Оставаться

      Для начала надо почитать что-то по программированию.       "Программирование. Том 1. Как включать и выключать компьютер."       Тэхен усмехнулся. Не может быть, чтобы кто-то написал книгу про это.       Тэхен взял том с полки и развалился в старом деревянном кресле. Даже темные очки не стал снимать. Он просто прочитает пару страниц, поймет, что он это уже все знает и пойдет в бар напиваться. Он же не настолько глупый, в конце концов.       "Перед началом эксплуатации вычислительного устройства пользователь обязан удостовериться в корректности исходного энергетического состояния аппаратного комплекса, включая, но не ограничиваясь, проверкой целостности соединительных кабелей, наличием устойчивого электропитания и соответствием окружающих условий требованиям, изложенным в разделе 0.1 настоящего руководства…"       Тэхен моргнул.       Прочитал дальше.       "…настоящий раздел не рассматривает альтернативные способы подачи питания, особенности конфигурации периферийных устройств и возможные вариации пользовательских сценариев."       Ладно, земные инструкции — это отдельная форма пытки. Тэхен планировал напиться от радости, теперь он будет напиваться от горя.

***

      "Ржавая подкова" не блистала ничем.       Здесь не было ни уютного интерьера, ни приветливого персонала, ни толп народа. То, что надо Тэхену. Он окинул взглядом обшарпанные стены, дряхлое пианино в углу и переключил внимание на бармена. В новом явно нестиранном, но чистом фартуке, с профессиональным ярко-зеленым макияжем, молодая девушка явно выбивалась из этого места. Однако не сходящая с губ улыбка была настолько фальшивой, что больше представляла собой оскал.       — Что будете заказывать? — сквозь зубы спросила она.       Тэхен уже открыл рот, но сзади раздалось:       — Один Кранерле Нуала!       Тэхен резко обернулся, но там уже никого не было. Справа от него села на стул красноволосая девушка. Барменша потеряла всякий интерес к Тэхену и принялась выполнять очередной заказ.       Должен ли он подождать, прежде называть свой заказ?       Девушка не спеша что-то налила в стакан, потрясла, положила лед, потрясла, перелила в другой стакан.       Заказать сейчас?       Девушка снова затрясла стаканом, затем перелила в другой. Да ладно, сколько стаканов нужно запачкать для это кряле-как-там-его?! Барменша начала интенсивно перемешивать, громко стуча ложкой по стенкам стакана. Не может быть, чтобы один коктейль занимал столько времени! Барменша перелила напиток в очередной стакан.       Сейчас?       Была-не была!       — Корневую шипучку! — громко выпалил Тэхен.       Барменша подняла взгляд, но не подала знака, что слышала.       — Корневую шипучку, п-пожалуйста, — повторил Тэхен и услышал смешок со стороны красноволосой.       Барменша передала напиток девушке, а затем кивнула Тэхену и начала новый круг ада создания напитка. Парень надеется, что для него. Спустя вечность Тэхен получил свой напиток, а народу в баре прибавилось. Он залпом допил шипучку, стукнул стаканом по прилавку и щелкнул пальцами в сторону барменши.       — Дай что-то алкогольное. — Громко, громче, чем хотел, приказал Тэхен. Он обожает шипучку, но сейчас ему правда необходимо напиться. Шипучка излечивает его душу, а ему необходимо просто отключиться.       На этот раз барменша долго не возилась, достала дорого выглядящую бутылку с полки и плеснула в бокал нечто красное.       — Мелуар из поместья Фон Хонт Эстейт, — пафосно объявила она и поставила бокал перед Тэхеном.       Если честно, ему плевать, что за жижу она туда налила. Тэхен одним махом выпил и снова стукнув бокалом о стойку, приказал:       — Повтори.       