Не вечная мебель и отрицание

Учёба — один из способов Аарона отвлечься от происходящего и просто забыться. За последнее время произошло слишком много всего. Каждый раз, когда он начинал думать о том, о чём не следовало вспоминать, Аарон садился за рабочий стол и на несколько часов погружался в перечитывание конспектов и чтение параграфов. Тело за это «спасибо» не говорило, а вот мозг — ещё как. За этот вечер он выпил уже слишком много кофе. В сон не клонило, но глаза плыли: текст постепенно становился размытым и неразборчивым. Миньярду пришлось отложить тетради и книги. Вторым, не менее действенным способом отвлечься для него был душ. Горячая вода медленно стекала по голове, по лицу, переходила на плечи и ниже. Прислонившись к холодной стене, он всё равно не мог избавиться от мыслей — в голове снова и снова вспыхивали картинки того отвратительного секса. Для себя он вывел три точные и неизменные формулы: Первая — Кевин мудак и ещё к тому же педик. Вторая — ему становилось хреново каждый раз, когда он это вспоминал. Третья — такая ошибка не должна повториться никогда. Сколько раз Аарон повторял себе, что тот перепихон — ошибка? Он чувствовал себя грязным, будто его насильно заставили согласиться. С одной стороны, он сказал «да». С другой — ему было физически и морально сложно понять, каким образом это согласие сорвалось с его губ и о чём думал Дэй, когда спустил руку к его штанам. До того как он кончил, Аарон будто был не в себе. Но когда Кевин попросил у него помощи, голова уже вполне функционировала, и мыслить нормально он мог. Хотя то, что он говорил тогда, для блондина нормальным не было — это было чёртово фаталити. Решив, что на сегодня хватит, Аарон смыл с себя остатки пены и вышел из душевой кабины, обматывая бёдра полотенцем. Капли стекали по ногам, вызывая неприятное щекочущее ощущение. Ники в их общей комнате, к счастью, не было — зато на кухне гремели тарелки. Значит, кузен находился там. Надев трусы, свободную футболку и широкие пижамные штаны, Миньярд взял с полки Ники какой-то детектив и повалился на мягкую кровать. Постельное бельё он сменил ещё раньше, так что теперь можно было позволить себе хотя бы короткий отдых. Страницы книги пролистывались мучительно медленно — детектив и правда увлёк его. Первая глава начиналась с того, что подругу главного героя убили, нанеся ей четырнадцать ножевых ранений. Описание заключения патологоанатома, начало расследования и горе детектива приносили странное удовольствие и долгожданное расслабление. Аарон и не заметил, как книга выпала из его рук, а веки налились тяжестью настолько, что он моментально вырубился — даже несмотря на несколько чашек кофе. Скорее всего, эмоциональное напряжение просто сыграло с ним злую шутку.

***

Вставать на тренировку в шесть утра было до невозможности сложно. Ноги еле держали тело в стоячем положении. Аарону, как будущему медику, говорить «доброе утро» не стоило. Он выглядел так, будто нуждался в срочной помощи, — хотя уже привык к подобным подъёмам. Книга, с которой он уснул чуть ли не в обнимку, лежала на тумбочке. Догадаться, что её положил туда Ники, было несложно: блондин был заботливо укрыт одеялом. Пару раз выматерившись, Аарон пошёл чистить зубы. Для скорейшего пробуждения не помешало бы ещё и умыться — что он и сделал, задержав ладони под холодной водой, а после плеснув водой на лицо. Впрочем, это утро абсолютно ничем не отличалось от остальных. Сэндвич на завтрак вместе с кофе, дорога к стадиону и тренировка. Единственное маленькое несовпадение заключалось в том, что Аарон оставил Ники место посередине, чтобы не сидеть рядом с Дэем.

