Night Confessions

— Ночь хороша тем, что слёзы в ней не видно. — прошептал себе с грубой интонацией парнишка, усевшись с прижатыми к груди коленями на своей большой постели, которую тот себе подготовил из всех последних моч, что у него остались после сегодняшних рутинных дел и прогулок с друзьями, продолжая терпеть самоистязание всего его сознания. В гостиной, на втором этаже дома, к счастью, — а может быть, и к несчастью — «сожителей» у ДогДэя на сегодня не оказалось. Обычно с ним спят Киккен и Хоппи — цыплёнок чаще всего занимает раскладушку, а Хоппи предпочитает спать на просторном двухместном диване, поскольку та очень часто ворочается ночью и даже разговаривает. — Будет в какой-то степени тоскливо... нет, я хочу побыть один. Сидя в полной темноте, которую осветляли тусклые свечения из окон, вызванные фонарями на улице, парень пристально глядел на пустые спальные места, смотря на них одиноко, но в то же время и с какой-то... злостью? — Да что ж со мной такое. — как бы это вдруг странно для него самого не прозвучало, воскликнул пёс. — Я понимаю, что я чувствую и почему... но не понимаю, почему я должен это чувствовать? Почему я мог раньше обойтись без этой живости и относиться ко всему более безразлично? В его голове крутились одни, а затем и другие воспоминания. И они были не самыми лучшими. Они были настолько реальны и чувствительны для него, что он просто отказывался до последнего воспринимать их на свой счёт. Он в те же моменты понимал, что он когда-то бросал слова на ветер, мог расстроить или разочаровать других и даже не сдержать обещания, и он этого стыдится, хоть и сделал большие выводы, но как раз-таки это осознание не даёт ему покоя. У него возникло ощущение, что теперь, когда он знает, что и как делать не стоит, ему придётся держать ответственность за все свои эмоции, чувства и мысли, которые он вынесет за рамки своего сознания. — Я хочу ругаться, не быть совершенным, выпускать эмоции должным образом. Но я так друзей же лишусь. Нет. Не стоит. Даже устав от своего неодозначного мышления, душа парня вынуждает его вновь совестливо отнестись и к чувствам другим. — Я понимаю, почему Хоппи тогда это сделала и не извинилась, я понимаю, что Киккен желал только поддержать моё настроение, чтобы я был как можно чаще на веселе, я осознаю, отчего Крафти может порой обижаться на меня. Не успел себя утешить Дэй, как тот понял ещё глубже, о чём вообще говорит. — ...а меня кто-нибудь вообще поймёт? В нём было понимание бескорыстности и энтузиазма всего того, что он оказывает по отношению к своим друзьям, но он чувствует, что он говорит людям те слова, которые он хотел бы услышать и сам. — А зачем мне чужое внимание и мнение, если я сам всё понимаю? Почему я не могу справиться со всем в одиночку? Или могу? Сомнения буквально разъедали его понимание через планку, а чувство эмпатии, разгоревшееся в его сердце, разгорелось до такой степени, от которой, кажись, клетки крови обожглись таким образом, что аж растеклись по всему его телу от мозга до множества сосудов, которые были так легко заметны и ощутимы им на его худощавом теле, отчего боль из сердца переходила в телесные неудобства и перегрузки, которые вызывали у него ещё большее раздражение. — Хватит. Хватит-хватит-хватит! — уже кричал из всего нетерпения ДогДэй, прижимаясь всё сильнее и сильнее глазами к коленям и издавая всхлипы, сопровождающиеся ручьём слёз.

***

— Мне срочно нужны наушники. — с неконтролируемой яростью буркнул себе под нос пёс, встав и пойдя в другой конец комнаты за ними из желания послушать с большим углублением музыку. *** И вот заиграла в его наушниках песня. — Помоги же мне, ну же. Может быть, ты к моим мыслям сейчас кстати? — мысленно ожидал взаимопонимания от неё пёс, подпевая уже заученные на зубок строчки.