Барменша подчинилась.       Еще до того, как она налила второй стакан, Тэхену стало жарковато. Даже легкий земной алкоголь действовал на него плачевно. Как же хорошо, что у него нет к нему толерантности. Хоть какая-то радость.       —…Трешли Рилперсон. Говорят, у него есть вещи, для тех, кто планирует большие дела.       Тэхен чуть повернул голову и краем глаза заметил говорившую — женщина в строгом бордовом костюме сидела слева от него, на соседнем барном стуле. Ее длинные светлые волосы были собраны в конский хвост, а на губах была самая темная красная помада, которую Тэхен видел в жизни.       — Когда ты говоришь "большие дела", ты имеешь ввиду… — ее собеседница стояла, оперевшись на барную стойку и наклонившись очень близко к женщине в костюме.       — Нестандартный подход к правилам, — пробормотала красная помада, проводя указательным пальцем по руке своей собеседницы.       Тэхену стало неловко. Одно из двух: или они обсуждают что-то… чересчур личное — жар прилил к щекам парня — или это все криминальная конспирация. Тэхен выпил еще один бокал той же жижи из какого-то поместья и сделал вид, что рассматривает бутылки на полке, а сам прислушался к разговору, подглядывая краем глаза.       — Понимаешь, о чем я? — продолжила красная помада, еще больше наклонившись к лицу собеседницы. — Иногда обычные пути не приводят к нужному результату.       — И он может сделать… особые бумаги?       — Такие, что открывают любые двери.       Ладно, Тэхен уверен, что они говорят о преступности. О, ему это нужно! Но как узнать, где найти этого Трешли? Не может же он просто вмешаться в разговор? Тем более с учетом того, что эти двое до сих пор не отлипли друг от друга, и они явно замышляют сами воспользоваться его услугами.       "Я не хочу вмешиваться в ваш разговор, но…"       "У меня есть одно большое дело…"       "Я и сам своего рода нестандартный…"       "Вы не подскажете, где мне искать этого Трешли..?"       Как же глупо!       Красная помада тем временем нежно схватила собеседницу за подбородок и медленно начала приближать свое лицо к ее. Когда между губами оставалось сантиметров пять, Красная помада повернула лицо собеседницы и прислонилась к ее уху. Тэхен уже не скрываясь пялился в сторону парочки.       — Старые доки, южная набережная. Задворки здания с красными стенами. Как только стемнеет. — Не услышал. Прочитал по губам.       Тэхен резко отвернулся и сделал вид, что особенно заинтересовался пыльной бутылкой на верхней полке бара.       Ладно. Это было легко.       Теперь он точно знал, куда ему идти.

***

      Очень грязно. Может, было бы логичнее не заявляться в своей личине в такие неблагоприятные места, как это, но его синяя кожа будет намного заметнее, чем нынешняя личина. Куча мусорных баков, валяющиеся коробки, которые пролежали тут, кажется, вечность. И вот она. Фигура в длинном плаще, лицо перемотано черным платком, а на голове — широкополая шляпа. Не испугается ли незнакомец, если Тэхен просто подойдет к нему?       Но казалось, Трешли заметил Тэхена раньше.       Человек стоял, не двигаясь, его голова была повернута в сторону Тэхена, как если бы он смотрел на него. Но он ведь не мог на самом деле смотреть на Тэхена, правда? Не с этой тряпкой, обернутой вокруг его головы.       — Стоите тут, как статуя!       Ладно, это вырвалось от нервозности. Не лучшее начало разговора.       — Хотите посмотреть товары? — пробасил Трешли.       — Д-да?       