Вопрос цены

Журнал капитана. Звездная дата 5773.1 «Энтерпрайз» поручено участие в полевом научном эксперименте. Мы должны забрать на Звездной базе 41 профессора Прейта и разработанную им установку для масс-спектрометрического поиска пород-предшественников дилития. Очевидно, что этот метод имеет огромное практическое значение, особенно в свете его потенциального применения на молодых планетах, где фоновые помехи от мощной магматической активности и литосферообразующих процессов полностью блокируют работу тех установок, которые используются сейчас. В качестве полигона для испытания выбрана третья планета в системе Бета-Х, и расчетное время в пути до нее от Звездной базы 41 на крейсерской скорости составляет двадцать пять часов. - Ну что, Спок, предвкушаете свалившуюся на нас возможность провести полевые испытания передового оборудования? - весело спросил капитан, когда дебют в их первой вечерней партии остался за кормой, и игра перешла в фазу миттельшпиля.  Вулканская бровь элегантно взлетела к челке. - Предвкушение – это эмоциональная реакция, - эта игра была так же знакома и привычна им обоим, как и шахматы, и на своем поле тоже была весьма увлекательной. - Я объективно оцениваю предстоящую миссию как интересную в научном плане. - Ну что же, - в капитанских глазах так и искрились неприкрыто лукавые огоньки. - Тогда я надеюсь, что Алан и его штуковина оправдают вашу объективную оценку. - Алан? - вторая бровь присоединилась к первой, и вулканец посмотрел на капитана с искренним любопытством. Кирк негромко рассмеялся, откидываясь на спинку стула. - Неприлично молодыми бывают не только капитаны стратегических крейсеров, но и профессора, - и тут же, перебивая «логичный» вулканский протест в адрес возрастных стереотипов, пояснил. - Мы с профессором Прейтом вместе учились в Академии и были в тот период приятелями.  - Учитывая, что люди не обладают эйдетической памятью, я впечатлен тем, что вы спустя столько лет так легко вспомнили одного из ваших многочисленных сокурсников, - уважительно кивнул Спок. - Спооок, - протянул капитан, посмеиваясь и качая головой. - Вы упустили из внимания эмоциональный фактор, а он для людей очень важен. Люди в общей массе обычно хорошо помнят имена даже своих одноклассников, а не только сокурсников. К тому же, я сказал, что Алан был не просто одним из сотен сокурсников, а приятелем. Их у меня в тот период было совсем мало. - В самом деле? - Спок не сумел скрыть своего удивления и к тому же позволил себе неуместный вопрос, затрагивающий личную территорию, но такого заявления он никак не ожидал. Однако капитан как будто не был смущен этим вторжением в личное пространство и с беззаботной улыбкой кивнул. - Представьте себе, Спок. Тут нет никакой загадки, и все просто, а ваше недоумение объясняется тем, что вы познакомились со мной гораздо позже. Командирская харизма – штука наживная, и так называемое «социальное обаяние» вполне можно приобрести, прикладывая к этому сознательные усилия. Все достижимо, если только этого захотеть и поставить перед собой соответствующую цель. Спок с искренним интересом посмотрел на своего командира и друга. Он не сомневался – Джим сейчас не лукавит, однако не был уверен, что заявление капитана можно экстраполировать на людей в целом. А вот в том, что Джим способен четко поставить перед собой цель и успешно достигнуть ее, Спок был, напротив, уверен на все сто процентов. Хотя использовать цифру 100 процентов, когда речь шла о вероятности событий, было нелогично – правильно было бы использовать дробный процент, близкий к ста. Однако в случае капитана Кирка и постановки им целей все обстояло с точностью до наоборот – нелогичными являлись дроби. Это выглядело парадоксом, однако не являлось им. А Кирк между тем уловил во взгляде Спока огонек любопытства, так что развил свою мысль: - В свою бытность курсантом я был крайне замкнутым молодым человеком. Малообщительным, предпочитающим общество книг обществу однокурсников. Избегающим шумных веселых компаний. Но амбициозным – а потому глубоко погруженным в учебу. Тогда я был уверен, что если я хочу добиться успеха в Звездном флоте, то мне следует полностью сосредоточиться на получении нужных теоретических знаний. - Логично, - кивнул Спок, а Кирк негромко рассмеялся. - На самом деле нет. Однако в то время я без колебаний согласился бы с вами. Так или иначе, необщительность и желание проводить все свое свободное время над учебниками или тактическими задачами не способствуют популярности в молодежном кругу. - В высшей степени нелогично, если учесть, что речь идет о сообществе курсантов, поставивших себе цель построить успешную карьеру в Звездном флоте. Кирк, глядя на Спока с теплой умиленной улыбкой на губах, покачал головой. - Если бы Академия Звездного флота располагалась на Вулкане, не сомневаюсь, все так и было бы. Однако она находится на Земле. И, если не ошибаюсь, вы были первым вулканцем, окончившим ее. Капитан сделал паузу, глядя на него с явным ожиданием ответа, так что Спок кивнул и подтвердил. - Ваша информация верна, Джим. - Ну вот. Так что среди моих сокурсников были только люди. А у людей – особенно, у юных людей – критерии популярности совсем другие. - Не думаю, что популярность, основанная на нелогичных критериях, стоит того, чтобы за нее бороться, - покачал головой вулканец. Кирк снова тихонько рассмеялся. - Вопрос дискутабельный, но в то время я бы полностью согласился с вами. И не исключаю, что даже выразился бы при этом очень похожим образом. Вообще, Спок, надо сказать, что я был тогда зубодробительно правильным, - произнося эти слова, Джим улыбнулся с таким озорным видом, как будто он сам с трудом верил в то, о чем только что сказал. - Странно слышать это утверждение от человека, который сам рассказывал мне, что взломал тест Кобаяши Мару, чтобы успешно пройти его, - скептически приподнялась острая бровь, а в темных глазах мелькнули насмешливые искорки. - Странно? Отнюдь, - и на улыбающемся лице капитана появилось триумфальное выражение, которое очень удивило Спока, поскольку на его взгляд оно не соответствовало ни моменту, ни контексту. А Кирк, понаблюдав за искренним замешательством своего друга и позволив себе несколько секунд насладиться этим редким зрелищем, после паузы пояснил: - Дело в том, что условия этого испытания как раз были неправильными, Спок. Там предлагался сценарий без единого шанса на выигрыш. То есть условия, в которых система играла против капитана. А в жизни так не бывает. Вселенная не играет против кого-либо. Условия стоящей перед командиром тактической задачи такие, какие они есть, и цель капитана – найти ту самую, уникальную лазейку. Она может быть совсем крохотной, заметной только с определенного ракурса, но она обязательно есть! А в программе теста Кобаяши Мару было прописано условие ее отсутствия. Именно это условие я и исправил, приведя тест в соответствие с реальной жизнью. - Очень… своеобразный подход, - вулканская бровь снова прыгнула к челке. - Преподавательская комиссия тоже так решила, - ухмыльнулся Кирк. - Именно поэтому меня не отчислили из Академии, а зачли мне тест как пройденный. Так что мой трюк с Кобаяши Мару отнюдь не является контрпримером к моему заявлению про зубодробительную правильность. А что касается отношения моих сокурсников… Знаете, Спок, чтобы понять его, достаточно всего одной данности: я был тем самым студентом, который никогда не поддержит решение остальной группы прогулять семинар. И лишним будет добавлять, что такая данность в моем исполнении была отнюдь не одна. Так что остальных курсантов от моего общества очень быстро начинало натурально тошнить. Тут уж Спок не ограничился одним только бровным виражом, он шокированно посмотрел на своего капитана, широко распахнув глаза. - Склонность к прогулам включенных в программу обучения занятий действительно может считаться позитивным фактором при формировании отношения к индивидууму со стороны других обучающихся? Кирк весело рассмеялся. - Вы немного утрируете, Спок, а на самом деле суть тут заключается в базовой готовности поддержать коллектив. Я такой готовности в свои студенческие годы никогда не выказывал. - Со всем уважением могу сказать вам, капитан, что в свои зрелые годы вы ее тоже не выказываете. Бездумно следовать за решением толпы, не проанализировав ситуацию и не составив своего собственного мнения о ней – это совершенно точно не про вас. И я нахожу этот факт в высшей степени удовлетворительным, - с нотками наигранной торжественности в голосе заключил Спок, а Кирк тепло улыбнулся ему. - Логично, - согласился он, ловко подражая тону Спока, и тем самым вызвав еще один вираж острой брови, на этот раз критический. - Кстати говоря, мне кажется – если бы мы с вами встретились в мои курсантские годы, то неплохо поладили бы, - с этими словами капитан с искренней приязнью посмотрел на сидящего напротив вулканца. Тот, с трудом справившись с волной смущения, сумел ответить в должной степени невозмутимым тоном: - Полагаю, мы и в реальных обстоятельствах знакомства «неплохо поладили», - и он, не сдерживая легкой полуулыбки, многозначительно, хотя и едва заметно, склонил голову набок. - Это само собой, - мягко улыбнулся Кирк. - Но в тот период мои социальные навыки оставляли желать много лучшего, и мне было куда сложнее налаживать общение. Возвращаясь к Алану, он был таким же погруженным в свои собственные занятия, только был сосредоточен на науке, а не на тактических ребусах. Собственно, на этой почве мы с ним и сошлись. - Весьма логичный базис. Кирк рассмеялся и в ответ на непонимающий взгляд Спока пояснил: - Прошу прощения, Спок, но мои сокурсники нашли бы эту фразу в высшей степени уместной в мой адрес, - он сделал эффектную паузу и со шкодливой улыбкой на губах добавил. - Но отнюдь не в положительном смысле. Черная бровь прыгнула к челке. - Как я и говорил – в высшей степени нелогично. Кирк, продолжая посмеиваться, покачал головой. - Что-то у нас с вами сегодня слишком много высших степеней на единицу времени. Но это не относится к сути дела. Главное то, что Алан, похоже, тоже сделал неплохую карьеру, и я рад за него. Что, кстати, является примером того, что ботаники преуспевают не только на командирской стезе, но и в науке. - Капитан, насколько мне известно, сфера научных интересов профессора Прейта лежит за пределами биологии, - со смертельно серьезным лицом сообщил Спок, игранув острой бровью. Кирк рассмеялся и с нескрываемым теплом во взгляде посмотрел на Спока. - Все верно, Спок, ботаники – это страшные в своей целеустремленности люди. И при этом весьма разносторонние, - он совсем по-вулкански приподнял бровь, после чего вернул разговор в серьезное русло. - Так или иначе, завтра утром он поднимется к нам на борт, мы немедленно отдаем швартовы и ложимся на курс, ведущий к системе Бета Х. Там у нас запланирована серия десантов – на случай, если репрезентативные данные, которые касаются хода эксперимента, не удастся собрать с первого раза. Я так понимаю, вы хотели бы спуститься в первом же десанте? - последняя фраза прозвучала больше похожей на утверждение, чем на вопрос, так что Спок просто подтвердил то, что и так было понятно капитану. - Действительно. Кирк кивнул, поскольку в ответе он ни капли не сомневался. - И, разумеется, мне будет очень интересно услышать ваше мнение по поводу метода, который разработал профессор Прейт. Помимо изложенного в официальном рапорте мнения, я имею в виду. - Непременно, Джим, - деловито кивнул вулканец, и капитан, послав своему другу еще одну короткую улыбку, наконец перевел взгляд на доску, возвращая свое внимание прерванной партии, поскольку очередной ход был за ним.   * * * * * - Алан, рад тебя видеть, - Кирк без лишних церемоний шагнул навстречу материализовавшемуся на платформе ученому, протягивая ему руку для пожатия. - Джим, - профессор одним лихим прыжком спустился с платформы, шагнул к капитану и энергично тряхнул его руку. - В таких случаях принято говорить: «Ты совсем не изменился», - но не буду лукавить – ты изменился, и сильно. - Предпочту считать твои слова комплиментом, - рассмеялся Кирк. - Зачем это? - весело подмигнул ему Прейт. - Раньше ты никогда не примерял на себя роль барышни. - Все течет, все меняется. - Ну уж не до такой степени, - решительно мотнул головой профессор. - Ох, знал бы ты, кем мне приходится прикидываться во время дипломатических миссий, - с наигранным трагизмом вздохнул Кирк. - Капризная барышня – это еще не самый худший из всех возможных вариантов, поверь мне. - Охотно верю, - хмыкнул Прейт. - Впрочем, ты ведь именно о такой карьере и мечтал. Научная стезя тебя не особенно привлекала. - Все верно, - Кирк махнул рукой на стоящего рядом с пультом телепортации вулканца. - Поэтому позволь тебе представить того, кто будет сотрудничать с тобой в научной части предстоящей миссии. Это мой старпом и по совместительству начальник научного отдела на «Энтерпрайз», мистер Спок. В ближайшие дни вы будете работать вместе, плюс именно он составит тебе компанию в первом десанте. - Сочту за честь, - Прейт приветливо кивнул вулканцу, получил сухой кивок в ответ и перевел взгляд на громоздящееся в телепортационной оборудование, которое было поднято в первой партии. - Я знаю, Джим, ты всегда терпеть не мог бардак, но предлагаю все-таки оставить это до завтра прямо тут. Мы же пойдем прямиком в систему Бету-Х? - Все верно, сразу туда. Расчетное время прибытия – двадцать пять часов. - Ну отлично. Значит, мое оборудование места не простоит? - с улыбкой спросил профессор. - Не простоит, не волнуйся, - весело кивнул Кирк. - Будет ждать тебя завтра здесь. А теперь мистер Спок проводит тебя до каюты. Так что будет возможность обсудить подробности относительно плана выполнения миссии, если у тебя есть какие-то вопросы. - Отлично, - кивнул Прейт. - Я как раз хотел прояснить ряд деталей по вашим мощностям и оборудованию на борту. - Тогда вперед. И до встречи за обедом. - До встречи, - и профессор, на прощание еще раз кивнув капитану, в сопровождении Спока скрылся за дверями транспортаторной. * * * * * - Ну что, Спок, все готово для проведения эксперимента? - легким тоном спросил Кирк, по-хозяйски присаживаясь бедром на край столешницы научной консоли и глядя на своего старпома, склонившегося над визором сенсоров. Они вышли на орбиту Бета-Х-3, и Кирк, как только Сулу доложил о завершении маневра, поспешил на второй уровень мостика за новостями. - Ответ положительный, капитан, - подтвердил Спок, выпрямляясь и привычным движением заводя руки за спину. - Орбитальное сканирование полностью подтвердило те данные, что содержались в банках памяти. Бета-Х-3 подходит для целей запланированного испытания. - Отлично, - кивнул Кирк, широко улыбаясь другу. - Желаю вам приятно провести время. - Спасибо, капитан, - Спок не стал подтрунивать на тему нелогичных человеческих пожеланий, и Кирк понял, что старпому не терпится приступить к работе. Так что он не стал его задерживать – кивнул в знак окончания разговора и направился обратно в центральное кресло. Стояночная вахта никогда не казалась капитану увлекательным способом провести время, но сегодня он планировал заняться разбором скопившихся отчетов, так что филонить не стоило. * * * * * Планета встретила незваных гостей неприветливо. Впрочем, участвующие в сегодняшнем десанте ученые – сам профессор Прейт, Спок и лейтенант Ворик, опытный геолог, основной темой научной работы которого была масс-спектрографическая оценка литосферных пластов – по сторонам не смотрели, сразу сосредоточившись исключительно на показаниях приборов. Десант материализовался на ровном участке плоскогорья – как раз у подножия более высоких скал, которые цирком окружали каменистую долину. Здесь было прохладно и ветрено, хотя логично было ожидать, что горный цирк будет защищать спрятанную внизу долину. На самом деле, он честно следовал законам физики, а причина ледяных порывов, которые скатывались с хмурых серых склонов, заключалась в силе ветра, разгулявшегося наверху. Спок поежился под очередным порывом и немного повернулся, чтобы стоять к ветру спиной. В памяти не к месту всплыло шутливое замечание Джима, когда он докладывал капитану об атмосферных особенностях Бета-Х-3: «Если здесь когда-нибудь появится разумная жизнь и альпинисты, то до вершин никто не дойдет. Их оттуда моментально сдует». Несмотря на юмористический тон, комментарий был верным по сути, и сейчас Спок ловил себя на нелогичном стремлении поскорее завершить сбор предварительных данных и углубиться в горные тоннели. Вряд ли там будет теплее, но тоннель хотя бы обещал избавление от этого пронизывающего ветра, налетающего каждый следующий раз под немного другим углом. Раздраженно поморщившись, Спок усилием воли подавил импульс растереть замерзшие уши или хотя бы поднять воротник десантной куртки, и подвел итог серии выполненных сканирований: - Я думаю, нам стоит пройти примерно двести пятьдесят метров на юго-юго-восток. Там начинается один из тоннелей, который выглядит наиболее перспективно. - Согласен, - кивнул Прейт, не отрывая внимательного взгляда от экрана трикодера и продолжая анализировать поступающие данные. - Давайте начнем оттуда. Хотя тоннели северного склона кажутся мне более перспективными. Спок быстро переключил экран и изменил решетку дифракционного фильтра. И впечатленно приподнял брови. Теперь он видел, на чем основан вывод профессора, и про себя восхитился тем, как тонко тот подметил мельчайшие сдвиги в данных сканирования, которые он сам счел пренебрежимо малыми. Однако теперь Спок понимал, как именно профессор соединил на первый взгляд разрозненные пласты информации и получил весьма впечатляющую итоговую картину. - Действительно, - сухо подтвердил Спок вслух и обернулся, окидывая дальний склон острым оценивающим взглядом. Покрытый белым снежным покрывалом от самых вершин до подножия, он выглядел несколько странно рядом со своими серыми соседями, на которых снег лежал рваными клочьями небольших полей. Острые брови