Dustmen

В течение следующих двух недель Уен наблюдал за тем, как Сан идет на поправку. Дело ли в молодом здоровом организме альфы, в его неиссякаемом оптимизме или же в чем-то еще, но рана затягивалась быстро и без осложнений. И в связи с этим Уен чувствовал много разных, довольно противоречивых эмоций. С одной стороны он безусловно радовался за альфу. Как пациент тот был в меру послушным и выносливым, хоть и стремился ускорить то, что ускорять было никак нельзя. С другой стороны Уен чувствовал и старательно давил в себе досаду и обиду, которые было глупыми для него как для омеги и недопустимыми как для врача. Уен понимал, что чем быстрее Сан поправится, тем меньше будет в нем нуждаться, и это грызло его изнутри. Омега видел, как Сан рвётся к костру, как с удовольствием и интересом знакомится с альфами и общается со своей командой. Сан мгновенно, буквально с полуслова сошелся характером с жизнелюбивым Минги, и теперь они подолгу обсуждали разное. Выносливость альфы - после столь серьезного ранения он изо всех сил пытался активничать - стала ключом к уважению и Чонхо. И даже Сонхва, этот подозрительный засранец, и тот проникся к Сану едва ли ни отеческими чувствами, узнав о солидной разнице в возрасте. Несмотря на внешний вид, Сан действительно едва-едва перестал быть ребенком физически, а в его рассуждениях, несмотря на всю его прозорливость, то и дело проскальзывало нечто наивное. И Уен ничего не мог поделать с тем, что хочет этого альфу только для себя. А ведь он всегда считал себя расчетливым и рассудительным! В итоге, измаявшись, омега не придумал ничего лучше, чем оградить общение с Саном до необходимого минимума. И как будто бы это даже получалось. Хотя... Как получалось... Первое, что произошло с Уеном - это бессонница, которой он вообще никогда не страдал. За несколько дней это измотало его настолько, что он утащил у Сонхва бутылку вина. Второе - это Сан, который, будто и не замечая стремлений омеги, умудрялся находить его в каждом выбранном укромном уголке, чем только сильнее Уена раздражал: ему и так нелегко, какого черта? Вот и сейчас, стоило Уену отойти подальше к руинам и заныкаться в полуразрушенном доме, как за ним бодро прихромал альфа, который, тяжело охнув, уселся рядом. -Ну ты и ушуршал! Я еле тебя нашел. -А зачем ты меня вообще искал? - буркнул Уен и приложился к бутылке. - Я тебя не звал. И вообще, тебе нельзя так много ходить. -Я не мог оставить тебя одного, - мягко ответил Сан. Уен раздражённо дернул плечом. -Глупость какая. Я тебе что, мама-утка? -Кто? -Неважно, - отмахнулся Уен и повернулся к альфе. - Что надо? Я хотел побыть один. -Нет, не хотел, - спокойно ответил Сан и придвинулся чуть ближе. - Ты сбежал. Это не одно и то же. -Смотри-ка, какой умный в свои годы, - фыркнул Уен. -А, вот в чем дело! - воскликнул Сан и поморщился, накрывая поломанные ребра рукой. - А я все думал, чего ты такой хмурый. -Понятия не имею, о чем ты, - отодвинулся Уен и вздрогнул, когда его руку накрыла теплая ладонь альфы. -Тебя это так сильно беспокоит? Мой возраст? Почему это помеха? Уен чуть было не спросил "помеха для чего?", но вовремя прикусил язык, поняв, что не готов услышать ответ на этот вопрос. -Мне все равно, что ты старше меня, - продолжил Сан и придвинулся еще ближе, к боку омеги. - Ты мне нравишься. Уен вздохнул. Внезапно стало очень тоскливо. -Это наверняка твоя первая любовь, и ты понятия не имеешь, о чем говоришь, - тихо ответил он. -Вообще-то нет. Моей первой любовью был Хонджун. -Чего? Этот одноглазый?! -Хонджун замечательный. Но - не мой. Понимаешь? Уен моргнул и отвел взгляд. -Не понимаю. -Ладно, тогда давай так, - и Сан притянул его к себе за талию, даря мягкий, совсем невинный поцелуй. А потом еще один, такой же невинный и мягкий, что Уен испугался и отстранился. Сан потянулся за ним и резко простонал от боли, скривясь и хватаясь за бок. -Осторожнее! - мгновенно пришел в себя Уен и помог альфе прилечь, но не смог отстраниться, ведь Сан взял его руки в свои. -Я серьёзно говорю. Правда. И не тревожься понапрасну, ладно? - тихо произнес альфа, глядя ему в глаза. И Уен не нашел в себе силы отстраниться, лишь чмокнул Сана в щеку и прошептал. -Я подумаю.