Голос Тэхена не дрожал, понятно? А вопросительная интонация вырвалась сама собой. Да, он хочет посмотреть товары! Зачем бы еще он проделал весь этот путь от бара на пьяную голову? Нет, конечно, он уже немного протрезвел, но все же не доверил бы себе вождение человеческого транспортного средства.       Трешли молча распахнул плащ и вынул из внутреннего кармана толстую, потрепанную книжку. Тэхен взял ее в руки. Это оказался альбом. На страницах аккуратно приклеены полароидные фотографии, под каждой из них маленькими аккуратными буквами написано, что это такое:       "Заявка на возмещение пошлины за регистрацию бизнеса".       "Скрипт обхода сигнализации дома номер 15 по Вест-Сайду".       Насколько он помнил, дом номер 15 по Вест Сайду — это зоомагазин?       "Комплект для открывания любых дверей — только формата G-17".       Что значит формат G-17?       "Картина «Малыш Дино".       "Синий медвежонок".       Но на фото игрушечный медведь розового цвета.       "Скульптура "Муза на полке".       "Яблоко"…       Обычное яблоко?       Тэхен потер лицо рукой. Он пьян или обещанный криминальный авторитет действительно торгует яблоками?       У Тэхена не так много денег осталось, не после вора, который нагло унес его унитаз! Это была его разработка! Умный унитаз, который он сам собрал, снабдив его экраном для просмотра фильмов и сериалов, встроенным биде с мини-фонтаном и искусственным интеллектом, способным поддержать любую беседу. Унитаз был его другом, единственным, кто слушал его странные идеи, хвалил гениальность и иногда саркастически подтрунивал над ним. Как и главное зачем надо было красть унитаз?! Земляне такие странные. Пришлось срочно покупать новый, один из обычных дешевых унитазов. На запчасти для умного у Тэхена не хватало денег.       Так, так, так, а это что?       "Коробочка",       "Коробочка получше" и       "Самая лучшая коробочка".       Тэхену казалось или его пытаются обмануть? Он поднял бровь и посмотрел в то место, где должны были бы быть глаза Трешли.       — Серьезно?       Трешли не ответил, все так же уставившись на Тэхена.       Ладно, Тэхен возьмет все три. И синего медвежонка розового цвета. Он просто смотрел на него грустными глазами! Тэхен — не сентиментальный землянин! Он превратит медвежонка в какую-нибудь машину для убийства, понятно?       Как только коробочки попали в руки Тэхена, Трешли начал медленно отступать вглубь переулка. Тэхен стоял на месте и смотрел, как фигура в плаще медленно перемещается назад по диагонали. Сначала к одной стене переулка, затем к другой, потом опять к первой, и так, пока не скрылся за углом. Ладно. Земляне странные, да?       Тэхен выбрался из переулка, прошел пару метров и сел на пристани возле мелких закрытых киосков. Было только 7 часов вечера, почему они закрыты?       Тэхен решил открыть коробки здесь, чтобы потом при необходимости пойти к Трешли и используя на нем луч прилипания ботинок, объяснить, что негоже обманывать инопланетян.       Первая коробочка была коричневого цвета, с красной этикеткой «Неповторимая коробочка Трешли». Тэхен потянул за голубую ленточку и положил ее в карман. Он оглянулся по сторонам, откинул крышку и…       Увидел пустоту!       Тэхен ошалело уставился в коробку, засунул руку и провел по стенкам.       Ничего.       Что он говорил про прилипание ботинок? Забудьте! Он найдет этого Трешли и испробует на нем пинательную машину!       Тэхен взял вторую коробку — чуть больше первой, фиолетовая, с тремя наклейками сверху — капибара, заяц и капля воды в спасательном круге. Что за идиотский выбор. Тэхен быстро откинул крышку и, увидев свертки бумаги, опустил голову и застонал. Пусть это будут чертежи какого-нибудь лунного поработителя, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Тэхен поставил коробку на скамейку и вынул свертки.       