать очередной вопрос, как его целуют. И он почти сразу же отвечает, хотя разум кричал: Беги! Оттолкни его! Не поддавайся засранцу! Но разгорающаяся внутри его страсть перекрыла отчаянные крики разума. Потом поцелуй пришлось прекратить, потому что... воздух ведь не бесконечный. — Так что... покажешь, что ты там утащил?.. — спросил Джонатан, не сдерживая своей глупой, но счастливой улыбки. Харрингтон тихо смеётся. — О, уверен, тебе понравится... Эта ночь изменит всё в их жизни и отношениях. После неё шеи обоих будут в отметинах, так и кричащих о том, что происходило несколько часов назад. И позже они на выпускном объявят себя парой, пошлют нахрен школу и её дряхлые установки и после будут жить счастливо.