Success for my buddies,

Success for my friends...

Success is the only thing i understand.

Head back home to the place i grew up...

Give my medals to the ones that i love...

Ill chase Harvey through the door in the wall,

He says:

«Never catch me, never miss me at all!»

Drool comes down from the corner of his mouth,

I say:

«I love you, Harvey, you... cut it out.»

I love winning, baby, i want it all...

I wanna prove that i got the balls!

Harvey keeps on playing with his food,

He doesn't understand what big boys do...

He wakes up in the middle of the night...

I run in and turn on the light!

Run my hands through his short black hair,

"I love you Harvey, i don't care..."

***

— Нет... не помогает. — парень откинул с неожиданностью для себя наушники куда-то в неизвестность, что тоже его вывело из себя. — Аргх. Да что же со мной такое? Почему я не мо... — ДогДэй. Настала резкая тишина. Парниша, услышав немного сонный и только пробуждённый голос кота, осознал, что в доме отряда он сегодня спит вовсе не один. — Нэп! — воскликнул с резким удивлением пёс, постаравшись сделать это как можно тише. — А ты чего не спишь, кстати? Скзозь темноту в гостиной рыжий паренёк улавливал своими неприспособленными к темноте глазами неторопливо приближающийся с каждой секундой силуэт, позади которого время от времени скакали линией из стороны в сторону очертания хвоста Дрёмы. В эти моменты ДогДэй старался сидеть спокойно и без дрожи, а также изо всех сил пытался не пускать слезу. — Хочется и мне задать тебе такой вопрос. — Наконец, подойдя поближе, ранее покрытый тенью силуэт стал отдавать оттенками фиолетового и нежно-голубого: второй оттенок ссылал зрение пса на пижаму, в которой обычно ходит Нэп в доме отряда, отчего тот с точностью понимал, что это действительно он. — Просто не могу уснуть. — сказал Дэй, старавшийся изо всех моч держать тембр голоса стабильным. — Что ж... — не успел продолжить фразу кот, как он же двинулся чуть ближе к кровати солнечного, тихонько присев на краю. И вот паренёк приблизился к ДогДэю ещё ближе. — Нэп? — спросил про себя пёс, немного потрясаясь с действий его друга. И вдруг сердце парниши стало стучать более учащённо. Он не мог объяснить словами, с чем-то это связано, но он предполагал, что это имеет отношение к... коту? — Я вижу его целиком. — также проговорил мысленно ДогДэй, проникаясь разрядом обстановки между ними. КэтНэп сидел на левом боку постели, не отрывая свою голову и тело с места в сторону пса, поглядывая в стену. В моменте такие разглядывания полной картины привели ДогДэя в некое спокойствие. Обычно такое молчание и тишина вызывают у него страсть к анализу чувств и эмоций окружающего его товарища через внешние ссылки вроде мимики лица или его выражения, но в этот раз всё выходит... по-другому? У пса возникало ощущение любопытства не столько к физиономии КэтНэпа, сколько он испытывал его по отношению к его общему внешнему виду: с ног до головы паренёк разглядывал очертания его фигуры, искажённой за счёт сидячего положения. Вновь пробегая глазами, ДогДэй чувствовал на своей душе комфорт и уют от одного только взгляда на этого немного упитанного, полусонного и одетого в необлегающую пижаму кота, порой зевающего и не говорящего ни одного слова в адрес друга. Рыженький паренёк чувствовал, как с каждым разом по его щекам пробегалась линейными движениями всё интенсивнее и интенсивнее румяна, дурманящая в какой-то степени его разум. — ...я хотел бы с тобой поговорить. — всё-таки закончил свой ответ лавандовый. — О чём? Медленно, но заботливо КэтНэп поворачивался лицом к зажатому к стене кровати другу, аккуратно протягивая ему руку — не простую руку, а руку помощи. — Может, за чаем обсудим? — предложил с ещё большей озабоченностью кот, сначала почесав себе лоб левой рукой, а затем убрав её за спину, оставив только протянутую правую. В его интонации звучали ноты некого сопереживания и желания выслушать приятеля. Для ДогДэя слышать нежность в его низком и грубоватом тембре было довольно трепетно, поэтому это его смутило ещё больше, чем мысли, что всплыли у него от одного только взгляда на парня. Очнувшись от очарования, пёс сначала отвернул немного влево свою голову, высказав на своём выражении лица притупленную задумчивость, тем самым демонстрируя сомнения в предложении кота, но затем резко одумался и схватился за кисть его лапы, в конечном счёте захватив полностью и её. — Давай. — В голосе рыжего время от времени слышались пошатывания с неуверенностью — Я хочу. — ДогДэй? — Глядя в сторону своего товарища, Нэп с каждым разом всё больше и больше подмечал своими чуткими ушами, что его собеседник как будто бы шмыгает носом.