Это были четыре картины хуманизированных енотов в разных позах.       Ни на что уже не надеясь, Тэхен взял последнюю коробку и, отметив, что она золотого цвета с рисунком доллара на нем, недолго думая, открыл. Он не удивится, если и она будет пустая. Но нет!       Внутри лежали монеты.       10, 20, 30…       228 долларов центами!       Тэхен сойдет с ума. Но это лучше, чем ничего. Он оглянулся и увидел, что один из киосков начал свою работу. Нверное, началась ночная смена. Что ж, он может попить горячий шоколад. Хоть что-то хорошее в этом дне.       Потратив целых 5 долларов на горячий шоколад в бумажном стаканчике, Тэхен уселся обратно на свою нагретую скамью и уставился на спокойное море. Было тихо, ветер слегка колыхал его волосы. Вдалеке виднелся остров с непроглядным лесом. Тэхен поднял взгляд на серое небо. Ни облачка.       Живы ли его родители?       Последний раз он видел их маленьким ребенком — когда папа с мамой сажали его в спасательную капсулу. Их лица смутно всплывали в памяти, только синяя кожа и глаза, такие же большие и сияющие, как у самого Тэхена.       Он помнил последние слова отца.       "Ты можешь выбирать свой путь. В жизни будет много занятий, и в одном из них ты обязательно преуспеешь."       Для пятилетнего малыша это звучало как ободрение, давало уверенность в будущем. Для двадцатиоднолетнего Тэхена это воспоминание вызывало пустоту и заставляло чувствовать небольшую горечь предательства. Почему родители не могли спастись вместе с ним? Почему он оказался один, брошенный в чужом опасном мире, который он еще не понимал? Да и сейчас не понимает.       Он чувствовал жалость к себе маленькому, которого высадили на чужой планете. Тот ребенок был умным, но слишком несмышленым, слишком беспомощным. Если бы он знал, как люди будут обращаться с ним, он бы пытался бежать сразу, едва его вытащили из спасательной шлюпки.       Тэхен отпил горячий шоколад и облизал губы. Очень приторно. Он провел ладонью по губам, стирая мокроту и невольно погладил себя по щеке.       Вспомнил мамино прикосновение.       Синяя кожа инопланетян была намного плотнее и грубее человеческой, намного менее восприимчивой. Созданная для выживания, она позволяла легко терпеть холод, боль и была нечувствительной к мелочам. Например, к нежным прикосновениям. Но щеки — другое дело. Там кожа была тоньше, мягче, ближе к человеческой. Мама часто прикасалась к его щеке, нежно поглаживая, выражая большую любовь к своему сыну. Это единственное, что он запомнил о своей маме.       Иногда он винил своих маму с папой, но вместе с тем всегда понимал, что они выполняли родительский долг, пытаясь спасти его. Тэхен пытался быть благодарным, хотел бы при встрече — а вдруг? — обнять их и от всего сердца сказать спасибо за подаренную вторую жизнь. Однако вместо благодарности он чувствовал лишь пустоту и тоску по утраченному теплу, по дому, которого больше нет.       Он был один. Ни родины, ни семьи. Его самодельный браслет создавал личину, которая позволяла выглядеть человеком, но внутри он все равно оставался синим инопланетянином. Даже если земляне не замечали различий, он чувствовал себя чужим.       Ночную тишину разорвал звонок мобильного.       — Босс, ты где?       — Еду, — бросил Тэхен и завершил вызов.       Управлять бандой было непросто. Но он был преступником. Он хотел получить контроль и заставить людей страдать за то, как они с ним обращались.       Тэхен допил остатки горячего шоколада, смял стаканчик, выбросил его в мусорку и пошел по направлению в тайную квартиру.

