Твой аромат

О присутствии Нэнси говорит не её имя, не её голос, хотя и это тоже, но... Больше всего о её присутствии говорят духи с запахом жасмина, что каждый день дурманит Робин голову, стоит той лишь вдохнуть его... Начинающая журналистка иногда замечала странное поведение Роб и то, как она смотрит на неё... Становилось действительно не по себе. Но она молчала о том, что её сводили с ума духи с запахом розы, которые, казалось бы, у Бакли вообще не обветриваются. Аромат так и остаётся свежим и таким... дурманящим... Пусть они в отношениях уже год, на работе они держат исключительно деловой вид. Посколько работают в одном офисе, им приходится каждый день пересекаться. А потом сходить с ума и пытаться снова уловить хоть нотку аромата. Они медленно сходили с ума. Каждый день, до конца рабочего дня, они отсчитывали минуты, когда снова увидят друг друга, смогут отбросить эти формальности, целоваться, сколько душе угодно, и вдыхать запахи, что так возбуждали. От одного лишь вдоха в низу живота становилось очень тепло. И это тепло с каждой минутой постепенно превращалось в пожар, который можно было затушить лишь страстью, любовью и похотью. От одного лишь вдоха между ног становилось влажно. Слишком влажно... Одним вечером, когда возбуждение уже контролировать практически невозможно, Уилер чуть ли не бросается на блондинку, утягивая её в жаркий и мокрый поцелуй. Одежда оказывается на полу. Как и Бакли оказывается под ней. Нэнси наклоняется к её шее и глубоко вдыхает запах розы сорта «Августа Луиза». Запах, отчётливо напоминающий созревшие персики и сладкую малину. Оставляет поцелуй чуть выше ключицы, а потом чуть ниже слегка прикусывает. Робин прижимает её к себе так близко, что обе чувствуют, как их вставшие соски потёрлись друг об друга. Они стонут друг другу в губы. Руками гладят друг друга, специально избегая самые интимные места. Нэнс вздрагивает, когда кончик носа девушки касается шеи — её эрогенной зоны. Она в ответ проводит рукой по животу блондинки, вызывая у той мурашки по всему телу. Робин вдыхает пьянящий, глубокий, сладкий аромат жасмина с нотками воска, трав и фруктов. Уилер трётся промежностью о её бедро, пачкая своей смазкой. Блондинка ухмыляется, понимая, что та, как и она, уже на грани. И хочет предложить ей самую безбашенную идею... — Нэнси... сядешь мне на лицо?.. — говорит Бакли, удивляясь и смотря на немного удивлённую девушку с хитрым прищуром Нэнси не ожидала, что ей такое скажут. Не ожидала, что ей такое предложат. Хотя... зная Робин... она слишком любит неожиданность, сюрпризы... особенно такие, когда человек находится ещё пару минут в ступоре от шутки или фразы, которую она даже случайно могла ляпнуть. Но сейчас это была не случайность. Это был вызов. Это было предложение на полное доминирование на некоторое время. Нэнси соглашается, а у самой в голове возникает идея. Ей не хотелось, чтобы лишь она одна кончила, а партнёрша осталась без ласки. Робин полностью легла на спину и терпеливо ждала, когда та переборет своё стеснение и наконец-то... задумавшись, она не замечает того, как колени встают по обе стороны от её головы, заключая в ловушку. На которую та добровольно согласилась. Более того — сама же предложила заключить туда. Вот и попалась. Уилер думала о том, что может ещё не поздно передумать, пока не... пока руки Бакли не тянут её бедра вниз и не насаживают на... ох... Уилер дёргается от горячего языка, что вырисовывал известные только Робин узоры, иногда кончиком проникая внутрь. Пальцы сильно сжимали ягодицы, но конечно не настолько, чтобы прям до синяков. Эти ощущения ещё смешивались с фруктовым запахом, что ещё больше опьяняло, затуманивало разум. Знала бы она, как её запах действует на Бакли. Тем более, когда в этот момент она ярко чувствует на языке её вкус. Немного солоноватый, но очень сладкий, словно патока. Сначала она уделяет внимание лишь складкам и входу, оставляя клитор на десерт. Но, почувствовав, что Нэнс скоро вот-вот кончит, стала большее внимания уделять клитору, терзая его так, что девушка чуть не задыхается от приятных... уж чересчур приятных ощущений... Она и добивалась того, чтобы Уилер кончила на её лице, выкрикивая её имя. Чтобы бёдра её тряслись, как и она сама. Чтобы крышу окончательно снесло. Обеим. Нэнси понадобилось пару минут, чтобы отойти от столь яркого оргазма. Она не хотела просто лежать, ведь всё ещё хотелось доставит удовольствие и Робин. Поэтому, когда та уже собиралась идти в ванную, видимо, чтобы самой справиться со своим возбуждением, хватает её за руки и шепчет: — Стой, Робин! Не хотелось снова лишаться этого сладкого аромата. Даже на полчаса. Даже на минуту. Бакли поворачивает голову и смотрит на неё, в глазах застыл немой вопрос. Поднявшись на локтях, Уилер говорит: — Робин... я тоже хочу тебе... Она не решается продолжить фразу. Но и этого достаточно, чтобы блондинка поняла. Она заинтересованно улыбается. — Ух ты... у тебя ещё силы есть? Это был сарказм. Чистой воды сарказм. Нэнс фыркает. — Как видишь, есть. Так ты согласна, или мне ждать тебя и снова скучать, как каждый день на работе?! В её голосе сквозило недовольство. Но это Бакли лишь больше раззадоривает. — Ладно-ладно. Хочешь, чтобы я села тебе на лицо, или... Закончить она не успела, как девушка ответила: — Да! И клянусь, если ты будешь медлить... Но Робин продолжает подливать масла в огонь. — Так не терпится отлизать мне?.. Уилер смотрит на неё так, будто вот-вот убьёт. — Бакли, я ведь сейчас передумаю... Блондинка смеётся. — Ты забавная, когда делаешь вид, что злишься. Но дальше не шутит, понимая, что если ещё что-то ляпнет, то Нэнси действительно передумает. Таков был нрав старшей дочери семьи Уилер. Девушка ставит колени по обе стороны от головы Нэнси. Думала, что увиденное её ужаснёт, да до такой степени, что она никогда больше не согласится на фейсситтинг. Но... она ошибалась. Слишком ошибалась. И Уилер, лаская её языком, чувствует то же, что и Роб, пока лежала и лизала ей. Мало того, что запах розы проникал в ноздри, заполняя собой лёгкие, так и ещё этот... невероятно сладкий и пьянящий вкус, растекающийся по всему языку. Только вот она, в отличие от Робин, делает это совсем по-другому. Недолго лаская складки тут же начинает атаковать клитор, изводя его по-всякому: посасывая, делая языком круговые и не только движения, слегка прикусывая... Ох, чего только ещё ей в голову не приходило... И это всё она воплощала за секунды, заставляя ту схватиться за кудрявые волосы и сжимать аж чуть ли не у корней, причиняя боль, но оттого настолько сладкую и приятную... Было приятно чувствовать, что партнёрша тоже тряслась во время оргазма, а потом, тяжело дыша, пыталась прийти в себя. Вот поэтому они каждый день наносят на кожу они и те же духи. Потому что лишь эти запахи способны возбудить их до такой степени, чтобы они потом доводили друг друга до слабой истомы.