***

— Не могу я так больше, Нэп. Пёс, не выдержав очередной истерики, пошатнулся в сторону Дрёмы, отчего тот крепко схватил его объятиями. — Ну ты чего, Дэй? — Я не могу... — Пойдём на кухню. — сказал с утешением и большей жалостью в голосе лавандовый, держа в обнимку плачущего ему чуть ли не в грудь парнишу. — Я тебе и мне чаю сделаю, хочешь? Через хныканье рыжего парниши послышалось тихое и отчаянное «да», после чего его захват в объятия стал более крепким и будто бы требующим внимания к его состоянию.

***

Кухня, на которой практически нет ни души в ночное время суток, всегда была поглощена почти непробиваемой тьмой. В ней нет ни окон, ни форточек — ничего того, что могло бы подавать хоть какое-то естественное освещение с первого этажа. Лишь проход по лестнице на второй этаж дома мог порой как-то блистать и смеркать какой-то долей освещения оттуда, но как максимум оно доходило только до спуска вниз. Наконец спустившись вниз, парни заняли два места, усевшись на высокие стулья: с каждой стороны имелось по 4 таких стула, и Нэп с Деем сели на двух по разные стороны, но всё так же близко друг к другу. — Так... я включу подсветку стола? — с осторожностью и добровольностью спросил пса КэтНэп, сделав немного вопросительное выражение лица. — Конечно. Выразив небольшое облегчение на своём лице незаметным невооружённым глазом вдохом и выдохом, парниша включил освещение для стола: стол был оформлен типа длинной полки стеллажа, на верхнем основании которой был установлен маячок, от которого исходил небольшой тёплый свет, которого хватало на то, чтобы осветить всю нижнюю поверхность стола и какую-то часть окружения за её пределами. — Тебе какой чай сделать? — Да любой, наверное... — с сомнениями пробормотал рыжий, поглаживая свою правую руку. — Можешь меня об этом не спрашивать на самом деле, мне будто бы без разницы, что ли. Сопереживание на лице кота дополнилось какой-то малой грустью, но это не помешало выполнить просьбу его приятеля. — Как скажешь. Просто не хотелось бы, чтобы ты пил нелюбимый чай или перекусывал тем, что тебе не по душе, а в особенности прямо сейчас. — Я уже привык к тому, что я не всегда понимаю, что мне на самом деле нравится, а что нет. — Оу. Имеешь ввиду... — ...да. На самом деле не знаю. — прервал речь кота паренёк, уже заранее дополнив её. На лице кота стала виднеться раслабленная как при сожалении невесёлая линия рта, вместе с которой также были заметны немного сомкнутые глаза с опущенными до них бровями. Отведя свой жалеющий взгляд в сторону, лавандовый выдохнул и пошёл делать чай себе и собеседнику. — Это же не столь критично, что я налью тебе тот же сорт чая, что и себе? — спросил он у ДогДэя, разводя кипяток в своей чашке. Взглянув на кота, смотрящего на него с какой-то незнакомой озабоченностью в лице, пёс поначалу негрубо откосил свои глаза влево, но буквально через секунду вернул концентрацию на друге, плавно вертя головой и даже немного улыбаясь ему в ответ, демонстрируя мягкость его ответа. — Хорошо. — Кот тоже немного улыбнулся ему в ответ оттого, что ему уже яснее, чего хотел бы сейчас его друг.