***

      Стадо болванов. Что ж, Трешли был не настолько плох. Каким-то образом Тэхен за ночь заработал на 92 доллара меньше, чем нашел в коробке от Трешли.       Тактично ли называть членов своей банды болванами с учетом того, что в ней состоят одна девушка восемнадцати лет, двое братьев-близнецов, один голос и одна пожилая аджума? Тэхен не знает. Если хотят, они могут подраться с ним. Наверное, из всех них сможет дать отпор только девушка. Со Джиён была последней, кто присоединился к их злостной компашке. Гибкая, умная, дальновидная, Тэхен не понимает, что она делает среди них, неудачников. Хотя нет, понимает, она полностью соответствует уровню их сумасшествия.       Его банда хотела ограбить RC-маркет — сегодня должна была поступить новая партия компактных микроботов, — но они не учли, что какой-то рьяный молодой сотрудник в свой первый день решит для демонстрации собрать новую модель, и один из них оживет раньше времени.       Не сам по себе, конечно.       Тэхен тяжело вздохнул.       Джиен увлеклась разговором-на-постороннюю-тему с Голосом — который точно включал слова "обнимаю", "любимый" и "нет, ты" — прямо по общей связи, которая объединяла всех шестерых! Тэхен несколько сотен раз говорил не делать так. Ее последнее восклицание "Заткнись, Голос!" прозвучало шепотом, но настолько громко, что на витринном микроботе загорелся красный круг, служащий ему глазами. Все замерли. Наступила тишина, никто не двигался, робот больше не подавал признаков жизни.       А потом Джиен еле слышно еще раз приказала Голосу заткнуться, на что витринный микробот воспроизвел ее слова на весь маркет.       Зазвенела сигнализация, настолько громкая, что слуховой аппарат младшего близнеца, выкрученный на максимум для тихого ограбления, чуть повторно его не оглушил. Парень вынужденно присел от боли в ушах.       Тэхен не заметил и споткнулся об него, снеся коробку с чем-то жидким. Конечно, это были водонепроницаемые жидкокристаллические красители, предназначенные для использования в самых суровых условиях. Коробка с ними полетела под ноги старшему близнецу, благодаря своей реакции тот отпрыгнул в сторону и снес кассу, из которой Джиен поспешно вынимала деньги. Остатки денег вместе с кассой потонули в красителе.       Когда они убегали, аджума, стоявшая на стреме, сказала, что б ее не ждали — она зайдет в соседнее кафе выпить сакэ, потому что от рева сигнализации у нее разболелась голова.       Тэхен живет в ситкоме!       Джиен успела выхватить ровно 816 долларов, которые они разделили поровну на шестерых.       Сейчас Тэхен сидел в темноте на своем белом кожаном диване в своей маленькой кишащей тараканами и мышами квартирке на 9 этаже панельной многоэтажки на окраине города и грустил. Темнота, на улице ночь, на столе — последние несколько долларов, в туалете — отсутствие друга. Что еще надо для того, чтобы уйти в полноправную депрессию?       Снизу заскулили.       Тэхен протянул руку и потрепал пса по голове.       Это небольшое чудо Тэхен нашел на улице полгода назад — черный комок грязи лежал позади мусорок и дрожал от холода. Уже потом, спустя целый флакон шампуня для собак, стало понятно, что его шерсть светло-бежевого оттенка, перемежающаяся коричневыми пятнами. Тэхен забрал его себе. Он пытался не думать, что поступил также, как люди в желтых комбинезонах когда-то поступили с ним. Это ведь другое, правда? Он ведь спас этого малыша от холода и голода.       А вдруг люди в желтых комбинезонах тоже так думали?       Пес запрыгнул на колени Тэхена и ринулся вылизывать его лицо. Тэхен, поморщился, осторожно отстранился, пытаясь не задеть нежные собачьи чувства, и начал с любовью гладить его по коричневой морде. Два больших глаза — один — нежно-голубой, второй — глубокого коричневого оттенка, — сосредоточенно следили за лицом Тэхена, видимо решая, следует ли обидеться на него за неприятие слюней. Но вскоре пес забыл об этом, виляя хвостом в ответ на поглаживания.       Тэхен не давал имя псу. Ему казалось, что он не имеет право клеймить живое существо. Где гарантия, что у него тоже не осталось родителей и что ему не к кому пойти? Вдруг у него уже есть имя, дом, близкие существа, а тут он, Тэхен, возьмет и присвоит его себе. Будет неловко.       