***

Разминка началась с привычных кругов по полю. Ваймак не давал расслабиться: сначала лёгкий бег, затем ускорения по свистку, резкие смены направления, выпады и растяжка. Холодный воздух обжигал лёгкие, мышцы неприятно тянуло после вчерашней нагрузки, но жаловаться Миньярд не собирался — по крайней мере, вслух. На тренировке Аарон обычно не был настолько апатичным, как Эндрю, но сегодня ему не хотелось вообще ничего. Он двигался на автомате, будто тело существовало отдельно от мыслей. Однако из-за криков Ваймака и бурчания Кевина всё же пришлось хорошенько побегать. После разминки начались упражнения с мячом: отработка передач в парах, быстрые комбинации, затем — игра в ограниченном квадрате, где нужно было принимать решения за доли секунды. Аарон чувствовал, как постепенно втягивается: адреналин делал своё дело. Благо сегодня он гонялся за проклятым рыжим выродком — парнем его любимого близнеца — и каждый раз пытался выбить клюшку из его рук. Нил, как назло, скользил по полю слишком быстро, резко менял направление и будто заранее знал, куда рванёт защитник. В какой-то момент Аарон даже втянулся в игру и начал стараться уничтожить все попытки Нила пробиться к воротам, на которых стояла Рене. Несколько раз у него это получилось: он жёстко перекрывал траекторию, выбивал мяч точным ударом и отбрасывал его в сторону. Кевин что-то недовольно выкрикивал, требуя играть «чище», но Аарон только сильнее стискивал зубы. Правда, запал длился недолго. Он слишком быстро вымотал себя и понял это только тогда, когда чуть не свалился на землю от одышки. Мир на секунду качнулся, перед глазами потемнело, а клюшка показалась непозволительно тяжёлой. Пришлось отступить на шаг, делая вид, что он просто оценивает расстановку игроков, а не пытается восстановить дыхание. На спасение Аарону и его потрёпанному состоянию пришёл Ваймак — а точнее, резкий свисток и объявление конца тренировки. Сил почти не осталось, мышцы ног неприятно ныли, отдавая тяжёлой усталостью. Опираясь на клюшку, Миньярд вместе с остальными направился в раздевалку. До пары оставалось достаточно времени, чтобы успеть заехать в общежитие, но Аарону совсем не хотелось туда возвращаться. Ему было страшно и до тошноты мерзко снова переступать порог их с Ники комнаты. В голове навязчиво крутился Кевин. Кевин был везде. На корте, в общежитии, рядом с Эндрю — буквально повсюду. Единственным местом, где они почти не пересекались, оставался университет. Хотя и там была пара, на которой их пути всё же сходились. Дэй какого-то чёрта решил, что латинский — жизненно необходимый язык для историка. Отчасти это, конечно, так… но он же не собирается работать по профессии. Ему суждено попасть в национальную сборную. Уже сейчас профессиональные команды обивают пороги Пальметто, едва ли не трепеща перед и без того уставшим Ваймаком. Раздевалка мгновенно наполнилась отвратительным запахом мужского пота, и Аарон брезгливо зажал нос. Вонь стояла такая, что хотелось либо открыть окно — которого, к сожалению, не было, — либо просто выбежать наружу. Быстро избавившись от экипировки, блондин схватил чистую одежду — ту самую, в которой приехал, — и юркнул в душевую кабинку, предварительно настроив комфортную температуру воды. Тёплые струи окутали тело, принося долгожданное облегчение. Мышцы постепенно расслаблялись, дыхание выравнивалось. Перегрузка точно не пошла организму на пользу, но морально Аарону стало легче. Он не был таким, как Эндрю. Они вообще почти ни в чём не были похожи — кроме внешности и пары одинаковых жестов. Аарон не ходил на спарринги, чтобы выбить из себя эмоциональное напряжение. Аарон не размахивал ножом. Аарон — не «нормальный» близнец. Он просто кажется таким на фоне своего брата. У каждого из Лисов хватало собственных тараканов в голове — редких, но метко бьющих в самый неподходящий момент. Единственным исключением, наверное, была Рене. Хотя, если судить по синякам, которые время от времени оставались на Эндрю, её тараканы просто умели держаться в узде и слушались свою на первый взгляд милую хозяйку. Минут через семь неприятный запах окончательно смылся, и Аарон оделся, повесив мокрое полотенце на дверцу кабинки. Но стоило ему выйти, как взгляд тут же зацепился за не самую приятную — и одновременно слишком притягательную — картину. Кевин сидел на лавке, обмотав полотенце вокруг бёдер. Ткань слишком плотно облегала подкачанные мышцы — раньше Аарон почему-то никогда не обращал на это внимания. Нападающий копался в сумке, что-то выискивая. Почувствовав взгляд, он поднял голову, и одна его бровь вопросительно изогнулась. — Что? — спросил Кевин, глядя прямо на него. Аарон на мгновение замер. Капли воды медленно стекали по чужому прессу, очерчивая рельеф мышц. Мокрое тело, похоже, ничуть не смущало его владельца — скорее наоборот. — Ничего, — ответил Миньярд спустя несколько секунд слишком громкой тишины и поспешил к своему шкафчику, вытаскивая сумку с учебниками. О ней он позаботился заранее, чтобы не возвращаться обратно с Эндрю. Ещё какое-то время он чувствовал прожигающий взгляд в спину. Уже выходя из раздевалки, Аарон тяжело сглотнул — кадык предательски дёрнулся. «Блять, блять, блять… какого чёрта…» — навязчиво повторялось у него в голове.

