Бездна

Просто похер. Ни сил, ни желания подниматься. А значит, только падать. Я больше не встану. Не хочу даже пытаться. Обрыв. Такой алый закат с этого обрыва. Слишком красиво. Если падать, то только тут. Я улыбаюсь и больше не оборачиваюсь. Я знаю кто за моей спиной. Я знаю что там. Боль и те, кто делал только больнее. Страх и все, кто запугивал сильнее, чем способна вызвать психика. Шаг, один единственный, глядя прямо на закат и бездна, в которую я падаю, ощущая свободу, восхищение этим трепетом, предвкушением. Осталась лишь последняя улыбка для этого заката. Я даже не удивилась, если честно. Когда на лету меня перехватило что-то. Кто-то с силой врезался в тело, ломая пару ребер, а затем темнота. Смерть слишком большая роскошь для меня? *** Темная комната в приглушенных, пастельных тонах. Свет слабый, от нескольких свечей, выстроенных на камине. Последний зиял темной дырой с сырыми поленьями внутри. Почему он кажется таким пустым и одиноким. Захотелось согреть камин. Боже, точно рехнулась. Поднялась с подушек ощущая боль в ребрах. Перелом. Наверняка. Я помнила столкновение в полете и резкую боль. Осмотрела себя. Все та же одежда только под ней бинты. Плотно облегающие кожу. Осмотревшись выбралась из мягкого одеяла и добравшись до края кровати спустила ноги на ледяной, каменный пол. Едва поднявшись схватилась снова за кровать, падая на колени. Сколько я проспала? Силы в ногах не было вообще. Словно мышцы атрофировались от времени. Такое бывает, когда в больнице долго лежишь. Нужно время, чтобы привыкнуть к мышечной нагрузке. Села прямо на пол. Холодный камень почувствовался задницей, но больше волновали ноги. Пошевелив пальцами, размяв руками икры и бедра, поднялась снова на ноги по началу держась рукой за кровать. Неловко, зато наверняка. Ноги начали слушаться и я сделала неуверенный шаг. Потом еще. Промерзший камень пола обжигал голые ступни. Но обуви нигде не было. Я была босой на обрыве? Если честно — не особо помню этот момент. Да и не волновало тогда. Где я? Вот что волнует больше. Добравшись до двери попробовала открыть ее, особо не надеясь. Большая, дубовая, тяжелая зараза, с кольцом вместо ручки. Красивая, но слишком упертая для уставшей меня. Еле приоткрыв на несколько сантиметров этого стража моего покоя, протиснулась в щель, чтобы не прилагать больше усилий и едва оказавшись за ней ощутила неприятный толчок той же стражницы в спину. Благо ее дубовая основа под рукой, поэтому схватившись за эту вертикальную, неровную опору пальцами, ощущая как ломаются ногти, все же устояла на месте, не падая навзничь. Сил вообще нет. Да сколько ж я спала? Коридор. Это коридор. Длинный, темный. С легким освещением, скорее для галочки, чем по смыслу, ведь с не привыкшим зрением тут легко будет шею сломать. Опираясь на стену начала бродить. Медленно, тихо перебирая ногами через силу пыталась нащупать еще хотя бы какую-нибудь дверь, окно, арку, чтобы понять где я. Пожалела, что не посмотрела в окно в той спальне, где проснулась. А оно там было? Камин запомнился и дверь, и кровать несоразмерно громадная, что пришлось добираться до ее края. Да и пол ледяной, каменный… Но все. На этом все. Возвращаться не хотелось. Надо найти кого-нибудь. Дверь. Еще одна. Больше, выше, шире, из двух створок. А из-за нее слегка виднеется свет. Открываю, снова на сантиметров десять или пятнадцать, проталкивая внутрь слабое тело, чтобы не нагружать себя сильнее и сразу начинаю оглядываться. Зал. Похоже на зал. Огромный должно быть. Из-за плохого освещения даже стен не видно. Зато видны колонны, подпирающие потолок. Последний тоже не видно, слишком высокий, а света мало. Впереди, напротив двери ковровая дорожка. Можно попробовать по ней пойти, там что-то должно быть в конце. И я иду, едва оторвавшись от двери. И только на середине пути начинаю слышать голоса. Оборачиваюсь вокруг себя — ничего не видно, только шепот, такой