***

— Знаешь, — кот протянул собеседнику готовый чай, окончательно присаживаясь на своё место — в последнее время я частенько замечаю за тобой поведение, которого я никогда ранее от тебя не видел. — Понимаю. Сделав небольшой глоток чая, чтобы увлажнить «застой в горле», паренёк поставил обратно на стол свою небольшую кружку. Приставив к своему подбородку левую руку, оперевшуюся на него, лавандовый прибавил выраженность любопытности в его лице, раскрыв чуть шире свои глаза, более расслабив мышцы своей физиономии и, наконец, продолжив свою речь. — Не могу сказать точно, что с тобой, но ты чаще всего забываешь о каких-то своих планах на нас, отстраняешься от общения... и для меня это кажется очень странным, поскольку я не понимаю, что могло так на тебя повлиять. — Я сам не знаю, Нэп. — Нейтральное выражение лица ДогДэя резко сменилось на более отчаянное и задумчивое, а его руки моментально потянулись к бокам головы, тем самым «сковав» его ещё больше. — Но знаю, что я боюсь самого себя же... Ненадолго отведя свои зрачки в сторону, Нэп взял ещё большую концентрацию на словах пса, продолжая его слушать — он не стал говорить что-либо и пихать советы там, где ему вздумается, он намеревался его выслушать. — В последнее время я часто задумываюсь о том, кем я являюсь на самом деле и каковы мои истинные чувства... и вроде бы я даже стал это понимать, но принять их я так и не смог. — А ты бы мог поделиться тем, что ты чувствуешь? — Ну... — по телу ДогДэя было предельно ясно, что его внешнее сжатие в себе означает и боязнь высказать то, что у него лежит на душе. — Знаешь там... Злость и обида на те вещи, на которые я старался реагировать спокойно и безмятежно, зависть, ревность... — С каждым словом Дэй начинал ёрзать всё хаотичнее и хаотичнее, а на его лице было заметно бегающее от одной эмоции к другой выражение лица, что выглядело достаточно несвязно. — Аргх. Мне так стыдно об этом говорить... Подождав пару секунд и переведя дыхание, Нэп всё-таки решился дать комментарий к словам товарища. — Если я правильно всё понимаю, то ты не воспринимаешь свои чувства и взгляды всерьёз? — Мне даже сложно понять, как я должен общаться со всеми, чтобы всем было хорошо и меня... любили. На этом моменте Нэп, понимая, что пока не знает, чем помочь, надумал положить свою руку на левое плечо пса. Немного удивившись с действия кота, паренёк в моменте застыл в своём исходном положении, прямо глядя на своего собеседника: в его глазах как будто загорелись искры сожаления, которые не опишешь словами, а его лицо показалось тому достаточно... милым и безобидным? Немного приоткрыв рот от неожиданности, по лицу, а затем и по всему телу ДогДэя проносились ноты трепета. Продолжая во всю разглядывать сожалеющего и пытающегося как-то помочь КэтНэпа, ДогДэю становилось всё свободнее и свободнее в плане выражения того, что он чувствует. — Я не психиатр или психотерапевт, и возможно моя помощь тебе не окажется столь значимой и важной для тебя, но просто помни... — Нэп положил и вторую свою руку на другое плечо рыжего, стараясь выразить подбадривающий взгляд. — что то, что ты чувствуешь, естественно тебе. Это часть тебя, и возможно она является неизменной, быть точнее возможной только к абстрагированию, но меня больше волнует другое... Хотел бы ты абстрагироваться от себя реального или быть таким, каким велит твоя душа? Пёс ожидал увидеть после этого вопроса осуждающий взгляд, почувствовать своими ушами негативные ноты тембра, но вместо этого он читал в глазах и голосе ближайшего желание его понять: понять не исходя из