До безумия красивая

Сегодня был день всех влюблённых. Джейн нарезала фрукты, а рядом пеклись вафли, которые она так обожала. Рядом Макс насаживала на шпажки сыр и клубнику, делая из них канапе. Хоппер удивилась, когда услышала про это блюдо, и какие сочетания там есть. Мэйфилд убедила её, что это вкусно, и решила использовать те продукты, с которыми делает канапе чаще всего. Иногда они заигрывают друг с другом, чмокают в щёку, губы. Воруют еду друг у друга и, смеясь, обнимаются и целуются. Но это не длилось долго, потому что скоро должны были прийти их друзья — Дастин, Майк, Лукас и Уилл. Они ещё хотели пригласить сюда Джонатана, Нэнси, Вики, Робин и Стива, но их опередил Билли — сводный брат Макс, и сейчас ребята тусуются с ним. Но из старших к ним согласился прийти Эдди Мэнсон, чтобы вместе сыграть в Подземелья и Драконы. Вскоре ребята пришли с напитками и некоторыми сувенирчиками из Нью-Йорка, где они недавно были. К тому моменту всё было уже готово: фрукты нарезаны, вафли испечены, канапе сделаны. Они уселись в гостиной и, болтая о своём и поедая закуски, ждали Эдди. Который пришёл вместе со своей девушкой Крисси. День Влюблённых же, как никак! Они очень весело проводят время. Даже не замечают, как три часа проходят просто мгновенно, за считанные секунды. Эта игра была одной из лучших. А вскоре пара уходит проводить оставшийся вечер вдвоём. Ещё часок ребята смотрят сумерки, негодуют по поводу Беллы, Эдварда, их неловких диалогов. Спорят, кто лучше: Чарли или Карлайл? Очевидно, что Эдвард и Джейкоб с ними и рядом не стоят. Ругают тупость главной героини в моменте, когда она пошла одна разбираться с вампиром, который хочет съесть её, с газовым баллончиком. В общем... было довольно весело... До того момента, пока не наступила полночь. Тарелки уже были пусты, напитки почти выпиты. Прощались они недолго, договариваясь о завтрашней встрече. Майк и Уилл многозначительно смотрят друг на друга, как бы мягко намекая, чем будут сегодня заниматься вместо того, чтобы спать. Насчёт Дастина с Лукасом непонятно. Но это не мешает Мэйфилд шипперить их и придумывать шутки. Когда парни уходят, девушки относят тарелки на кухню. Пока Джейн мыла посуду, Макс поправляла плед на диване и подбирала с пола бумажки и шпажки, что они разбросали во время своей посиделки. Закончив уборку, они усаживаются в том же диване и включают Пенелопу. Первые полчаса девушки увлечённо наблюдают за жизнью девушки со свиным рылом и попытками её матери выдать дочь замуж, чтобы у той был нормальный нос. Но уже потом Джейн перестаёт интересовать фильм. Она поворачивает голову и начинает рассматривать Мэйфилд. Её огненные кудри так красиво лежат на плечах, на спинке дивана, на груди... Майка приятного лимонного цвета чуть задралась, обнажая бледную, чуть розоватую кожу. Джейн смотрит на неё и мягко улыбается. Смотрит на её прикрытые глаза цвета чистой хрустали голубого оттенка. На её усыпанные огненными веснушками щёки. Смотрит на её немного покусанные губы малинового цвета. Смотрит и повторяет в мыслях: «Какая же ты всё-таки красивая, Макс...» Очень красивая... До безумия красивая... Ощутив на себе пристальный взгляд, Мэйфилд поворачивает голову в её сторону. Джейн смотрела на неё своими карими глазами, улыбаясь уголками губ, из-за чего образовывались ямочки, которые девушке очень и очень шли. Макс заливисто смеётся, когда та вздрагивает и немного ругается, будто её ночью поймали за поеданием вафель. — Ты чего?.. — спрашивает она, смотря Хоппер в глаза. Та смущённо отворачивается, волосами кофейного цвета пытаясь прикрыть покрасневшие щёки. — Ничего... — поднимает взгляд обратно и шепчет, — красивая ты... Макс кладёт ладонь ей на щёку и нежно целует девушку. Руки Хоппер скользят по её спине. Они не обращают внимания на то, что происходит в фильме. Им сейчас был важен этот момент. Мэйфилд расстёгивает рубашку Джейн, обнажая бледную, чуть розоватую кожу, небольшую грудь, что были скрыта за полупрозрачным лифчиком нежного розового цвета. Находит рукой пульт и на паре секунд отвлекается от занятия, чтобы выключить телевизор, и снова нависает над возлюбленной. Джейн тянет её майку вверх, пытаясь снять. Макс это замечает и, усмехнувшись, снимает с себя верх, оставшись в красном лифчике. Их губы снова сливаются в жарком поцелуе. Ловкие пальцы Хоппер расстёгивают её лиф, что тут же спадает с плеч, обнажая красивую объёмную грудь. А руки Макс тем временем расправляются с джинсами той, и со своими джинсовым шортами. Отбросив лиф куда-то к комоду, девушка тянет лямку лифчика Джейн, покрывая поцелуями полностью оголившееся плечо. Та привстаёт, чтобы Мэйфилд могла расстегнуть лиф. И когда обе уже полностью без верха, они прижимаются друг к другу и снова целуются, трясь сосками друг о друга. Джейн тянет её шорты вместе с нижним бельём вниз. Та позволяет сделать ей это, и уже сама потянула руки, чтобы снять эти чёртовы джинсы с чёртовыми трусами! Когда остальные элементы одежды уже валяются на полу, тогда то уже девушки и начинают самые настоящие ласки. Губы Хоппер приникли к соску, посасывая его и делая языком круговые движения, заставляя Макс иногда закрывать ладонью рот, чтобы не застонать во весь голос от удовольствия. Дальше уже она ведёт, поцелуями проводя дорожку вниз по животу и доходя до покрытого отросшими жёсткими тёмными волосками лобка. Оставив на нём поцелуй, Мэйфилд спустилась ниже, раздвигая ноги девушки шире, и накрыла губами её промежность. Стоны Джейн раздавались по всей гостиной, и особенно громче они были, когда губы касались особенно чувствительных мест. Поцеловав напоследок клитор, Макс поднялась и вновь поцеловала возлюбленную. Она закинула ногу на её бедро и прижалась своей промежностью к её, вызывая у тот судорожный вздох. Делает малейшее движение, от которого в низу живота пожар разгорается всё сильнее. Они начинают тереться друг о друга. Не сдерживают стоны прямо в губы, особенно когда задевают самые чувствительные места. Они целуют друг другу шеи, плечи, груди. Играются с сосками пальцами и языком, проводят руками по спинам, иногда ногтями, тем самым оставляя небольшие царапины. Оставляют засосы, иногда укусы, но тут же зализывают их, тем самым извиняясь за причинённую боль. Оргазм настигает их одновременно. Их бёдра дёргаются, они кончают с громкими стонами, что больше крики напоминали. Целуются в последний раз, прежде чем упасть на диван обессиленными, но очень довольными. Их грудные клетки тяжело вздымаются, они пытаются привести дыхание в норму. Джейн иногда проводит рукой по спине возлюбленной, вызывая у той мурашки по всему телу. На лице Макс возникает лукавая улыбка. — Ну что... с днём всех влюблённых, моя любимая вафелька. Хоппер заливисто смеётся и обнимает её. Как же ей крупно повезло со своей девушкой! И не только в плане юмора...