тихий, что даже слов не разобрать. — Эй! Кто тут? Тишина в ответ и продолжаю идти вперед. А что еще делать? Дорожка длинная, но по мере приближения света становится чуть больше. В конце стул или трон, не знаю что это, но одно. И там кто-то есть, если зрение не подводит, хотя кажется, что от этой тьмы скоро ослепну. Еще один шаг. Ступеньки. Три ступеньки и едва поднимая ногу понимаю, что силы покидают. Я падаю на колено, опираясь только одной ногой, но затем приподнимаюсь отталкиваясь ладонями о пол и принимаю вертикальное положение. Еще один шаг. Кажется слишком странным, как в детской игре. Как в каком-то странном квесте. Упрямство азартом накрывает с головой. Я даже язык слегка высовываю глядя прямо себе под ноги. Это кажется забавным. Три невысоких ступеньки. Я должна их пройти. Не знаю зачем. Что там впереди? Неважно. Просто хочу пройти. Такой вот странный каприз. И я иду, не опасаясь упасть и прикусить язык. Я все еще держу его слегка выпущенным, прижатым между приоткрытых губ. Глаза упрямо в пол, чтобы не оступиться снова. Приподнимаю ногу, заношу над ступенькой и с трудом удерживая равновесие переношу вес. Еще одна. Осталась последняя. И все те же процедуры. А там наверху понимаю, что сзади уже толпа. Не знаю кого. Только толпа шепчется, мешая ловить равновесие. Но я ведь не пальцем деланная! Выстоять смогу. И я стою. Перенесла вес на ногу, как и до этого, покачнулась неуверенно, словила равновесие, слегка улыбаясь своей неуклюжести и слабости, а затем поставила вторую ногу рядом с первой. Прямо рядышком, чтобы ровненько, как по линеечке. Довольная на все тридцать два и осмотрев в последний раз ступни поднимаю глаза, чтобы посмотреть, куда же я пришла. Глаза натыкаются на другие глаза. Алая роговица опоясывающая ровный, круглый черный зрачок, слегка поблескивающий и переливающийся, словно в нем сам огонь горит. Красиво. Улыбка пропадает с лица не потому что страшно, а просто теряет смысл. Квест закончен. Задача решена. Я тут. Только зачем? — Проснулась? Низкий, приятный голос. Тихий, но легко разбирать слова. Слегка скучающий, но ожидающий ответа. Заинтересованный. Наверно. Мне так кажется, учитывая, что он сидит опершись на свои колени локтями, придвинувшись ближе ко мне, словно хочет рассмотреть. Платиновые волосы в легком беспорядке. Не короткие, но и не длинные, едва достают до середины лба, прикрывая светлую кожу. — Ты кто? — сразу задаю вопрос. — Почему босиком? — новый вопрос и новый такой же вопросительный ответ: — Это важно? — Замерзнешь. — А это важно? Понимая, что все ответы будут вопросительными, он поднимается со своего трона и только сейчас я вижу, что он похож на кучу переплетенных цепей с очень массивной, высокой, но кажущейся удобной, спинкой. Подходит, а я все еще стою, смотря на него. — Один вопрос. Только один. На какой вопрос ты хочешь услышать ответ? — спрашивает шепотом глядя прямо в глаза. — Почему не получилось упасть? Шепот стих за моей спиной. Взгляд алых глаз стал жестче. — Потому что мне этого не хотелось. — Ясно. Вот и ответ. Вот почему не получилось. Новый круг ада? Новые испытания? Новая боль? Даже не расстроилась. Ни страха, ни грусти, это уже не имеет значения. Осознание накрывает, что этому просто нет конца. Смерть — для избранных, а я простая. Он продолжает смотреть. А я продолжаю стоять. Вопрос же можно было задать лишь один. Минуту спустя разворачивается и возвращается на свой трон. Я иду следом. Не знаю, что еще делать. Сажусь рядом с троном прямо на пол. Слева от него. Пол ледяной, но хотя бы можно не держать тело в вертикальном положении. Сил больше нет. Я опираюсь правым боком и головой о металлические звенья трона, проходящие по подлокотнику и прикрываю глаза. Почему-то эти цепи успокаивают. Лоб покрыт потом. Мне жарко, а контраст такой приятный. С этим металлическим холодом. Снова небытие. Отключилась. Жаль. Я бы хотела другое небытие.