Про что он думал?       Ах да, его стадо болванов. Тэхен правда не мог на них злиться. В целом, сегодняшняя неудача ведь не их вина, а жалкое стечение обстоятельств. Для завершения своих истинных целей по порабощению и отомщению Тэхену следовало бы похитить из тюрьмы пять-шесть пожизненно заключенных и вступить с ними в сговор. Но он не хотел.       Во-первых, небезопасно. Вы видели этих заключенных? Страх божий. Кто знает, что у них на уме.       Во-вторых, это не этично. Тэхен уже присвоил себе пса. Он не мог вот так присвоить себе жизнь незнакомых ему людей!       В-третьих, риск попасться. Выкрасть людей из тюрьмы — это не хухры-мухры, государство такое просто так не оставит. За ним начнет гнаться полиция — он имеет ввиду, больше чем обычно, — станут разыскивать сбежавших уголовников. Да, пожалуй, это главный пункт. С него надо было начать.       Тэхену нравится его небольшая шестизначная банда. Они все странные, и это как бальзам на душу — если странные все они, значит не странный никто, правда?       Близнецы, например, вовсе не являются близнецами. Старший, Кан Джунхо, настаивает, чтобы их так называли, говорит, это может запутать полицию в случае чего. А младший, Кан Джунхи, просто наслаждается тем, что старший признает его равным. Хо и Хи — так называет их Тэхен — были настолько разными, насколько это было возможно.       Джунхи с детства плохо слышит, поэтому носит слуховой аппарат в одном ухе. Это не мешает ему быть внимательным и любознательным, человеком искусства. Он может часами наблюдать за картинами, изучая каждый мазок, или подолгу рассматривать странные наброски Тэхена, пытаясь понять их смысл. Ничего серьезного — Тэхен время от времени пытается воспроизвести по памяти, как выглядела его родная планета, но это сложновато сделать, если единственно въевшееся в мозг воспоминание — как черная дыра поглощает все живое.       Когда Хи услышал, что в руки Тэхена попались свертки с изображением хуманизированных енотов, он тут же прицепился к нему и не отставал, пока Тэхен не пообещал отдать ему их. То есть, это не выражение, он буквально вцепился.       Они находились в своей штаб-квартире и следили за новостями, чтобы понять, будут ли у полиции какие-то зацепки по сегодняшней неудавшейся краже. Не то, чтобы им нужно было следить за новостями, раз у них был Голос, который подслушивал полицейские разговоры, но это успокаивало их.       Тэхен и Джиен расположились на диване, Голос, подключившись к колонке, спорил с немного пьяной аджумой о вкусовых качествах алкоголя, а близнецы молча ковырялись в телефонах на матрасе перед диваном, уперевшись в него спинами, когда Тэхен начал рассказывать про Трешли.       После части с енотами Хи резко развернулся и крепко схватил ногу Тэхена, от чего тот вздрогнул. Даже после столького времени в банде он все еще не привык к прикосновениям. Земляне странные. Разве нужно каждый раз касаться его?       Аджума постоянно треплет его по волосам, Хо при каждой встрече все норовит поздороваться с ним за руку, Джиен обнимает Тэхена когда радуется или волнуется, Хи обычно пытается не контактировать с его кожей, дергая за одежду — Тэхен не знает, почему и не считает, что может об этом спрашивать. Один только Голос не пытается коснуться его, да и то только потому, что не имеет физического воплощения в пространстве вокруг Тэхена. Если проще — Тэхен о Голосе знает только манеру общения. Ему незнаком даже тон его голоса, потому что при каждом общении Голос использует разные модификаторы голоса. Как бы странно это ни звучало.       Хи в этот раз, на удивление, вцепился не в штанину Тэхена, а в саму его ногу, цепко, но не больно, и продолжал канючить о том, чтобы Тэхен отдал енотов ему. Тэхен был не против. Ему даром не сдались эти еноты, он молчал не потому, что ему не хотелось их отдавать. Он был удивлен.       Хи настолько любил енотов?       Тэхен этого не знал.       А что он вообще про них знает?       