дедукции и эрудиции, а на примерно таком же уровне чувств, что тот испытывает. — Сердце говорит, что да, но совесть нет. — Дэй положил свою немного дёрганную правую руку на стол, а сам стал немного покачиваться из стороны в сторону. — Я не знаю, Нэп! Всё это для меня... так ново и незнакомо... Внезапно спокойствие пса резко сменилось хаотичным взглядом, как будто перед его глазами пролетает вся жизнь. — Ты же обещаешь, что не оставишь меня от этого? — Из глаз солнечного начали прерывно идти ручейки слёз, а его голос стал дрожать ещё сильнее и сильнее — Можно я выскажусь?... На удивление самому себе, Нэп хотел выслушать его от начала до конца, понять каждую его эмоцию или чувство, а тем более быть рядом, если это ему сейчас нужно. Трепетные для него смирение и смелость встали перед ним как «телохранители», а быть точнее слились с ним, и ранее ради других кот «не включал» для себя эти опции. Без необходимости вдохов или выдохов, кот сказал чётко и ясно: «конечно». Наблюдая за поведением его друга, лавандовый замечал за ним ещё большие колебания настроения, которые остановились на злостном, но по-прежнему в то же время грустном выражении лица. — Как же меня на самом деле уже достаёт быть опорой для всех, постоянно ставить в приоритет чувства других, задумываться о том, что я делаю или нет... Да вообще неясно, как нужно жить таким как мне! — Его внезапный грубый тон смешивался с рыданием, а его зубы до ужаса скалились, пока он неожиданно для кота стучал по столу, отчего из его чашки чая время от времени он немного разливался по нему. — Я устал слышать от Хоппи её ложь о том, как я для неё много значу, когда она позволяет за моей спиной говорить, какой я на вид «бабник» и крыса, задрался терпеть эти беззаботные улыбки Киккена, который «пытается развеселить меня», но в итоге доводит в лишний раз, чувствую себя ненужным Бобби, когда делюсь своими проблемами, а она говорит «бывает», начинает говорить о своих и может легко и просто выкрикнуть, как та ненавидит меня, хотя до этого она говорила, какой я идеальный и как уважительно отношусь к окружающим... Да и Пикки туда же! Ей не составит труда сказать мне, когда я плачу, что, мол, «надо быть мужчиной». А что значит «быть мужчиной»? — Крики «угасающего солнца» становились всё громче и громче, а его речи становились всё жёстче и жёстче, однако кот хотя и относился к такому новому поведению его друга с волнением, но продолжал слушать и держать его за плечи. — Меня так доводит это тыкание мне в нос... хотя я просто вроде бы и хочу быть собой, но тогда я всех потеряю! — набрав после высказанного воздуха в рот по полной, парень недовольно и неровно сомкнул свои губы, затем медленно выдохнув и протяжно издав вздох. — А значит и тебя в том числе. — говорил с отчаянным выражением ДогДэй, тупо уставившись взглядом в стол. Прочувствовав всю накалённую атмосферу, исходящую от лидера, Нэп соображал для себя, что его друг вымотан до предела. Его тело с каждой секундой наполнялось лёгким напряжением, а критическое мышление будто бы работало с запинаниями, но всё равно было в жажде помочь и поддержать. — Я не понимаю их. — нервно, но убедительно воскликнул кот, продолжая свою речь. — Им от тебя что нужно по итогу-то? Типа... Я могу же сказать, что думаю по этому поводу? — Немного нервная, но раздражённая от слов про взаимоотношения ДогДэя с друзьями физиономия лавандового кота продолжала удерживать своё внимание на ДогДее, а руки Нэпа по-прежнему стойко располагались на плечах собеседника, но уже немного сотрясаясь. После долгого молчания Дэя тот всё же