***

Путаница в коридорах была привычным явлением университета Пальметто. Кто-то спешил на пары, как Аарон. Кто-то задерживался у стен, обсуждая последние сплетни — чаще всего это были лисички. Завидев Миньярда, они на мгновение притихли, но затем приветливо помахали ему и вернулись к своим разговорам. Аарон подошёл к ним, намереваясь узнать, куда пропала Кейтлин. Собирался ли он рассказывать ей о том, что произошло буквально вчера? Нет. Но она всё равно заслуживала знать. В последнее время их отношения заметно ухудшились. Кейтлин могла по несколько часов не отвечать на его сообщения и звонки. Они всё реже пересекались на парах и в библиотеке. Таких мелочей накопилось слишком много, и вместе с ними медленно гасло доверие Миньярда — как и его надежда на счастливую семью. Вначале это был огромный огонь любви — пусть скрытой, но яркой. Теперь же от него остались лишь тлеющие угли. Бабочки в животе, которые когда-то заставляли сердце замирать, исчезли. Они умирали. — Привет, — поздоровался Аарон, обращаясь к чирлидерам. — Вы случайно не знаете, где Кейтлин? Она почему-то не отвечает на мои звонки и сообщения. Повисла секундная пауза. Затем быстро заговорила Мэнди — блондинка с голубыми глазами и слегка пышной фигурой, соседка любимой Аарона. — Она, кажется, говорила, что пойдёт в библиотеку… — девушка явно хотела добавить что-то ещё, но Миньярд перебил её: — Понял. Спасибо. Он быстрым шагом направился к библиотеке. Та самая заминка в ответе неприятно кольнула его изнутри. В голове крутились беспорядочные мысли, сердце гулко стучало, словно пытаясь вырваться из груди. Через несколько минут он уже шёл между книжных рядов. Всё выглядело как обычно: сонные студенты искали нужные книги, кто-то дремал над конспектами. Ничего необычного. Почти ничего. В одном из дальних, плохо освещённых углов стояла прижавшаяся друг к другу парочка. Сначала Аарон не понял, кто это. Осознание пришло через секунду — и стало ударом. Какой-то парень прижимал Кейтлин — его уже не его Кейтлин — к стене и целовал её. Жадно, страстно. Совсем не так, как она просила Аарона — быть нежным, осторожным, даже в постели. Горло сжало, в глазах защипало. Он развернулся и выскочил из библиотеки, ловя на себе удивлённые взгляды. Ноги сами понесли его к туалету. Едва оказавшись внутри, он чудом успел склониться над унитазом — желудок скрутило от накатившей волны тошноты. Его вырвало. Внутри всё кипело — обида, злость, разочарование. На рыжеволосую девушку. На себя. На Эндрю. На Нила. На весь чёртов мир. С него хватит. Почему ему так не везёт? Почему девушки либо отвергают его, либо изменяют, либо в итоге он сам вынужден уходить? Чем он это заслужил?..