Тишина между нами

Прошел месяц с того вечера, когда Драко и Гермиона поссорились после приема у Малфоев. За это время многое изменилось — некоторые перемены были маленькими и почти незаметными, другие — значительными и очевидными. Драко начал приходить домой раньше, делегируя больше задач своей команде. Гермиона стала брать меньше сверхурочной работы, доверяя своим коллегам. Они установили традицию "вечера без телефонов" дважды в неделю, когда все электронные устройства выключались, и они просто наслаждались обществом друг друга. Но самым большим изменением стало отношение Драко к семейным ожиданиям. После того вечера, когда он отказался от делового ужина ради Гермионы, что-то щелкнуло в его сознании. Он начал принимать решения, основываясь на том, что было важно для него и Гермионы, а не на том, чего ожидал его отец. Это не осталось незамеченным. Люциус Малфой пригласил сына на обед в его клуб — редкая честь, которая обычно предназначалась для важных деловых партнеров. — Ты изменился, — сказал Люциус без предисловий, когда они сели за стол. Драко спокойно намазал масло на хлеб. — Да, полагаю, что так. — Это из-за неё? — Люциус не нуждался в уточнении, о ком идет речь. — Отчасти, — Драко встретил взгляд отца. — Но в основном это из-за меня. Я понял, что хочу жить своей жизнью, а не той, которую ты спланировал для меня. Люциус долго изучал сына, затем, к удивлению Драко, слегка улыбнулся. — Знаешь, ты напоминаешь мне себя в твоем возрасте, — сказал он. — Я тоже бунтовал против своего отца. — Правда? — Драко не мог скрыть удивления. — Ты никогда не рассказывал об этом. — Это не та история, которой я горжусь, — Люциус отпил вино. — Но да, я был таким же упрямым, как ты. Разница в том, что я в конечном итоге сдался и пошел по пути, который он выбрал для меня. — И ты жалеешь об этом? — осторожно спросил Драко. Люциус задумался. — Иногда, — наконец признался он. — Я хотел быть архитектором, знаешь ли. Но дед настоял, чтобы я взял на себя семейный бизнес. Драко был ошеломлен. За все свои двадцать восемь лет он никогда не слышал, чтобы отец говорил о каких-либо амбициях за пределами компании Малфоев. — Я не знал, — сказал он. — Конечно, не знал, — Люциус пожал плечами. — Я никому не говорил. Даже твоей матери потребовались годы, чтобы вытянуть из меня эту историю. — Почему ты рассказываешь мне это сейчас? — спросил Драко. — Потому что я вижу, что ты делаешь выбор, — Люциус смотрел прямо на сына. — И хотя это не тот выбор, который я бы сделал для тебя, я уважаю твою решимость следовать своему пути. Драко почувствовал, как что-то теплое расцветает в его груди — чувство, которое он не часто испытывал в присутствии отца. — Спасибо, — сказал он. — Это... много значит для меня. — Не думай, что это означает, что я одобряю все твои решения, — быстро добавил Люциус, возвращаясь к своему обычному тону. — Особенно твой выбор невесты. Грейнджер слишком упряма и независима для женщины из хорошей семьи. Драко не смог сдержать смех. — Именно поэтому я и люблю её, отец. И, кстати, она из прекрасной семьи. Просто не из той, к которой ты привык. Люциус фыркнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. — Она определенно имеет на тебя влияние, — сказал он. — И, должен признать, твоя работа в компании не пострадала от этих... перемен в твоей жизни. Фактически, ты стал более решительным в переговорах. — Я научился отстаивать то, что важно для меня, — просто сказал Драко. Остаток обеда прошел в удивительно приятной атмосфере. Они говорили о бизнесе, о политике, даже немного о планах на свадьбу (хотя Люциус всё еще морщился каждый раз, когда упоминалось имя Гермионы). Когда они прощались, Люциус сделал то, что редко делал — он положил руку на плечо сына в жесте, который можно было интерпретировать как одобрение. — Ты хороший человек, Драко, — сказал он. — Лучше, чем я был в твоем возрасте. Драко был так удивлен, что не смог ответить, пока отец не ушел. Он стоял на ступенях клуба, чувствуя, что что-то важное изменилось в их отношениях. Когда он вернулся домой, Гермиона уже ждала его, сидя на диване с книгой и чашкой чая. — Как прошел обед с грозным Люциусом? — спросила она, откладывая книгу. Драко плюхнулся рядом с ней на диван и положил голову ей на колени. — Странно, — честно ответил он. — Но хорошо. Он почти одобрил мои жизненные решения. И даже не пытался отговорить меня от женитьбы на тебе. — Вау, — Гермиона изобразила шок. — Конец света близок. Люциус Малфой одобряет брак своего единственного сына с простолюдинкой вроде меня? — Ну, я бы не сказал "одобряет", — Драко усмехнулся. — Скорее "неохотно принимает неизбежное". И ты не простолюдинка, Грейнджер. Ты самая блестящая ведьма... то есть, женщина своего поколения. — Оговорка по Фрейду? — Гермиона подняла бровь. — Ты тайно мечтаешь, чтобы я была ведьмой? — Может быть, — Драко подмигнул. — Ты бы отлично смотрелась в остроконечной шляпе. — Ты невыносимый, — Гермиона шутливо дернула его за прядь волос. — Но я всё равно выйду за тебя замуж. Видимо, у меня серьезные проблемы с принятием решений. — Или отменный вкус, — парировал Драко, ловя её руку и целуя ладонь. — Кстати о свадьбе... я думал о том, что мы могли бы сделать что-то совершенно не в стиле Малфоев. — О? — Гермиона заинтересованно наклонила голову. — Что ты имеешь в виду? — Маленькую церемонию. Только близкие друзья и семья. Может быть, на открытом воздухе, — Драко смотрел на неё с надеждой. — Что-то настоящее. Что-то наше. Глаза Гермионы расширились от удивления, а затем наполнились теплом. — Мне нравится эта идея, — мягко сказала она. — Очень нравится. — Правда? — Драко сел прямо. — Я думал, ты захочешь большую свадьбу, с сотнями гостей и всей этой помпезностью. — Драко Малфой, — Гермиона взяла его лицо в свои ладони. — За пять лет отношений ты всё еще иногда понятия не имеешь, кто я такая. — Эй, я пытаюсь! — возмутился он. — Просто ты очень сложная женщина, Грейнджер. — Я самая простая женщина в мире, — Гермиона рассмеялась. — Я хочу быть счастливой. Я хочу, чтобы ты был счастлив. И я абсолютно уверена, что ни один из нас не будет счастлив на гигантской свадьбе, организованной твоей матерью, с половиной высшего общества Лондона в качестве гостей. Драко облегченно выдохнул. — Слава богу. Я уже представлял, как Астория Гринграсс ловит твой букет и многозначительно смотрит на меня. — Только через мой труп, — Гермиона сузила глаза. — Я скорее съем этот букет, чем позволю ей его поймать. Драко расхохотался, представив эту сцену. — Боже, я люблю тебя, — сказал он, когда смог говорить. — Ты идеальна для меня. — Я знаю, — Гермиона самодовольно улыбнулась. — А теперь, расскажи мне больше об этой маленькой свадьбе на открытом воздухе. Они провели остаток вечера, обсуждая планы, мечтая о будущем и наслаждаясь настоящим. И Драко подумал, что никогда в жизни не был так счастлив.