очнулся, наконец-таки моргнув и приподняв голову, восстановив свой взгляд на приятеля. Придя окончательно в себя, рыжий плавно кивнул головой, в то же время отводя вновь свои зрачки куда-то налево и немного сомкнув глаза. — Как бы это вдруг несвязно и странно не прозвучит, но им будто бы от тебя нужны только... — Помощь и эмпатия. — Да. Именно это. — Я об этом уже довольно часто задумывался, просто не мог как-то принять это чувство. Всё же каждый способен на взыскание с кого-либо личной выгоды. — Но это не оправдывает обесценивания тебя в других твоих проявлениях. И знаешь, мне самому обидно, что когда ты не в настроении и не способен их одарить тем, что они уже принимают как за должное, то тем проще выместить всё самое давящее и губящее на тебе, чем понять факт твоей исчерпаемости. — Внезапно Нэп решил сам для себя перенести одну руку с плеча на правую щеку пса, нежно придерживая её ладонью. Пса это немного смутило, отчего его вновь будто бы закружило в транс от одного только взгляда на кота, но долго циклиться на симпатичности кота ему не удалось, поскольку он параллельно с этим хотел бы выслушать его мнение.— Но, увы и ах, для них это как солнце над нашей головой. Они бы хотели, чтобы день длился вечно, но всё время быть на небосводе не по силу почти никому. Иногда нужно дать понять, что какое-то время твои «лучи света» не смогут озарять «всю Землю», поскольку тебе требуется нахождение «в тени». — То есть... — Именно. Всё время быть активным, дружелюбным и угодным для других у тебя не получится. — Склонив свою голову чуть-чуть влево, парень продолжал дополнять свои мысли. — Знаю, что тебе бы хотелось побольше уважения и любви с их стороны, но действительно ли это то самое, чего ты так хочешь? — Я считаю... — В его груди начало собираться комком какое-то давление, приближающее страх правды к ещё большему восприятию — ...нет, это не то... — Я ведь правильно понимаю, что тебе хотелось бы любви и уважения в не столь ограниченной мере? — Возможно, что да. Я не хочу показаться жадным или привиредливым, но в глубине души у меня возникает мысль, что меня любят только за эти благородные качества... а к остальным относятся как к чему-то такому, чего во мне быть будто и не должно. — С каждой новой высказанной фразой ДогДэй действительно чувствовал себя более легче, а его мысли будто бы отходили на второй план, уже не давя на него таким мощным напором. Неожиданно для пса слушатель плавно отстранил свои лапы от того, аккуратно встал из-за стола и прошёл к нему на другую сторону. — Нэп? — резко повернувшись в его сторону, сказал ДогДэй. — Всё хорошо? Остановившись всего в паре сантиметров от друга, лавандовый уставился на того сначала с каменным, а затем мягко улыбчивым выражением лица, раскидывая своим огромным хвостом туда-сюда и держа свои руки за спиной в замке. — Ты меня немного смущаешь. — Не успел сказать пёс, как вдруг почувствовал вновь на себе это тепло объятий КэтНэпа. В моменте время будто бы застыло. Лишь мурчащее дыхание нарушало это ощущение, а затем и пробуждение какой-то отдачи со стороны пса. Схватившись изо всех сил за тело фиолетового и лежа подбородком на его левом плече, парнишу пробирала вибрация этого дыхания, вызывающая ответную, но скорее внутреннюю: его сосуды будто бы в моменте стали ощущать что-то то ли напекающее, то ли полное холодом. Пёс бы никогда и не подумал, что почувствует что-то большее, чем просто объятия с друзьями. Это будто бы было что-то такое, чего с другими его душа никогда не чувствовала. И именно тогда сознание ДогДэя поняло: это «то самое».