сдвинулись к переносице, выдавая сдержанное вулканское беспокойство. - Полагаю, будет логично сперва оценить потенциальную лавиноопасность. - И правда, - согласился Прейт. - Я об этом как-то не подумал. Хорошо, тогда давайте сперва пройдем на юго-юго-восток, благо идти недалеко, - он улыбнулся вулканцу, но ответной улыбки ожидаемо не последовало. - Вы установите первый контрольный модуль, наладите связь с основной установкой и проверите передачу данных, а я пока повнимательнее покручу лавиноопасность и определюсь со следующим тоннелем. Спок кивнул, молча соглашаясь с предложенным планом, подхватил свою часть тяжелого неудобного оборудования и решительным шагом направился к их первой намеченной цели. Когда десантники вышли из тоннеля, закончив все необходимые работы внутри, Ворик поежился и угрюмо пробормотал себе под нос: - Черт возьми, почему десантные куртки так отвратительно защищают от ветра? Спок оставил его риторическое замечание без комментариев и сразу направился к профессору, который, не отрывая внимательного взгляда от монитора своей установки, непрерывно подкручивал реле тонких настроек и как будто даже не заметил возвращения своих спутников. И Спок понимал эту раздраженную сосредоточенность, хоть и не одобрял подобные эмоциональные реакции на неудачу. Но, к сожалению, при столь многообещающих теоретических выкладках практическое испытание действительно оказалось неудачным. Спок отдавал себе отчет – пробовать телепортацию в другие области не имеет смысла, выполненное на орбите тщательное сканирование показывало, что именно в этой зоне выход пород максимально отвечает целям эксперимента. Когда они с лейтенантом Вориком выполняли снятие данных, Спок позволил себе понадеяться, что профессор Прейт, который естественным образом имел больше опыта в работе с собственным изобретением, сумеет выжать из этой информации больше, но увы – судя по его расстроенному лицу, ученый не достиг необходимого прогресса. Разумеется, это не было поводом полностью ставить крест на методе. Сегодняшняя неудача означала лишь то, что метод требует дальнейшей доработки – совершенно нормальный результат, ведь научно-практические эксперименты очень редко «выбивали десятку с первого раза», если выражаться красочным земным языком. - Связь с модулем надежная? - спросил Спок, когда они оказались рядом с профессором и его установкой. - Что? А, да-да, вполне. Вы отлично все откорректировали, мистер Спок. Хотя я не думаю, что динамические данные из этого конкретного тоннеля нам сильно помогут. - Тем не менее, нелогично отказываться от их сбора, - заметил Спок, который про себя был согласен с прогнозом профессора, однако считал, что им следует, как говорил Джим, «отжать досуха» имеющийся вариант, раз уж они все равно находились на Бета-Х-3. - Это понятно, - вздохнул Прейт, наконец отводя взгляд от экрана и переключая внимание на Спока. - Но я считаю, что нам стоит все-таки попробовать северную стену. Судя по данным, которые вы получили во время орбитального сканирования, базальтовый слой там немного тоньше. Шанс, что это принципиально изменит ситуацию, невелик, но он все же есть. И я не хочу им пренебрегать. В любом случае, попробовав, мы ничего не потеряем. - Последнее утверждение спорно, - качнул головой вулканец, быстро просмотрев данные трикодера Прейта. - Снежный покров склона имеет признаки нестабильности.  - Да они же минимальные! - всплеснул руками Прейт, про себя поражаясь этой несвойственной вулканцам избыточной осторожности. Честно говоря, он ожидал от вулканского старпома Джима другого поведения и большей увлеченности научной частью задачи, но, как говорится, что есть, то есть, другого начальника научного отдела в десант не завезли. - Но значимо отличные от ноля, - настойчиво продолжил гнуть свое упрямый вулканец. - Кроме того, мы не знаем, как повлияет на его стабильность активность модуля. Вероятность того, что его работа вызовет подпороговые несинхронные колебания в структуре пород, составляет более восемнадцати процентов. - Мистер Спок, - профессор осуждающе склонил голову набок. - И на основании вот этих вот восемнадцати процентов вы предлагаете отказаться попробовать те тоннели и свернуть десант? - Ответ положительный, - с изумительной невозмутимостью ответил вулканец. - Сход лавины – это крайне нежелательный и очень опасный результат, поэтому пренебрегать даже невысокой вероятностью такого развития событий нелогично.  - О, Господи, коммандер! Вам-то чего бояться?! Вы же будете в тоннеле вместе со своим напарником! Даже если вход завалит, с орбиты без проблем идентифицируют нужный тоннель по координатам установленного модуля и вытащат вас гораздо раньше, чем возникнет хоть какая-то угроза для вашего здоровья! - Не то, чтобы я считал это аргументом против исследования северного склона, - решил поучаствовать в их разговоре лейтенант Ворик. - Но даже коммуникаторы через этот слой здешней породы невозможно будет обнаружить, не говоря уж о биосигналах. - Да я не о бортовых сенсорах, - нетерпеливо отмахнулся от него профессор. - Эти-то понятно, что через гору не пробьются. Я о связи модуля с основной установкой. Вы же сами видите по плотностной диаграмме горных структур, что вам не придется далеко углубляться в тоннель на северном склоне. Так что основной блок гарантированно запеленгует ваш модуль, причем надежно и без перебоев. И быстро. Конечно, вы не сможете подключить связь до завершения сбора основного пласта данных, потому что активная работа маяка одновременно с нагрузкой от работы спектрофотометра слишком быстро разрядит аккумулятор модуля. - Очевидно, - кивнул Спок. - Но! - и Прейт многозначительно поднял вверх указательный палец. - Если вдруг здесь начнутся какие-то подвижки, я тотчас выйду с вами на связь по коммуникатору, и вы на полную мощь выкрутите сигнал поискового маяка модуля, а потом, чтобы уж совсем перестраховаться, отбежите вглубь тоннеля. Основной установке потребуется не больше минуты на определение координат местонахождения модуля, на столько времени аккумулятора совершенно точно хватит. Так что единственный, кто будет хоть чем-то рисковать – это я сам. Да и то, до склона тут слишком далеко, чтобы потенциальная лавина могла меня достать. А кроме того, - видя, что вулканец по-прежнему не согласен с ним, Прейт решил выложить на стол туза. Положа руку на сердце, здорово притянутого за уши туза, который на поверку был в лучшем случае семеркой, но профессор уповал на то, что проверять его заявление Спок не станет. Черт возьми, должна же быть от его ученой степени какая-то польза и в полях, а не только на конференциях! - Если мы не сделаем замеры в тоннелях северного склона сейчас, то возможность будет упущена безвозвратно, - здесь Прейт сделал эффектную паузу, дождавшись появления вопроса в глазах своих спутников, после чего завершил мысль. - Если опираться на ваши же собственные опасения и допустить, что активность модуля как-то влияет на здешние породы, создавая подпороговые колебания, то этот эффект будет иметь накопительный характер. - Действительно, - пусть с явной неохотой, но все-таки согласился вулканец. - Ну а дальше все понятно. Первый модуль уже вовсю работает, так что чем больше пройдет времени, тем опасность станет выше. Это особенно очевидно, если принять во внимание те данные, которые я собрал за время вашего отсутствия, - развел руками Прейт, уже видя, что это поле осталось за ним. - Что же, кажется, нам и в самом деле стоит пойти и все проверить. Слой там действительно тоньше, чем черт не шутит, вдруг и правда влияние помех было мощнее, чем оценил компьютер? - со вздохом пожал плечами Ворик и посмотрел на старпома. - Как считаете, мистер Спок? - Аргументы выглядят убедительными, поэтому терять время было бы нелогично. Полагаю, с выбором тоннеля мы определимся на месте, - вулканец вопросительно посмотрел на Прейта – видимо, давая ему возможность высказать свои соображения на этот счет, если они у него есть. - Да, это будет самым разумным, - кивнул профессор. - К сожалению, мне нечего вам подсказать. Очевидно, вам стоит ориентироваться на толщину базальтового слоя и направление тоннелей. - Действительно, - ограничившись этим коротким комментарием, Спок деловито подхватил следующий модуль и направился к северному склону. Прейт проследил взглядом за двумя удаляющимися спинами в синих куртках, подул на озябшие пальцы в тщетной надежде хоть немного согреть их и снова склонился над блоком обработки информации. Он сильно сомневался, что с первого модуля поступит что-то пригодное для включения в проспективный анализ, но не собирался пускать по ветру ни малейшие крохи своих шансов. Тем более, что Споку и Ворику потребуется никак не меньше пятнадцати-двадцати минут, чтобы дойти до тоннеля и углубиться в него, а потом расположить и настроить оборудование. Слава вулканской четкости и оперативности – ровно через двадцать три минуты блок начал принимать данные от второго модуля. Прейт впечатленно хмыкнул и даже немного позавидовал Джиму – начальником научного отдела у него работал отменный специалист, и Прейт не отказался бы заполучить такого в свою команду. Знаменитое вулканское упрямство было не тем, с чем приятно иметь дело, особенно на постоянной основе, но ради такой эффективности можно было многое вытерпеть и на многое закрыть глаза. И, кстати говоря, упрямился вулканец совершенно напрасно. Конечно, новый поток данных еще предстояло обработать, но это было уже что-то, а не тот откровенный мусор, который поступал от первого модуля и абсолютно не годился даже в качестве базового материала для первичных выводов. Удовлетворенно кивнув самому себе, Прейт еще чуть-чуть подкрутил реле, стремясь максимально совместить рабочие пики аппаратуры, после чего наконец выпрямился и потянулся за висящим на боку трикодером. И невольно вздрогнул всем телом, увидев появившиеся на экране данные. Суетливо прыгнув взглядом на снежный склон, он тут же понял: Поздно. В первую секунду Прейт потянулся за коммуникатором, собираясь выполнить данное обещание и предупредить о нарастающей нестабильности снежного покрова на северном склоне, но его рука замерла на полпути, а глаза непроизвольно расширились, когда он увидел это: самый первый момент схода лавины. Склон как будто задрожал, становясь нерезким из-за поднявшейся в воздух снежной пыли, а потом почти на самом верху цирка наметилась широкая неровная диагональная трещина, разрезавшая снежное полотно наподобие рваной раны. И тут же тысячи тонн снега широким фронтом рванули вниз. До склона тут слишком далеко, чтобы потенциальная лавина могла меня достать, - не вовремя всплыли в памяти собственные оптимистичные слова, и в тот же миг Прейт очень отчетливо осознал: Достанет. Непременно достанет и сомнет в лепешку, будто бумажный фонарик прессом. И его самого, и оборудование вместе со всеми уже собранными данными. Лавина неслась вниз, будто взбесившийся локомотив, и палец будто сам собой выбрал не канал коммуникатора Спока, а канал вызова «Энтерпрайз». И, как только в динамике раздался голос вахтенного телепорта, Прейт, не сводя немигающего взгляда с лавины, которая уже была готова через каких-то несколько секунд всей своей разрушительной мощью ворваться на плоскогорье, распорядился: - Срочно поднимайте меня на борт! Вместе с оборудованием! Прейт уже чувствовал ледяное покалывание на своем лице и приготовился к сокрушительному удару воздушного фронта, который гнала перед собой лавина, когда все вокруг заволокло золотистым мерцанием, и мчащийся прямо на него кошмар исчез в небытии дематериализации. - Что там, черт возьми, произошло?! Где Спок и Ворик?! - Прейт едва успел спуститься с платформы и собраться с мыслями, когда дверь в телепортационную распахнулась, и в нее влетела еще одна лавина: на этот раз живая и гораздо менее смертоносная. И да, Прейт определенно предпочитал встретиться лицом к лицу с ней, а не с той, что осталась на Бета-Х-3. С этой можно было договориться и даже обвести ее вокруг пальца. Звездный флот – суровая организация, не в привычках которой было давать вторые шансы, и Прейт не собирался навеки закрывать для себя экспедиционную работу из-за дурацкой случайности. Он действительно сожалел о гибели Спока и Ворика, но его покаяние и даже попытка побиться лбом о стену уже ничего не могли для них изменить. - Джим, мне очень жаль, - с совершенно искренней дрожью в голосе произнес он, потому что горло сейчас и правда стискивало спазмом от понимания идиотизма всего того, что случилось внизу. Паршивые восемнадцать процентов! И те – рассчитанные на основании крайне маловероятного стечения в одной точке сразу нескольких неблагоприятных событий. И на тебе! Несколько секунд – и двух молодых жизней будто и не было. Увы, Прейт отдавал себе отчет – шансов найти их живыми ноль. Собственно, даже тела скорее всего найти не получится. Лавина была дьявольски мощной, и снег наверняка набило в тоннели, будто крем в эклер. А модуль планировалось установить достаточно близко от входа в тоннель. Так что Спока с Вориком просто раздавило в один миг тоннами спрессованного снега. Это если им повезло. А если им не повезло, то они обречены медленно замерзать заживо в смертельной ловушке, в которую превратился тоннель. Но об этом лучше было не думать, так что Прейт усилием воли справился с туманящим голову шквалом эмоций и продолжил: - Внизу сошла лавина. - Мистер Кайл, - капитан тотчас развернулся к вахтенному телепорта, видимо, намереваясь командовать поиск остальных членов десанта. - Джим! - повысил голос Прейт. - Они не в лавине! Ну или по крайней мере, не в той ее части, которая сейчас лежит в долине горного цирка. Спок и Ворик ушли в тоннель, чтобы установить очередной модуль, и масса горной породы экранирует и коммуникаторы, и биосигналы. Поэтому найти их с помощью судовых сенсоров никак не получится. А второй десант прямо сейчас спускать слишком опасно. Снег на склоне нестабилен, там легко может быть повторный сход, и тогда мы просто похороним вторую партию! Волевое усилие, которое капитан сделал над собой, было заметно даже стороннему наблюдателю, однако доводы рассудка перевесили эмоции, и Джим резким движением снова повернулся к нему. Сверкнув сталью в глазах, он потребовал: - Что произошло в десанте? Коротко, четко, по существу. - Десант шел согласно плану. Первый модуль был установлен в одном из тоннелей юго-восточного склона и передавал данные. Но их качество и репрезентативность оставляли желать лучшего. Поэтому мистер Спок предложил установить второй модуль в тоннеле северного склона, где строение подлежащих пластов было более перспективным. Я указал ему, что этот склон покрыт толстым слоем снега, и есть риск схода массивной лавины, хотя вероятность была очень низкой, всего около восемнадцати процентов. Однако ты сам знаешь, что такое вулканская тяга к познанию и вулканское же упрямство. Прейт видел, что выстрел попал в цель: капитанские глаза резко прищурились, а у висков обозначились желваки от крепко сжатых челюстей. Похоже, характер своего старпома Джим и в самом деле неплохо знал. Прейт не стал тянуть паузу, чтобы избежать несвоевременных уточняющих вопросов, и продолжил: - Как только появились первые признаки грядущей катастрофы, я связался с мистером Споком, чтобы предупредить. Посоветовал им укрыться за поворотом тоннеля или каким-нибудь каменным выступом. Мне очень жаль, Джим, но больше я ничем не мог им помочь. Лавина к тому моменту уже прошла почти весь склон и вот-вот должна была ворваться на плоскогорье, поэтому я приказал вахтенному поднимать меня и установку.  - Я понимаю, профессор, - тяжело, будто сквозь стиснутые зубы выговорил капитан. И Прейт про себя отметил форму обращения, и этот переход на официальные рельсы. Но решил, что сейчас лучше следовать по течению. - Увы, очень мало шансов на то, что мое предупреждение помогло им спастись. Времени было действительно мало, да и Спок… Он очень хотел завершить начатую серию сканирований. Он сказал, что до успешного закрытия файла оставалось двенадцать секунд. Но боюсь, что его решение задержаться могло оказаться роковым. И искать нам сейчас уже некого, - Прейт, прямо глядя в глаза капитана, на закаменевшем лице которого во время его маленькой речи не дрогнул ни единый мускул, тяжело вздохнул и добавил, как будто усилием воли заставляя себя переключиться с тяжелых воспоминаний на здесь и сейчас. - Я немедленно подготовлю официальный отчет по деталям случившейся внизу трагедии, капитан. И направлю его вам. - В этом нет никакой срочности, - резко качнул головой Кирк. - Сейчас я буду занят поиском своих офицеров. - Это понятно. Просто я люблю порядок в своих делах, - губы Прейта лишь чуть-чуть изогнулись в намеке на улыбку, но капитана эта отсылка к курсантским годам как будто ничуть не тронула. Его взгляд прыгнул в сторону, а между бровей наметилась хмурая морщина – он словно и не слышал последнего замечания, полностью сосредоточившись на составлении плана поиска. И следующие его слова подтвердили мысленное предположение Прейта. - То есть зона поиска должна быть ограничена тоннелями северного склона, верно я понял? Вы говорили с ними всего за несколько секунд до прихода лавины на плато, и они никак не могли успеть выйти из тоннеля, так? - капитанский взгляд снова переместился на Прейта и теперь был настолько цепким и острым, что профессору захотелось поежиться. - Все правильно. Они однозначно находятся в одном из тоннелей. Проблема в том, что в северном склоне тоннелей много, а потому непонятно, с какого именно начинать поиск. - Это станет проблемой, только если мы перейдем к поиску вручную. То есть путем раскопок снежных завалов. Но вы правы, это станет возможным, только когда ситуация внизу стабилизируется. Я не имею права рисковать новыми жертвами, - Прейт отметил, как при этих словах капитанские пальцы крепко сжались в кулаки, и уже приоткрыл рот, но ничего сказать не успел, потому что капитан тем же ледяным отрывистым тоном продолжил. - А теперь давайте со мной на мостик. Мистеру Свайлеру может пригодиться ваша помощь при выполнении тонких поисковых корректировок, потому что он будет фокусироваться не только на биосигналы, но и на материалы модуля. И на этом капитан, резко крутанувшись на каблуках, стремительным шагом направился к двери, так что Прейту пришлось припустить недостойной трусцой, чтобы догнать его. * * * * * Профессор оказался прав: базальтовый слой в этой зоне действительно был тоньше. Достаточно для того, чтобы повысить релевантность поступающих данных. Однако быстрый первичный анализ показал, что этого все же может оказаться недостаточно для того, чтобы подтвердить эффективность метода уже на этапе первых испытаний. Впрочем, последнее было несущественно. - А тут и в самом деле получается интереснее, не так ли, мистер Спок? - лейтенант Ворик на секунду обернулся от экрана модуля, встречаясь взглядом со своим командиром. - Ответ положительный, лейтенант, - кивнул Спок, привычно смиряясь с человеческой склонностью проговаривать вслух то, что не нуждалось в озвучивании и в любом случае не влияло на ближайшую тактику. - Ну хоть не зря сюда залезли, - хмыкнул молодой человек, снова сосредотачиваясь на показаниях на экране. Однако это не помешало ему продолжить рассуждать вслух. - И, кстати сказать, если выкладки профессора подтвердятся хотя бы в первом приближении, нам стоит взять его метод на вооружение. Я имею в виду, не дожидаясь официального одобрения и команды на внедрение. - Действительно, - согласился Спок. Вулканские традиции не предполагали игнорирование официальных предписаний, однако здесь Спок находил логичным более гибкий подход, который практиковали люди. И он считал весьма разумной ту тактику, которой придерживался Джим: «Правила нужно знать и относиться к ним с уважением, но от формализма мало толку в реальной жизни. Рационально взвешенное лавирование выглядит куда более перспективным». Склонившись чуть ближе к экрану модуля, Спок уже потянулся к реле, чтобы немного сузить сектор сканирования на основании краевых интерференций, но его пальцы замерли в каком-то сантиметре от панели, потому что Спок почувствовал, как каменная плита под ногами едва ощутимо завибрировала. Взгляд вулканца тотчас прыгнул на красную лампочку активации связи модуля, а свободная рука дернулась к коммуникатору… Но вызова не последовало, да и лампочка осталась темной. Однако слабые вибрации точно не были иллюзией – напротив, они усиливались, становясь более мощными и амплитудными. Судя по отсутствию реакции от Ворика, он ничего тревожного не ощущал, но Спок знал, что вулканцы обладают более высокой восприимчивостью к вибрациям. Коммуникатор по-прежнему хранил молчание, но Спок не колебался с принятием решения. Если он ошибся, то он был готов ответить за это по всей строгости Устава, но если ошибки не было, а случился некий сбой в связи, то каждая секунда промедления могла стать роковой. Поэтому Спок крепко схватил за плечо своего пораженного напарника и не терпящим возражений тоном гаркнул: - К повороту тоннеля, мистер Ворик! Бегом! - отдав этот приказ, он дернул лейтенанта на себя, а потом пихнул его в спину, направляя в нужную сторону. До обещавшего укрытие крутого изгиба тоннеля от них было всего лишь семьдесят-девяносто метров, но Спок чувствовал, что плита под ногами дрожит все сильнее, и это означало… В спину резко ударило воздушной волной, едва не свалив вулканца с ног, и он последним усилием успел снова мощно толкнуть лейтенанта вперед, еще на несколько метров ближе к спасению, а в следующий миг Спока поглотил ледяной шквал, который отнял способность двигаться, дышать и думать. Первое, что ощутил Спок, когда к нему вернулось сознание: страшная тяжесть на груди, которая мешала сделать нормальный вдох. Усилием воли подавив липкий фронт подкатившей паники, он заставил себя открыть глаза. Но пользы от этого не было: его окружала кромешная темнота. Вдох споткнулся, едва успев начаться, и Споку на миг показалось, что он уже мертв, а неровное дыхание и бешено частящее сердце – это лишь иллюзия, порожденная последней вспышкой гаснущего сознания. К горлу подкатил тугой горький комок тошноты, но Спок сумел справиться с собой, крепко зажмурившись и отчаянно прошептав про себя знакомую с детства мантру: Контроль. Я должен контролировать себя. Должен. Держать контроль. Держать. Самовнушение помогло упрятать настырную волну ужаса под пресс контроля, и мысли немного прояснились, хотя им было далеко до привычной упорядоченности. Главное было очевидно: он пережил удар лавины и теперь находится в массе снега. И неизвестно, насколько далеко от его местоположения до края снежного завала. Последняя мысль была неконструктивной, и Спок медленно, поверхностно вздохнул, возвращая на место готовые было сорваться тиски контроля. Холод сейчас являлся его главным врагом. Холод и недостаток кислорода. И то, и другое, снижало доступный мышечный ресурс, но Спок отдавал себе отчет: когда речь шла о снежном завале, делать ставку на силу мышц было бы в любом случае наивно. И да, переходить к активным действиям по спасению следовало быстро, ибо холод и недостаток кислорода уже начали сказываться на базовых функциях организма, и ситуация угрожала быстро стать критической. Спок сжал зубы так, что заныли виски, и попытался протиснуть руку к правому бедру – туда, где на держателе должен был висеть фазер. Да, его могло сорвать при ударе лавины, но Спок предпочитал пока не думать об этом. Рука продвигалась медленно, каждый сантиметр давался ценой чудовищных усилий, вдобавок, Спок не был уверен, что сумеет сейчас понять, к чему прикоснулись его пальцы: кожу покалывало мелкими ледяными иголками, а мышцы подрагивали от напряжения, усиленного холодовыми спазмами. Когда кисть оказалась у бедра, Спок просто наудачу попытался обхватить пальцами то, что оказалось под ними, и потащил это наверх, на живот. Дыхание окончательно сбилось, но терять сознание именно сейчас было никак нельзя. Низ живота ощутил, как на него легло что-то массивное, и Спок позволил себе понадеяться, что это все-таки фазер, а не смерзшийся кусок снега. Непослушные онемевшие пальцы почти ничего не чувствовали, и Спок отдавал себе отчет, что сейчас очень рискует. Конечно, фазер по умолчанию был выставлен на оглушение, но для него потеря сознания сейчас будет равносильна смерти. А он в своем положении был лишен возможности определить, под каким углом направлен ствол фазера, и насколько сильно ледовая корка прижата к его телу. Но альтернативы не было, так что он должен был положиться на везение и просто действовать. С этой мыслью Спок принялся давить на фазер, надеясь в какой-то момент попасть на спусковую кнопку. Однако засиявший зелеными бликами снег стал для него почти неожиданностью. Маломощный луч, к тому же в среде с такой запредельно неравномерной плотностью, имел очень низкую эффективность. Но Спок понимал, что повышать мощность луча ни в коем случае нельзя. Даже когда он получит такую возможность. Ведь где-то совсем рядом с ним в завале мог оказаться лейтенант Ворик, и если его зацепит выведенным на максимум лучом… Но даже малоэффективный, луч делал свою работу. Прошло не больше минуты, и дышать стало легче, а спустя еще минуту Спок смог ухватить фазер уже обеими руками, и направить его ствол прямо на снег. В свете фазерного луча выпустив изо рта пар, он смог сориентироваться где верх, и где низ. Но это было его единственной информацией о направлении. Пробиваться вперед или назад было бы слишком рискованно, ведь он легко мог начать углубляться в завал вместо того, чтобы выкарабкаться в свободную часть тоннеля. Поэтому Спок решил добраться до крыши тоннеля, а дальше… А дальше попытаться последовать тактике Джима, которую его капитан считал самой подходящей для таких отчаянных ситуаций, и положиться на интуицию. Внутренние часы сбоили, и Споку казалось, что прошла целая вечность до того момента, когда луч фазера уперся в темный шершавый скалистый свод тоннеля. Спок, с трудом переводя сбившееся от усталости дыхание, прижал к нему раскрытую ладонь свободной руки в надежде не упустить крохи тепла от разогретого фазерным лучом камня. Когда дыхание восстановилось, и мысли прояснились, Спок попытался абстрагироваться от окружающего его невыносимого холода и оценить возможности. Вероятность того, что Ворик оказался в подпирающем верхний свод слое снега, стремилась к нулю, так что Спок, с трудом контролируя движения своих пальцев, перевел луч на максимум и направил его вдоль свода направо. Прорубленный лучом узкий канал имел в длину никак не менее пятнадцати метров, но в его слепом конце был все тот же спрессованный снег, так что Спок, стараясь не провалиться вниз, кое-как развернулся и направил луч в противоположную сторону. Новый канал спустя примерно восемь метров открывался в черную пустоту свободного тоннеля. Окрыленный успехом Спок, помогая себе локтями и коленями, начал пробираться туда, к концу завала.   Передний фронт лавины был покатым, и Спок просто съехал по нему вниз, оказавшись по колено в снегу. Было логично, что лавина не застопорилась сразу и окончательно на каком-то конкретном месте, а катилась по тоннелю дальше, рассыпаясь все более и более тонким слоем, но при всей логичности ситуации, передвигаться по снегу было страшно неудобно. - Мистер Ворик! - громко крикнул Спок, с неудовольствием отмечая, как хрипло и слабо звучит его голос, заметно подрагивая на каждом слоге. - Мистер Ворик! Так хотелось надеяться, что его напарник успел добраться до поворота и укрыться за ним! Ведь Спок бежал сзади, а значит шансы Ворика на спасение были пусть и совсем чуть-чуть, но все-таки выше его собственных. Но увы, на отчаянный призыв Спока никто не ответил. Значит, лейтенанта следовало искать в забившем тоннель завале. Вот только трикодером Спок больше не располагал – видимо, его сорвало в лавине, и это означало, что рыть придется не в каком-то конкретном месте, найденном с помощью сканирования, а по всему объему тоннеля и вглубь. При этом заряда фазера не могло хватить надолго – особенно если продолжать использовать его в том же малоэффективном оглушающем режиме. Но другой альтернативы Спок не находил, потому что понимал: копать снег вручную он будет слишком долго, и это может стать роковым для лейтенанта, погребенного в толще ледяной спрессованной массы. Так что вулканец начал планомерно и аккуратно испарять снег, двигаясь по тоннелю слева направо зигзагами от его верхнего свода. Аккумулятор фазера уже начал садиться, когда в зеленоватом сиянии луча Спок различил пятно знакомой синевы, которое просвечивало через снег. Торопливо шлепнув фазер на держатель, Спок бросился в атаку, изо всех сил разбрасывая снег вручную, и совсем скоро под его пальцами оказалось плечо лейтенанта. С трудом переводя дыхание, Спок удвоил усилия, и вот уже ему удалось ухватить Ворика в подмышках и потащить его на себя. Еще полминуты – и лейтенант был уложен на снег, и Спок плюхнулся рядом с ним на колени, торопливо активировал направленный в сторону фазер, использовав его луч как подсветку, и прижал пальцы к шее Ворика. Но под подушечками не ощущалось ни намека на живое биение сосуда. Спок отключил фазер, повесил его на место и резким движением поднес кисти рук ко рту, энергично подышал на них, потом так же энергично растер, не обращая внимания на боль, и снова попытался проверить пульс, отчаянно надеясь, что причина была в резко ослабленной чувствительности. Но нет, пульса он так и не нашел. Спок резко, длинно выдохнул, отнял руку от шеи лейтенанта и позволил себе на несколько секунд прикрыть глаза. После короткой паузы он снова открыл их и тупо уставился в окружающую его темноту. Может быть, лейтенант все-таки был жив. Он мог провалиться в гипотермическую кому, и задубевшие пальцы Спока, которые ломило от боли и сводило то и дело накатывающими холодовыми судорогами, просто не смогли почувствовать редкий слабый пульс. Да, такую вероятность не следовало сбрасывать со счета, вот только прогноз был в любом случае скверный. Не желая тратить на подсветку и без того почти разряженный аккумулятор, Спок вслепую обшарил тело лейтенанта, но нашел только закрепленный на поясе коммуникатор. Ни трикодера, ни фазера он не обнаружил. Распахнув коммуникатор, Спок попытался установить связь с «Энтерпрайз», но, конечно, безуспешно. В эфире были лишь статические помехи. Прекрасно понимая, что это тоже не даст никакого результата, Спок все-таки проверил канал коммуникатора профессора Прейта. Разумеется, результат был тот же. Профессор даже не успел выйти с ними на связь, чтобы сообщить о лавине, и это означало, что он каким-то образом оказался застигнут врасплох и, скорее всего, теперь был мертв. Страшная свинцовая усталость вдруг навалилась на Спока, и на какой-то короткий постыдный момент ему захотелось сесть у стены, привалиться к ней спиной и… просто позволить себе отдохнуть.       Но Спок тотчас заставил себя встряхнуться. Сдаваться было нелогично. Хотя и предпринять что-то конкретное для того, чтобы повысить свои шансы на спасение, он тоже не мог. Фазер был почти разряжен, а пробиваться вручную через снежный завал было бессмысленно. Расстояние от места установки модуля до выхода из тоннеля составляло около ста двенадцати метров, и сейчас весь этот объем был забит спрессованным снегом. Идти по тоннелю вглубь горы также не имело смысла. Даже если тоннель имел альтернативный выход, он находился слишком далеко, не попадая в радиус сканирования трикодера. И пробираться по скальному тоннелю вслепую, на ощупь… Может быть, с психологической точки зрения это было лучшей альтернативой, чем вариант «оставаться на месте и ждать», но не с логической. Если рассуждать логически, единственный реальный шанс на спасение заключался в том, что на «Энтерпрайз» каким-то невероятным образом сумеют перенастроить сенсоры, чтобы найти его и Ворика, а потом поднять их обоих на борт. Если же он сейчас уйдет, то тем самым обнулит шансы Ворика быть обнаруженным. Да и свои собственные шансы – тоже. Поскольку в нынешних условиях на «Энтерпрайз» будут ориентироваться на комплексный сигнал. Тяжело вздохнув, Спок снова распахнул коммуникатор, открыл канал связи с «Энтерпрайз» и положил прибор в снег рядом с телом лейтенанта. Это было, как выражался Джим, «подорожником», но тем не менее делало прибор пусть совсем чуть-чуть, но все-таки более заметным для бортовых сенсоров. С трудом заставив себя снова подняться на непослушные ноги, Спок попытался потопать и одновременно размять мышцы плеч и предплечий. Недостатка в кислороде у него теперь не было, но гипотермия по-прежнему оставалась его смертельным врагом. Может быть, стоило использовать остаток заряда фазера, чтобы соорудить себе временный камин, но Спок, тщательно взвесив все «за» и «против», все-таки отказался от этого варианта. Подсознательно не хотелось лишать себя последнего источника света и последнего же шанса как-то подать сигнал. А кроме того, в тоннеле не наблюдалось отдельных камней, которые можно было бы экономно разогреть, а разогревать всю стенку было бы слишком расточительно, а потому нецелесообразно. Приняв решение, Спок глубоко вздохнул, подвигал плечами и заставил себя пройти несколько шагов в одну сторону, а потом в другую. Его задача состояла в том, чтобы продержаться как можно дольше. Выжать максимум из своего замерзшего, уставшего тела. Через «не могу» и даже через «не хочу». Продержаться вопреки всему. Дать «Энтерпрайз» шанс найти его, несмотря на все теоретические выкладки и исчезающе малые вероятности. Потому что в одном Спок был неколебимо уверен: вопреки всей логике и теоретическому отсутствию шансов на успех поиска, их будут искать. Упорно и отчаянно. А он должен просто дождаться. Дождаться в этой ледяной темноте – тоже вопреки всей логике. * * * * * Весь последний час Кирк ни на секунду не отходил от научной станции. Рассудком он понимал, что это не имеет ни малейшего смысла, ведь Свайлер, который и так работал на пределе своих возможностей, не нуждался в дополнительной мотивации в виде маячащего на периферии зрения капитана. Однако уйти и сесть в свое кресло оказалось выше сил Кирка. Поэтому он присел бедром на столешницу научной консоли, чтобы хотя бы не стоять у Свайлера за спиной, и, нервно покусывая нижнюю губу, поглядывал то на обзорный монитор, на котором отображался коричневато-зеленый полукупол Бета-Х-3, то на подсвеченный синими бликами профиль лица Свайлера и его пальцы, которые чутко корректировали тонкие подстройки консоли. Заместитель Спока работал методично и четко – прямо под стать своему начальнику. Хотя поставленная перед ним задача была адски сложной – невероятно сложной, а большинство специалистов и вовсе назвали бы ее невыполнимой. Шутка ли – ориентируясь на комплексные параметры живой органики, скрещенные со стандартным сигналом коммуникатора, пробиться через плотные помехи от местной горной породы; через помехи, которые сенсоры классифицировали как «превышающие разрешающую способность оборудования и делающие обнаружение объектов на поверхности технически невозможным». Но Свайлер, полностью согласившись с отказом капитана смиряться с вердиктом, который вынесла равнодушная техника, уже почти три часа бился за шанс на спасение для Спока и Ворика. Конечно, бился он не один. Самые опытные из офицеров научного отдела сейчас вели тонкие расчеты, чтобы использовать в своих целях самые крохотные, почти несуществующие лазейки – и передавали эти расчеты на мостик Свайлеру. Но именно на его плечах лежала принципиально важная часть – суметь найти в мешанине данных крошечный фрагмент нужного паттерна. Найти, не упустить и суметь вывести его в пиковый фокус поиска. Поэтому, когда Свайлер наконец обернулся к капитану, посмотрев на него усталыми покрасневшими глазами, то Кирк, будто подброшенный невидимой пружиной, вскочил со своего насеста и в одну секунду оказался рядом с лейтенантом-коммандером. - Есть, капитан, - выдохнул тот, и его лицо осветила слабая, очень усталая, но столь же искренняя улыбка. - Теперь мы точно знаем, какой именно тоннель из этого лабиринта Минотавра нам нужен. Сейчас проверим стабильность снежного покрова на склонах, и можно будет… - Постойте, мистер Свайлер, - хмурясь, перебил ученого Кирк. - Вы хотите сказать, что вытаскивать их оттуда придется физически? Не телепортацией? - Нет, капитан, не телепортацией, - уверенно качнул головой Свайлер, не отводя взгляда. - Риск слишком велик. Вы же понимаете, что инженерное оборудование чисто технически невозможно откалибровать с той точностью, которая возможна для научной консоли. Но даже сенсоры научной консоли не видят биосигналов. Поэтому погрешность наведения телепортационного луча будет просто запредельной. Грубо говоря, в нынешних условиях может получиться так, что мы поднимем на борт голову, а все остальное останется на планете. Плечи Кирка непроизвольно передернулись, и он резким движением обернулся, острым взглядом так и впившись в коричнево-зеленый полукупол на обзорном мониторе. Свайлер тактично молчал, давая капитану возможность осознать услышанное и смириться с ситуацией. Но пауза не затянулась. Капитан всегда умел быстро принимать решения. - Нет, мистер Свайлер, - твердо и очень спокойно произнес он, снова поворачиваясь к лейтенанту-коммандеру лицом и встречаясь с ним взглядом. - Десант мы будем поднимать телепортацией.  - Но капитан! - начал было потрясенный Свайлер, однако Кирк перебил его – резко и бесцеремонно. - Это приказ, мистер Свайлер. Под мою ответственность, - не терпящим возражений тоном отрубил он, а потом добавил, уже немного более мягко. - С лавиной не шутят, мистер Свайлер. Снег только кажется мягким. А на деле удар лавины похож на приземлившийся прямо на тебя шаттл. И еще он дьявольски холодный, - лицо капитана на миг дрогнуло, а голос – совсем чуть-чуть, почти незаметно – просел. Но он быстро вернул себе ускользнувший было контроль. - В лучшем случае они находятся в заблокированной части тоннеля. Но шансы на такой благополучный вариант невелики. Если опираться на слова профессора Прейта, у них было совсем мало времени. А если они попали под лавину, то кто-то из них может быть ранен. Но даже если и нет – они провели там уже больше трех часов. И еще часа или двух у них может просто не оказаться. - Я все понимаю, капитан, - с трудом справившись со стиснувшим горло комком, произнес Свайлер. - Но… - Никаких «но», мистер Свайлер. Передавайте в телепортационную все, что им может пригодиться при подъеме десанта, - с этими словами Кирк вдавил кнопку интеркома и распорядился. - Мистер Скотт, с мостика вам сейчас поступят данные для расчетов по предстоящей телепортации. Наводиться придется почти вслепую, на интуиции. Поднимать будем через горную породу с адскими помехами. Матрицу придется строить на шаблоне спуска. - Черт возьми, кэп`тин, - пробормотал главный инженер, которому хватило этой краткой вводной, чтобы очень ярко представить как шансы на успех, так и результат неудачи. - Скотти, другого выхода для них нет. Я шкурой чувствую – там все на грани, если уже не за ней. Так что или так – или все равно конец. Капитулировать без последнего боя, чем бы он ни закончился, я считаю, не вариант.  - Я все понял, кэп`тин. Сделаю все возможное. И еще немного сверху. - Спасибо, Скотти, - Кирк стиснул в кулак руку, которой он опирался на консоль, и переключил канал вызова. - Боунс, две реанимационные бригады в телепортационную. У нас экстремальная телепортация. - Черт возьми, - обреченно ругнулся начмед и без лишних церемоний закрыл канал. А Кирк, выпрямившись, распорядился: - Мистер Сулу, мостик ваш. Я буду в телепортационной. Повисшее в транспортаторной напряжение было таким плотным, что еще чуть-чуть, и его можно было бы резать ножом. Работающий за пультом телепортации Скотти ни на секунду не поднимал глаза от оборудования, полностью и без остатка сосредоточившись на показаниях его шкал, и как будто сам став частью матриц и цепей транспортатора. Зато взгляды всех остальных людей были прикованы к телепортационной платформе, над которой уже с минуту слабо золотились два неплотных столба, внутри которых пока не было никаких признаков телепортируемых. В помещении стояла полная тишина, нарушаемая лишь тихим попискиванием пульта, и казалось, что капитан и медики сдерживают дыхание, боясь несвоевременным вздохом нарушить хрупкое равновесие энергий. Внезапно Скотти резко выдохнул и глубоко вдохнул, как будто перед прыжком в воду, и решительным, хотя и плавным движением перевел рычаг подачи энергии в максимальное положение. Кирк услышал знакомый перепев выхода телепорта на пик, и крепче сжал и без того до боли стиснутые кулаки. Скотти пошел ва-банк и дал полную энергию. Теперь или пан, или пропал, - мелькнуло в капитанской голове, но он тотчас отпихнул эту мысль прочь и, прищурившись, стал еще пристальнее смотреть на два сияющие столба, которые стали быстро уплотняться. - Есть. Зацепили, - едва слышно прошептал один из медбратьев, и Кирку захотелось дать ему подзатыльника, чтобы заставить замолчать, а менее сдержанный МакКой яростно прошипел: - Заткнись. Сглазишь. Но внутри каждого из столбов и правда наметилось что-то массивное – но только в нижней части. От платформы дыхнуло холодом, будто отражением тех леденящих ощущений вдоль позвоночника, которые сейчас чувствовали все находящиеся в телепортационной. Еще несколько секунд – и мерцание вышло на крещендо, заставив капитана и медиков невольно прищуриться – а потом оно стало стремительно бледнеть, и оба доктора дружно бросились к лежащим на платформе двум телам. Одно из них тут же завозилось, пытаясь сесть, но М`Бенга настойчиво положил руку на плечо вулканца, удерживая его на месте, и торопливо провел над ним медицинским сканером. А потом разрядил в вулканское плечо гипошприц, и упрямец наконец затих, безвольно обмякнув на платформе. Капитан уже сидел на корточках с другой стороны от старпома, а его рука лежала на предплечье Спока в естественном стремлении прикоснуться и ободрить. Но М`Бенга не стал одергивать капитана: главное было понятно и с этой помехой в данных, а развернутое сканирование все равно будет выполняться в лазарете, а не здесь. - Без телепортационных повреждений, - не улыбнуться в ответ на так и осветившую капитанское лицо облегченную улыбку было никак не возможно, так что М`Бенга даже не стал пытаться. - И вообще все в целом неплохо. Только общее сильное переохлаждение и признаки обморожения кистей и, в меньшей степени, стоп. Подробнее после осмотра в лазарете, - с этими словами М`Бенга махнул рукой ожидающим рядом с платформой медбратьям, чтобы те переместили старпома на каталку. А Кирк глянул на МакКоя и тут же без всяких вопросов понял ответ. - Телепортация? - глухо спросил он, мрачнея и горько глядя на неподвижное тело рядом с начмедом. - Нет. Он мертв уже около трех часов. Подробности после вскрытия, - МакКой махнул рукой второй ожидающей паре медбратьев. - Но это позже. Сейчас я вместе с Джеффри займусь Споком. - Разумеется, - кивнул капитан и встал. Боунс тоже поднялся и следом за каталкой поспешил на выход, а Кирк подошел к пульту телепорта. - Отличная работа, Скотти, - благодарно улыбнулся он главному инженеру. - Спасибо. - Не за что, кэп`тин. Но давайте в будущем без такой эквилибристики. - Это уж как получится, - невесело хмыкнул Кирк. - Вызовите вахтенного техника, там на платформе лужи, нужно вытереть. - Ну так конечно, поднимал же единым блоком по координатам. Хорошо, там мышей никаких рядом с нашими десантниками не оказалось, а то приехали бы в одном вагоне. Ловили бы их сейчас, - усмехнулся Скотти, сбрасывая чудовищное напряжение последних минут. - А растаявший снег – ерунда. Моим ребятам немного физических упражнений только на пользу пойдет. - Даже не буду спорить, - Кирк протянул руку и похлопал главного инженера по плечу в жесте благодарности. - Паркуйте оборудование и оставляйте при нем вахтенного. Ту технику, что осталась в засыпанном лавиной тоннеле, нам придется бросить здесь, рисковать ради нее людьми я не собираюсь. Даже если профессор будет настаивать, пошлю его к черту. Активная работа фазеров и нарушение стабильности снежного слоя запросто может привести к сходу новой лавины, так что – нет. А вот модуль из первого тоннеля, если вход в него не завалило, скорее всего, мы сможем забрать ногами. Но это чуть позже. Спешить нам теперь некуда, так что дождемся надежной стабилизации внизу и только тогда подумаем об эвакуационном десанте. - Согласен, кэп`тин, - деловито кивнул шотландец. Честно говоря, он предпочел бы и первый модуль бросить там к чертям собачьим, но понимал, что это и в самом деле будет уже перебором. Просто он был страшно зол и на сам эксперимент, и на этого ученого, хотя и отдавал себе отчет, что это просто эмоции, и командированный к ним экспериментатор всего лишь делал свою работу, и его вины в гибели этого парня нет.                * * * * * Едва МакКой переступил порог палаты, выходя в общий холл лазарета, ожидающий там капитан тотчас поднялся ему навстречу и, не скрывая своего волнения, напряженно спросил: - Ну как он, Боунс? - Господи, Джим, М`Бенга ведь уже сказал вам – все с ним будет в порядке! - раздраженно проворчал МакКой. - И нечего было сидеть под дверью сторожевым псом битый час. Можно подумать, на корабле больше никаких дел для капитана не осталось. - А что там с обморожениями? - настойчиво спросил Кирк, заставив доктора устало поморщиться. - Обойдется без последствий. Хотя играть на своей арфе в ближайшую пару недель он вряд ли сможет. Но ничего, потерпит. Серьезно, Джим – я же сказал: все будет в порядке. Собственно, я его понаблюдаю еще пару часов и выпущу на волю. Утром выйдет на вахту. При этих словах капитан так и расцвел своей фирменной улыбкой. Будто майская роза, Господи прости. - Значит, мне можно поговорить с ним? - Ну, если не терпится и подождать два часа вот совсем никак, - Боyнc сделал многозначительную паузу и демонстративно вздохнул, но Кирк и не подумал смутиться. - Да, я предпочел бы сейчас, - деловито кивнул он. - Профессор Прейт прислал мне свой официальный отчет еще пару часов назад, и теперь я хотел бы получить комментарии Спока, после чего отправить в Штаб итоговый рапорт. Не хочу тянуть с этим, потому что не планирую засиживаться на орбите и предпочел бы иметь на руках официальное распоряжение командования по моим дальнейшим действиям на случай, если Алан начнет упрямиться и захочет продолжить полевые эксперименты на Бета-Х-3. - Ладно, идите уж, - Боунс махнул рукой на дверь палаты, из которой он только что вышел. - Но имейте совесть, полные два часа не высиживайте. - Вас понял, доктор, - ухмыльнулся капитан. - Спок, - при виде друга, который уверенно полусидел на кровати и в целом выглядел очень даже неплохо, Кирк не стал сдерживать широкой искренней улыбки. Он был от всего сердца рад его благополучному возвращению и не собирался этого скрывать. - Как вы себя чувствуете, дружище? - сочувственно спросил он, подтаскивая к кровати стул и усаживаясь на него. - Со мной все в порядке, капитан. И полагаю, доктор МакКой уже сказал вам это. Кирк качнул головой, не обманувшись сухостью ответа. Спок, как и любой нормальный командир, всегда тяжело переживал гибель своих подчиненных, а в данном конкретном случае он наверняка винил себя в том, что это случилось. Хотя его вина была лишь косвенной. Однако с самокритичностью своего друга капитан был знаком не понаслышке. - Честно говоря, про «в порядке» Боунс ничего не говорил. Наоборот, упомянул о последствиях переохлаждения и обморожения, - Кирк многозначительно приподнял брови, но решил подсластить горькую пилюлю. - Однако обещал выпустить вас через пару часов, если его удовлетворит динамика. - Логичное решение. Удивительный, но положительный факт, - насмешливо приподнялась острая бровь, а в глазах заиграли знакомые лукавые искорки, и Кирк с облегчением констатировал про себя, что с моральным состоянием его друга дела обстоят лучше, чем он было решил. Поддерживая прозвучавшую шутку, Кирк негромко рассмеялся и похлопал вулканца по скрытому под одеялом колену. - Никому нельзя отказывать в возможности для личного роста. - Действительно, - со вздохом согласился Спок, посмотрел прямо в глаза капитана и уже совсем другим тоном негромко спросил. - А что случилось с профессором Прейтом? Он тоже погиб под лавиной? - Нет, - спеша успокоить Спока, Кирк торопливо мотнул головой. - Тотчас после вашего разговора он связался с транспортаторной и успел подняться на борт до того, как его накрыло. Он вообще не пострадал. - После нашего разговора? - острые брови в мимическом жесте недоумения сошлись ближе к переносице. - Вы хотите сказать, после того, как мы с мистером Вориком пошли в тоннель, профессор сразу же поднялся на борт «Энтерпрайз»? - Нет, конечно! Я имею в виду ваш последний разговор по коммуникатору. Сообщив вам о начавшемся сходе лавины… - Но профессор не выходил с нами на связь после того, как мы с лейтенантом Вориком ушли устанавливать второй модуль! - Спок был настолько поражен услышанным, что даже позволил себе перебить капитана, и в его речи отчетливо прозвучали восклицательные знаки. - И не сообщал о лавине! Я почувствовал усиливающуюся вибрацию плиты под ногами и догадался, что происходит! Но было уже слишком поздно, и мы с мистером Вориком не успели добежать до поворота тоннеля! Капитанские глаза полыхнули таким знакомым Споку стальным огнем, а их хозяин резким движением откинулся на спинку стула. - Вот значит как, - медленно произнес он, прищуриваясь и глядя немигающим взглядом в пространство перед собой. Потом резко качнул головой, как будто стряхивая овладевший им короткий ступор, и посмотрел прямо в глаза своего растерянного старпома. - Спок, а теперь давайте подробно и по порядку. С самого начала десанта и до того момента, как вы с Вориком оказались в лавине. - Капитан, я так понял, наши с профессором показания расходятся? Я бы хотел узнать, что именно он вам рассказал, - тихо возразил Спок, не отводя взгляда. - Это неважно, - мотнул головой Кирк. - По крайней мере, неважно прямо сейчас. Потом для экономии времени на пересказе я просто дам вам прочитать его официальный отчет, который он прислал мне. А сейчас я хочу, черт возьми, узнать, что там на самом деле произошло. Рассказывайте. Спок сглотнул, до глубины души тронутый этим отсутствием даже малейшего намека на положенный капитану нейтралитет. «Собрать мнения всех участников и беспристрастно оценить их». И дело было не только в произнесенных Джимом словах, которые имели лишь один возможный смысл: капитан без секунды колебаний выбрал сторону, и ни о какой беспристрастности не может быть и речи. Нет, слова лишь дополняли то, что ясно читалось в его глазах. Это было нелогично, неправильно – и что уж там, просто недопустимо для капитана, но Спок отдавал себе отчет: столь искренне продемонстрированное Джимом нерушимое доверие пробирало так, что становилось горячо глазам и сбивалось дыхание. Кашлянув, чтобы прочистить горло, Спок глубоко, не по-вулкански вздохнул и начал свой рапорт. Может быть, он получился излишне подробным, но Спок считал важным не упустить ни единой детали и дословно передать все диалоги и с лейтенантом Вориком, и с профессором Прейтом. Благо, занятые работой, они разговаривали очень мало. Как только Спок закончил, Кирк коротко кивнул, резким движением развернул к себе прикроватный монитор и ввел личный код, чтобы войти в свою почту и открыть нужное письмо. А потом повернул монитор к Споку. А сам снова откинулся на спинку стула и принялся массировать занывший болью висок. - С главным все понятно. Возможно, профессор не контролировал состояние склона или сход был внезапным, без предвестников. Но это несущественно. Так или иначе, увидев несущуюся вниз лавину, он понял, что у него очень мало времени и выбрал не рисковать его потерей на то, чтобы предупредить вас. Может быть, в тот момент он был охвачен паникой и даже не осознал толком своего выбора, движимый ужасом и инстинктом самосохранения. А потом, на борту… - Кирк тяжело вздохнул и с силой потер лоб, а потом встретился взглядом со Споком, который, закончив чтение, отодвинул от себя монитор и теперь смотрел на капитана. - Он струсил еще раз. Понимал прекрасно, что своим признанием закроет для себя экспедиции под патронажем Звездного флота. Да и в Научном корпусе по головке его не погладили бы. Если смотреть формально, то трусость и потеря контроля перед лицом смертельной опасности – это не преступление, ведь он не офицер и Присяги не давал. Но неформально… на пользу его репутации этот случай точно не пошел бы. А в науке многое стоит на личных отношениях. Если учесть его честолюбие, - Кирк криво усмехнулся. - Результат вполне закономерен – он решил спихнуть вину на покойника, а самому остаться с чистыми руками. - Действительно, - сухо согласился Спок, который пока еще не полностью справился с нелогичным валом эмоций, который накрыл его после прочтения отчета профессора. - Весь вопрос состоит в том, как он поведет себя дальше, - с решительным видом подытожил Кирк, хлопнув себя по колену. - Если он даст заднюю, это, конечно, не станет оправданием для вот этого вот, - капитан с ясно написанным на лице отвращением махнул рукой на прикроватный монитор. - Но хотя бы будет свидетельствовать о наличии некоторых понятий о чести и совести, - с этими словами Кирк поднялся со своего места и послал Споку теплую улыбку. - Но вам, Спок, сейчас нужно думать не об этом. В первую очередь вам нужно восстановить здоровье, а все остальное – второстепенно. Я сейчас встречусь с профессором Прейтом и послушаю, что он мне скажет в свете изменившихся обстоятельств. А вы зайдете ко мне сразу после того, как Боунс выпустит вас, хорошо? Спок не был согласен с предложенной Джимом расстановкой приоритетов, однако она не стала для него сюрпризом. К тому же, остальной план был абсолютно логичен, и сейчас капитану следовало встретиться с профессором и выяснить, намерен ли тот менять свои показания, узнав, что один из его спутников остался жив. - Хорошо, капитан, - подтвердил Спок вслух, про себя надеясь, что начмед не станет впадать в свою обычную перестраховку и действительно выпустит его на каютный режим после стандартного контроля динамики состояния. А Джим, будто прочитав его мысли, с мягкой улыбкой на губах добавил: - Впрочем, если доктор вас все-таки не выпустит, то я последую древней поговорке о Магомете и горе, и сам навещу вас, - с этими словами он ободряюще кивнул своему другу и быстрым шагом пошел на выход из палаты. Кирк без лишних церемоний сразу направился в каюту профессора Прейта. Как он и ожидал, профессор был на месте. - Если ты еще не в курсе, мы смогли поднять на борт лейтенанта Ворика и мистера Спока, - сразу с порога перешел он к делу, не считая нужным разводить вступительные беседы. - К сожалению, лейтенант погиб в лавине. Несовместимых с жизнью травм у него не было, если бы мы знали их координаты и смогли бы начать подъем сразу, он остался бы жив. Но этого не произошло, и гипотермия, а также образовавшаяся у лица ледяная корка быстро убили его. - Мне жаль, - с грустью покачал головой профессор и приглашающе махнул рукой на стулья у стола. - Не хочешь присесть, Джим? - Спасибо, я постою, - вежливо отказался Кирк, пытливо глядя в лицо профессора и пытаясь подметить в его выражении хотя бы тень неуверенности или колебаний. А Прейт между тем добавил: - Очень жаль, что мистер Спок так настаивал исследовать этот чертов тоннель. А ведь я предупреждал, что… - Алан, - резко перебил Кирк профессора. - Я уже поговорил со Споком. Он рассказал мне, как все было. - В смысле? - с написанным на лице изумительно искренним недоумением нахмурился Прейт. - Ты хочешь сказать мне, что он поведал тебе какую-то альтернативную версию? - Я хочу сказать, что он рассказал мне, как все было на самом деле, - с нажимом произнес Кирк. - Подожди-ка, - криво усмехнулся Прейт. - Это что, ты мне тут сейчас в глаза заявляешь, что веришь ему, а не мне? Без расследования, без сбора фактов – просто сходу объявляешь именно меня лжецом? Так?  - Нет, не так. Ваши с ним показания принципиально расходятся в нескольких ключевых пунктах. Главный из которых – это вопрос твоего выхода на связь после начала схода лавины и, соответственно, вопрос получения предупреждения твоими спутниками. Ты утверждаешь, что этот разговор и предупреждение были, а Спок – что их не было. При этом я знаю, что Спок никогда не стал бы обелять себя с целью избежать ответственности за совершенную им ошибку. Это в принципе исключено. - То есть ты исключаешь это для него, но допускаешь для меня, так? - Я исключаю это для него, - спокойно подтвердил Кирк. - И если твое утверждение противоположно тому, которое сделал он, то вывод однозначен: ты лжешь. И прямо сейчас продолжаешь лгать.  - Ты же понимаешь, что только что прямым текстом признался в собственной пристрастности? На которую капитан вообще-то не имеет права? - Нет. Я только что прямым текстом сказал тебе, что очень хорошо знаю Спока, потому что мы с ним плечом к плечу прошли через такое, чего ты и в страшном сне не видел. И я сотню раз убеждался, что он не боится отвечать за свои решения и поступки. И никогда не пытается переложить ответственность на кого-то другого, - не скрывая презрительных ноток в своем голосе, отчеканил Кирк. - Трогательно, - хмыкнул Прейт. - Вот только не отменяет твоей предвзятости. Так что я сомневаюсь, что тебя одобрят в качестве свидетеля защиты. А в остальном с точки зрения суда это будет мое слово против его слова. Вот только мотив для ложных показаний у меня и у твоего старпома имеет разный вес. Я в любом случае не пойду под Военный трибунал и не получу обвинение в гибели подчиненного под моим командованием. Так что, если отбросить красивые слова, то с точки зрения правовых норм и логики совершенно очевидно: оснований переложить ответственность у него имеется больше, и они весомее. Глаза Кирка так и полыхнули опасным огнем, но Прейт покачал головой: - Полегче на поворотах, Джим. Выдержка не железная даже у тебя, и если продолжишь себя накручивать, то можешь не сдержаться и врезать. А это уже физическая расправа и попытка путем насилия заставить меня отказаться от своих слов. Так что присядешь на скамью подсудимых рядышком со своим старпомом. - Знаешь, а может оно и стоит того, - прищурившись, процедил Кирк. - Нет, не думаю. Впрочем, у меня к тебе есть деловое предложение, так что отложи пока свои кровожадные планы и выслушай. Мое слово против его слова – это данность, потому что доказательств моей вины нет, и взяться им неоткуда. Впрочем, доказательств его вины тоже нет, и им тоже теперь неоткуда взяться. Так что я предлагаю компромисс. Я готов немного смягчить свои показания. Я не буду рассказывать, что мистер Спок настаивал на установке модуля в тоннеле северного склона, и даже готов сделать вид, что это был я, а не он. Также я умолчу про те двенадцать секунд, на которые мистер Спок был готов задержаться, чтобы завершить запись спектрограммы, несмотря на мое прямое предупреждение. Двенадцать секунд, которые могли оказаться роковыми для лейтенанта, - Прейт, будто не замечая того, как покраснело лицо капитана, выдержал многозначительную паузу, после чего тем же спокойным тоном продолжил. - А твой старпом в своей версии событий уберет пункт об отсутствии моего предупреждения. Посуди сам, Джим. Его выгода будет куда больше. Никаких обвинений в попытке переложить ответственность на гражданское лицо и никаких обвинений в гибели подчиненного под его командованием. Просто несчастный случай в десанте. Это трагедия, но ваша служба очень опасная, и трагедии время от времени случаются. Вероятность схода лавины действительно была очень низкой, записанные на оба наших трикодера данные это подтвердят, и любой эксперт согласится с нашими выводами. Мы пошли на риск, да, но риск был обоснованным. И все, дело для нас обоих будет на этом закрыто. - Погиб человек, профессор, - бросил Кирк, игранув желваками на висках. - Я в курсе. Но Трибунал над твоим старпомом или суд надо мной не отменят этого факта. Они не вернут его, Джим. Так какой смысл крушить чью-то карьеру или даже ломать жизнь, как это будет в случае твоего вулканца?  - Смысл в том, чтобы избежать повторения сценария! Ты взял на себя обязательства предупредить Спока и Ворика, и не выполнил их! Струсил и тем самым обрек на смерть тех, кто тебе доверился! И в следующий раз ты опять будешь спасать свою шкуру, наплевав на тех, кто окажется зависимым от тебя! Потому что тебе даже не стыдно! Тебе плевать на то, что погиб Ворик! Плевать на то, что и Спок едва не погиб! Поднявшись на борт, ты думал только о том, чтобы отскочить от ответственности! - Джим-Джим-Джим, - под напором этой почти несдерживаемой ярости Прейт невольно сделал шаг назад и приподнял перед собой руки в защитном жесте. - Это все по твоей версии. Точнее, по версии твоего старпома, чью сторону ты решил безоговорочно принять. По моей версии я никого не бросал и выполнил все свои обязательства! - Да ты же врешь! - Кирк одним коротким броском вперед прижал Прейта к переборке, согнутой в локте рукой надавив на его шею.      - И что ты намерен делать дальше? - прохрипел Прейт, прямо глядя в покрасневшие от ярости глаза капитана. - Убьешь меня? - Не собираюсь пачкаться, - процедил Кирк, резким движением отстраняясь и одергивая тунику. Смерив профессора еще одним полным презрения взглядом, он крутанулся на каблуках и пошел на выход, но Прейт, чуть повысив голос, бросил в его до хруста выпрямленную спину. - Джим, мое предложение остается в силе. Передай его вулканцу. Пусть оценит ситуацию логически. Кирк, не снизойдя до ответа, вышел из каюты, остро сожалея, что конструкция двери не позволяет со всей силы хлопнуть ею за собой. * * * * * К моменту прихода Спока в его каюту капитан успел взять себя в руки и успокоиться. Протаптывать тропинку в палубном покрытии, бегая по каюте из угла в угол, было бессмысленно. Яростные ругательства тоже не могли что-либо изменить. А факты – факты теперь были очевидны. «Если хочешь, чтобы в твою ложь поверили, ты должен поверить в нее сам, и поверить безоговорочно», - эти слова из старой книги подлец, облеченный ученой степенью, явно взял на вооружение. И выбить его с занятых бастионов не было даже призрачного шанса. Так что звонок дверного интеркома застал Кирка уже сидящим за столом и крутящим в голове один вариант тактики за другим в поисках оптимального. - Проходите, Спок, присаживайтесь, - вздохнув, он заставил себя улыбнуться вошедшему в каюту другу. - Так понимаю, доктор был удовлетворен положительной динамикой? - задавая этот вопрос, капитан естественным образом посмотрел на кисти вулканца и едва сдержал импульс сочувственно поморщиться, увидев, что кожа там все еще имеет нездоровый зеленовато-желтоватый цвет и сильно шелушится. - Ответ положительный, хотя допуск к службе я пока не получил, - Спок сознательно сделал паузу, дождался, когда капитан поднимет на него встревоженный взгляд, и позволил уголкам своих губ приподняться в намеке на полуулыбку. - Со мной все в порядке, Джим. Доктор сказал, что подписывает мой допуск с послезавтра, а следующий день рекомендовал мне посвятить отдыху и восстановлению сил. А это, - Спок взглядом указал на свои кисти, состояние которых ожидаемо не ускользнуло от внимания Джима. - Просто остаточные поверхностные явления. - Да, я понимаю, - еще раз вздохнул Кирк, усилием воли прогоняя прочь всплывшие в памяти слова МакКоя: «Играть на своей арфе в ближайшую пару недель он вряд ли сможет». Капитан не собирался тянуть, зная, что его друг предпочтет обойтись без сложных вступлений, а сразу перейти к их главной проблеме. - Как я и планировал, из лазарета я сразу прошел к Прейту. Честно говоря, я надеялся, что у него все же есть зачатки совести, и он изменит показания, когда узнает, что один из его спутников остался жив и рассказал, как все было на самом деле. Увы. Я ошибался, - не сдержавшись, Кирк мрачно нахмурился, но заставил себя продолжить. - Он настаивает на своей версии и не прокалывается даже в мелочах. Я не записывал наш разговор, но сделанная запись ничего не изменила бы. Он четко держит курс и ведет себя так, будто сам верит в правдивость своих слов. - Самая логичная тактика, - бесстрастно произнес Спок, не дрогнув ни единой мимической мышцей. - Ох, Спок, не приравнивайте логику и подлость! - раздраженно отмахнулся от него Кирк. - Подлость не может быть логична! - Вулканцы с вами согласились бы, Джим. Относительно других рас я бы не брался утверждать наверняка. - Ладно, проблема сейчас не в том, кто бы со мной согласился, а кто нет. Проблема в том, чтобы найти нормальный выход из этого тупика. - Боюсь, Джим, что здесь возможно только одно решение, - с тем же выдержанным спокойствием в голосе ответил Спок, прямо глядя в глаза своего капитана. - Я представлю вам свой рапорт о произошедших в десанте событиях, вы присовокупите его к отчету профессора и отправите их командованию. - Черт возьми, - резко выдохнул Кирк, отводя взгляд и с силой потирая лоб. Мерзкое предложение, которое выдвинул Прейт, вставало в горле липким противным комом, но Кирк понимал, что обязан озвучить его Споку. Он знал, какой выбор сделает его друг, но все-таки не должен был делать его вместо него. - Спок, я…, - он поморщился, стараясь выбрать верные слова и не находя их. Но Спок неожиданно помог ему. - Профессор предложил вам сделку, Джим? - проницательно предположил он. Кирк поморщился и кивнул. - Да. Он готов признать, что решение установить модуль в тоннеле лавиноопасного склона принял он, а не вы. Также он уберет свое обвинение в задержке из-за желания завершить сбор данных. В обмен Прейт желает подтверждения того, что он предупредил вас о начале схода лавины, прежде чем командовать подъем на борт себя и оборудования. Эмоции Спока выдала лишь ставшая чуть более жесткой линия губ и едва заметно прищурившиеся глаза. - Я понял. И считаю этот вариант неприемлемым для себя. Кирк молча кивнул, зная, что Спок не нуждается во фразе: «Я не сомневался в вашем выборе». - Однако я намерен задержать отправку рапортов командованию. Хочу еще немного поразмыслить над всей нашей ситуацией. А в этом деле, как говорит наш острый на язык навигатор, «утро вечера мудренее». Спок знал, что сейчас будет уместным отпустить свой традиционный юмористический комментарий, который немного разрядит почти физически ощущаемое в воздухе напряжение. Однако он не стал этого делать. - Капитан, ваше решение нелогично, - тихо сказал он. - Нет смысла оттягивать неизбежное. Как и нет смысла искать отсутствующий альтернативный выход. - Не согласен с вами, Спок, - твердо качнул головой Кирк, но Спок настойчиво возразил, едва заметно подавшись вперед и сведя брови над переносицей, что с головой выдавало охватившее его волнение. - Джим, вы не хуже меня осведомлены о стандартной процедуре для таких случаев, как и о сроках ее выполнения. При этом она не является некоей тайной за семью печатями, и профессор может получить эту информацию из открытых источников. И, учитывая… все прочее, я не сомневаюсь, что он не погнушается воспользоваться полученной информацией в своих целях. А я категорически не хочу…, - Спок запнулся, а Кирк спокойно продолжил за него: - А вы не хотите, чтобы я оказался втянутым в это вместе с вами. - Капитан, это не является… - Спок, - Кирк прямо посмотрел своему другу в глаза. - Давайте не будем прятаться за сложными словами. Мне плевать на потенциальные обвинения в предвзятости, потому что на другой чаше весов лежит слишком многое, и оно лично для меня куда важнее ущерба от этих обвинений. Спок тяжело сглотнул и отвел взгляд, признавая свое поражение, потому что контраргументов для этого искреннего признания не существовало. Оставалось только принять его как данность. И да, оно не явилось для него сюрпризом – на самом деле он знал, что Джим решит поступить именно так, просто не мог и не хотел соглашаться с его решением. Однако переубедить Джима было не в его силах, и это он тоже знал заранее. - Не переживайте так, Спок, - мягко произнес Кирк, с трудом справившись с импульсом потянуться вперед через стол и накрыть руку вулканца своей. Ведь его собственные эмоции сейчас были так же далеки от олимпийской уравновешенности, как курорты Ригеля от шахт Макуса-3, и пострадавшая от мокрого снега вулканская кожа была самой плохой из всех возможных точек выбора для их приложения. - Я уверен, что время будет работать на нашей стороне, и спешка станет неправильным решением. Во-первых, сам Прейт знает, что он врет, и потому может сделать ошибку, которую мы сумеем обернуть в свою пользу. А во-вторых, я рассчитываю получить какие-то мелкие дополнительные детали, которые подкрепят ваши слова и ослабят его. Нам нужно подтверждение реальной картины событий, не более того. Просто пока в нашем распоряжении мало фактов, и нам надо добрать недостающее. Взять хоть тот же первый модуль. Я хочу непременно поднять его на борт, и как только ситуация внизу стабилизируется, прикажу спустить десант, чтобы забрать его из тоннеля. Весы, Спок, - на губах капитана появилась слабая улыбка. - Нам нужно по максимуму усилить вашу чашу в глазах судей, которые не знают вас и потому будут опираться только и исключительно на сухие факты, которых, повторюсь, пока слишком мало.                  Спок удрученно кивнул, понимая, что у него и в самом деле нет ни единого шанса переубедить уже все решившего для себя Джима.  - Боюсь, эта тактика вряд ли даст существенный положительный результат при очевидном серьезном ущербе, - все-таки заметил он и поднялся со своего места. - Извините меня, Джим, но сейчас я хотел бы уединиться в своей каюте. - Конечно, Спок, - с готовностью кивнул Кирк и тоже встал. Наконец протянул руку и мягко сжал предплечье вулканца. - Отдыхайте, дружище, я буду держать вас в курсе всех новостей. * * * * * Перешагнув порог своей каюты, Спок лишь скользнул взглядом по стоящему в углу тиглю и сразу направился к рабочему столу. Сейчас ему требовалась не медитация, а логический анализ ситуации и выработка оптимальной тактики.  В главном Джим был абсолютно прав: им не хватало фактов. Тут Спок неожиданно для самого себя осознал, какое именно местоимение он автоматически использовал, и нахмурился. Однако неосознанная оговорка на самом деле оговоркой не была, и вполне отражала реальную картину: Джим оказался втянутым в эту ситуацию вместе с ним. Иное было бы несовместимо с теми понятиями чести и дружеского долга, которые были для его капитана одними из ключевых внутренних ориентиров. Такой несгибаемый личностный стержень вызывал у Спока глубокое уважение и восхищение, однако сейчас их крепкая связь могла стать причиной крушения карьеры капитана, а этого Спок никак не желал допустить. И дело было отнюдь не в формализмах, нет, а в том, как много для Джима значила эта служба и этот корабль в личном плане. Его капитан уже не в первый раз ради него бестрепетно делал эту ставку, но сейчас Спок собирался найти другой выход и таким образом не позволить Джиму рисковать своими нашивками. Ведь Джим озвучил и еще один верный вывод: Прейт лгал, а значит его позиция была по определению шаткой, имеющей большой потенциал для совершения роковой ошибки. И все, что нужно было Споку – это найти необходимый рычаг, который выведет Прейта из равновесия и вынудит совершить ту самую ошибку. Мелькнувшая у Спока идея была неожиданной даже для него самого, и на первый взгляд показалась нелогичной, однако… Однако в случае успеха она обещала быстрое и эффективное решение проблемы. При этом скорость сейчас была очень важным фактором – в первую очередь, именно для Джима. Разумеется, мотивом Спока было отнюдь не только стремление вывести своего капитана и друга из-под удара. Маячащая перед ним не просто совершенно реальная, а по сути неотвратимая перспектива оказаться на скамье подсудимых его отнюдь не прельщала, а еще меньше прельщала теоретически вполне возможная перспектива быть осужденным за чужое малодушие, которое помешало профессору выполнить взятое на себя обязательство и предупредить своих спутников о грозящей опасности. Если бы он сдержал данное своим спутникам слово, они успели бы активировать связь модуля для определения их координат, а потом укрыться за поворотом тоннеля, и лейтенант сейчас был бы жив. Горечь, затопившая Спока от этой мысли, была такой острой, что вулканец был вынужден на несколько секунд прикрыть глаза, чтобы взять под контроль поднявшийся эмоциональный шквал. Да, ради того, чтобы расставить все по своим местам, он был готов пойти на многое. Необходимость рискнуть жизнью ради того, чтобы сохранить свое место во флоте, сохранить свое место на «Энтерпрайз», выглядела вполне приемлемым вариантом. Определенно, вполне приемлемым. Выжидательная тактика не предполагала такого уровня риска для него самого, но… Она включала огромный риск для Джима как для капитана, поэтому Спок отбросил этот вариант как неприемлемый. Таким образом, решение было принято. Джим называл такой маневр «игрой с подсадной уткой» и не раз весьма ловко применял его в различных вариациях.     - Ну что же, Джим, как ты говоришь, «ставки сделаны, господа, ставок больше нет», - негромко произнес Спок, поднимаясь со своего места за столом. Первым его пунктом назначения была шестая лаборатория, где он намеревался собрать портативный диктофон, а вторым – каюта профессора Прейта. * * * * * - Коммандер? Признаться, не ожидал, - но в голосе Прейта Спок уловил скорее не удивление, а сдержанную насмешку. Однако профессор без колебаний впустил в каюту незваного и к тому же позднего гостя, и это было единственным, что на данный момент интересовало Спока. - Отчего же? - сдержанно поинтересовался он, проходя в каюту, останавливаясь в центре гостевой зоны и привычным движением заводя руки за спину. - Я, напротив, нахожу свой визит сюда максимально логичным из всех возможных вариантов. - Неудивительно, иначе бы вы не пришли, - пожал Прейт плечами и встал напротив вулканца, зеркаля его позу. - Итак, чем обязан? - Капитан передал мне ваше предложение. И я счел логичным встретиться лично, чтобы сказать, что отклоняю его. Как вам наверняка известно, вулканцы не лгут. Вы же предлагаете мне исказить события, которые повлекли гибель лейтенанта Ворика, потому что очень хотите избежать ответственности за вашу трусость, проявленную в критический момент. - Уууу, сколько пафоса, - рассмеялся Прейт, качая головой. - Повторяю для непонятливых – это исключительно ваша версия, а по моей версии как раз вы являетесь тем, кому неохота отвечать за свою баранью настойчивость, которую вы перепутали с научным азартом и в результате сделали ставкой жизнь этого паренька. И не стоит пытаться меня переубедить, потому что я отлично помню, как все было на самом деле. - Я тоже помню это, профессор, - спокойно кивнул Спок. - Как вам наверняка известно, вулканцы обладают эйдетической памятью, - он приподнял бровь, подчеркивая сделанную паузу, и добавил. - А также способностью транслировать свои воспоминания мастерам вулканских практик во время мелдинга. Подделать воспоминания в ходе слияния разумов невозможно. Вы утверждаете, что у меня нет доказательств того, кто из нас говорит правду – но вы ошибаетесь, они у меня есть. Вот здесь, - Спок снова приподнял бровь и постучал себя указательным пальцем по виску. - Вы проиграли, профессор. Однако у вас еще есть возможность отозвать свои показания, думаю, капитан позволит вам сделать это. Все-таки вы всего лишь человек и потому подвержены человеческой слабости характера. Однако рекомендую вам действовать без промедления. Я не сообщал капитану о своих доказательствах и в ближайшие сутки воздержусь от этого, потому что не хочу искушать его отказать вам в отзыве ваших показаний, поддавшись мелочному стремлению отомстить вам за все произошедшее. Месть нелогична, но, боюсь, капитану может быть сложно справиться со своими эмоциями в ваш адрес. Поэтому я не стану информировать его о своем намерении извлечь доказательства из моей памяти, чтобы он согласился просто удалить ваш официальный отчет и отправить командованию только мой. Спок выдержал долгую паузу, в глубине души надеясь, что Прейт поведется на его блеф и прямо сейчас выдаст себя, но профессор упрямо молчал, крепко стиснув губы и напряженно глядя на своего гостя. Когда дольше тянуть паузу стало невозможно, Спок произнес, постаравшись вложить в свой тон всю иронию, которую он сумел в себе собрать: - Спокойной ночи, профессор, - крутанулся на каблуках и вышел вон. Уже оказавшись в своей каюте, Спок вытащил диктофон, выключил его и скопировал сделанную запись на компьютер. Потом подготовил письмо капитану, вложил туда эту запись и поставил отсроченную отправку, чтобы в нужный момент сделать это простым нажатием одной кнопки. Закончив приготовления, Спок выключил терминал и откинулся на спинку стула, сложив пальцы в любимом медитативном жесте. Что же, самый простой путь реализовать не удалось. Возможно, Прейт после некоторых размышлений поступит в соответствии с полученной рекомендацией и отзовет свой обвинительный отчет, но Спок почему-то был абсолютно уверен, что этого не произойдет, и игра перейдет в опасную фазу «подсадной утки». Что же, делая свою ставку, он был готов к такому развитию событий, и сейчас не собирался отступать. Конечно, теоретически нельзя было исключать тот вариант, что Прейт был знаком с вулканской культурой, а потому сразу раскусил блеф Спока. Но, опять же, Спок был уверен, что такой вариант является лишь теоретическим. Информация о вулканских таинствах была закрытой для иномирцев, и даже если Прейт каким-то случайным образом сумел получить некие ее крохи, Спок нарочно усилил нарратив, сузив озвученные умения до «мастеров вулканских практик». А кроме того, Спок видел это: секундную вспышку страха в глазах профессора. Этот миг осознания, что прямо у его ног только что разверзлась пропасть, которую не получится ни перейти, ни обойти. Но да, вспышка была совсем короткой, тут же спрятанной за барьерами контроля. Однако она все-таки была. Продолжение рассуждений в этом направлении было нелогично, поэтому Спок поднялся со своего места и зажег тигель, намереваясь последовать совету доктора МакКоя и позволить себе отдохнуть. День сегодня действительно выдался очень тяжелым сразу по многим причинам. Утром Спок, с трудом справляясь с нетерпением, в первую очередь вышел на связь с капитаном. Он нарочно подгадал время своего вызова так, чтобы попасть на самый конец утренней рутины Джима. После того, как капитан проверит свою рабочую почту, но до того, как он выйдет из каюты, направляясь в столовую. Увы, тактический расчет ничего не дал: несмотря на уединение и возможность поделиться приватными новостями, Джим ограничился тем, что осведомился о состоянии его здоровья, а потом сказал, что по информации от научного отдела снежный покров на склонах стабилизировался, и скоро он намерен спустить десант, чтобы забрать первый модуль. Пожелав капитану спокойной вахты и закрыв канал, Спок задумчиво поджал губы, побарабанил пальцами по столу, вздохнул и решил пассивно ждать развития событий. Он был уверен, что Прейт в любом случае не бросится на него с ножом в одном из корабельных коридоров. Нет, если профессор пойдет на покушение, он сделает все возможное, чтобы замаскировать его под несчастный случай. Таких возможностей в пространстве звездолета было бесчисленное множество, второй вопрос, что профессор имел крайне ограниченный доступ в служебные помещения и, соответственно, к оборудованию. А кроме того, профессор наверняка был наслышан о живучести вулканцев, а потому должен был найти способ ударить наверняка. Так и не придя к чему-то конкретному, Спок отставил бесплодные размышления в сторону и вместо этого занялся отчетами из своего отдела. Пусть у него не было формального допуска к службе, но Спок считал, что никто не станет сверять даты обработки отчетности из научного отдела с официальной медицинской документацией, а для некоторых экспериментов, которые сейчас находились в активной фазе, задержка была бы крайне нежелательна.   Прошло всего лишь пятьдесят шесть минут, и от работы его оторвал вызов входного интеркома. Решив придерживаться базовых принципов осторожности, Спок не стал впускать посетителя, не вставая со своего места, а вместо этого подошел к двери и лишь тогда нажал на кнопку ее открытия. На пороге обнаружился профессор Прейт. Обойдясь без стандартного приветствия, которое в их обстоятельствах было бы не особенно уместно, профессор сразу перешел к делу: - Несмотря на ваши претензии ко мне, мистер Спок, я надеюсь, что вы в интересах общего дела не откажетесь помочь. Дело в том, что капитан приказал спустить десант на планету, чтобы забрать оставшийся там модуль, установленный в тоннеле юго-восточного склона. Очевидно, что искать тот, который погребен под тоннами снега в тоннеле северного склона, нет ни малейшего смысла. - Действительно, - сдержанно кивнул Спок. - Однако и с первым модулем есть серьезные проблемы. Вы не хуже меня знаете принцип его работы: как только основной блок был поднят на борт вместе со мной, модуль вывел мощность передатчика данных на максимум, стремясь «докричаться» до основного блока, который по понятным причинам стал недостижим. Так что аккумулятор за прошедшие почти сутки совершенно точно разрядился в ноль. И модуль сейчас представляет собой мертвый кусок металла и пластика, который среди тамошних горных пород не получится запеленговать ни сенсорами с орбиты, ни трикодерами на месте. А тоннелей там до черта, так что десантникам придется наудачу обходить ногами один за другим. При этом опасность схода лавины хоть и уменьшилась, но не сошла на нет. - Действительно, - повторил Спок, который был весьма впечатлен стройностью услышанных рассуждений. - Поэтому я был бы признателен, если бы вниз спустились вы. Благодаря эйдетической памяти вы без труда найдете нужный тоннель и быстро заберете модуль. - Предлагаете мне спуститься вместе с вами? - без обиняков спросил Спок, и был изрядно удивлен как скоростью ответа, так и его содержанием. - Избави Бог! - рассмеялся Прейт, демонстративно передернув плечами и помотав головой. - Спасибо, с вами я уже спускался, больше не тянет. Нет, я предлагаю вам спуститься вместе с теми двумя ребятами, которых назначил капитан. Пойдете ли вы с ними обоими или с кем-то одним из них, или вообще в одного, без их сопровождения – это уж вы сами решайте, мне все равно. Единственное, не говорите, пожалуйста, об этом изменении планов капитану. У него на меня со вчерашнего дня аллергия, он все мои предложения воспринимает в штыки, так что это конкретное непременно забракует. А оно ведь логичное, согласитесь? - Логичное, - кивнул Спок, сверля профессора бесстрастным нечитаемым взглядом. Однако тот ни капли не смутился. Протянув Споку трикодер, он пояснил: - Я выставил оптимальные фильтры с учетом материалов, из которых изготовлен модуль, чтобы вам не тратить время на поиск спецификаций. - Весьма предусмотрительно, - холодно ответил Спок, принимая трикодер. - То есть я так понял, вы согласны? - хмурясь, уточнил профессор. - Было бы странно с моей стороны не согласиться с логичным предложением, - стараясь звучать не слишком иронично, ответил Спок. - Ну тогда пойдемте в транспортаторную, иначе десант отправится без вас. - Я выдвинусь спустя полторы минуты. - Хорошо, - кивнул Прейт, развернулся и быстрым шагом направился вдоль по коридору, а Спок шагнул обратно в каюту, сжимая в руке трикодер. Логично было предположить, что это и есть та самая ловушка. Спок опустил взгляд на трикодер, задумчиво приподнял брови и шагнул к командирскому сейфу, чтобы убрать туда врученный профессором прибор, проверять который прямо сейчас у него не было времени. Разумеется, можно было отправить трикодер в утилизатор для опасных отходов, но Спок не хотел разбрасываться потенциальными вещественными доказательствами. Закрыв сейф, он подошел к терминалу, добавил в подготовленное вчера письмо капитану информацию о трикодере в сейфе и своих подозрениях на его счет, после чего выставил время для отправки письма, решив, что получаса отсрочки будет достаточно. Выпрямившись, Спок глубоко вздохнул и решительным шагом направился к двери. Конечно, он мог отказаться от спуска в десант. Но было нелогично откладывать неизбежное, раз уж он выбрал такую тактику. К тому же, если это действительно было ловушкой, то она была предпочтительнее той, которую профессор мог бы расставить на борту «Энтерпрайз». По крайней мере, в нее не мог попасть кто-то другой, и она не несла потенциальной угрозы для безопасности всего корабля. С этой мыслью Спок вошел в кабину турболифта и скомандовал: - Транспортаторная. В транпортаторной лейтенанты Станковский и Трейс уже готовились занять свои места на телепортационной платформе. - Минуточку, джентльмены, - уверенным тоном распорядился Спок, который не сомневался: лейтенанты не в курсе того, что старпом сейчас официально на больничном, и потому считают, что он пришел сюда прямиком с мостика. - Приказ по десанту изменен. Поскольку я в курсе, где именно был установлен испытательный модуль, мы с капитаном решили, что мое участие будет более целесообразным, а продолжить прерванное исследование я смогу после возвращения. Станковский, лейтенант научного отдела, без малейших возражений тотчас передал Споку свои трикодер, фазер и коммуникатор, а Трейс осведомился: - Сэр, я буду сопровождать вас? - Ответ отрицательный, лейтенант, - качнул головой Спок, поднимаясь на телепортационную платформу. Он не хотел рисковать и брать с собой кого-то еще. Он не очень представлял, как именно можно было организовать на планете некую ловушку, но предпочитал избежать лишнего риска. Желая прояснить одну деталь, он, прежде чем скомандовать начало телепортации, осведомился у Кайла. - Лейтенант, я правильно понимаю, что с момента моего возращения никаких спусков на Бета-Х-3 больше не было? - Разумеется, мистер Спок! Все в соответствии с приказом капитана! - с искренним удивлением в голосе ответил Кайл. - Передача вахты прошла по стандартному протоколу, я, как и положено, проверил оборудование, никаких спусков или подъемов не выполнялось за последние девятнадцать часов и семь минут. Так что да, тот подъем по аварийному протоколу был последним. - Спасибо, мистер Кайл, я просто предпочел уточнить во избежание возможных ошибок. Активируйте. Ландшафт Бета-Х-3 сегодня выглядел совсем иначе, чем вчера. Впрочем, учитывая характер разразившейся здесь вчера природной катастрофы, это было ожидаемо. Доложив на борт о благополучном спуске, Спок позволил себе лишь один короткий взгляд на северный склон и удивленно приподнял брови: он и не предполагал, что сошедшая лавина захватила такую огромную часть площади склона. При этом на склоне осталось еще достаточно снега, чтобы соблюдать осторожность и максимально сократить свое пребывание здесь. Спок отлично помнил их первый маршрут, и появление глубокого слоя снега под ногами не мешало ему ориентироваться, так что он не стал включать трикодер и быстрым шагом направился к своей цели.            Снег неприятно проседал под ногами, и Спок то и дело проваливался в него почти по колено, однако он старался не обращать на это внимание и держать максимально быстрый темп. Холод сегодня ощущался острее, чем вчера, и это было понятно, с учетом только что перенесенной общей гипотермии и холодовых травм поверхностных тканей. Спок неглубоко вздохнул и покачал головой, предпочитая не думать о том, что скажет доктор МакКой насчет его самовольной отлучки «назад в морозильник». Впрочем, капитан тоже наверняка найдет, что сказать по этому поводу. Однако об этом Спок тем более не хотел сейчас думать. За этими размышлениями он наконец добрался до тоннеля и с невольным внутренним облегчением вошел вовнутрь. По мере того, как он отходил на юго-восток, снег становился все менее глубоким, а здесь, в тоннеле, он лишь легонько припорошил нижнюю плиту, так что идти теперь было удобно. На Бета-Х-3 пока не существовало фауны, да и флора здесь была представлена лишь водорослями в местных океанах, так что Спок не счел нужным тратить время на то, чтобы активировать трикодер и проверять тоннель на отсутствие биосигналов, а сразу пошел вперед, уверенно свернув в нужную сторону на первой развилке, а потом и на второй. До цели оставалось не больше сотни метров, и Спок наконец потянулся за висящим на плече трикодером, намереваясь проверить стабильность пород после нескольких часов работы передатчика модуля на полную мощность. Эти данные стоило собрать для будущего анализа и получения более полной картины местных интерференций. Привычным движением активировав блок считывания, Спок глянул на экран и удивленно приподнял брови. Сигнал по какой-то пока неясной причине был очень слабым, так что Спок мягким движением повернул реле мощности вправо… и в этот момент раздался взрыв. Спока швырнуло в сторону, впечатав в стену тоннеля, и он, оглушенный ударом, бессильно сполз по ней вниз, на пол. Голова гудела и кружилась, тело ощущалось странно ватным и непослушным, но Спок как-то отстраненно успел отметить, что взрыв был очень локальным, при этом вся его мощь нелогично равномерным образом распространилась по всему окружающему объему, не оторвав ему пальцы, хотя это стало бы самым ожидаемым результатом взрыва прибора у него в руке.  