Ближе всех из банды к нему был Голос, что и логично, ведь он физически не ограничен пространством. Голос — тот, кто посоветовал Тэхену изучить программирование. Тот, кто настоял на том, чтобы Тэхен пошел в библиотеку, "как хороший мальчик оформил читательский билет", и взял книгу на изучение. К слову, у Тэхена уже был читательский билет, понятно? И это не делает его хорошим мальчиком! Тэхен умеет и любит читать, и у него к тому же нет денег на новые книги, так что он регулярно посещает эту библиотеку!       И да, Тэхен хотел бы изучить программирование… но он правда не хочет. Та книга была даже не настолько сложна, сколько Тэхен просто не хотел этим заниматься. Это просто не его.       "Но ты ведь сможешь взламывать компании, подделывать данные, красть деньги!"       На вопрос, почему же тогда Голос сам этого не делает, тот всегда замолкает и несет чушь вроде "это ведь… незаконно" или "я не хочу в тюрьму".       А чем, по его мнению, их банда здесь занимается?!       Голос — лучший взломщик, которого Тэхен видел, а в лаборатории он повидал немало. И единственное, что останавливает этого гения — возможность попасть за решетку?       Смешно!       Голос ведь и так состоит в банде, которая грабит!       Земляне такие странные.       Иногда Тэхену кажется, что Голос находится в его голове, что Тэхен просто сошел с ума и теперь общается со своим вторым я, но потом на фразу "я без вещей" Голос мурлычет что-то вроде "ты голенький что ли?", и Тэхен понимает, что это просто еще один человек. Внутреннее я Тэхена не было засранцем.       В любом случае. Свитки, видимо, были каким-то раритетом искусства. Тэхен в енотах не разбирался и с облегчением сплавил их радостному Джунхи.       Потом Голос рассказал, что уже слышал про Трешли. Якобы никто не видел его лица, но Трешли иногда продает достаточно полезные вещи, поэтому весь преступный мир готов прикрывать его. Голос фыркнул.       — Завидуешь? — усмехнулся Тэхен.       — Обычный барыга с базара. Не понимаю шумихи вокруг него. Парень без лица, без имени, использует примитивный модификатор голоса…       — Звучит знакомо, не правда ли, — рассмеялся Тэхен.       — Пошел ты, — ответил Голос.       И они пошли. По домам. Голос подчистил камеры, микроботы, видимо, не успели ничего записать, у полиции не было на них компромата, так что они просто разошлись. Аджума на прощание погладила его по волосам:       — Еды тебе принесла, в холодильнике, не забудь забрать.       Мисаки Ота.       Так ее звали.       Тэхен до сих пор чувствовал неловкость, произнося ее имя. Он пытался звать ее Мисаки-сан — вежливо, правильно, очень по-японски, на что аджума быстро начинала ворчать: «Какая я тебе -сан? Госпожа что ли? Ишь чего удумал! Зови аджумой, если по имени неудобно. Ты же кореец, в конце концов.»       Да, Тэхен кореец, кстати. Выглядит как кореец. Темные волосы, падающие на глаза, правильные черты лица, слишком выразительные для случайного прохожего, но не настолько, чтобы за них цеплялся взгляд. Лицо, которое легко потерять в толпе и так же легко запомнить, если смотреть внимательно.       Иногда Тэхен ловил себя на том, что разглядывает отражение в зеркале дольше, чем нужно. Пытается понять: где маска, а где он сам.       Тэхен потер браслет на запястье. Его собственная разработка, почти идеальная. Прибор не просто заставлял Тэхена выглядеть как человек. Он подбирал форму, наиболее подходящую для местных условий, убирал то, что не могло существовать здесь, не выбиваясь за рамки. Все остальное оставлял. Поэтому человеческий облик Тэхена был не маской и не обманом, не копией какого-то конкретного человека, не случайным набором черт. Это все еще был Тэхен — та его версия, которая могла бы существовать, родись он на Земле.       Так вот, пятый член его банды — аджума — японка, вегетарианка и человек, который считал нормальным после ограбления магазина выпивать сакэ в соседнем здании, — любила его подкармливать. Она готовила без мяса, без рыбы, Тэхен не всегда понимал, что именно он ел, но было вкусно. И очень сытно.       Тэхен с громким звуком трения кожи о кожу съехал ниже и растекся по дивану. Мыши на минуту затихли, но затем зашумели с новой силой. Пес, воображая себя пушинкой, тяжело устроился на его животе.       Тэхен так и заснул на диване под мерное пищание мышей, поглаживая теплый бок пса. Один. В компании самого себя и пустых стен.