***

— Тебе не нужно быть идеальным и помогающим всему свету, чтобы тебя люби... — Нэп. — резко отойдя в сторону и сложив руки на его плечах, сказал нервным тоном Дэй, поглядывая на объект его очарования ещё глубже. — Спасибо, конечно, что ты действительно меня понял... а ты понял меня точь в точь, что... ну, для меня это безумно удивительно. — И вот только тогда на его лице отразился румянец, такой горящий и отражающий во всей мере страсть и сердечное беспокойство солнечного. — Однако я хочу сказать ещё кое-что... Что-то такое, чего я никогда не говорил никому-либо ранее. — Нервируясь всё больше и больше, по парню было видно, что у него всего два варианта, а именно воздержаться или сказать. — Я чувствую, как ты мне симпатичен. — протараторил ДогДэй, отвернув свою голову куда-то к лестнице, зажмурив свои глаза и сомкнув рот изо всех сил. По всему телу кота прошёл какой-то странный «дзынь». Сам того не подозревая, чувства, что разжигались в нём с каждой секундой, были подобны былым ощущениям ДогДэя. Не теряя времени, которое, как посчитал кот, с этого момента начнёт внезапно идти гораздо быстрее, он протянул его к себе, что есть мочи, от беспокойства и желания приблизиться к «своему». — Дэй, я не соображаю, что делаю... прости, правда, но... Вдруг к его лицу внезапно прицепилось что-то душевно тёплое и знакомое веянием от себя некой энергии. Закрыв от трепета глаза, кот решил ответить тем же, зацепившись за губы ванильного. Немного хватая друг друга за щёки, КэтНэп и ДогДэй крайне испуганно смыкались в резких поцелуях, иногда сопровождающихся хаотичными движениями их лиц туда-сюда. Чувство страха этой неизвестности перерастало в громадный шок и напряжение, возникающее между ними в воздухе. Отцепившись друг от друга с многочисленными отдышками, парни, стоя в остепеневании, пытались понять, что на них нашло. Но видимо им уже и не нужно понимать, что да как. Всё уже стало очевидным.

***

— Слов нет просто... — проговаривал со сбитым дыханием Нэп, придерживаясь за колени и опустив голову вниз, будто бы тот пробежал целый марафон. — Походу тут уже и не нужно слов. — немного отдышавшись, воскликнул Дэй. Подойдя с немного шатающимися ногами к своему симпатичному, парень, вдруг почувствовав резкую смелость и успокоение, вновь обнял своего «необъятного», уткнувшись тому в грудь. По лицу Дрёмы внезапно пробежались импульсы оживлённой крови, что подтолкнуло его приобнять ласкового пса.

***

— Я очень рад тому, что в этом мире существуют такие глубокие и в то же время полные тепла как ты. — сказал с уже более спокойным тоном КэтНэп, заулыбавшись так, как не улыбался с кем-либо. — И я... я тому же рад, тем более тому, что ты единственный, кто смог это принять. — хоть и банально, но искренне выражался Дэй, бормоча эти речи лавандовому в грудь.

***

Наконец, насытившись вдоволь всеми прелестями, парни отторглись друг от друга, но при этом держались за плечи и любовались их искренно довольными лицами. Между ними больше не было такой преграды, какая стояла среди них только лишь из-за притворства. Поэтому они начали замечать себя. Себя настоящих. — Я понимаю, что прерву, но чай же остынет! — с усмешкой сказал кот, обратив своё внимание на стоящие мирно и тихо кружки, ещё содержащие в себе ароматные заваренности. — Да всё в порядке, пойдём допьём. Усмехнувшись в унисон, парни двинулись вновь по своим местам, продолжив свои беседы «о том о сём»...