Вибрационная эксплозия, - сообразил он, из последних сил удерживаясь на краю сознания, но от догадки уже не было пользы. Подрагивающие вокруг него стены тоннеля начали осыпаться камнями, один из которых ударил его в висок, и все вокруг потемнело. * * * * * - Капитан, наблюдаю внизу энергетическую вспышку! - доложил Свайлер, который сегодня заменял Спока на его посту за научной консолью. - Вспышка? Что за характер? - требовательно спросил Кирк, тотчас отрываясь от чтения очередного отчета и вместе со своим креслом резко поворачиваясь в сторону научной консоли. - Ничего не понимаю, капитан, - пробормотал Свайлер, стремительно подкручивая тонкие настройки сенсоров и изменяя их целевой фокус. - По характеру высвобождения энергии похоже на подвижку пластов, но какая-то она слишком локальная для подвижки… Да и кривая импульса не соответствует характерному паттерну… - Локализация? - перебивая эти ученые рассуждения, потребовал Кирк, потому что он очень отчетливо ощущал, как бегут по спине ледяные мурашки крайне скверного предчувствия. - Да-да, сэр, фокусирую на координаты… Черт возьми! Это из южных тоннелей, капитан! Кирк стремительным движением вдавил кнопку интеркома. - Кирк вызывает транспортаторную! Мистер Кайл, десант уже спустился?! - Так точно, капитан. Еще минут два... - Поднимайте их обоих, срочно! - скомандовал Кирк, даже не дождавшись окончания рапорта Кайла. Он понимал, что если лейтенанты успели войти в тоннель, то попытка ничего не даст, но пока оставалась надежда, что они не успели туда добраться. Но и в этом случае лейтенанты сейчас отнюдь не находились в безопасности. После непонятной энергетической вспышки внизу легко могла повториться вчерашняя катастрофа, и сейчас каждая секунда была на счету. - Обоих? Капитан, но спустился только мистер Спок! Я уже пытаюсь навестись, но бесполезно. Даже не могу найти сигнал коммуникатора. Похоже, он уже вошел в тоннель. - Мистер Спок? - потрясенно переспросил Кирк, свободной рукой стискивая подлокотник кресла так, что стало больно пальцам. - Но какого черта?! - Прошу прощения, капитан, я не понимаю…, - начал было Кайл, но Кирк его уже не слушал. Стремительно вскочив со своего места, он выпалил. - Мистер Сулу, мостик ваш! - и стремглав бросился к турболифту. - Капитан, спускаться вниз сейчас никак нельзя! Опасность схода лавины! - успел прокричать ему вслед Свайлер, но дверь турболифта закрылась, тем самым давая очевидный ответ: мнение заместителя начальника научного отдела капитану сейчас до лампочки. Вихрем влетев в транспортаторную, Кирк схватил десантный комплект и бросился на платформу. Едва оказавшись на диске, он скомандовал: - Активируйте, мистер Кайл! Те же координаты! - к счастью, Кайл, хотя он понятия не имел о сути происходящего, прекрасно понял экстренность момента, а потому не стал задавать никаких вопросов, и спустя буквально несколько секунд картина реальности перед глазами Кирка исчезла, распавшись в знакомом золотом мерцании. Оказавшись посреди зимы в одной только стандартной униформе, Кирк не почувствовал скатывающихся со склонов ледяных порывов. Вокруг он тоже не оглядывался, вместо этого капитан тотчас активировал трикодер и стремительно вбил в строку целевого поиска параметры вулканского биосигнала. Пальцы мелко подрагивали – но не от холода, а от спешки и волнения – однако Кирк ухитрился с первого раза не промахнуться мимо нужных кнопок. Трикодер деловито зажужжал, выполняя поставленную задачу, и никогда еще его работа не казалась капитану такой медленной. - Слава Богу! - воскликнул он, увидев на экране заветную звездочку, и, что было духу, бросился по нужному азимуту. Кирк несся с такой скоростью, что сбивалось дыхание, и не исключено, что если бы сзади за ним катилась лавина, то он просто убежал бы от нее. Оказавшись у нужного тоннеля, Кирк даже не позволил себе перевести дыхание и в том же темпе устремился вовнутрь. Пролетев первый поворот, на втором он сильно ударился боком на инерции, но даже не почувствовал боли, в неверном свете фонарика трикодера разглядев следы свежего обвала. А спустя секунду он увидел и лежащее на полу тоннеля тело. - Спок! - крикнул он, бесцеремонно отбрасывая трикодер куда-то в сторону и обеими руками начиная расшвыривать завалившие вулканца камни. - Спок! - повторил он, падая рядом с другом на колени и с ужасом видя густую зеленую дорожку, которая текла от виска за правое ухо. Удивительно, но веки вулканца в ответ на этот отчаянный призыв затрепетали и приподнялись, а Кирк, забыв, как дышать, уставился в обретающие сознательность темные глаза. - Спок, держись, - попросил он, чудовищным волевым усилием заставляя себя отвести взгляд от раненого друга и оценить общую диспозицию. - Джим, я доказал, - хрипло, с явными усилиями, но очень настойчиво заговорил Спок, однако капитану было плевать на его императивы. - Молчи, я тебя умоляю! - потребовал он, подхватывая вулканца в подмышках и таща на себя, чтобы освободить нижнюю часть его тела и ноги. К счастью, завал там оказался неплотным, и камни послушно осыпались с бедер на пол. - Это… спланированное покушение, - разумеется, Спок и не подумал замолчать, но Кирк, в свою очередь, и не подумал откладывать эвакуацию ради разговоров. Поговорить они смогут позже, когда Спок уже будет в лазарете и вне опасности. Так что капитан бесцеремонно взвалил вулканца к себе на плечи, бережно придерживая его голову вокруг затылка, и кое-как поднялся на ноги, второй рукой опираясь за стену тоннеля. - Мотив… в вашей почте, - пробормотал Спок у Кирка над ухом, и капитан счел за лучшее не тратить дыхание на споры, тем более, что он по опыту знал: если уж Спок что-то решил, своротить его с курса в принципе невозможно. - Трикодер… в моем сейфе. Нужно осторожно… Но не догадался, что второй тоже… Хотя… это было логично… На этом месте голос Спока драматично оборвался, но Кирк уже был у выхода тоннеля, так что он выхватил коммуникатор, одним движением распахнул его и выпалил в микрофон на выдохе: - «Энтерпрайз», поднимайте двоих! Медиков в транспортаторную! * * * * * До лазарета Кирк добрался далеко не сразу, хотя это было именно то место, где он сейчас хотел бы находиться больше всего на свете. Однако он не имел права расставлять приоритеты в соответствии с устремлениями своего сердца, и как у капитана у него сейчас были более важные дела и обязанности. Для начала Кирк приказал взять под арест профессора Прейта, а потом принялся разбираться с полубессознательными указаниями Спока. Письмо во входящей почте и правда нашлось, хотя оно и было отправлено тогда, когда Спок уже лежал под завалом в проклятом тоннеле, но опция отсроченной отправки не была для Кирка секретом, так что он не был удивлен таким поворотом. А вот чем он был удивлен и изрядно разозлен, так это тем, до чего додумался Спок накануне вечером. Подумать только, этот вулканский безумец решил заняться ловлей на живца, в качестве лакомой приманки использовав самого себя! И при этом ни словом не обмолвившись о своих планах капитану! Сидя за своим столом и слушая записанный на диктофон разговор Спока и Прейта, Кирк в бессильном гневе крепко сжимал кулаки и стискивал зубы, из последних сил сдерживая острое желание вскочить с места, добежать до лазарета и как следует встряхнуть Спока за грудки, вопросив: «Какого черта ты сознательно провоцировал его на убийство?! Ты что, не понимал, что попытка запросто может оказаться успешной?!». И здесь не помогала обычно эффективная тактика «поставить себя на его место». Никак не помогала, потому что Кирк твердо знал: окажись он на месте Спока, ни за что не стал бы играть в ту игру, которую затеял его друг. Да, Кирку было не привыкать ставить на кон свою жизнь, но, черт возьми, он делал это тогда, когда ставки действительно того стоили! Однако Кирк отдавал себе отчет: пусть они со Споком во многом были очень похожи, но это сходство не распространялось на их отношение к необходимости вымазаться в грязи и понести репутационные потери. Ему самому было достаточно собственной уверенности в своей правоте – и плевать, что о нем подумают посторонние! Но для Спока все было иначе. Совсем иначе. Аналогия была не самой удачной, но перед мысленным взором капитана возникла огромная грязная лужа, которую требовалось перейти. Он сам без тени сомнений ломанулся бы в самый ее центр – причем на полном ходу, яростно топая и разбрызгивая грязь во все стороны. А Спок брезгливо стоял бы на ее краю, разглядывая мерзкое препятствие и снова и снова прикидывая, как бы перебраться через него, не испачкав при этом своих сапог. Поэтому не стоило удивляться, что сегодня Спок попытался соорудить себе мост. Чертовски шаткий и ненадежный. И потому жутко опасный. Смертельно опасный! Ведь сделанная Споком ставка едва не обернулась непоправимой трагедией. Ударь тот камень чуть сильнее, или в чуть более хрупкий участок височной кости, и Спок погиб бы на месте. И да, предугадать такое развитие событий его вулканский друг не сумел – не сумел при всей своей смекалке и проницательности. Он раскусил саму тактику в целом и не взял предложенный Прейтом трикодер, но противник оказался на ход впереди него и проделал то же самое с тем трикодером, который он отдал Станковскому, а лейтенант потом передал подготовленный прибор Споку, даже не подозревая о том, что у него в руках Троянский конь. Хотя Прейт делал ставку не на ненадежный в своей смертельной опасности обвал. Он рассчитывал, что вулканец будет действовать по протоколу, и взрыв случится в долине горного цирка, когда спустившийся Спок активирует первое круговое сканирование. При таком сценарии взрыв оглушил бы Спока, лишив его возможности связаться с «Энтерпрайз», и вызвал бы сход лавины. И тогда все выглядело бы как трагический несчастный случай. Разумеется, капитан Кирк мог бы догадываться о настоящих причинах гибели своего старпома – слишком уж все складывалось бы одно к одному – но никто ничего не смог бы доказать. Потому что у следователей не было бы главного: мотива. Ведь конкурирующие свидетельские показания выглядели бы слишком слабым поводом для убийства: то самое одно слово против другого, а о намерении Спока использовать неких «вулканских мастеров» для прочтения своей памяти предположительно никто не знал. В другое время и в другом месте Кирк аплодировал бы изобретательности своего друга и даже посмеялся бы над тем, как он выставил свой вулканский мозг этакой флэш-картой для свободного чтения записей, но теперь Кирку было вообще не до смеха. Спок находился в лазарете уже третий час, и, судя по отсутствию новостей от Боунса, там шла тяжелая борьба за его жизнь. Потому что в противном случае экстренные лечебные мероприятия закончились бы куда раньше, и Боунс, привычно ворча и ругаясь на зеленокровую безбашенность, сообщил бы капитану Кирку, что его старпом идет на поправку. Интерком на капитанском столе запищал входящим вызовом, заставив Кирка вздрогнуть всем телом и резко вдавить кнопку приема, но на связи был всего лишь Скотти. - Кэп`тин, мы закончили с этим трикодером, который был извлечен из сейфа в каюте мистера Спока, - деловито доложил он, и Кирк устало провел раскрытой ладонью по лицу. - Я слушаю вас, Скотти, - признаться, сейчас ему совсем не хотелось выслушивать рапорт главного инженера, но он понимал, что обязан это сделать. Обязан довести расследование до конца, а потом составить и отправить итоговый отчет в Штаб вместе с собранными доказательствами. И только после этого он получит наконец право пойти в лазарет. - Этот паразит оказался очень талантливым химиком и инженером в одном флаконе. Подумать только, на коленке собрать из говна и палок индукционный взрыватель, а потом присобачить его на схему фазового накопителя внутри трикодера! Для этого руки должны быть настолько прямые, что такому способному парню можно доверить пересобрать ускоритель нейтронов при отключенной гравитации и в темноте! - Давайте ближе к делу, Скотти, - Кирк, поморщившись, прервал восторженные излияния главного инженера. Получилось грубо, но этот восхищенный тон почти физически резал капитанское ухо. - Прошу прощения, сэр. В общем, сделано очень тонко. Плюс взрывчатка. Из простых материалов, но все точно рассчитано так, чтобы получить диффузный взрыв с выходом на эксплозивную вибрацию. Ну да, труп с оторванными пальцами или даже кистью целиком поставил бы под сомнение смерть в объятиях лавины, - мрачно подумал Кирк. - А тут двух зайцев одним выстрелом. Сход лавины, вызванный эксплозивной вибрацией, и оглушенный Спок на ее пути, неспособный быстро сориентироваться в происходящем, чтобы вызвать помощь. Просто, эффективно, безжалостно. И все концы в воду. То есть, в снег, что в принципе одно и то же. А тот из двух подготовленных трикодеров, который останется на борту в роли лишнего, потом, под шумок, можно будет найти и забрать, особенно если как-то пометить его. Тем более, что за ними, в отличие от тех же фазеров, никто на корабле и не следит. Они, по сути, являются расходным материалом – что-то вроде ваты и марли в старинных больницах. - От второго трикодера, который был с мистером Споком в десанте, ничего не осталось, но я думаю, что там было то же самое, - между тем продолжал свой рапорт мистер Скотт. - Если бы мистера Спока накрыло лавиной, никого бы не насторожил тот факт, что трикодер найти не получилось. В нерабочем состоянии он слишком слабая цель для сенсоров. - Спасибо, Скотти. Подготовьте ваше экспертное заключение в письменной форме, и я приложу его к своему отчету в Штаб. - Так точно, кэп`тин. Кирк уже собирался закрыть канал, когда главный инженер, не скрывая звучащей в его голосе тревоги, спросил: - А как там мистер Спок? - Пока у меня нет никакой информации о его состоянии, Скотти, - тяжело вздохнув, ответил Кирк. - Доктор МакКой не выходил со мной на связь. Готовьте отчет, Скотти. Я жду. - Есть, кэп`тин. * * * * * Войдя в лазарет, Кирк тотчас понял по красным глазам Кристины Чэпел, которая дежурила в основном холле, что хороших новостей ждать не приходится. - Ну что там, мисс Чэпел? - нетерпеливо спросил он, подходя к регистрационной стойке и даже не пытаясь скрыть прозвучавшее в голосе волнение. - Пока никаких новостей, капитан, - сдержанно ответила девушка. - Но ведь уже прошло больше четырех часов! Кристина вздохнула и покачала головой. - И тем не менее, сэр. Мистер Спок в критическом состоянии, и докторам пока не удается стабилизировать его.  Кирк тяжело переглотнул, справляясь с эмоциями, и кивнул. - Я понял, мисс Чэпел. Тогда, если можно, я хотел бы подождать здесь. - Конечно, капитан, - удрученно кивнула Кристина без своей обычной теплой приветливости в голосе и на лице, но Кирк прекрасно понимал ее чувства. Он отошел в сторонку и присел на один из стоящих у стены стульев, и приготовился ждать. А ждать и в самом деле пришлось долго. К счастью, в лазарет никто не заходил, так что капитан был избавлен от необходимости держать лицо. Тем более, что Кристина тактично не смотрела на него, полностью погрузившись в работу с документацией на терминале. Прошел почти целый час, когда дверь в палату интенсивной терапии наконец открылась, и на пороге появился доктор МакКой. Увидев две пары глаз, взволнованно уставившиеся на него, он поморщился и устало, с плохо скрываемым раздражением в голосе бросил: - Живой. Это все, что я могу сказать на данный момент. Состояние по-прежнему крайне тяжелое и держится на соплях, - с этими словами он махнул рукой на дверь своего кабинета, недвусмысленно приглашая капитана уединиться, и тот моментально вскочил со своего места. «Кабы ты с такой резвостью на медосмотры прибегал», - мысленно проворчал МакКой, первым входя в кабинет. Там он налил себе полный стакан воды, залпом осушил его, налил еще один и развернулся лицом к Кирку. - На самом деле, я мало что могу добавить к тому, что уже сказал. Главная проблема там в черепно-мозговой травме. Из-за нее Спок не может войти в этот их транс. Его основательно приложило взрывной волной, а последующий камнепад здорово добавил проблем в виде множественных травм, но не это ключевое. Система мозговой гемодинамики у вулканцев устроена куда сложнее, чем у людей, и здесь Спок, к сожалению, унаследовал анатомию своего батюшки, а не матушки. Так что мы с Джеффри вспотели до самых трусов, пытаясь сперва локализовать, а потом законопатить очередной новый источник кровотечения в краниоцефальном бассейне. - Но повреждения головного мозга все-таки нет? - хрипло спросил Кирк, всерьез напуганный прозвучавшими откровениями. Боунс посмотрел на него как на пациента с клинической дебильностью, который до этого момента каким-то образом маскировался под здорового человека. - Джим. Я же вам прямым текстом сказал, что именно из-за повреждения головного мозга Спок не может войти в вулканский транс.   - О, Господи, Боунс! Я имею в виду необратимые повреждения! Какие-то тотальные, которые скажутся на всей его дальнейшей жизни! - Прежде чем дойти до этого этапа, Джим, Споку для начала надо просто выжить, - жестко, истинно по-хирургически отрезал Боунс. Правда, он тут же пожалел об этом, увидев, как застыло и только что не посерело лицо их несокрушимого и никогда не сдающегося капитана. Однако сдавать назад не имело смысла. - Мне жаль, Джим, но я ничуть не сгущаю краски, - мрачно буркнул он, чувствуя себя неуютно под взглядом капитанских глаз, в которых неоновым транспарантом светилось все то, что обычно было скрыто за десятком кордонов, крепости которых могли бы позавидовать даже вулканцы. - Его жизнь сейчас действительно висит на волоске. Вегетатика вулканцев, а значит и все жизненно-важные функции, слишком крепко завязана на работу головного мозга. Куда крепче, чем у людей. У нас витальные функции подкреплены на многих уровнях, вплоть до продолговатого и спинного мозга. А вулканская природа слишком многое поставила на корковую поддержку. Так сказать, сложила все яйца в одну корзину, - Боунс тяжело вздохнул. - А она у Спока сейчас валяется в жестком беспросветном нокауте. И весь вопрос в том, когда она из него выйдет. Мне остается только надеяться, что до того, как станет слишком поздно. Именно надеяться, потому что я лишен возможности хоть как-то на этот процесс повлиять. - Я понимаю, Боунс, - сдавленно, будто через вставший в горле комок, произнес Кирк. - Я знаю, что вы сделали для него все, на что способна наша медицина. Просто… Свою мысль капитан не закончил, и Боунс как-то очень отчетливо понял, что переборщил с откровенностью. Он привык к тому, что капитан никогда не нуждался в дозировании даже самой тяжелой информации, но, видимо, не в этот раз. Однако спустя всего минуту Джим каким-то невероятным волевым усилием сумел вернуть себе самообладание, и с его лица будто по мановению волшебной палочки исчезло беззащитно-растерянное выражение, сменившись знакомой уверенной командирской маской, и он почти обычным своим тоном произнес: - Держите меня в курсе его динамики, Боунс. В любое время дня и ночи. - Конечно, Джим, - не по уставу ответил начмед, пытаясь взглядом и выражением лица передать капитану свою поддержку, но сам понимая, что получается плохо, слишком уж вымотали его последние часы отчаянной битвы с ускользающей тенью – вымотали вот просто до самого донышка. А капитан между тем, еще раз кивнув Боунсу в знак прощания, развернулся и быстрым твердым шагом вышел из его кабинета. Как Боунс и ожидал, в следующий раз капитан появился в лазарете еще до завтрака, не дожидаясь стандартного утреннего отчета начмеда.     - Держится, - не вынуждая капитана формулировать очевидный вопрос, тут же сообщил МакКой главное. - Пока без явной положительной динамики, и кризис тоже пока не миновал, но на данный момент и то, что есть – это уже очень хорошо. Кирк хмуро кивнул и спросил: - Так понимаю, в сознание он не приходил? - Трудно сказать, - пожал плечами МакКой, и, по изменившемуся взгляду капитана поняв, что вот-вот последует закономерная вспышка, раздраженно пояснил. - В контакт он не вступает и стандартных критериев сознательности не выполняет, но это же вулканец! Их сам черт не разберет! Глаза уже полчаса полуоткрыты, взгляд расфокусирован, но у меня было четкое ощущение, что он следит за мной и вполне понимает, кто он, где он, и что вообще происходит. Но это именно ощущение, без подкрепления объективными данными. А ощущения, как вы знаете, могут оказаться обманчивыми. - Да, я понимаю, - снова кивнул Кирк и вдруг, будто решившись, отрывисто спросил. - Можно к нему на минутку? - Это зачем еще? - искренне изумился Боунс. - Ну просто, - капитан на секунду смутился, однако доктору не представилось возможности долго созерцать это редкое зрелище, потому что Джим быстро рационализировал свое стремление. - Вы же сами говорите, что Спок на краю. При этом не исключаете, что он осознает свое окружение. И если есть хоть крохотный шанс, что мой визит поможет ему надежнее зацепиться на этой стороне, то я считаю преступлением отказать Споку в этом дополнительном шансе. Боунс глубоко вздохнул и покачал головой. - Учтите, это не палата для выздоравливающих, зрелище будет тяжелое. Светлые капитанские брови резко сошлись над переносицей. - Боунс, не нужно путать меня с трепетной воспитанницей Института благородных девиц. К тяжелым зрелищам мне не привыкать, не волнуйтесь. - Мое дело предупредить, - пожал Боунс плечами и махнул рукой на нужную дверь. - Джим, не больше двух минут, и я сейчас имею в виду именно то, что сказал. Перегружаться впечатлениями ему сейчас точно не стоит. - Я понял, Боунс, - покладисто кивнул Кирк и со свойственной ему оперативностью направился в палату. Конечно, капитан не лукавил и не преувеличивал, утверждая, что за свою военную карьеру видел достаточно зрелищ, которые были не просто тяжелыми, а буквально выворачивали душу наизнанку. Однако вид наполовину закрытого кислородной маской пергаментно-серого лица Спока на фоне яркой лазаретской подушки всегда отдавался внутри какой-то особенной дрожью, от которой леденело под ложечкой и возникало трусливое желание зажмурить глаза, чтобы отгородиться от этой бьющей наотмашь реальности. Но Кирк всегда справлялся с этим импульсом, справился и сейчас. Быстро переведя дыхание на самом пороге палаты, он решительно подошел к кровати и остановился почти у изголовья, пристально глядя на бледное лицо вулканца. - Спок, дружище, - тихо позвал он, невольно боясь перебить мерное пиканье кардиомонитора, и мягко положил руку на скрытое под больничным комбинезоном плечо. Он сознательно не хотел касаться обнаженной кожи, потому что понимал: его эмоции в этот момент были совсем не тем, что потенциально могло бы успокоить, согреть и поддержать, а чем-то совершенно противоположным. Да, Кирк не раз видел Спока таким: тяжело раненым, балансирующим на самом краю. Но… сейчас это было иначе. Сейчас у Кирка внутри клокотал вулкан, который едва получалось удерживать за готовой расплавиться стеной контроля. Потому что весь этот кошмар не был результатом трагического несчастного случая или тяжелой жертвой, которую Спок принес ради спасения их корабля и экипажа. Нет, в этот раз Спок поставил на карту свою жизнь, усевшись за один стол с шулером. И у Кирка все внутри переворачивалось от осознания дикости того, во что добровольно втравился его друг. Ради чего он сознательно рисковал своей жизнью. Черт возьми!   Бурлящий внутри огонь рванул к поверхности стремительным обжигающим смерчем, и Кирк торопливо прикрыл глаза и глубоко, с усилием втянул в себя воздух, возвращая на место готовый рассыпаться в пыль контроль. Он пришел сюда не за тем, чтобы полыхать праведным гневом. Совсем не за этим. Он пришел сюда, чтобы поддержать. Помочь выкарабкаться. Протянуть руку и вытащить из жадной трясины наверх, на твердую почву. Именно для этого он здесь. А фонтанировать эмоциями можно было и сидя в своей каюте, а не стоя у постели в реанимации. Для верности еще раз вдохнув и медленно выдохнув, капитан открыл глаза и снова посмотрел на раненого друга. Интуиция в который уже раз не подвела Боунса: Спок явно осознавал свое окружение, потому что расфокусированный взгляд темных глаз медленно переместился на лицо капитана и даже как будто приобрел признаки осмысленности. - Спок, - тихо повторил капитан, сглатывая сдавивший горло комок и начиная неосознанно поглаживать плечо вулканца. - Надо поправляться дружище, я очень тебя прошу, - выдав эту банальность, Кирк вздохнул и неуверенно улыбнулся, с трудом справляясь с новым валом эмоций, которые тяжелым фронтом вставали где-то глубоко в груди от этого блеклого, едва сохраняющего сознательность взгляда обычно таких живых и внимательных глаз. Бешеная пляска огня стремительно тонула в этой волне, и Кирк только приветствовал такой исход, потому что он сейчас был единственно правильным. - Держись, - настойчиво, с нажимом повторил капитан. Веки вулканца едва заметно затрепетали, а потом Спок моргнул, и Кирк предпочел трактовать это движение как своего рода обещание. Это уже был почти диалог, так что капитан, ободренный успехом, протянул свободную руку и осторожно отвел со лба вулканца спутанные пряди волос. Спок всегда очень тщательно следил за опрятностью своей прически, и Кирк не хотел, чтобы лежащая в беспорядке запыленная каменной крошкой челка раздражала его. Потом он ласково погладил темные волосы на здоровом виске и над острым ухом, и теперь уже совершенно искренне и очень тепло улыбнулся своему другу. - Поправляйся, Спок. Отдыхай и поправляйся. А я зайду к тебе завтра. Обещаю. Спок выдохнул чуть сильнее, и Кирк даже увидел, как едва заметно дрогнули его губы под прозрачной маской, как будто в попытке что-то прошептать. - Тшшш, - тихонько покачал капитан головой, продолжая улыбаться, но с наигранной строгостью сдвигая брови. - Боунс сказал, тебе ни в коем случае нельзя напрягаться, - с этими словами он снова ласково пригладил сдвинутую набок челку, на этот раз позволив себе легонько задеть большим пальцем кожу на лбу, потому что теперь передать свои эмоции стало можно и даже нужно. - Отдыхай, Спок. И поправляйся, - Кирк буквально на две секунды прижал раскрытую ладонь к виску друга, взгляд которого теперь был уверенно сфокусирован на лице его капитана, напоследок улыбнулся как мог теплее и наконец заставил себя пойти на выход из палаты.   * * * * * Как капитан и обещал, на следующий день ему удалось снова навестить Спока. Правда, произошло это уже вечером, сильно после ужина, но зато к этому моменту Спок окончательно пришел в сознание, и его состояние уверенно стабилизировалось, так что Боунс после обеда с нескрываемым облегчением сообщил Кирку, что самое страшное позади, и его старпом полностью поправится, хотя выздоровление и займет не меньше недели. В момент этого оптимистичного рапорта начмеда Спок спал, поэтому Кирк просто наудачу несколько раз заходил в лазарет всю вторую половину дня, и в конце концов ему повезло. - Да проснулся ваш ушастый твердолобый баран, проснулся, - проворчал МакКой, обращаясь к капитану, который являлся в лазарет каждый час, будто пресловутая кукушка из старинных часов. - Нет бы дать себе нормально отдохнуть и сразу уйти в ночь, но какое там. Так что лучше уж идите, развлеките его, а потом чтобы спать ложился! И да, больше, чем на полчаса, не засиживаться! - последнюю фразу Боунсу пришлось договаривать уже в капитанскую спину. Кирк не обернулся, вместо этого скрывшись за дверью заветной палаты, но начмед не сомневался, что его прекрасно услышали и поняли. Кирк всегда поражался способности вулканцев в кратчайшие сроки восставать практически из пепла, будто птица Феникс. Но сейчас он был готов просто порадоваться всем сердцем тому чуду, которое он лицезрел прямо перед собой, ведь сегодняшнее состояние Спока представляло собой настолько резкий контраст с увиденным буквально вчера, что такое преображение казалось невероятным и почти сказочным. - Спок, дружище, - капитан прошел в палату, не сдерживая широченной счастливой улыбки и весь так и светясь облегчением. - Я очень рад, что вам стало лучше.  Спок, наблюдая, как капитан занимает свое место на стуле рядом с кроватью, позволил себе легкую ответную улыбку, потому что прекрасно понимал, насколько тяжелыми для Джима были последние двое суток. Однако сейчас он считал необходимым выяснить главное. - Капитан, профессор Прейт взят под арест? - Спок не был бы Споком, если бы он не ставил интересы дела выше своих личных интересов, однако сегодня такой подход отнюдь не умилял капитана. - Само собой, Спок, - ответил он, кивая и невольно хмурясь, однако старательно держа свои эмоции в узде. - Профессор на гауптвахте, ваше письмо прочитано, трикодер из сейфа изучен вдоль и поперек, а мой официальный отчет со всеми доказательствами еще позавчера днем отправлен в Штаб. Собственно, через пару часов мы уже прибудем на сорок первую Звездную базу и наконец-то освободимся от присутствия господина профессора на борту. - Это хорошо, - кивнул Спок, и прозвучавшее в его голосе удовлетворение итоговой развязкой было настолько искренним и неприкрытым, что Кирк не сумел сдержаться и ответил резко, почти раздраженно. - Ничего хорошего во всем этом я не вижу. - Капитан? - черная бровь взлетела вверх в мимическом жесте ненаигранного удивления. Кирк поморщился и тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула. - Разумеется, я имею в виду не арест Прейта и предстоящий суд над ним, а ваши игры в пятнашки со смертью. Спок, черт возьми, как вы вообще могли до такого додуматься?! - Но это было логично, капитан. И в целом мой план был удачным, но, к сожалению, я не учел, что доктор подстрахуется и подготовит два трикодера. Однако моя оплошность в итоге оказалась к лучшему, - безмятежно заявил Спок. - К лучшему?! - так и вылупился на него Кирк, едва веря собственным ушам. - Разумеется. Если бы покушение не состоялось, у нас по-прежнему не было бы реальных доказательств… - Доказательств?! Черт возьми, Спок! Вы же едва не погибли! Даже без учета того, что вас могло бы убить еще в тоннеле, вы без всякого сослагательного наклонения, а по факту едва не погибли от полученных травм уже в лазарете! - Но я жив, Джим. Жив и скоро поправлюсь. Я понимаю, что вы тяжело переживали… - Да при чем тут мои переживания! - обалдевший Кирк не мог поверить, что это не сон, и они в самом деле ведут этот нелепый разговор. - Вы совершенно реально рисковали своей жизнью, Спок! И ради чего?! - Джим, - темные глаза смотрели прямо и уверенно. - Если бы я не смог получить конкретных доказательств, то это было бы мое слово против его слова. И все, никаких других альтернатив. Патовая ситуация. Доказательств моей вины не было, но не было и доказательств невиновности. И они никогда не появились бы. А выбранная мною тактика позволила мне однозначно доказать свою невиновность.  - Но цена, Спок! - Кирк и не заметил, как оперся локтем о матрас кровати и весь так и подался вперед, не отводя пристального взгляда от невозмутимых глаз вулканца. - На кой черт сдались эти доказательства, если бы они были оплачены вашей жизнью?! Кому они тогда были бы нужны?! Спок тяжело сглотнул – Кирк видел, как дернулся кадык, а также видел, что его друг сделал над собой изрядное усилие, чтобы не отвести взгляд. - Джим, я понимаю ваши эмоции… - начал было он, но Кирк бесцеремонно перебил его, резко мотнув головой. - Эмоции тут ни при чем, Спок! Давайте рассуждать логически. Принимая свое решение провоцировать Прейта, вы отдавали себе отчет, что предпринятое им покушение может оказаться успешным? - Такая вероятность присутствовала, но… - Давайте без «но», - снова перебил своего старпома Кирк. - Она присутствовала, для нас обоих это очевидно. А теперь главный вопрос: вы предпочли бы смерть несправедливому осуждению по оговору этого трусливого подлеца? - глаза капитана смотрели прямо, пытливо, и Спок понимал, что любая попытка увиливания сейчас, в этом разговоре, будет отвратительным жестом неуважения. - Нет, - коротко ответил он. - Вот именно, - едва заметно прищурившись, кивнул Кирк. - Даже если бы суд при вынесении своего решения встал бы на сторону профессора, все те, чье мнение для вас важно, все равно знали бы, что вы невиновны. Потому что они знают вас, Спок, - Кирк чуть-чуть помедлил, а потом продолжил, тихо, но очень горячо и все так же не отводя взгляда от глаз вулканца. - Оправдание в суде или получение некоего приговора, а также то, каким именно этот гипотетический приговор будет – это все варианты. А смерть окончательна, Спок. Ее уже не отменить. Это точка, после которой вот этого, - и Кирк крепко стиснул лежащую рядом с его рукой руку Спока. - Уже никогда не будет. И я выбираю живого тебя с любыми фоновыми обстоятельствами. Если бы я получил возможность высказаться, то без малейших колебаний заявил бы, что категорически отказываюсь рисковать тобой ради восстановления некоей вселенской справедливости. И мне плевать, как это называется. Абсолютно плевать. Понимаешь? - Да, Джим, понимаю, - голос вулканца был тихим, но твердым, как и обращенный на друга взгляд. И он действительно понимал. И сейчас, глядя в полыхающие сознательно сдерживаемым, но от этого ничуть не менее горячим гневом глаза Джима, Спок чувствовал, что этот гнев, словно прожектор, ярко высвечивает его... Ошибку? Нет. Скорее неточность оценки. И в этом бескомпромиссном, не оставляющем пространства для полутеней свете его собственное решение казалось Споку если не бессмысленным, то глупым.  Возможно, все дело было в его физическом состоянии, и нарушение контроля мешало отделить свои эмоции от эмоций, транслируемых Джимом, поэтому окончательную ретроспективную оценку следовало отложить до того времени, когда он сможет полноценно медитировать, однако... Как минимум один аспект был вполне очевиден уже сейчас: его стремление "уберечь друга от грязи" привело к тому, что Джим чуть не оказался в ситуации, куда худшей для него, чем любая гипотетическая "грязь". Сдержав тяжелый вздох, Спок негромко заключил: - Моя оценка ситуации, вероятно, была слишком... субъективной? - Субъективной, - горьким эхом выдохнул Кирк, отпуская руку вулканца и откидываясь на спинку стула. И чувствуя, как идет на спад разбушевавшийся внутри горячий ураган. Урезонивая самого себя, он повторял на разный лад одну и ту же мантру, которая за последние двое суток изрядно навязла на зубах: «У всех есть свои тараканы, и Спок тоже имеет право на их наличие. И неважно, насколько несимпатичными и нелогичными они кажутся при этом его капитану. Нет, он не обязан их уважать, но считаться с ними придется». Да, он сам считал сделанную Споком ставку необдуманным шагом, граничащим с идиотизмом, и никогда не стал бы ее делать, окажись он на месте Спока. Но он был на своем месте, а Спок – на своем. Устало покачав головой, Кирк заставил себя улыбнуться и почти нормальным своим тоном произнес: - Ладно, дружище, будем считать, что эту тему мы закрыли. И все хорошо, что хорошо кончается. А победителей, как известно, не судят. Спок тихонько вздохнул и положил свою кисть поверх пальцев Джима. Несильно сжал их и мягко произнес: - Я всегда считал это утверждение лишенным логики. - Вообще-то, я тоже, - блеснув лукавыми искорками в глазах, теперь уже совершенно искренне улыбнулся Кирк. - Нисколько не сомневался в этом ответе. Тем более, что во время предварявшей эту миссию шахматной партии мы выяснили, что у нас гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. - На самом деле, мы это выяснили гораздо раньше. - Действительно, - кивнул Спок в бледном подобии своей обычной наигранно-чопорной манеры. Разумеется, это не прошло мимо внимания Кирка, так что он, еще раз ласково потрепав друга по предплечью свободной рукой, вздохнул и с нескрываемым сожалением в голосе произнес: - А теперь мне пора откланяться, потому что Боунс пустил меня сюда только ради того, чтобы я уложил вас, мистер Спок, на боковую. - Компетентность нашего начмеда не устает меня поражать, - со вздохом покачал головой Спок, но послушно сполз вниз по подушке, переходя из полусидячего в горизонтальное положение и перекатываясь со спины на здоровый бок. Кирк заботливо подтянул укрывающее вулканца одеяло повыше, укутывая его плечи, и поднялся со своего места: - Отдыхайте, Спок. Можно как угодно относиться к этому, но в одном наш уважаемый доктор прав: отдых еще никогда и никому не навредил. Спокойной ночи, мой друг, - на этом Кирк развернулся и с легким сердцем отправился в свою каюту. Для него эти дни тоже выдались непростыми, так что он намеревался воздать должное мирному вечеру и тоже пораньше отправиться спать.