Dustmen

Сынмин был одним из тех, кто пришел с Хенджином, и можно сказать, был его доверенным лицом. Сонхва знал, почему именно этот альфа был ответственным за склад общины, ведь наиболее дотошного и при этом равнодушного ко всему живому человека альфа никогда не встречал. Сынмин не любил и не ненавидел никого, и потому Сонхва было легко с ним общаться. Как всякий сборщик и хранитель, Сынмин не был в восторге от распоряжения главного, но ничего не сказал и выдал два блока еды: раньше этого хватило бы на три недели. Выдал и равнодушно осведомился: -Когда привезешь халцедон? -Когда найду его, - отмахнулся Сонхва. - Для этого надо шерстить пустыню. Пока не до того. У бронебойного Сынмина увлечение было нетривиальное: он собирал минералы. Нахрена, а главное, зачем, никто не знал, а объяснять кому-либо что-то Сынмин не собирался, но изредка приставал к Сонхва с просьбами поискать какой-нибудь из них. Забрав блоки, Сонхва пошел к Полозу, когда дорогу ему перегородил еще один человек. -Минхо, - поджал губы Сонхва. -Так и знал, что ты грабишь склад, - губы Минхо чуть скривились. -Я не граблю. Все по договорённости. -Ну конечно, - скрестил руки на груди бродячий. - Хенджин ведь все, что угодно тебе отдаст, да? -Да, и ты знаешь, почему, - с вызовом ответил ему Сонхва. -Потому что ты умеешь бросать, предавать и использовать чувства других людей в свою пользу? В этом ты мастер, да. Лицо Сонхва заледенело. -Для того, кого спасли, ты очень неблагодарный. Для того, кто живет в любви, ты мелочный. А для того, кто когда-то заявлял о любви ко мне, - голос Сонхва понизился до угрожающего шепота, - ты жалок. Минхо сжал губы в тонкую линию. -Я всегда надеюсь что ты больше не вернёшься и сгинешь в пустыне, что не побеспокоишь нас. -Я тебя не беспокоил, ты сам подошёл, - криво усмехнулся Сонхва и обошел омегу по дуге. - И да. Я никогда не желал тебе смерти. И это еще одно доказательство, что тогда я поступил правильно, - бросил он и прошел к Полозу, где его встретил встревоженный Минги. -Шеф, ты в порядке? Что ему было надо? -Ничего. Поехали уже, буря прошла. Обратная дорога прошла в молчании. Минхо был проблемой с первого же момента, когда попался на глаза Сонхва. Минхо жил в одном из самых жутких дистриктов, в которых довелось побывать Сонхва. Принадлежал он одному из кошмарных местных альф, и по числу синяков и порезов на руках, Сонхва понял, что дело плохо. Но главным был взгляд, совершенно отчаянный и молящий, который кинул тогда на него Минхо, поэтому в качестве оплаты за услуги Сонхва потребовал именно его. Диалог закончился поножовщиной и стрельбой, но омегу Сонхва тогда-таки забрал на Полоз. И Минхо прикипел к Сонхва тем, что сам называл любовью, но Сонхва считал больной одержимостью. Минхо ненавидел всех, кроме Сонхва, и Уена - в особенности. Сонхва какое-то время надеялся, что Минхо успокоится и переживет эту одержимость, но последней каплей стало нападение Минхо на спящего медика. Тогда-то Сонхва и отвез Минхо к бродячим, и Хенджин - странный человек, и еще более странный альфа - воспылал к чокнутому омеге чем-то, что сам называл любовью, а Сонхва называл одержимостью. Так круг замкнулся. Сонхва уехал, Хенджин поклялся, что у него в вечном долгу, а Минхо возненавидел Сонхва всей своей душой. -Что-то лайнера не видно, шеф, - произнес настороженно Чонхо через рацию. Сонхва дёрнулся к окну. -Может, Хонджун уже включил экранирование? -Не знаю... По мере приближения к базе стало понятно: действительно, Авроры на месте почему-то нет.